Игровое имя:
Раандир

На столе из красного дерева, покрытом кантом из сомнительного качества сплава серебра и стали, лежал старый, давно потёртый манускрипт… Кажется, книга была отесана дешевой бычьей кожей… На Штормградском рынке такая обложка не стоит и пары серебрянников. Однако, то, что расположено поверх нее — наводит на смутные, пробуждающие таинственный, не поддающийся полному осознанию интерес. Верхняя часть обложки покрыта странной россыпью символов и знаков, от которых исходит сюрреалистичная, тусклая дымка, невольно привлекающая любопытный взор типичного наблюдателя.

И вот, плавным движением руки, мы снимаем небольшой замок, до этого момента сдерживающий теснение — начиная тем самым погружаться в таинство чужих мыслей… Наш взор неловко натыкается на потертую надпись «Вступление», чернила, коими была написана оная уже давно отсырели, посему часть букв исчезла, оставив за собой лишь воспоминания и догадки о своем существовании… Проходя взглядом чуть ниже, читатель отмечает первое предложение, знаменующее начало повествования:

«Я… Я не знаю, почему назвал эту главу Вступлением. Я, просто посчитал, что так будет лучше… Нужнее. Да, верно. В любом случае, это никто не прочтет, ведь так? Хм-м, ладно о чем это я? Ах, да. Как и водится в таких случаях, я должен рассказать для чего начинаю записи, не так ли? В моем повествовнии, меня интересуют лишь воспоминания. Время следует своему потоку, а прошлое, вместе с ним — сгнивает, оставляя после себя лишь душевную пустоту. Вот я и решил, делать в этой книге пометки всякий раз, как в этом будет необходимость. На чем мы с вами остановились? Думаю, пора начинать. Я и без этого, затянул со словоблудством.

Мое имя — Раандир Фейлис. Я — уроженец королевства Лордерон, живущий близ торгового городка „Андорал“. За время своего существования, ни я, ни мои предки не выделялись чем-то особенным… Наш род — всю жизнь выращивал зерно, на собственной земле. Я бы никогда не назвал нашу семью богатой, однако стоит отметить, что мой давний предок выкупил небольшой участок земли, где мы и ведём посевные работы у местного лорда… Площадь не такая большая, однако — это лучше, чем ничего… Итак, довольно о себе. Теперь, о том, где я достал эту книгу. Вчера, отец впервые отправил меня с зерном в город, чтобы сбыть все, что мы вырастили местному лавочнику. Я получил немного того, что утяжелило мой карман и, прогуливаясь по рынку — обнаружил этот пустой журнал. Подумал: „Зачем пропадать такой вещи?“. И, купил за две серебряные. Ещё, флакон чернил и гусиное перо… Мне повезло, что вечерами, после работы в полях, я бегал на обучение в семинарию, благодаря этому я прознал грамоту и теперь могу вести эти записи. Хм-м, не так-то много событий происходят в моей жизни. Смотришь на все это и кажется, что весь мир вращается вокруг тебя, а потом заносишь таинства на страницы гусиным пером, и понимаешь, что это далеко не так. Кажется, пора заканчивать, на сегодня.»

Записи, на некоторое время обрываются, после чего, начинаются вновь, уже с новой страницы. Буквы выведены неровно, нервно и достаточно быстро. Судя по виду, пишущий был чем-то обеспокоен:

«Не думал, что открою этот записной журнал так скоро. Планировал написать здесь, что-нибудь через неделю, но ситуация несколько изменилась. Однако, не суть важно. Сегодня ночью, к нам в дверь постучали стражники. Хотя, нет… Они, буквально вломились. Как оказалось, стража обирает местных крестьян и мой отец всегда отдавал им долю от полученных, засчет продажи зерна денег. Но, в этот месяц — денег не хватило, посему — они ворвались к нам в дом, отняв часть вещей в учёт „доли“… Грязные свиньи, позор для всего королевства! Что они о себе возомнили?! Хорошо, что они не нашли эту книгу.»

Две следующие страницы вырваны, вероятно, автору не понравилось их содержимое и он избавился от ненужных листов. На потертом развороте вновь появляется текст:
«Прошла ещё неделя. Эти уроды приходили к нам ещё раз, в этот раз угрожали, ударили отца бронированной перчаткой по животу, повезло, что на нём была кожаная накидка, однако на теле останется огромный синяк. Я слышал, что по городку прошёлся слушок о странных людях, облаченный в робы… Кажется, они что-то проповедуют. Чёртовы фанатики, ещё их здесь не хватало. С этим пора, что-то делать, я не могу позволить себе оставить все так.»

Через некоторое время — текст продолжается с новой силой, превращаясь в краткие очерки:
«Сегодня я встретил его… Да, одного из тех проповедников, о которых так часто говорят. Он говорил о правосудии, о мире, об отомщении и вечной жизни. Воистину, его речи были вдохновляющими, но я не могу позволить себе совершить шаг в неизвестность.»
«Ночью, к нам в дом вновь ворвались стражники. В этот раз, они прегрозили, что наймут разбойников, для того, чтобы поджечь нам дом, если мы не отдадим их „долю“. Однако, платить нам нечем… Этот год был неурожайным. Я не знаю, что делать. Попробую занять деньги у ростовщика, на время.»

«Наутро, к нашему дому пришел тот проповедник. Я не знаю, как он нашел нашу ферму, но это и не важно. Он сказал, что готов выкупить все зерно, что у нас осталось за тройную цену. Отец, конечно же, принял его предложение, пригласив незнакомца пропустить с ним пинту дворфийского, но проповедник — тактично отказался, протянув нам мешочек с монетами. После этого, он отдал безмолвный приказ двум крепким парням, которые перенесли мешки, с оставшимся у нас зерном в повозку. Не знаю, кто он на самом деле, но мне все больше нравится этот тип.»

«Мы успешно расплатились со стражей и, кажется она от нас отстала. Прогуливаясь по улочкам Андорала, я примтел того самого проповедника, который, кажется узнал меня. Мы долго говорили, я рассказал ему про разброд стражи, недовольство жизнью. Он смиренно слушал и кивал, после чего сказал, что от всего можно освободиться, стать выше этого, обрести вечную гармонию. Он сказал, что если я хочу найти свой путь — мне нужно прибыть в одно место, вечером, следя, чтобы за мной не увязалась стража. Я, пока что не уверен, стоит ли перечеркивать свою жизнь, ради смутных обещаний.»

Далее, текст выглядит ещё более сбивчивым, чем во втором разделе. Видно, что рука пишущего дёргается, сама страница покрыта небольшим слоем сажи:

«Я вернулся в наш родной дом. Черт, эти стражники опять вернулись, кажется они пьяны и напуганы. Они потребовали ещё денег, однако, больше мы не имеем. Они, кажется ушли, пообещав, что ещё вернуться. Надо крепко запереть дверь и обойти окрестности..»
«Стражники всю ночь обходили ферму по кругу. Кажется, они не собираются уходить. Я не знаю, что делать, нужно отправляться в Андорал и искать того проповедника, ибо обратиться более не к кому.»

«Я пробыл в пути несколько часов, не слезая с повозки. Я отыскал его на площади, во время очередной проповеди. После речи, я рассказал ему все, что случилось со мной за последнее время и он согласился оказать мне помощь, сказав, чтобы я обусловился со стражей о месте встречи, после чего — доложил ему. Через какое-то время, я вернулся на родную ферму и начал выжидать, покуда эти ублюдки вновь заявятся к нам домой.»

«Ждать пришлось не так долго. Вечером, они вновь посетили нас, опять пригрозив. Я сказал им, что мне лишь нужно продать кое-что и я буду готов с ними рассчитаться, ровно через два дня, на этом самом месте. Сразу же, как они ушли — я направился в город, где в обозначенной точке отыскал проповедника. Тот сказал ни о чем не беспокоится и отправляться домой. Остаётся лишь ждать нового дня..»

«Черт. Не знаю, благодарить мне проповедника, или бежать от него в страхе. Стражники пришли в назначенное время, поняв, что денег я не принес, один из них схватил меня за шею и начал душить, как вдруг — в его торс врезался переливающийся темноватый сгусток, за секунду осушивший и сгноивший все тело солдата Лордерона. Затем, на землю пал и его сослуживец и моему взгляду предстал тот самый проповедник, что наконец представился, как мастер „Илверт“. Он сказал, что может обучить меня тому, что он проделал на моих глазах и даже множественно большему. Но, я боюсь.»

Записи прерываются. Несколько страниц вырваны, на новом развороте, взгляду открываются записи:

«Я давно не вел записи. Уже полгода, я даже забыл о существовании этой книги, но вчера, разбирая вещи в подвале — между мешками с зерном нашёл этот „манускрипт“. Забавно, старался написать что-нибудь, но вырывал страницы, кажется, я вовсе разучился писать. Я долго думал, делать ли этот шаг, но я решился. Я не могу позволить себе смотреть на то, что происходит в моем королевстве. Лишь обретя знания и силу я смогу это исправить. Путь уже начат. Эти люди, они — просветлённые, они Культом Проклятых». Разумеется, это наименование звучит скорее отталкивающе, для рядового мещанина оно может обрести даже пугающие интонации, однако наивные люди не осознают, что нечестивы по природе. Погрузившись в безысходность, они дотягивают жалкие дни, влача нищенское существования, день и ночь работая на разжиревшую, исполненную декаденства и глупости аристократию, заперевшуюся в золотых клетках… Лишь смерть, а после и новая жизнь способны разорвать порочный круг. Мастер Илверт и его братья знали это… Ныне, я тоже осознал истину."

Записи идут обрывисто, на страницах книги возникают странные письмена, символы, оккультные изображения, страницы покрыты множеством пятен, некоторые выдраны под корень.

«И вот, прошло еще полгода… Отныне, можно назвать традицией, раз за разом открывать страницы этого фолианта, в надежде записать что-то. В любом случае, ныне мне есть о чем поведать. Братство все еще не посвятило меня, однако этот день близиться с каждым заходом солнца. Я уже сотню раз представлял, как наконец смогу обучаться величайшему магическому искусству, я буду среди них, величайших провидцев, познавших основы мироздания. Разумеется, посвящение можно заслужить лишь кровью, потому мне только предстоит выполнить долг перед братством, перед господином… Перед самим собой..»

Страницы вновь обрываются, на них виднеется кровоподтек, часть букв размыта, повествование прерывисто, будто пишущий был чем-то очень взволнован:

«Н-н-не знал, что убивать так сложно… Братья говорили, что лишь отпустив жизнь — можно достигнуть вершины, что мы помогаем неверным освобождаться от пелены лжи, но. ПРОКЛЯТЬЕ! М-м-не было приказано пробраться в дом торговцу, что наглухо отказывался сотрудничать с братством, принимая зерно от его поставщиков. Я думал, что лишь припугну старика, но, тот выхватил пистоль. Я не знал, что делать, потому резко рассек кинжалом его горло, глаза седого ублюдка до сих пор видны мне в каждом взгляде… Проклятье, запах свежей крови ни с чем не сравнить, ее металлический привкус, сравнимый с лезвием клинка… Ох, что-то мне дурно от всего этого, братья говорят, что я поступил правильно, я и сам это осознаю, но как же, черт побери порой тяжело сживаться с подобным… Мастер Илверт сказал, что скоро я привыкну к этому, надеюсь, это так, иначе меня ждет судьба Геррата — местного выпивохи, забитого насмерть в одной из кабацких потасовок. Я сделал первый шаг к посвящению..»

Записи возникают сразу на следующей странице, на этот раз бумага не выдает ничего необычного, она удивительно опрятна, напоминая ранние развороты.

«Ха-ха… Взглянув на свои прошлые записи, невольно начинаю корить себя в наивности. „Глаза видны в любом взгляде“… И, что за извращенные предложения накинулись на мой бедный разум? В любом случае, в одном я был прав, а точнее, мой учитель. Эмоции действительно притупились, пусть и не сразу, однако живя в подобном темпе, привыкаешь к подобным „формальностям“. В любом случае, все это идет на благо братству, а потом любые жертвы становятся ничтожными, не так ли? Уверен, что наши идеалы восторжествуют, пускай не завтра, но когда-нибудь все их поймут. Мне наконец доверили пару ребят в подчинение, ходим по округе, временами лупим мародеров и карманников, чтобы заработать благосклонность местных. Например сегодня, прирезали местного бродягу… Ничтожество так и вопило о том, что братство погубит все королевство, распространяя не лучшие слухи про лидеров местной ячейки. Разумеется, мы не могли допустит подобного. Ох, как же кричал этот самородок, уверен, он смог стать бы отличным бардом! Так или иначе, ныне его тело забрали… Не знаю для чего, но это пойдет на пользу братству, в остальное — я не лезу.»

«Да, подобные поручения уже стали для меня рутиной, однако именно в этот раз мне довелось стать командиром. Да-да, я возглавил отряд силовой ячейки культа… Всего 5 человек, но даже это уже немало. Нашей задачей было всего лишь проконтролировать доставку реагентов на склад, однако все вышло из-под контроля. Кто-то донес до стражи о транспортировке, потому на место прибыл вооруженный отряд. Нам не оставалось ничего, кроме как принять бой. Их было меньше, всего трое, потому загнав их, будто свиней в хлев, внутрь склада, мы прирезали никчемных созданий в темноте, а ведь они даже не поняли, что происходит. Реагенты были спасены, а братство разжилось броней убитых стражников… Надеюсь, после этого меня наконец посвятят.»

«Последнее испытание, перед посвящением… Я просто не мог его провалить. Для меня стало открытием, что среди братства есть те, кто не верен учению нашего господина, покинувшие путь проклятых слепцы, жаждущие богатства, исполненные тщеславия. Я горжусь тем, что мастер Илверт избрал именно меня для поиска того маловерного, что решил предать идеалы культа. Пришлось подкупить сержанта стражи, чтобы тот рассказал мне о месте, где „язык“ встречается с капитаном, однако оно того стоило. Уже к вечеру, мой отряд поджидал собирающихся у небольшого заброшенного строения солдат… Через пару минут, к зданию подошла знакомая мне фигура. Брат Маллефат… Трижды проклятый ублюдок, решивший отринуть все, чему его учил повелитель. Он заговорил со стражниками, однако не успел закончить, ведь его шея была пронзена кинжалом, что метнул один из моих подчиненных. Завязалась схватка, однако она не была продолжительной. Нам не было нужды убивать капитана стражи, потому мы лишь скрылись, затерявшись меж домов… Вечером, я встретился с мастером Илвертом, он сказал, что время пришло… Сейчас, я на пути в крепость Каэр Дарроу, там я наконец стану одним из посвященных, или обращусь в ничто, как предначертано господином..»

Одна из страниц пропущена, то ли по забывчивости автора, то ли из необходимости сделать дополнительные записи:

«Наконец-то… Каэр Дарроу встретил меня дождем и сыростью, но я был рад этому знакомству. В любом случае, ныне я стал выше своих братьев, приблизился к трону влыдыки, к вечной жизни, что станет основой нового миропорядка… Но, не буду отвлекаться. Мне была выделена небольшая комната, роскошная по меркам моей фермы. Вскоре, меня провели в подземные залы, по словам мастера Илверта, что тоже присутствовал на собрании, некогда это место служило склепом, однако ныне стало средоточью магии смерти, колыбелью Культа Проклятых… Один мрачный зал сменялся другим, повсюду шныряли послушники низших рангов… Приходилось мне видеть и мертвецов… Медленно снующие меж стенами куски плоти, сторожащие своих хозяев. Особенно приметным оказался зал, в котором работали с существами, которых все называли „поганища“… Уж правда, зрелище для искушенного созерцателя, однако их структура меня позабавила. Говорят, именно на такого пустили того бродягу. Чтож, хоть так он отплатит братству, за нанесенное оскорбление… Наконец, я прибыл в небольшую залу, исполненную колдовским светом. Впереди показалась фигура старика, подле которого выстроились еще несколько человек, закутанных в робы… Мастер не представился, однако все трепетали перед ним, заискивающе поглядывая на колдуна. Он протянул посох в мою сторону, заговорив: „Отныне, ты должен отринуть все, что тяготило тебя ранее, ты — часть культа, неделимая основа нашего повелителя. Настанет день, наша вера распространиться по всему Азероту, однако тебе удалось стать одним из первых, тех, кто увидел истину, покуда остальные были слепы..“ Произнеся эту фразу, некромант удалился..»

«Ритуал посвящения прошел успешно… Я был готов исполнить свою роль в планах владыки, встав подле своих братьев и отдав все, что когда-либо имел во имя его воли. Для обретения могущества требовалось многое, однако мое желание учиться и постигать таинства колдовство было как никогда сильно… Сейчас, я пишу это в предвкушении утра, ибо с завтрашнего дня смогу приступить к обучению. Не могу сказать, что ждет меня далее, но уверен лишь в судьбе наших идеалов.»

«Утром меня растолкали и перевели в комнаты подготовки. Помимо меня, здесь был мастер Илверт и несколько братьев, прибывших со мной из Андорала, каждому из нас был вручен пустой гримуар, в который мы должны будем вести записи об изученных таинствах… Чтож, не терпится начать составление трактата, однако боюсь я совсем забуду записывать что-то сюда, хоть это и не столь важно… Мне также выдали ритуальный кинжал, сказав держать его при себе. Изогнутое орудие, чем-то напоминающее серп, лично я больше привык к обычному клинку, но все же — это традиция… Мастер Илверт начал наше обучение с малого, мы долгое время просидели запертыми в „отходнике“ — месте куда сбрасывали использованные кости. Учитель говорил, что лишь так можно ощутить энергию смерти в полной мере, слившись с ее изначальной средой, ощутив себя погруженным в нежизнь. Лично на меня „отходник“ наводил тоску, хотя некоторые братья даже были слегка напуганы… Даже не знаю, кто приволок сюда этих соплежуев.»

Записи слегка останавливаются, на всей странице изображение костяной кисти, схватившей череп, из глазницы которого торчит изогнутый клинок. Продолжение повествование открывается нашему взгляду лишь на новом развороте:

«Я ощутил это… Не знаю как, но, в один прекрасный момент, пусть и сложно называть таковым время, проведенное в „отходнике“, я прочувствовал это, будто костяная длань прокралась в саму мою суть, схватив душу и выдернув ту из тела, единив меня с чем-то иным. Будучи напуганным происходящим, я резко схватился за ближайший ко мне предмет, коим оказалась рука. При контакте с моей плотью, она слегка задергалась, будто наполняясь той энергией, что я в себя вобрал. Волевым усилием я прекратил это действо. Весьма необычная заметка, не правда ли, господа? Мне тоже так кажется… В любом случае, после произошедшего — я смогу продолжить обучение уже на практике… И если будет на то воля повелителя, я завершу его.»

«Учебный зал. Горы костей, которыми полнятся углубления в земле. Лишь лунный свет, пробивающийся сквозь небольшую решетку, да пламя от жаровен позволяют разглядеть происходящее… Я и еще несколько послушников стоим в предвкушении возможности проявить себя перед ликом господина. Не один я ощутил странный порыв, но множество моих братьев. Вперед вышла Лаена — одна из учениц. Под пристальным взглядом мастера Илверта, она подходила все ближе к горе костей, ее глаза медленно покрывались темновато-синей дымкой, а губы сплетались в злорадной ухмылке. Слегка наклонившись вперед, она метнула руку в сторону наиболее сохранившегося скелета, глазницы которого сразу же начали сиять, а торс задергался, будто бы наполнившись странной энергии… Но, ничего не произошло. Свечение затухло, будто его никогда и не было, все озадаченно смотрели на Лаену, думая, что это лишь часть ее замысла, однако послушница выглядела столь же негодующей. Неловкое молчание, подобно клинку разрезал голос мастера Илверта.

— Ты — слабое, никчемное создание. Ты — жалкое посмешище. Ты — ничто. Господин даровал тебе возможность постигнуть то, чего другим невозможно и вообразить, но разве ты приняла его дар? Нет… Ты была неразумна, преждевременна, поспешна. Но, любое прегрешение можно искупить… Владыка принимает любой вид служения.

Не успела Лаена что-то ответить, как позади нее возникла костяная рука, схватившая девушку в поистине мертвой хватке. В этот момент, я за долгие месяцы впервые ощутил животный ужас. Мне хотелось бежать, уйти оттуда, запереться за тремя замками, переждав эту „бурю“. Вскоре, послышался треск, шея девушки была сломана, ознаменовав ее преждевременную кончину. Мастер Илверт вновь заговорил.

— Надеюсь, вы осознаете какова цена вашей ошибки. А теперь, Раандир, выйди вперед.

Крючковатым пальцем он указал на меня, заставляя покинуть ряд собратьев. Не могу и передать, каковы были мои ощущения в этот момент. Мысленно, я уже был готов принять смерть. Однако, говоря откровенно, меня не сильно тешила возможность послужить владыке в „иной“ форме. Я осознал, что все же пока не собираюсь умирать. В этот момент, учитель продолжил.

— Прошу, Раандир. Подойди к ней, позволь ей ощутить всю заботу владыки. Даруй ей вечуню жизнь, сделай то, чего не смогла сделать она.

Произнес он, указывая на свернувшийся на полу труп… В этот момент, я могу поклясться, что слышал грохот своего сердца, подобный залпу дворфийской мортиры. Я должен был доказать свою пользу, и более того — выжить. Постаравшись абстрагироваться от реальности, я собрал все волю в кулак, стараясь ощутить то самое состояние нежизни, пришедшее ко мне в „отходнике“… Секунда, две, три, десять. Я концентрировался лишь на своем дыхании, стараясь ощутить промозглую хладность склепа. Внезапно, я вновь испытал то чувство, поток энергии будто бы подступил ко мне, окутывая все мои мысли, единя те с силой, неподвластной пониманию смертного. Исполненный странного ощущения, я коснулся руки Лаены, стараясь передать ее внутрь тела, зафиксировав там. Мое тело покрыли мурашки, а со лба полился пот, голова кружилась, нагоняя странные видения на истрепанный рассудок… Поняв, что более не смогу поддерживать поток энергии, я отстранился, наблюдая за результатом. К моему удивлению, тело девушки начало дергаться, словно находясь в конвульсии, после чего она, опершись на обе ноги, встала в полный рост… Глаза Лаены были устремлены на меня, она склонила голову, словно ожидая каких-то указаний, однако в ее взгляде не ощущалось и толики смысла. Голова была неестественного согнута вперед, словно свисая с надломленной шеи. Пошатнувшись, я согнулся, припав на одно колено, проделанный ритуал явно отнял у меня много сил, даже сейчас, записывая эти строки я все еще испытываю недомогание. Движением руки, я вырвал потоки из тела девушки, заставляя их рассеется. Голос мастера Илверта заставил меня „вернуться в реальность“.

— Ты справился, пусть твоего опыта не столь много, чтобы удержать некротику внутри тела, однако пока что твоего навыка хватит. Надеюсь, ты проявишь себя не хуже в дальнейшем.»

Почерк выглядит иным, словно слегка измененным. Он более ровен, чист, аккуратен.

«Прошел год. Целый год, посвященный подготовке. Проклятье, я даже не вылезал из учебного зала, однако оно стоило того. Множество моих братьев „избрали“ иной способ служения господину. Пусть так, они были недостойны, слепы, не готовы принять его дар. Но, наш повелитель щедр, даже к этим ничтожествам. Сегодня меня направили к доктору Велферру, наблюдать за созданием поганищ. Всегда восхищался этими воплощениями войны, однако сам процесс их создания он… Не из приятных. Особенно его портит сам Велферр, содержащий жертв живыми. Ах, столько криков о пощаде, угроз и молитв можно услышать, покуда доктор готовит рабочие инструменты. Чего уж говорить о процессе… Получения материалов. Даже мой желудок порой не выдерживал. Один, из наиболее наглых даже сумел схватить меня через прутья клетки. Кажется, он обсыпал меня ругательствами и проклятьями, когда доктор легким ударом тесака лишил его руки, после чего попросил меня пришить ее к плечу поганища. Черт, даже будучи свыкнувшимся с виду этих созданий, все еще не покидает желание сплюнуть свой завтрак, обед и ужин прямо на землю. Осторожно взяв хирургические нити, я постарался приделать отрубленную руку к плечу. Приятного мало, но доктор был удовлетворен проделанным, пусть и перешил некоторые части. Пожалуй, мне стоит почаще посещать его лабораторию.»

«Еще несколько месяцев прокралось мимо меня, а ведь я прибыл в Каэр Дарроу только вчера. Что ни говори, забавный этот доктор Велферр. Несмотря на особый вид деятельности, все равно сохраняет энтузиазм, бодрость и чудесное чувство юмора. Он — сама противоположность мастера Илверта. Я уже долгое время штопаю с ним поганищ, кажется достигая определенных успехов. Он даже позволил мне создать свое, пусть и небольшое. Я назвал его „Лапочка“… Какое иное имя может быть у подобного существа? В любом случае, ныне двухметровая громадина сторожит в ход в лабораторию доктора, став его личным питомцем, кажется они даже „сдружились“. Поганище могло было быть и больше, но Велферр запретил расходовать слишком много материала. Боюсь, ныне стоит посетить алхиматорий, ибо я совсем не ведаю как создать бальзамирующий раствор, а доктор не может отвлекаться от работ с новыми творениями..»

«Профессор Дейкел оказался менее приятен, нежели Велферр… Сам его лик вызывает отвращение, ибо вся плоть алхимика исполнена пятнами, нарывами и ожогами от реагентов, которые он испытывал на самом себе. Да еще и его нрав… Только придя в алхиматорий, я завидел кучку крестьян, запертых в клети. Профессор лишь протянул мне колбу с чем-то зеленовато-синим, после чего предложил испытать раствор на пленниках. Я тактично отказал ему, тогда он лишь подошел ближе, снимая крышку и выливая содержимое на крестьян. Раздались вопли, горстка людей начала верещать, стараясь коснуться плавящихся частей тело. Профессор лишь заливался истерическим хохотом, все подливая еще немного. Не сказать, что я был удивлен, или испытал отвращение. Лишь раздражение. Да, это верное слово. Никогда не понимал излишнего садизма у истинного служителя смерти. Кредо поборника владыки — хладнокровие, жизнь можно отнять и более быстро. Не пойми неправильно, дорогой читатель, мне плевать на страдания жертвы, но пытки требуют слишком большой временной затраты.»

«Вот уже семь месяцев я нахожусь на обучении у профессора Дейкела. Отнюдь, внутренних садистских наклонностей я не приобрел, но лишь укрепился в представлении бессмысленности пыток, в случае если они не несут явной выгоды. Но, кажется я отвлекся… Мне удалось изучить состав бальзамирующего раствора, научиться изготавливать зелья, яды и противоядия. Как-то, мне даже удалось заметить необычный чан, над содержимым которого работал профессор и его коллеги. На мой вопрос о назначении этого раствора, он лишь ответил, что когда-нибудь чан сыграет важную роль в самом определении текущего мироздания. Какие размытые формулировки, господин его побери..»

Далее записи идут дергано, видно, что пишущий оставлял их в исступлении:

«Этот миг настал. Все члены братства предвкушали его, я не был исключением. Господин взывает к нам — своим праведным слугам, ныне мы выйдем из-за пелены тьмы, что скрывала нас множество лет, начнем открытую войну с жалкими живущими, предателями, еретиками, каждого из которых ждёт просвещение. Да, оно не будет безболезненным, но лишь так можно достигнуть высот, склонившись пред ликом повелителя. Уверен, каждый из них тайно жаждет этого, просто ещё не осознал истины. Они слепы… Они слабы… Они будут посвящены..»

«Мне было приказано доставить чан с этой самой жидкостью в одну из деревень, расположенную близ Андорала. Ходит слух, что этот принц-паладин был отправлен своим треклятым орденом расследовать нашу деятельность… В любом случае, даже его настигнет просветление, как и всех надменных глупцов, что отдались на служение померкнувшему свету. Работы по транспортировке котлов прошли удачно. Отныне, эти места станут прекрасны, обретут первозданную форму истинной погибели… Я оставил небольшой отряд для обеспечения безопасности чана, после чего вернулся в Некроситет, в ожидании новых поручений.»

«И вот, наконец мой наставник воззвал ко мне… Многие и многие наши братья были направлены к Дольному Очагу… По слухам, этот трижды проклятый принц убил владыку Кел'Тузада в окрестностях Андорала. Но, ничего, слуге смерти не страшна ее хватка, насколько крепка она бы ни была. А мальчишка ещё ответит за свою дерзость, мы позаботится об этом.»

«Воистину, сражение за Дольный Очаг оказалось провалом. Будто бы сам владыка не благоволил нам… А может, это всего лишь очередное испытание? Мастер Калдин, возглавлявший атаку был отброшен, вместе с его силами, частью которых являлся ли я. Нам удалось унести множество жизней этих ничтожеств, но когда казалось, что все кончено, на подмогу светловолосому ублюдку прибыл лорд Утер Светоносный. Оставалось лишь отступить и перегруппироваться.»

«Хм-м, давненько я не писал ничего тут… Да, воистину давно… Этот принц… Ныне, король. Артас… Он оказался иным, нежели я предполагал. Да, планы нашего владыки непостижимы таким букашкам, как мы. Наша задача — лишь верно исполнить свою роль. Юный паладин сравнял с землёй город Стратхольм, отправив души его жителей в небытие, затем переправившись в Нордскол. В нашу чистейшую обитель… Мне мало чего известно о событиях тех месяцев, но вернулся он с почестями, как герой. Однако судьба любит шутит над нами в самый тяжёлый момент, не так ли? И юмор у нее далеко не так добр, как хотелось бы. Артас убил своего отца, после чего наши силы осадили столицу, вырезав каждого, кто не отдался на волю господина. Воистину, славный день. Принц собрал вокруг себя последователей нашего братства, среди которых оказался и ваш покорный слуга, пишущий эти строки. Я не знаю, куда повелитель направит нас ныне, но я предполагаю, что у него есть планы на юношу, которые нам не постичь..»

«А я все ещё продолжаю вести записи в эту книгу… Как же забавно. Мы катком труповозок прошлись по очищенным предместьям Андорала, собирая жатву душ среди неверных. Глупцы рассчитывали, что способны остановить саму смерть? Чтож, их невежество сыграло нам же на пользу, не так ли? Весь гарнизон был вырезан, а владыка Артас сразился с лордом Утром, сразив того. Ещё одна победа господина, доказывающая его всесильность. Разве стоит говорить об ином? В эти земли прибыла новая сила, рождённая среди людей, некогда населявших край, что обращён в истинный облик!»

«Кель'Талас? Королевство эльфов? И зачем владыке только понадобилось перебрасывать силы туда? Но, кто я такой, чтобы обсуждать его планы? Мне повезло стать одним из первых служителей смерти, вступивших на эту нечестивую землю. Эти места, пропитанные магией… Они так и молят об искуплении, очищении… И мы даруем его им, чего бы это ни стоило. Все узрят истину, склонятся перед волей господина!».

«Луносвет пал, как и лжеучения проклятых длинноухих. Этого стоило ожидать, ибо господин вездесущ, посему победа оказалась на стороне его слуг… Отныне, сам владыка Кел'Тузад вернулся к своим сторонникам… Я лично видел как брат Мартелл разбил лоб в кровь, завидев нашего великого господина. Воистину, великолепное зрелище. Он был всемогущ. Вот оно — вечное величие, к которому стоит стремиться… Вскоре, мы закончим очищение окрестностей, остались лишь малые группы сопротивления, да строгое население, что не укроется от гнева повелителя и его бессмертных слуг.»

«Ничто не устоит пред мощью Плети. Даларан не устоял… А ведь некогда это было величайшее магократическое государство в мире… Порой, в юношестве я мечтал стать одним из учеников академии Кирин-тора, но вот как сложилась моя судьба. Я избрал верный путь служения истинному владыке. Магам удалось лишь отстроить свою кончину, они укрылись за силой колдовства, но были сломлены словом истины. Этот ублюдок Антонидас был пререзан, как и подобает жалкой свинье на бойне… Демоны ныне пришли в этот мир, не оставляя ничего от прежнего уклада. Среди слуг повелителя прошел странный ропот о том, что Плеть ослабнет, подвергнется стагнации, но я уверен, что у владыки есть план..»

«Как же давно я не брал в руки эту книгу… Обложка покрылась огромным слоем пыли, но это не имеет значение, когда тебе хочется излить что-то на плато бумаги… После осады Даларане я вернулся в стены родного Некроситета, где проводил исследования, изучал и постигал новые направления некромантии. Это позволило мне отвлечься от тяжёлых дум о том, что Легион ныне управляет Плетью… Однако для меня было новостью узнать, что демоны были разбиты где-то на ином континенте. Чтож, тем лучше. Король Артас, вернувшийся к нам, призвал своих слуг в Нордскол — колыбель Плети. Чтож, для меня будет честью примкнуть к его флоту… Я наконец смогу послужить господину, вновь.»

«Никогда в своей жизни не ощущал такого холода… Воистину, мне казалось, что я обращусь в ледышку, или того хуже. В любом случае костры помогают мне и моим братьям защититься от морозного ветра. Здешние места сложно назвать безопасными. К тому же, нашим отрядам пришлось столкнуться с остатками эльфов, и какими-то земноводными. Интересно, какие поганища будут получаться из их тел? Уверен, доктор был бы заинтересован, увидев их. Печально, что сейчас он в Некроситете, как и некоторые другие мои братья.»

«Лорд Артас ведёт нас к Ледяной Короне, а я следую его приказу… Не могу сказать, сколько дней мы уже идём по лабиринтам древнего королевства Нерубов. Архитектура потрясает даже самые искушённые умы, но страх засады сводит на нет даже удовольствие от созерцания… Одно радует, ходит слух, что выход уже совсем близко. Чтож, надеюсь, это так… Не смогу больше перенести этот запах сырости..»

«Э-это был самый великий день в моей жизни… Воистину, это так. Лорд Артас сошёлся в битве с каким-то эльфом, обладающим странной синеватой кожей… Сражение за Ледяную Корону шло несколько дней, благо слугам истинного владыки не нужен сон и отдых. Мы взяли верх на врагами повелителя, а сам лорд Артас взошел на его престол… Ныне, все словно изменилось. Что-то произошло, но я не могу понять, что. Мне было приказано руководить возведением одного из участков укреплений новой цитадели повелителя… Чтож, полагаю время приступить к своим обязанностям».

«Ох, как же давно я не видел сей фолиант… Но, я просто обязан написать об этом. Владыка очнулся… А с ним, в движение пришли все наши силы. Многие слуги истинного повелителя уже атаковали жалких живущих на континентах, но мне было приказано оставаться здесь и приглядывать за одним из зиккуратов. Чтож, если такова воля хозяина — я исполню ее..»

«Я уверен, все это лишь часть плана господина, не так ли, читатель? Наши силы на континентах были отброшены, а герои осадили Ледяную Корону… Но… Я больше не ощущаю повелителя, я чувствую нечто иное. Владыка будто пал, а на его смену пришел некто иной, отличный от предыдущего. Однако я уверен, что это лишь часть плана моего господина… Да-да, это именно так, как же иначе? Он вновь заставил жалких живущих поверить в свое поражение, чтобы нанести удар… И я буду ждать. Как и подобает верному слуге. Сейчас я плыву в трюме корабля… Мне удалось спрятаться в небольшом отсеке с продовольствием… Исходя из того, что я подслушал — он плывет в Тернистую Долину. Чтож, там я и осяду… Я буду ждать… Буду ждать, мой повелитель.»

Книга была найдена вами где-то глубоко в джунглях Тернистой Долины. Неуивительно, что старый толмуд расположился в этих местах, исходя из содержания. К слову о нем? Звучит как бред безумца, не правда ли? Все эти возгласы о вечной жизни, всесильном господине на каждом углу? Плеть принесла в этот мир пугающее наследие, а эта книга — лишь его самая малая часть, исполненная безумием и фанатизмом. Подобная литература должна быть сожжена, как и все население проклятых.

Жизнь этого бедного человека прошла в кругу из лжи, отданая на благо погибели… Но, могли ли все повернуться иначе? Возможно. Не каждой старой книге стоит верить…

Дополнительно:

Высокая требовательность.


Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Пламенной ночи, дорогой автор! Ваше творчество проверялось по высокой требовательности.
Вам вынесен вердикт: Одобрено.

Сказать честно – вашу историю я читал долго. Не потому что она плохая, а потому что описана подробно, описывает становление вашего персонажа поклонником Культа Проклятых, его обучение, его жизнь в целом. Несомненно, объемы поражают и вы постарались передать это, что вышло, скажу я вам, неплохо и достойно. Однако, иногда встречаются ошибки орфографического характера. Все мы люди, конечно, от этого никто не застрахован. В следующий раз постарайтесь прочитать текст и сами, либо же воспользоваться нужными сайтами для проверки. Да, процесс нудный, но может убрать такие простые ошибки как «Неуивительно», «Чтож», «Вечуню» и прочее. Думаю, вы меня поняли, автор. Ваши старания оправдываются высокой оценкой, хотя есть мое собственное мнение, которое вы можете не брать на слух. Оно будет высказано в следующем абзаце.

Так как сейчас пойдет абзац с термином «вкусовщина», то не судите строго вашего покорного слугу. Оформление вашей истории, а именно в виде дневника, показалось мне немного ни к месту в данной работе. Это больше похоже на осколки воспоминаний, нежели на полноценный дневник лично из моих соображений. Никто не отрицает и того, что бывают эмоциональные люди (я и сам таким был, когда заполнял собственные дневники), но передача заикания героя меня заставила невольно улыбнуться. Само содержание мне показалось цельным, передающим атмосферу становления персонажа таковым, каким он есть, но, похоже, признаю, что оценка далась мне сложно из-за того, что подобное чтиво (именно по сюжету) мне пришлось читать чуть ли не впервые. В остальном же – только какие-то лишние придирки в виде многочисленных многоточий в конце предложений или же неуместно, на мой взгляд, использования знаков пунктуации. Я понимаю, что таким образом вы хотели передать интонацию и настроения героя, но, как я и говорил ранее, иногда это вызывало искреннюю легкую ухмылку.

Итак, итогом из всего вышеперечисленного является:

Уровни:

Раандир 13

Если остались какие-либо вопросы, то прошу в Discord (Anduin#5846)!
Приятного пребывания на Darkmoon и помни, что каждый шаг имеет последствие.

Проверил(а):
Anduin
Уровни выданы:
Да
+2
02:57
03:44
507
Нет комментариев. Ваш будет первым!