Станислав Ветеран Ужаса — испивший крови сан'лейн человек слуга принца Алдора Старшей Крови. Он погиб в Азжол'Нерубе и был почти забыт...

Однако, сегодня, когда Клан Кровавого Пути вновь заявил о себе миру после, казалось бы, полного уничтожения, омраченным нужны все союзники, до которых они могут дотянуться и которых могут использовать. Новый регент Аделис Путь Крови, знала из архивов о Ветеране Ужаса, и когда она начинала возрождать клан в Чумных Землях, она приказала своему новому слуге, Ингвару, найти дух Станислава.

Ингвар это призрак всадника, что решил стать отрекшимся после махинаций омраченных, он поклялся служить Аделис в своем посмертии и скрепил обет кровью. Первым его заданием было найти дух Станислава в Темных Землях в Нордсколе в Азжол-Нерубе. Призрак выполнил приказ и притащил дух берсерка и таскал его за собой, пока готовилась почва к воскресению.

И она была спахана, когда до этого дошли руки. Обученный неофит клана Мелана и регент создали в Кровоточащем зиккурате призрачных земель печать из кости и крови, что поглощала в себя солидный объем энергии Смерти, что полагался Зиккурату. Пускай тот был неактивен, но все еще собирал энергию, которой дышали Призрачные Земли. Такая печать была оставлена на шесть дней и должна была невероятно упростить работу некроманта.

Когда омраченные решили, что пора, то Аделис и Таларэль взяли в руки гроб с телом Авгура Тирисфалена. Древний маг крови, что мог по своей сути быть омраченным, сейчас безвольно болтался в сосновом ящике, покуда его неосторожно несли члены клана. Это тело было великолепно, Авгур был близок к убийству Аделис и прикончил одного из сородичей клана, Гнарла. Такая оболочка была бы как раз для Станислава, да и месть зазнавшейся древности вышла бы замечательная, отобрать у него все: слуг, кровь, оружие и даже тело. Красивая месть за оборванное существование сородича.

У оболочки был один изъян — она была лишена крови, так как Аделис выпила её без остатка. Однако, это же, в купе с простыми заклятиями, защищало от гниения, но будем честны, гнить в сухом теле было особо нечему.

Придя на место вместе с неофитом Тесельтасом, что был лишь наблюдателем, что должен был увидеть изучаемые дисциплины магии крови и некромантии на практике, гроб установили прямо в центр печати, голов в сторону кристалла зиккурата. Красная костяная печать мерцала кровавым огнем и некротическими всполохами черных и голубых цветов. Гроб открылы, внутри было нетронутое после сражение в склепе тело иссушенного мертвецав.

Зная о безумии Станислава, Аделис приковала тело цепями к гробу, чтобы тот не «набил длинноухим морду», а рядом положили рунический топор берсерка, по которому и нашли его среди темных земель. Некромант Таларэль, тем временем, изучал получившуюся печать и подбирал нужные заклятия. Когда тело было надежно закреплено, то регент призвала своего слугу Ингвара, что был рад наконец-то избавиться от ноши и по первому же приказу испарился. Он не зримой рукой вел дух Станислава к новому телу.

Приготовления были окончены. Таларэль начал читать своё заклятие, а Аделис своё. Оба заклятия были разными, но несли одну цель: запечатать душу в теле Авгура и воскресить Станислава.

Таларэль начал взывать к силам смерти, выпуская усики энергии в тело, притягивая в него душу. Некромант брал из печати, что начала сиять ярче огня, столько силы сколько ему было нужно, но тело противилось вселению. Даже будучи мертвым древний был жадным до своего гедонистом, он не хотел отдавать своё тело кому-то еще и мешал. Однако, сила печати, зиккурата и самого некроманта заставляли Авгура умолкнуть навсегда. Душа оказалась в теле, но Станислав еще не открыл глаза.

Пока Таларэль читал своё заклятие, Аделис плела своё. С её рук срывались кровавые нити, что оплетали тело в гробу кровавой паутиной. Это были силки, которыми она затолкает душу в тело и напитает его кровью, тем временем неофит Тесельтас винимательно за всем наблюдал. Путь Крови справилась со своей задачей быстрее, чем некромант и некотрое время лишь поддерживала заклятие, ожидая, когда дух окажется в теле.

Некромант почти закончил своё темное дело и душа была в теле, но Станислав еще не воскрес. Тогда омраченные объединили усилия. Аделис высвободила заклятие тело спряталось в кровавом коконе, который стремительно уменьшался и втягивался в само тело. Душа запечатывалась в теле, которое насыщалось кровью, а Таларэль пустил по телу волну энергии смерти, чтобы оживить берсерка.

Тело в гробу начало истошно дергаться, пытаясь вырваться из цепей, обильно поливая ругонью мертвых эльфов. Дерево гроба почти треснуло, но выдержало. Аделис приказала воскресить несколько трупов, что валялись в зиккурате и гнили, в виде вурдалаков. Использовав последние силы печати, что пока еще горела, Таларэль поднял двух вурдалаков, которые ждали команды.

Не подходя близко к гробу, Аделис сказала берсерку, что, чтобы вернуться на службу клану, он должен доказать что полезен: Станиславу нужно убить вурдалаков, топор рядом, остальное он знает сам.

Не понимающий ничего Ветеран Ужаса разорвал в клочья гроб и взял в руки свой костяной топор, покрытый рунами. Вурдалаки набросились на него, но первому была тут же снесена голова, тот опал в остатки гроба, а второй, что не смог прогрызть сталь наплечника брони Станислава, был разрублен мгновением позже.

Бешеный берсерк начал идти в сторону Аделис, когда Таларэль и Тесельтас тактично отошли назад подальше от него. Не ясно, разгорячила ли эта выходка с вурдалаками берсерка или наоборот успокоила, но тот начал спрашивать где Господин.

Аделис рассказала правду о том, что Алдор ходит средь ночей и теней, но они не могут добраться до него. Берсерк смутился и спросил почему он должен ей верить. Регент показала метку клана кровавого пути, что красовалась у неё на шеи: они оба служат одному господину.

Берсерк заявил, что не желает подчиняться регенту и был немного удивлен ответом. Омраченная не ждала подчинения, она хотела, чтобы Станислав шел с ними и чинил резню на их пути, но предупредила, если он не будет контролировать себя, в силе мракопадших лишить его свободы, которую он ненадолго обрел. А так же напоминали о общей верности Алдору и Королеве-Банши.

Сказав, где лагерь кровавого пути, омраченные и неофит начали выходить из зиккурата, оставляя берсерка. Конечно же, гнилые рты эльфов при этом не затыкались, и Станиславу пришлось кричать о том, чтобы его оставили. Непонятно, что собирается делать берсерк. Либо он хочет все обдумать, либо восстановить силы, скорее всего все сразу.

Так или иначе в этот мир вернулся Ужас и жестокость, готовый рвать и терзать.

Скрины