Сразу по прибытии в гавань Менетилов, наёмников из гильдии Багровых Клинков ждала работа. Никто не успел и комнату себе облюбовать, как раздался басистый крик дворфа на попугае, который был ещё и одним из мастеров наёмничьей шайки. Дворф, не попугай. Звали его, кстати, Клим Фальгус. Он и озвучил заказ весьма и весьма встревоженным тоном. Старик, не теряя в выражениях какой-то особой харизмы и не теряя свойственной только ему одному (а может и ещё кому, но автор таких богословов отродясь не видал) манеры речи, «этсамывал» и рассказывал о том, как на разведку «лётывал». И «лётывал» не зря: дальше на север, у самой дельты местной речки, — неофициальное название которой было вырезано в процессе редакции ради сохранения цензурной невинности этого рассказа, — покрытое тиною и гнилой листвой разжилось «болотное лихо». И кому, как не отряду на всё готовых вольных мечей убивать всех виданных и невиданных тварей ради пары серебряных грошей, которые местные собирали всем селом? Вернее, гаванью? Вот и я думаю, что никто кроме нас. С воздуха, к слову, некоторые всё же прыгнули, добровольно или с помощью, так что выполнена задача в лучших традициях десантного отряда. Но не о том речь. Дед распределил обязанности следующим образом: сам он атакует с воздуха, к чему решили присоединиться Его Сиятельство и какой-то эльф-колдун из ночных, а Рови (которому в возможности полетать на нетопыре вежливо отказали) с остальным отрядом складывает головы на земле. Или кладёт-ложит чужие головы, но тут как выйдет.

Так и получилось, что скорость основную задавали наземные силы, а войска дяди Клима (которые, между прочим, на какой только твари не летали: манапарды, попугаи, даже ковёр был!), поддержка с воздуха, медленно плелись сверху. И доплелись они уже к началу битвы «болотного лиха», которым оказался подболотник особо крупных размеров, а с ним тройка таких же, но поменьше. Боролись они с какими-то недоавантюристами или перебандитами, да так боролись, что земля стала багровой, что запах битвы (тут это преимущественно мускус уставших мужей и металлический привкус крови женщин, а ещё и болотной гнилью живых тварей. И речь не о человеках, хотя и те хороши. Ладно-ладно, об этом позже!) ударил в нос ещё на подходе к тому участку суши, которому можно дать гордое название «поле битвы». Но толпою гасят даже льва, так что...

Началось всё тривиально: наземный отряд форсировал реку; воздушный отряд занимался обеспечением поддержки с воздуха, обкидывая этого утопца огненными шарами; прихвостни и остатки первого отряда держали равный бой. Когда же один из шаров спровоцировал подболотника на тех, кто реку почти перешёл, железо и магия полились стеною, буквально изничтожившей тварину чуть ли не мгновенно. Но ясен бес — не может всё закончиться так просто, будь ты хоть самим Медивом. Не уступая лучшим традициям легкомысленных баллад о героях, главный злодей встал снова. Лучше бы не вставал, скажу я вам, потому что «герои», вошедшие во вкус от лёгкой победы, просто зажгли танцпол, коли б он там был. Но что-то действительно жгли, потому что рвотным запахом тянуло аж в самой гавани. Я, правда, немного поспешил.

Ситуация такая, что сам подболотник только-только встал, на заднем плане борется массовка, отряд Рови окружил монстра, а воздушные силы… Ну, половина воздушных сил осталась в небе, чтобы поддерживать союзные войска магией, а другая половина успела надеть доспехи цвета мамонтовой кости и достать щит с мечом. А казалось, что этот самоубивец магом был. Спрыгнул, значит, со своего летающего кота и одним взмахом уложил последнего из мелких подболотников. Эт-ти… Недобандиты и переавантюристы тут же убежали к едрене матери, — чтоб их по пути деревом приложило, да ветками понатыкало в самое гузно, чтоб почки и листья через пасть торчали! — а наших бросили со злым-злым сорняком. Хотя кто кого там бросил, потому что дальше началось унижение мутанта со стороны человеческих и эльфских господ. Его и жгли, и рубили, и роняли, и стреляли, разве что не пытались утопить. А может и пытались, уже и не вспомню. Точно помню, что эльфа на ковре, уронили на Рови — вот это был номер!

Так вот, о чём я тут. Спустя некоторое время, подболотник пал. Больше не вставал, только раздулся, как х… как морда прокажённого, а потом и вовсе лопнул с зелёненьким дымком. А пахнет как самый старый деревенский сортир, да трижды в гнилой воде замоченный, ещё и с трупом человечьим посреди всего. Не очень, короче говоря, пахнет. Благо, что герои отмыться смогли, а то подобных сударей даже в сельской харчевне в бедный год не пустят. Дальше было всё как по маслу: пришли, взяли награду (а Меронит ещё и мелкую тварь где-то достал...), пошли отдыхать. А у того места, где чудовище одолели, говорят, до сих пор голоса жуткие из-под топей слышны. Зовут они каждого, но кто пойдёт — тот уже и не вернётся. А по ночам, говорят, и силуэт огромный в тумане виднеется. Но то басни, думается, вшивой псины. А может и нет. Кто ж его знает-то? Но теперь в места те никто не ходит, что мне на руку. Схожу вот с шурином, пособираю хлама с поля битвы. А мёртвым злато уж ни к чему!