Небо над Элвинским лесом затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами, что плотным серым ковром медленно плыли куда-то на запад, гонимые прохладным ветром с примесью мелкой мороси. Человек быстрым неровным шагом двигался меж деревьев, вытирая контрастную линзу монокуляра пальцем в резиновой перчатке. Влага на её поверхности едва ли поддавалась тщетным попыткам трясущихся рук, отчего подозрительного вида мужчина злился, тихо ругаясь себе под нос, но не оставляя попыток очистить оптический прибор от дождевой воды. Добравшись до стоящего в лесу здания, мужчина в монокуляре толкнул ворота ногой отчего те протяжно заскрипели, отворяясь. Ворвавшись в помещение, человек рванул к столу, сбрасывая на пол кучу металлического хлама, который ему удалось раздобыть во время своих обычных таинственных вылазок. Находки разлетелись по полу, очутившись рядом с кучей уже найденного ранее хлама. Бормоча себе под нос, безумец пальцами изображал что-то перед собой, то размахивая руками, то пряча лицо в ладони и тихо постанывая. Со стороны могло показаться, что ему нездоровится… На самом же деле это был обычный «рабочий» момент — таким образом инженеру было проще обозревать фронт предстоящей работы. Удовлетворённо кивнув самому себе, человек принялся сгребать в кучу всё то барахло, что насобирал за последние дни...

И вот, безумный вновь бежит по лесному дёрну, огибая деревья, на лице же его бродит блаженная улыбка — на опушке леса пред ним предстала мастерская торговой компании «Азарт». Именно так и могла бы выглядеть мечта всей жизни человека, не будь он столь безнадёжным… Благоговейно переступив порог, Йохан Штрауз — инженер-самоучка и естествоиспытатель, — осмотрелся в поисках инструментов, чертежей, запчастей — хоть чего-нибудь. Естественно, ожидания изобретателя были оправданы с лихвой, ведь стеллаж ломился от различных приспособлений, узлов и миниатюрных механизмов. Старенькие трубы разного диаметра, что были лучшими находками из числа хлама Йохана, едва ли могли соперничать со всем тем разнообразием блестящих, новёхоньких штук, что лежали на полках, столах и даже на полу чудесной мастерской! Отшвырнув в сторону своё барахло, инженер принялся подробно изучать всё то, что теперь имелось в его распоряжении, продолжая вынашивать в голове безумный план.

Возможно, внимательный путешественник, бредущий по лесной дороге в ночи, сумел бы услышать звонкие удары молотка по металлу, доносящиеся из леса. Ведь в это самое время безумный инженер принялся за работу, распугивая ночных птиц и прочую лесную живность. Удар за ударом Штрауз подгонял детали будущей «поливалки», которую планировал использовать для садоводства… Подобрав трубу оптимального диаметра, инженер внимательно оглядел её и принялся доводить «виртуозными» ударами увесистого молотка. На лице его плотно обосновалась странная, безумная улыбка, а не менее безумные глаза пожирали заготовку, будто бы стремясь расплавить её неведомой силой.

Время шло и вскоре Йохан стал работать аккуратнее — всё чаще проверял будущую машину для полива цветов на кривизну, прикладывая её торцом к монокуляру. Он больше работал напильником, нежели молотком. Когда заготовка приобрела правильную форму, человек оставил её одиноко лежать на столе. Передний конец будущего ствола был готов, а вот задний требовал доработки… И Йохан принялся работать над переходником, точными ударами молотка и упорным скрежетом напильника доводя деталь до, как ему казалось, совершенства. Злобно хихикая, сумрачный «гений» закрепил переходник-насадку на заднюю часть ствола, попутно цепляя на неё шланг высокого давления, что был прочно закреплен на своём месте стальным хомутом.

Единая заготовка покоилась на столе, но едва ли инженер мог найти какой бы то ни было покой, ведь работа была не закончена. Вышвырнув из своей сумки старый сложенный рюкзак, что был необходим для проекта, Штрауз уже вовсю вертел два баллона с клапанами и вентилями, рассматривая и изучая. Поверхностной оценки их состояния его безумному разуму хватило для того, чтобы решить работать над изобретением и дальше, не отвлекаясь на какие-то «мелочи». Прошло совсем немного времени, и вот, два баллона были готовы к поливу — сцепленные меж собой двумя большими стальными хомутами, они соединялись друг с другом при помощи коротких «рукавов» шланга. Длинный же отходил в сторону и ждал своего часа… Безумно хохоча, инженер оценил свою работу, поглаживая баллоны рукой и мило улыбаясь своему будущему изобретению. Не успев примерить скрепленные меж собой баллоны к старому рюкзаку, где по задумке Штрауза они должны были располагаться, как эта часть конструкции отправилась под стенку вместе со своим будущим тканевым вместилищем — инженер не любил диалогов с незаконченными механизмами, особенно когда те пытались спорить. Именно так и поступил левый баллон, за что и был наказан отлучением от своего создателя. Многозначительно погрозив тому пальцем, Йохан продолжил работу...

Несмотря на своё безумие человек-инженер понимал, что удобство эксплуатации поливочного агрегата крайне важно в «бою» с засухой. Потому вскоре под «стволом» была закреплена небольшая рукоять, представляющая собой обрезок аналогичной по диаметру трубы, что была заботливо обработана напильником. Рукоять расположилась примерно под углом в семьдесят градусов относительно продольной оси базовой конструкции. Теперь человек смог толково примериться к своему «оружию». Издавая странные звуки, он целился в невидимые растения и поливал их водой из своего импровизированного водомёта...

Вскоре Йохан Штрауз перешел к самой ответственной части — установка клапана, что выступал в роли УСМа в данной незамысловатой конструкции. Раз за разом человек прилаживал новёхонькую в заводской смазке запчасть к поливалке, выставляя зазоры, проверяя конструкцию на соосность, как вдруг...

— Приветствую, Йохан! Чем занят?

За спиной человека показался знакомый гоблин. Пожалуй, он был единственным существом из здешних, кого Штрауз мог назвать товарищем, другом. Не считая Алиси, конечно. Теперь-то работа пошла куда быстрее! На пару с толковым гоблином-инженером, Йохан сумел удостовериться в работоспособности системы герметизации баллонов. Пока гоблин Бабахер возился с ёмкостями для воды возле реки, человек успел таки установить в «ствол» поливалки клапан, введя его вовнутрь через специально проделанное газовым резаком отверстие. Благодаря тому же резаку, что был использован как устройство для газовой сварки, к клапану был приделан «элегантный» спусковой крючок, представлявший из себя старый гнутый гвоздь. Ещё пара нехитрых дополнений и…

… и вот момент триумфа! Совместными усилиями двух инженеров чудо огородной инженерии было готово — гоблин сумел найти длинный кусок шланга и приделать его с одной стороны к баллонам, с другой — непосредственно к «стволу» поливалки, закрепив всё это нехитрое дело двумя небольшими хомутами. Накачав давление ручным насосом, гоблин постучал по баллонам, что уже висели за спиной безумного инженера, рапортуя о готовности. Выпрямившись и прицелившись в сторону леса, безумный инженер нажал на спусковой крючок, от нетерпения содрогаясь всем телом. Мощный поток воды вырвался из «поливалки», орошая округу речной водой. Извиваясь в безумном танце победителя, Йохан резко остановился, заметив странную канистру, что стояла у стеллажа…

Всего через несколько минут уже бывшая «поливалка» была оснащена дрожащей металлической твёрдой проволокой, что крепилась к стволу и удерживала горящую свечу неподалёку от переднего среза ствола грозного оружия. В тот вечер над чёрной поверхностью реки, что разделяла собою Элвинский и Сумеречный лес, полыхало страшное, красно-жёлтое пламя, жутко гудя потоком горючей жидкости вперемешку с «шелестом» срывающихся на ветру языков пламени… Миру явилась самая страшная машина для полива огородов.

Три скриншота: