Сколько дней прошло? Лет? Веков? Тысячелетий? Мейлориэль не знал. Чёрный Лес, который он полагал своим миром, стал его тюрьмой, но сломить волевую душу так и не смог. Может быть от того, что мессия был силён и крепок разумом, а может, от того, что он и так был безумен. Да, он был безумен. Он был безумен и горяч. Воспевал своё безумие. Ведь это безумие было его. Рождено им, составлено им, построено им. Он сошёл с ума так, как было удобно ему же, и только Бездна знает, как заставить его постигать всё новые ступени этого чувства.

Безумие для него было чувством. Таким же, как и гнев, как и любовь. И как всякому чувству, у безумия для него не было предела. Был лишь ориентир, он сам, были лишь границы, в которых он сходил с ума с искренним наслаждением. Но Чёрный Лес всё же стремился его сломать, а не использовать. Но его нельзя было сломать. Нельзя сломать то, что не имеет формы. Нельзя сломать реку. Не сломать волну. Мейлориэль был рекой, волной, он не мог быть сломлен. И потому лишь ждал своего конца, подчинённый мысли, что он был прекрасен в своей смерти.


Сбор в «Обители таинств» не занял много времени. Собрались те, кто, так или иначе, видел смысл в возвращении Мейлориэля в мир живых. Один из его источников безумия, Моррана, эльф-чернокнижник, которого мессия при жизни завербовал, Иримэль, прелат Бастиона Фадия Интириэль. Собрались у кристалла, в котором было заточено тело самоназванного Фаворита Солнца. Им надо было знать, что душа ещё жива. Ещё существует, заточённая в Чёрном Лесу. И поэтому, призвав демона Бездны, который будет якорем для сознаний, тронули Ксал'ато, отправяясь в Чёрный Лес.

Но вместо Чёрного Леса их встретило бесконечное Ничего. Ничего не было в округе, кроме их самих. Только Тьма. Куда не пойди — Тьма. Куда не посмотри — Тьма. Что не ощути — Тьма. Тьма. Тьма. Тьма. Всё было бесполезно. Некуда идти. Здесь и останется каждый жалкий разум, каждая пожранная Ксал'ато душа. Но идти в Пустоте — подвиг. Те, кто сделает хоть шаг, не поймут, что сдвинулись; не будет чувства движения, как чувства времени, ведь они неизменно связаны.

Здесь не было ничего. Это и был ад. Единственный ориентир — влияние самого Ксал'ато. Как не чувствовались ноги, не чувствовался язык и губы — речь превращалась в набор случайных слов. Идти им пришлось так долго, что уже они сами шли себе навстречу; вереница рен'дорай проходила мимо другой, точно такой же, и уже неясно, кто действительно существует, а кто морок. И чем больше шагов проходили эльфы, тем меньше хотелось делать им следующий шаг.

Но Бездна искала все возможности. Каждую возможность утолить свой вечный голод. Той же алчности подчинялось и наследие Чёрного Козла. И во Тьме вдруг проявился еле заметный силуэт. Морок ли, настоящий ли, но это был Мейлориэль. Он был всё так же мертвенно спокоен. Спокоен и угрюм. Несуществующее Солнце встретило вторгнувшихся в этот мир холодно, неприветливо.

Начала отсчёт новая вечность. Снова бессмысленная бесконечность заскрежетала в каждом слове. Мессия был недоволен: его покой прервали, в его мир вторглись, принеся с собой глаза Н'Зота на плечах. Их он и продавливал пальцем. Ему не нравилось присутствие, живое присутствие рен'дорай. Мейлориэль не видел ни одной причины, почему они должны быть здесь.

Вернуть его. Глупость, по его мнению, которую он не мог понять. Для чего? Зачем? Не было смысла — он уже почитал себя победителем. И раз за разом это доказывал. Раз за разом. Снова и снова. Ни слова о тех, кто его ждёт снаружи, ни провокации — ничто его не переубеждало. Мейлориэль целую вечность держался мысли, что он превзошёл Н'Зота, следовательно, исполнил свою цель.

Пока ему не сказали, что он просто сбежал. Это было оскорблением. Но и правдой. Мессия не увидел трупа Бога Глубин, не видел крушения его Ни'алоты. И это вывело его из себя. Он был в гневе. В своём стиле, в своём гневе, но был раздражён, стал озлоблен. И вот, что оказалось наиболее реальной угрозой Чёрного Леса — сам Мейлориэль. Никто не знал, что он сделает: он мог попытаться оставить во Тьме хоть кого-то одного, хоть всех. И поэтому пришлось уходить.

Иримэль воззвал к своему демону. Сам Мейлориэль, прямо сказавший, что вечности с ними он не выдержит и сожрёт раньше, помог им покинуть его мир. Но сказал, что будет ещё одна встреча. В реальности. Мессия, называющий себя Древним Богом, согласился вернуться. И посему стал ждать. Ждать своей иной свободы.

Список участвующих персонажей и желаемая награда:

Скрины: их нет (имеющиеся будут не приняты в связи с правилом 13.4), просьба обратиться в Discord (Сатурн#2346) для получения логов события.

Ролевые итоги:

— Моррана, Иримэль и Интифада погрузились в план, созданный Ксал'ато, где нашли душу Мейлориэля и получили его согласие вернуться;

— Иримэль, по итогам своего путешествия, учитывая эффекты предыдущего посещения, лишь усилил свои недуги: теперь, помимо мороков, которые он замечает краем глаза, он ещё и слышит шёпот Ксал'ато, говорящий ему отдаться ярости, усиливая его агрессию. Слепую, направленную на всех. К тому же, испытывает натуральное влечение к Чёрному Лесу, которое тянет его вернуться. Это имеет и физическое проявление: тяга вернуться проявляется сильнее, доходя до фанатизма, и Бездна обманывает зрение, его лишая на пару секунд. И это означает, что для Ксал'ато разум чернокнижника наиболее уязвим, поскольку он может влиять на его поведение даже в реальности. Эльфу явно требуется помощь жрецов;

Запрашиваемая награда: учёт ролевых итогов, прогресс в воскрешении персонажа «Мейлориэль».

Дополнительно: персонаж «Сатурн» является неигровым персонажем члена команды, использованным для отыгрыша души воскрешаемого персонажа «Мейлориэль» и на награду не претендует согласно правилу 10.5. В рамках цепочки воскрешения является сюжетным персонажем; вне её — неигровой персонаж члена команды.

Участники:

Сатурн MW
Иримэль
Моррана
Интифада

Цепочка:

– "Сорок дней: свобода имматериальная";

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Привет, это Адонай!

Ваше творчество было оценено, согласно критериям, указанным в пункте правил 1.14. Творчеству присвоена оценка "2", к выдаче опыт.


Выдать награду за событие:

Иримэль
Моррана
Интифада

Дополнительно:

Сатурн является сюжетным персонажем, как прообраз души, демонстрируемый клинком.
Прогресс в воскрешении учтён.

Ролевые итоги:

— Моррана, Иримэль и Интифада погрузились в план, созданный Ксал'ато, где нашли душу Мейлориэля и получили его согласие вернуться;

— Иримэль, по итогам своего путешествия, учитывая эффекты предыдущего посещения, лишь усилил свои недуги: теперь, помимо мороков, которые он замечает краем глаза, он ещё и слышит шёпот Ксал'ато, говорящий ему отдаться ярости, усиливая его агрессию. Слепую, направленную на всех. К тому же, испытывает натуральное влечение к Чёрному Лесу, которое тянет его вернуться. Это имеет и физическое проявление: тяга вернуться проявляется сильнее, доходя до фанатизма, и Бездна обманывает зрение, его лишая на пару секунд. И это означает, что для Ксал'ато разум чернокнижника наиболее уязвим, поскольку он может влиять на его поведение даже в реальности. Эльфу явно требуется помощь жрецов;


Если у Вас остались вопросы, касаемо вынесенного решения, то Вы можете обратиться ко мне в личные сообщения на сайте (https://rp-wow.ru/users/4841), в Discord (Адонай#5529) для получения ответов на них.

С уважением,

Проверил(а):
Адонай
Выдача (Опыт):
Да
Выдача (Арбитраж):
Не положено
+1
02:57
09:03
48
Нет комментариев. Ваш будет первым!