Игровое имя:
Деклас

Пасмурно. Даже такая погода никогда не мешала жителям Штормграда выйти на Торговую площадь и обзавестись новыми вещами: одежда, рабочие инструменты и обыкновенные побрякушки, которые ювелиры изготавливали для людей высшего сословия. Те же, в свою очередь, никогда не жалели монет и отдавали полную сумму изготовителю. Впрочем, такие деловые отношения между продавцом — покупателем всегда приносили пользу как и первому, так и второму лицу. Несмотря на это, существовали и третьи личности, которые предпочитали тратить свою жизнь не на эту обыденность, а на нечто другое и, по их мнению, особенное. Например, стражи великой столицы величественного Альянса. Они вечно стоят на своих постах, наблюдают за течением жизни и хранят порядок. Следят за чужой, но ограничены в своей. Некоторые считают это благим делом, другие же, вновь, пустой тратой драгоценного времени.

Время близилось к вечеру, и солнце начало скрываться за горизонтом, оставляя обитателей Азерота в кромешной тьме. Отнюдь, люди по-прежнему теснились и шли по своим делам: кто-то хотел заглянуть в гости к своим старым знакомым, другие же спешили в банк, поскольку тот с секунды на секунду закроет свои двери, а третьи, с полными карманами монет, ступали на аукцион, где их хозяины предлагали дворянам раритетные и редкие вещи.

Кажется, толпа начала рассасываться. Уже можно было увидеть истоптанную многими людьми каменную плитку, в некоторых местах вовсе разбитую, но никто на этого внимания не обращал. Величественные стражи продолжали вести свой надзор, хоть и, кажется, уже вовсе засыпали. Терпели до последнего, не давали волю своим желаниями и вершили свое дело. Их покой потревожило легкое постукивание подков о земь. Один из служащих повернул свою голову в сторону источника, начал присматриваться к возникающему из тьмы силуэту, но разрез в шлеме был довольно мал. Это, собственное, и мешало оценить неизвестного в полной мере. Можно было определить лишь то, что незнакомец сидел на коне, из-за его плеча виднелась рукоять, видимо, меча, а голову покрывал капюшон. Быть может, таким образом он защищал свое лицо от холодных и суровых ветров? Никто не знал. По крайней мере, никто не хотел знать сейчас. Воин успокоился, осознав, что личность на рысаке не представляет какой-либо угрозы, не потревожит покой мирных жителей столицы, покуда тот вовсе ступал к величественным воротам Штормграда. Всадник только и делал, что оглядывал дома, из окон которых исходило желтоватое сияние, но почему-то, в конце концов, сконцентрировал все свое внимание на дереве. На древо обычно залезали дети, срывали маленькие красные плоды — ранетки — и питались ими. Наездник продолжил свой ход к вратам. Конь, довольно плавно переступая с ноги на ногу, продолжал привлекать к себе внимание присутствующих — стражей — но те же, как-никак, реагировали на это крайне спокойно. Хотя, может быть, в глубине души те желали, чтобы скакун поскорее смотался отсюда, ибо мешал сосредоточиться на главном — безмолвное наблюдение.

Выбравшись в бескрайний лес, задул холодный ветер. Он откинул тканевый капюшон неизвестного назад. Аккуратная щетина украшала лицо, безусловно, молодого парня, рыжие волосы были сплетены в хвост средней длины, карие глаза смотрели куда-то вдаль, будто пытались что-то выискать там, а малозаметные ссадины явно указывали на его причастность к военному делу. Одеяние состояло из плотных наплечей, толстого кожаного нагрудника, облегающих набедренников и сапогов по колено. Такой расклад амуниции гласил о том, что всадник любил достаточно легкую одежду, нежели латы или кольчугу.

Вечерняя погода заставила наездника ускориться: он легонько дернул поводьями, и скакун поторопился. Рассекая воздух, грива развивалась в разные стороны, и жители Златоземья не смогли заметить такую чудесную картину, как парень, расположившись в седле, просто-напросто улыбался и наслаждался моментом, позволяя себе расслабиться в полной мере. Кто-то же его узнал и выкрикнул, причем достаточно радостно, будто увидел старого друга.

— Это Деклас! — достаточно громко выпалил темноволосый мужчина, который помогал девушке, хозяйке стоил, следить за другими скакунами: вычесывать им гриву, периодически кормить и поить. Он, отвлекшись от работы, скрестил руки у груди и принялся наблюдать за действиями фон Вардена.

Шевалье адресовал краткий кивок, тем самым приветствуя старого знакомого, и продолжил свой путь в сторону башни Азоры, но множество людей прекрасно знало, что эта тропа вела к Трем Углам — перекресток, ответвления которого вели в следующие поселения: Приозерье, Златоземье и Темнолесье.

Время начало близиться к ночи, а на перекрестке уже виднелся темный силуэт на коне. Парень вновь задержал свой взгляд на вершинах красных гор, но почему-то решил не задерживаться и завернул направо, на тропу к Сумеречному лесу, где тьма начинала сгущаться. Каждый обитатель Элвина прекрасно знал, что в этих дебрях таилась куча секретов и не меньше опасностей, которые довольно часто вредили окрестностям Штормграда. Может, лишь поэтому Корона забыла о некогда процветающих территориях?

Расставленные жителями темного леса факела кое-как освещали тропу. Легкие подвывания волков настораживали, но к этому можно было привыкнуть, причем довольно быстро. На подходе к единственному городу представитель Ночного Дозора окинул взглядом рыцаря и кивнул ему, ясно давая знать, что проход на жилые территории одобрен. Если ты не нежить — этого уже вполне достаточно.

Наверное, стоило бы остановиться где-нибудь в таверне, ибо такая ночь в данных местах никогда не давалась тихой. Оставив своего рысака в близ располагающихся стойлах, Деклас начал идти в сторону таверны, одновременно с этим потирая свои ладони ~ скорее всего от холода ~ но встретился взглядом с несколькими, вновь, дозорными, которые занимались патрулированием Темнолесья. В самом помещении было не лучше: пыльные столы и комки грязи на полу твердили о дееспособности владельца в области предпринимательства, свисающая со стены картина, кажется, вот-вот упадет, ибо гвоздь, забитый в стену, держался на “ниточках”. Свечи в подсвечниках находились под углом, и именно поэтому воск, который по логике должен был стекать вниз, просто падал на пол. За крайним в углу столиком сидела троица, на платформе виднелись кружки с неизвестным содержимым, но, судя по их поведению, это был алкоголь. Рыцарь решил не обращать на них должного внимания и, оказавшись уже у стойки, машинально потянулся к подсумку на тактическом поясе, где находилась пара — других монет. Через несколько мгновений ключ от комнаты на втором этаже был получен, осталось лишь добраться.

Комната так же не выделялась особым видом: потрепанная мебель, разваливающаяся двуспальная кровать и окно с видом на лес. Подоконник, хоть и запыленный, был к месту. Парень уложил туда завернутый в трубочку пергамент, раскрыл его и начал перечитывать содержимое, наверное, в который уже раз:

«Дорогой Деклас, сейчас, когда я пишу это письмо, моему удивлению нет предела, так как я был в неведении, не знал, что у Вашего отца, Ариаса, есть ребенок, который, что не менее маловажно, пошел по его стопам — это, между прочим, не оставляет равнодушным и даже, хочется отметить, радует. Однако, учитывая род деятельности Вардена, его можно понять, покуда тот успел себе нажить врагов. Возможно, желание уберечь Вас от бед, которые когда-то нагрянули к нему, говорит о его искренней заботе о семье и её членах.

Наверное, как-никак, стоит начать с того, что я пишу Вам не как представитель власти, а как приближенный друг Вашего отца, коим являлся все время. Будучи представителем Альянса, он всегда решал большинство проблем мирным путем, являясь нейтральным лицом. Возможно, Корона изначально относилась к этому факту с некоторой неприязнью, но время идет и взгляды большинства людей меняются. Возвращаясь к главному, мне довелось узнать, что Ариас более не шествует по Азероту и засел в стенах столицы, занимается своей семьей. Услышав об этом, мною было решено не беспокоить его вовсе, покуда тот ушел на заслуженный отдых, и пришло Ваше время, друг мой. Время от времени, от момента к моменту, когда неблагоприятные события приходят в наш мир, а Корона не способна решить их, мы обращаемся к рыцарям, и Вы это знаете, покуда в Вашей документации уже числится одно дело. Касательно главной темы: Вы, Деклас, можете отказаться от предложения, а можете принять. Власть никогда не заставляет своих подопечных работать против собственной воли.
Если, Варден, письмо все еще находится в Ваших руках, то я действительно рад этому факту. Быть может, кое-кто станет не хуже своего отца, авось и вовсе лучше. Нам всегда есть куда развиваться и самосовершенствоваться. По крайней мере, так гласит философия Святого Света. Свяжитесь с моим связным в бухте Тернистой Долины — Вернан Горефальд. Прекрасный капер, хоть и со временем приобрел повадки пиратов Черноводья. Отнюдь, это не мешает ему выполнять свое дело во благо Альянса. Ваш срок ограничен вплоть до следующих выходных, далее он отбывает от причала. Удачи, мой друг.

С уважением, А.Рэдгрейв.»

Шевалье вновь окинул взглядом королевскую печать под текстом ниже и потянулся к окну. Обхватив его край, тот распахнул оное и уселся на койку, наблюдая за тем, как потемневший то ли от грязи, то ли от чего-то другого тюль развивался в разные стороны. Холодный ветер проникал в комнату, освежал и завывал. Где-то на кронах деревьях темные точки, по всей видимости, вороны, вспорхнули в небо, создав при этом естественных звук своих крыльев. Луна висела на ночном небосводе, а мелкие белоснежные плевочки лишь прибавляли красоту этому полумесяцу. Вот уже через секунду на первом этаже таверны послышался чей-то грубый голос, судя по всему тавернщика, который начал прогонять своих пьяных постояльцев.

Сон не находил фон Вардена: тот продолжал сидеть на двуспальной кровати, глядеть в окно и думать о письме, которое прочел несколько минут назад. Все мысли были посвящены именно ему. Вопросы, всплывавшие в голове, так и не получали своего ответа. Достаточной тихий стук в дверь прервал думы молодого рыцаря и тот обернулся, вник в последующие слова.

— Из-з-звините, м-м-можно з-зайти? — послышался тоненький женский голосок. Достаточно обрывистый, сама говорящая запиналась.

— Да, конечно, — достаточно спокойно ответил дворянин, вновь начиная изучать комнату своими глазами: та осталась прежней, он ничего не трогал. Кроме, конечно же, окна.

Достаточно противный на восприятие скрип двери сопроводил её открытие. Через несколько секунд уже виднелась голова девушки: тёмные по грудь волосы, карие глаза и достаточно аккуратные черты лица. Учитывая сугубо внешность и речь, можно было сказать, что незнакомка являлась достаточно нежной персоной. Дама, окинув взглядом Декласа, медленным шагом пробралась в комнату, захлопнув за собой дверь, и вновь что-то произнесла, хоть и запиналась. Заика.

— Об-б-бщая св-водка зак-конов Т-темнолесья. По п-приказу н-нашего м-мэра каж-ждый п-п-постоялец в т-таверне д-должен наз-з-зваться, — она смотрела без укора, держала в руках пергамент и перышко, миска с чернилами, как ни странно, уже располагалась на одной из тумбочек.

— Деклас фон Варден, — искренне ответил тот, в душе не чая, как это поможет Сумеречному Лесу в борьбе с преступностью, коей здесь было достаточно. Следом, взгляд прошелся по одежде девушки: чёрная блузка, соответствующий низ темного и грязные сапоги. Заметив взгляд рыжеволосого, работница таверны опустила голову вниз и выпалила:

— Ой, прошу прощения. С с-с-секунды на с-секунду уберу эту грязь! — казалось, заверещала та, но шевалье вовремя остановил её, предварительно сказав, что это будет лишним. Хоть и, в действительности, это было неприятно, но сама территория Темнолесья не доставляла особой радости, а привыкать к различным условиям жизни — это дело обыденное. — … меня Беллатрис з-зовут! — похлопала она глазами, продолжая изучать сидящего на койке. Сжав свои губы, она хотела уйти в сторону окна, дабы изучить его лицо, но не стала — сапоги, да и некультурно это вовсе. — … или Бель, но чаще назовут Бель!

Эта ситуация не могла не вызвать улыбку, Деклас улыбнулся и удовлетворительно кивнул Беллатрис, давая знать ей, что рад знакомству. Дуновения ветра вновь подтолкнула тюль вперед, и та соприкоснулась с лицом сидящего на койке. Лунный свет просветил ее и показал по всей красе: желтые пятна, грязь и даже, как не удивительно, дыры. Дама, узрев истинный образ тюля, лишь поморщилась и продолжила.

— … э-это… я з-заметила за Вашей спиной ножны с д-достаточно н-неплохим меч-чом, а ещё конь в с-стойлах, — как-то неуклюже проронила та. — … в-вы из б-богатой семьи? Люди с-сюда кр-райне ред-дко без п-причины суются.

— По личным делам, Беллатрис. Мне лишь переночевать, и я продолжу свою дорогу, — ненавязчиво улыбнувшись, рыцарь кивнул девушке и привстал на ноги, осознавая, что забыл снять снаряжение: ножны. Обхватив ладонями ремешок, проходящих через все тело, тот начал аккуратно расцеплять середину оного. — Конь. Да, это действительно мой. Вереск, — все же решил произнести его имя. — Обыкновенная у меня семья, Бель. — становилось холодно, и Деклас потянулся к окну, дабы захлопнуть его. Так и сталось. Тюль более не развивалась из стороны в сторону, приняла постоянное положение.

— Вы не похожи на н-н-напыщенного дворянина из с-с-столицы, — сделала несколько маленьких выводов про себя, она все же решила продвинуться вглубь комнаты, уложив руки на бока. — Даже г-г-грязи не страшитесь. Ну, как так можно-то? — ее речь становилась достаточно внятной. Быть может, такие проблемы в дикции возникали лишь из-за волнения, но да кто знает. — Немыслимо! — даже чуть-чуть грозно выпалил Беллатрис. — Мало того, что мой работодатель индюк, так он это здание в порядок привести не может! — тихий глас сопровождался последующими действиями: девушка провела рукой по тумбочке и посмотрела на свою ладонь, на подушечки пальцев, на которых виднелась то ли грязь, то ли пыль — неизвестно, тяжко было разглядеть в такой темноте. — К нам давно не приходили люди из внешнего мира, а тут Вы, Деклас. Пожалуйте в мой дом. Уверена, что детишки будут рады услышать из Ваших уст несколько интересных историй. Однозначно, я просто уверена, что Вы что-то да знаете, иначе и быть не может! — усмехнувшись, та подошла к Вардену и взяла его за руку, начиная вести за собой.

Тот же, вопросительно вскинув бровь, понимал, что его уводят из общественного места в невиданную даль. Должного сопротивления оказано не было, но руку легонько отдернул, тем самым как бы говоря, что и сам пройтись может. Проследовав за девушкой, рыжеволосый краем уха услышал крик от тавернщика.

— Твой рабочий день еще не закончен! — донеслось из-за барной стойки.

— Скоро буду, не хворай! — Бела же не придала этому выкрику должного значения.

Впрочем, долго идти не пришлось. Шевалье встречал достаточно укромный и уютный домик в углу поселения: желтый свет из окон разгонял вездесущую тьму, черепица, в отличии от иных строений, была в полном порядке, а забор, установленный по периметру, так вовсе был цел и никем, казалось, не потревожен. Однозначно, возникало ощущение, что время и лес этот дом не трогали.

— Мой муж является ночным дозорным, часами напролет проводит свое время в этих леса. Тяжело не даваться волнению тогда, когда слышишь подвывания волков, когда видишь, что ополченцы возвращаются в Темнолесье и среди них нет твоего близкого человека, фон Варден. Сейчас в этих местах не то, что нет спокойствия, так и работы тоже. Отсиживаюсь, как Вы поняли, в таверне “Алый Ворон” в качестве официантки, да и все, в принципе. Таким образом, стараюсь уводить себя от худших мыслей. Лишь детей жалко, они постоянно сидят в доме, страшно же их выпускать. Особенно в такое время, как сейчас: везде орудуют разбойники, боишься за границу поселения выходить, караваны уже практически не ходят. Первого зовут Андерсон, ему уже пятнадцать, характером в отца своего, трудолюбив, приверженец доброго дела. Назвали в честь сынишки одной близкой к нам семьи, вот только судьба у него печальная: родители пропали без вести. Мало того, что без опоры остался, так и жилой дом хотели отобрать. Честно говоря, мы с мужем зачастую видели, что он сидит с бумагами, но в душе понимаем, что не справится он один. Поддерживаем как только можем, даже дозорные заикнулись о нем при виде Чернодрева, — за диалогом Беллатрис и Деклас даже не заметили, как уже вошли в достаточное уютное помещение, и уселись в кресло. Шелест огня и так сбивал необъятную тишину, а диалог продолжался. — Тот же, в свою очередь, лишь сказал, что парень останется при своем в том случае, если будет оказывать поддержку ополченцам. Очень глупо. Безрассудно. Муж приглядывает за ним по сей день, являясь дозорным, но даже он не может гарантировать тому абсолютную безопасность. Жалко мне его, Деклас, очень жалко, а поделать с этим ничего не могу, хоть мальчонка действительно хороший.

Рыцарь вот-вот хотел оборонить слово, вставить свое, но шум, шедший со стороны соседний комнаты, сбил его с мысли. Оттуда выбежал ребенок, следом за ним подросток, скажем, на вид пятнадцати — шестнадцати лет. Он вопросительно поднял бровь, окинул взглядом сидящего дворянина и скрестил руки у груди, взгляд перепал на Бель. Через секунду Андерсон начал говорить.

— Это еще что за выскочка? — послышалось от него. Грубо, достаточно лаконично. Учитывая его речь, можно было понять, что Варден ему не приглянулся. По крайней мере, с первого раза, но ведь действительно, такое спонтанное появление незнакомца в стенах родного дома повергнет в шок не только его, но и младшего брата, который уже пробежал мимо шевалье. Однако, осознав, что в комнате присутствует некто чужой, тот начал возвращаться, причем довольно медленно, остановился и пялился на Декласа. Молча.

— Подбирай выражения! — достаточно громко выпалила девушка, из-за чего шевалье, кажется, даже чуть-чуть опустил голову, хотел прикрыть уши, но это было бы недопустимо с его стороны.

— Это Деклас фон Варден. Он сегодня будет следить за вами, чтобы вы вновь не напортачили, ничего не сломали. Мало того, что окно пару дней назад разбить умудрились, так и верстак чуть было не сломали!

Рыжеволосый нахмурился, перевел взгляд на собеседницу и вопросительно поднял бровь после того, как услышал слово “следить”. В роли няньки быть ему никогда не приходилось, и именно поэтому тот решил дать знать об этом. По крайней мере, слова были адресованы лишь Беллатрис.

— Бель, боюсь Вас огорчить, но в данной сфере, если так уж можно сказать, я крайне сл…

— Научишься. Куда денешься-то? — донесся голос Андерсона. Тот же, усмехнувшись, опустил руки и уложил правую ладонь на плечо младшего брата, который просто продолжал наблюдать.

— Научитесь. Лучше поведайте им о жизни за пределами нашего пристанища, Деклас, а я с Вами посижу. Имлерих подождет, да и приток людей в таверну сегодня крайне маленький, поэтому… с удовольствием присоединюсь компании. Может, принести чего-нибудь выпить?

Сейчас Варден чувствовал себя не в своей тарелке. Возникало ощущение, что его насильно посадили в кресло и заставили рассказывать, описывать красоту тех мест, в которых он побывал. Однако, изучая эту ситуацию с иной стороны, можно было понять, что сидящие перед ним люди, возможно, никогда не видели тех красот, которые когда-то видел он сам: рельеф Красных Гор, густые леса окрестностей Штормграда, невероятная архитектура Пандарии в целом.

— Нет, благодарю, не стоит. Наверное, стоит начать с Элвинского Леса, да?..


Никто никогда не задумывался о том, как живут люди, которые ушли из-под надзора Короны: худо ли им или хорошо? Кто-то найдет в этом свою прелесть, ведь тебе не писаны законы, и ты можешь делать то, что твоей душе угодно, но никто не окажет поддержку в том случае, если произойдет что-то серьезное, плачевное. Впрочем, даже находясь под надзором служителей Альянса, можно ли было ожидать от них помощи? Если да, то почему Западный Край пребывает не в лучшем состоянии, а о Темных Лесах забыли вовсе?

Этой ночью парень не спал. Крутился в своей койке, размышлял о чем-то своем. В конце концов, не выдержав, он просто откинул одеяло в сторону и уселся на краю кровати, начал глядеть на окно, вид которого выходил прямиком на улицу. Можно было увидеть, как одни люди, стоящие за лавками, начали покидать их, поскольку посетителей не было. Другие же, скорее всего, охотники, несли тушу достаточно крупного зверя, волка, но какой ценой им далась эта охота? Мужчина при возрасте, начиная ступать по обставленной земле, немного похрамывал, левой ладонью руки он прикрывал рану на плече правой, из которой сочилась кровь. Кажется, еще чуть-чуть и он просто упадет на землю, так как не был более в силах стоять на ногах. Никто не торопился ему помогать. Лишь один из охотников, осознавая, что остальная толпа справится с добычей, опустил ногу падшего зверя и подставил свою руку под плечо опытного стрелка. Лямка его ружья проходила через все тело, а дуло самого орудия смотрело вниз.
Скрип калитки гласил о том, что кто-то подходит к дому. Привстав с койки, Деклас подошел к окну и глянул на идущего в сторону входных дверей человека — это был достаточно молодой мужчина, защитный воротник и темная одежда, позволяющая скрыться от глаз хищников в лесу, прекрасно говорила о том, что он является одним из местных дозорных. Учитывая слова Беллатрис, это был никто иной, как ее муж.

— Волки на пороге! — выпалил мужчина, который секундой ранее поддерживал раненого под плечо. Тот же, как было видно, уже лежал на земле и целился от плеча из своего ружья в темные силуэты, которые то и делали, как шевелились за деревьями, прыгали от одного ствола к другому. Не успев дойти, дозорный достаточно быстро обернулся и ринулся в атаку, обнажая холодное лезвие меча.

Соответственно, рыцарь не стал медлить и начал надевать на себя всю одежду: нагрудник, набедренники, рукавицы и сапоги. Закрепив все свое снаряжение на теле, тот вышел в зал дома и оглянул всех присутствующих: Бель была напугана и, кажется, уже начала закрывать двери на ставни, Андерсон вовсе прикрыл своей спиной младшего брата, забившись где-то в углу. Единственным способом прорваться через дом — это были окна, но и эти звери, если пожелают найти беззащитную добычу, непременно сделают это. Варден, приложив ладонь на предплечье руки Бель, легонько дернул ею и кивнул, давая знать, что все будет хорошо. Отперев ставни, парень вышел на улицу и начал глядеть на весь этот хаос: охотники отстреливались от диких зверей, уже давным — давно бросив тушу пойманного, одни дозорные махали своими клинками, пытаясь перерезать туловище хищников, другие стрелялись, но то было крайне неэффективно, ибо на перезарядку уходило достаточно много времени, а того было и так мало. Приоритетной целью шевалье было защитить этот дом, который, оказавшись без какой-либо поддержки, являлся слабым звеном в этом городке. Ему было желательно найти того дозорного, который хотел войти в здание, но того не было видно, так как все ополченцы носили одну и ту же форму. Возможно, дозорные отличали друг друга по определенным факторам, но сейчас просто-напросто не было времени изучать их одежду.

Несколько хлопков из оружия твердило о том, что бой был в самом разгаре. Раненый охотник в возрасте, встав на свои ноги, судя по всему, уже закончил свою перезарядку. Нацелившись на бегущего зверя в свою сторону, он нажал на спусковой крючок. Донесся пробивающий барабанные перепонки хлопок. Деклас, отрицательно махнув головой, начал присматриваться: один из хищников, набрав скорость, бежал в его сторону, рассекая воздух, оббегая и дозорных, и охотников. Тем временем, рыжеволосый, выставив свою руку вперед, уложил лезвие клеймора таким образом, дабы острие смотрело прямиком на оппонента. Однако, отметив, что в последний момент эти волки наскакивают на свою добычу, тот готовился к последующим действиям. Волк, сократив расстояние, приблизился к ступеням, и сделал то, что должен был сделать: напрыгнул на своего противника в тот момент, когда он дернул рукоять клеймора вниз, тем самым подняв острие в противоположную сторону. Оружие впилось в брюхо волка, и, довольно шустро опустив меч, рыцарь откинул тушу по ступеням вниз.

Ополченцы продолжали вести стрельбу, держать оборону. Мирные жители прятались в своих домах, в ратуше, кто-то же вовсе брался за оружие, ибо считал своим долгом помочь оборонцам. Услышав треск стекла, шевалье развернулся к входной двери и открыл ту плечом, одновременно с этим совершая несколько шагов вперед. Лизецрев не лучшую картину, рыжеволосый напрягся: младший член семьи все также теснился где-то в углу комнаты, Беллатрис крыла своей спиной Андерсона. Тот же, не желая быть целью опеки, не желая подставлять свою мать под клыки зверя, ступил вперед, становясь уже перед Бель. Из-под рукава левой руки виднелся карманный ножик, который парень сумел достать где-то на закоулках Темнолесья. Увидев острие орудия, хищник зарычал еще сильнее, но уже на Андерсона. Варден, рефлекторно достав из нагрудных чехлов серебряной пистоль, обошел Бель и направил дуло в оппонента, но было уже поздно, поскольку существо напрыгнуло на Андерсона, пытаясь добраться до его шеи своими клыками. Мать, что-то выкрикнув, ударила зверя ногой и угодила прямо по лицу, от чего тот показал девушке свой оскал. Деклас, нажав на спусковой крючок, пустил пулю в хищника. Андерсон лишь добил волка своим орудием, второй же просто пал на землю. Правая рука мальчонки была разодрана точно так же, как и его простенькая полупрозрачная рубаха.

Беллатрис, пребывая в шоке, подбежала к своему ребенку и начала осматривать его, попутно кивая и говоря самой себе, что все в полном порядке. Рыцарь оглядел комнату: перевернутый ножками вверх стол, выбитое окно, осколки стекла на полу и сидящий ребенок в углу, который дрожал после всего увиденного. Через несколько секунд, поспешив, появился и сам дозорный, который тридцать минут ранее собирался войти в дом, но не успел из-за поднявшегося шума. Он поспешил к сидящему в углу ребенку, пока Бель успокаивала Андерсона, но тот в помощи не нуждался — держался уверенно.

— Все нормально, не надо, мам, — тихо молвил подросток, начиная вставать на ноги. Разодранная рука — это единственное ранение, которое он сумел получить в ходе краткого боя. Проследив за действиями Декласа — он вкладывал огнестрельное орудие обратно в чехлы, следил за Бель — парень лишь кивнул, тем самым поблагодарив дворянина, и развернулся к дозорному, своему отцу, который, кажется, даже не заметил присутствие рыжеволосого. Беллатрис тоже не осталась в стороне. Собравшись всей семьей, они принялись успокаивать напуганного ребенка.

Дворянин продолжал наблюдать за разрухой в комнате, если уж не в доме, и вспомнил о своем скакуне, который находился в стойлах. Сжав ладони в кулак, тот ринулся к смотрительнице стойл. Она же, свою очередь, держала одноручный клинок, рядом валялась парочка — другая волков, еще одна пара под ногами Вереска. Боевой рысак сражался за свою жизнь всегда и везде, помогал всаднику даже тогда, когда не требовалось. Склонив голову книзу, Варден подошел к питомцу и уложил левую ладонь на его голову. Конь же довольно медленно пошевелил головой, как бы говоря, что все в полном порядке. Улыбнувшись, рыцарь перевел взгляд на смотрительницу.

— У вас прекрасный зверь, друг мой, — опустив голову вниз, та глянул на разодранную штанину своих брюк. — Бегал по конюшне так, будто его лютый месяц не кормили, честное слово! Нет, не просто бегал, намеренно сбивал эту тварину в сторону, так ещё умудрялся и затоптать. Каюсь, восхищена! — с восторгом проговорила девушка, хоть и минутой ранее ей приходилось рубить зверье.

— Благодарю, — лаконично выразился шевалье. У него были дела поважнее. Обхватив поводья Вереска, парень прошагал вперед, к дому Беллатрис.

Навстречу к рыцарю шагал тот мужчина, представитель Ночного Дозора, который полчаса назад собирался переступить порог своего дома. Обхватив края своего крупного шлема, что оставлял в поле зрения для окружающих только голубые глаза, он начал медленно стягивать оный и опускать вниз, закрепляя на тактическом поясе. Нахмурившись, ополченец уложил левую руку на бок, правую вытянул для рукопожатия. Варден, продолжая удерживать поводья рысака, достаточно спокойно пожал ладонь.

— Дориан Трастамара, лейтенант местного ополчения. Премного благодарен Вам за оказанную поддержку как и моей семье, так и Темнолесью в целом. В прошедшем шуме было невозможно реагировать на конфликт вполне адекватно, — выдохнув, мужчина развел руками в разные стороны, как бы демонстрируя свою форму. Та была обагрена кровью лесных хищников. — Такое обилие волков у нас бывает крайне редко. Видимо, большая часть зверей от голода вовсе одичали. Беллатрис уже поведала о том, что Вы являетесь представителем дворянского сословия Штормграда, — на последних словах собеседниц состроил достаточно недовольное лицо. Его взгляд перепал на охотников, которые, пытаясь добраться до таверны “Алый Ворон”, периодически похрамывали. Очи на секунды сомкнулись, и Дориан перевел взгляд на Декласа, адресовав ему положительный кивок. — Никто не в праве выбирать, кем ему родиться. Я отношусь к дворянам из стен столицы точно так же, как и Беллатрис — достаточно негативно, и у нас есть на это свои причины. Впрочем, Вы спасли мою семью от верной гибели, это уже что-то да значит. Никогда не думал, что придется жать руку дворянину. Далеко держите дорогу?

— Бухта Тернистой долины, — умеренным тоном произнес шевалье, начиная поглядывать уже за спину стоящего собеседника. Его сейчас более интересовало состояние семьи Трастамара, нежели что-то иное. — Ваш сын умеет постоять за себя, за свою семью. Это многого стоит, — отметил парень, удовлетворительно кивнув дозорному. — Славный мальчонка, хоть и чуть-чуть дерзкий. Отнюдь, в этих местах излишняя дерзость никогда не помешает. В меру, конечно же, — улыбнувшись, Деклас скрестил руки у груди и в очередной раз глянул вперед. Правда, в этот раз он сумел увидеть, как силуэт среднего роста, перешагнув порог, начал прближаться — Андерсон Трастамар. В его руке виднелся карманный нож, раннее которым он нанес удар в брюхо агрессора. Легонько дернув тем, подросток спрятал лезвие в древесном основании ножичка. Брюнет ухмыльнулся и подкинул нож в закрытом виде в сторону шевалье.

— Не думаю, что отстреливать зверье на близкой дистанции из пистоля — это лучшая идея. С этим ножиком у тебя хоть шанс будет, — усмехнувшись, Андерсон пронаблюдал за тем, как Деклас подхватил мелкое оружие. — Это подарок, — решил конкретизировать Трастамар младший. — Мы толком-то и не успели нормально поговорить, но да все же, я уверен, что шанс предоставится. В далеком будущем, — развернувшись спиной к рыцарю, подросток начал шагать к поваленной калитке. — И да. Бель просила передать, что была рада познакомиться с тобой. Заходи почаще, если появится возможность, — не дождавшись каких-либо слов, брюнет продолжил свой ход вперед. Дориан, услышав просьбу о помощи от своих соратников, спешно попрощался с Варденом и покинул место событий.

Возможно, было бы неправильно оставить все так, как есть сейчас. Варден опустил ладонь на уровень своих подсумков, открыл один из них и достал оттуда пару золотых монет, начал шагать вперед, по истоптанным в грязи следам Трастамара младшего. Перешагнув порог, он начал оглядывать все помещение в надежде найти кого-нибудь. Даже Беллатрис, хоть и осознавал, что та, скорее всего, сейчас занимается напуганным ребенком.

— Андерсон, — выпалил рыцарь, наблюдая за разрухой в гостинной. Стоявший над осколками стекла силуэт развернулся и подошел к гласящему. Через мгновенье в ладони подростка виднелась парочка золотых монет, которые, скорее всего, играли в этих местах существенную роль. Не став более временить с дальнейшим уходом из Темнолесья, Деклас вернулся к Вереску и расположился на седле, уже прекрасно осознавая, что людям здесь приходится страдать. Вовсе не по своей воле, а по воле Короны.

Ветер все также гулко ревел, сопровождая одинокого путника по тропе в Тернистую долину, и лишь птицы, безмолвно наседая на пересохшие кроны деревьев, наблюдали за всадником сверху вниз. Солнечные лучи пытались пробиться через древесную верхушку леса, делали это каждый день, но безуспешно: тени укрывали забытую землю от тепла и даровали своим жителям блаженный холод, которого иногда так сильно не хватало.

Ты действительно думаешь, что они делают это специально? — спокойно гласили мысли в голове, пока Вереск верно направлялся в сторону Пиратской бухты. — … хочешь знать правду? Она желаема всеми, но не каждый рад ей. Все приходит со временем. Если ты желаешь узнать ответы раньше положенного, то тебе придется заплатить такую цену, о которой ты будешь жалеть всю свою жизнь. Вовсе не материальную — духовную, — вовсе невольно вспомнились слова одного человека, мага, который исследовал безграничные края Азерота.

Тем временем рысак проходил мимо обломков некогда возвышающегося поместья общества “Черной Розы”. Выбитые из своей арки врата твердили о том, что кто-то пытался прорваться на территорию общины, разрушенные каменные стены сообщали о затяжном бое, и только перетоптанные цветы некогда цветущего сада могли рассказать одинокому страннику о том, что красота здесь дарила радость местным обитателям, которые давным — давно покинули свой приют и убежище, покуда тот пал перед лицом самого Леса. Никто на самом деле не знал, что сталось с Флоки, дворянским представителем “Черной Розы”, но многие могли предположить, что сам парень, сражаясь за существование своих людей, пал в бою. История дворянской общины осталась в тени, ибо все, кто мог рассказать о ней, пропали без вести, стали частью чего-то большего и просто забыли о прошлом, откинули в сторону, ибо та им ныне была не нужна.

Тернистая долина встречала незнакомца достаточно благоприятно: ни стороннего шума, ни тигров, выжидающих свою добычу, ни палящее на голову солнце. Погода была достаточно приятной. Темные густые тучи прямолинейно утверждали о скорых осадках. Со стороны Пиратской бухты веяло не только холодком, но и рыбой. Не удивительно, ведь только здесь представителя Черных Вод любили заседать круглыми сутками, часами напролет. Они принимали к себе любого путника, усаживали за стол и общались так, будто были знакомы с ним всю вечность. Если в первый раз, прибывая к этому месту, ты думаешь о том, что тебе придется вступать в многочисленные конфликты и отстаивать свое мнение, то во второй тебя уже ничего не заботит, так как ты знаешь, что эти пираты не являются агрессорами. По крайней мере, именно здесь, в бухте.

Декласу было боязно за своего коня, так как он не знал, куда его можно деть: стойла отсутствовали, многочисленная толпа моряков видели в этом рысаке лишь монету, покуда при продаже того на местном рынке гоблинов можно было неплохо подзаработать, хотя стоило учесть, что прежде чем приобрести товар, купцы задавались вопросом: откуда у тебя предмет продажи? Это было вполне логично. Никто не хотел заработать лишних проблем на свою голову.

Местная таверна никогда не пустовала. Шевалье начал спешно наматывать поводья скакуна вокруг почтового ящика, но в душе не чаял, где можно было бы действительно оставить своего скакуна. Добравшись до входа в местную таверну, рыжеволосый решил отступить: уйти в сторону, поскольку услышал участившийся топот. Через несколько секунд мужчина в прозрачной белой рубахе и полуоборванных штанах, образно говоря, вылетел из помещения.

— … и не возвращайся, пока не вернешься с монетами. Удумал пить за счет заведения, оболтус! — донесся крик из общественного заведения. Неизвестная персона, уложив ладони на землю, начал приподниматься, вставать на ноги. Отряхнув свою одежду от мелких кусков грязи, мужчина моментально перевел взгляд на белого коня, который стоял неподвижно, ожидал своего хозяина.

— Вот этот… скакун-то! Эк-кхе, где же я в последний раз таких видовал? Вспомнить… ик!.. бы! — кое-как промямлил пират, сокращая дистанцию с Вереском, но никаких движений более не совершал: просто изучал его взглядом, любовался.

— Не хочу отвлекать от этого занятия, но, полагаю, если я задамся вопросом, то никто против не будет, — проговаривая эти слова, рыцарь вновь шагнул в сторону, ожидая, что через несколько секунд на этом месте появится новое лицо, но ошибся: постоянный треск разбитого стекла, авось бутылей, и выкрики постояльцев — это нормально, а не признак того, что кого-то вышвырнут вновь. По крайней мере, в этой таверне. — Мне нужен Вернан Горефальд. Не знаешь, где найти его?

— Че? — достаточно спокойно гласил типичный обитатель здешних мест. — Не знаю таких.

— Карпер здешний, — желания общаться с этой персоной просто не было, поэтому рыцарь старался отвязаться от него как можно быстрее, получить нужную информацию.

— Это шо ли те, кто казну Короны грабежом пополняют? Н-да, — ухмыльнулся неизвестный. — За монету расскажу, где эти парни обитают.

Шевалье выдохнул, начал спешно доставать несколько серебряных монет и протягивать в сторону пирата, который, в свою очередь, изъял их у владельца с некоторой жадностью. Таких персон в бухте было более чем достаточно.

— Ну, э-э-э, карперы у нас в таверне не сидят — боятся. Эк-кхе, так говорят здешние моряки, но да кто знает, что им на самом деле в голову сбрендило! Одни предпочитают отсиживаться в борделе, вторые даже со своего корабля на берег не сходят, а третьи из бухты пропадают на неделю — другую. Как-никак, даже покорители морей иногда желают побыть на суше! Э-э-э, — опустив голову вниз, мужчина начал оглядывать валюту, которую передал дворянин. Ее было не слишком много и не слишком мало — достаточно. — Они пришвартовались к крайней слева пристани. Ну-с, твои эти… карперы, ха-птьфу!.. кар — пе — ры, — отрицательно мотнув головой, пират не стал дожидаться дальнейших слов рыцаря и двинул в таверну. — Я принес монеты, мать твою!

Дворянин оседлал своего коня и двинул на предполагаемую позицию, где предположительно располагались карперпы, располагался нужный ему человек. Возвышающийся корабль с темными парусами представал перед каждым проходящим мимо пристани человеком. Какие-либо опознавательные морские флаги просто отсутствовали: не было привычного черного, гласящем о принадлежности к вольной фракции, не было золотого льва на синем фоне — ничего. Впрочем, если говорить о судне в целом, то морской транспорт был даже очень ничего.
Вышедший на борт матрос окинул взглядом Вардена. По всей видимости, вовсе забыл о своих повседневных делах, ибо почему-то был удивлен присутствию неизвестного для него рыцаря. Сложив руки у груди, он открыл рот и, кажется, собрал что-то выкрикнуть:

— Капита-а-а-ан! — выпалил мальчонка. — Рыжеволосый парень на коне уже здесь, бейте в тревогу. Тревогу-у-у! — кареглазый матрос махал руками в разные стороны, продолжая наблюдать за тем, как Деклас пронизывал его озадаченным взглядом. Далее, просто скрылся под палубой, спустившись по ступеням обратно вниз.

Рыжеволосый спрыгнул со своего коня, начиная поправлять подсумки на тактическом поясе, и двинул вперед, на корабль, все также осматривая воинственный корабль, которому, судя по его архитектуре, было достаточно много лет. Отнюдь, это не сказывалось отрицательно на его внешнем виде, покуда только вносило свою изюминку. Еще удивлял факт того, что на борту судна присутствовал подросток, который выполнял здесь далеко не главенствующую роль, но оказывал поддержку карперам.

— Не даром говорят, что влечение к морю должно появиться с самого раннего детства, иначе же — никак, — позволил парень вырваться своим мыслям наружу. Легкое поскрипывание палубы под ногами неизвестного индивидуума оповестил Вардена о его присутствии, приближении. Он уложил свою скрытую в кожаных рукавицах ладонь на наплеч. Вторая рука пала на его рыжие волосы.

— … должно появиться с самого детства. Если человек является истинным представителем своего дела, то он не сойдет с пути даже тогда, когда ему кажется, что все идет под откос, так как знает, что, в конце концов, все станет на места своя. Так говорил Ариас, — признался неизвестный, разворачиваясь в сторону мальчонки, который стоял по правое плечо от него же. — Это образное выражение, Георг. Бить тревогу — это значит незамедлительно сообщить мне о его приходите, — ласково улыбнувшись, мужчина потрепал матроса по голове и кивнул ему, давая знать о том, что благодарен за содействие. — Вернан Горефальд, капитан “Гордого льва” и любитель свободной жизни. Пройдем со мной, Деклас, — глянув на Вереска, что еще находился на пристани, тот приказал своим матросам завлечь скакуна на палубу. Через мгновенье Варден поспособствовал этому, так как рысак наотрез отказывался идти с незнакомцами.

Проходя по нижним ярусам достаточно древнего корабля, Варден лишь дивился его красотой и, как ни странно, хорошим состоянием, о котором сказывалось ранее. Если парень и хотел бросить пару слов в сторону Горевальда, то отказался: достаточно плохо знал его, воздержался от диалога, хоть и знал, что рано или поздно, но ему придется начать разговор, так как пришел сюда именно за этим. Услышав глухие удары ножом по чему-то достаточно твердому, рыцарь повернул голову в сторону источника звука и увидел кока, который спешно готовил очередное блюдо для основного состава судна. В общих каютах виднелись экипаж: на удивление, некоторые из них читали книги, то есть были представителями среднего слоя общества или выше. В настоящее время грамоте были обучены далеко не все.

— Ты обратил внимание на то, что наши люди ведут себя крайне спокойно в отличии от пиратов. Наверное, в первую очередь, хочется сказать, что мы не являемся ими, но имеем общие сходства. Например, жажда к свободной жизни, желание уйти от власти Короны куда подальше, но все же являться ее частью. Точнее, желание являться ею частью свойственно лишь нам, именно поэтому мы проявляем некий индивидуализм. Арно Рэдгрейв вовсе с ума сошел. Считает, что если я стал частью каперов, то скитаюсь по морям с влечением к разбоям. Достаточно глупо уверять людей в неподтвержденные жизнью факты, друг мой. Надеюсь, ты не поверил ему? — выдержав паузу, капитан не позволил Декласу выронить слово. Видимо, вопрос был риторическим. — Обычно, нападая на вражеское судно, мы стараемся уменьшить численность пострадавших, вовсе свести к нулю, но понятное дело, что такого никогда не будет, ибо большинство отдают должное сопротивление. Впрочем, оставшиеся рабочие оказываются на берегах Тернистой долины, вблизи Пиратской бухты, и возвращаются к своим обыденным делам: вновь ищут судно, где требуется состав, вновь ищут заработное дело… Да, это крайне неэффективно, но не стоит забывать, что мы не есть те разбойники, о которых пускают слухи, Деклас, — очередная пауза сопроводила скрип двери, которая вела в капитанскую каюту. Коллекция красного вина, уложенные на полках свитки и большое количество книг прекрасно говорили о том, что Вернан — представитель дворянского сословия, хоть и имел значимые отличия. — Я был знаком с твоим отцом и с уверенностью могу заверить, что он не единожды спасал мою жизнь, оказывал поддержку при надобности. В основном, большинство его просьб касалось перевозок: из Восточных Королевств в Калимдор, ну-с, или куда-нибудь еще. В один прекрасный вечер, когда Великое Море не щадило никого, ибо погода была отвратительной до ужаса, на наше миловидное судно был совершен налет представителями одной пиратской компании, если уж не шайки. Наверное, огонь подступал так быстро, что я уже потерял надежду на дальнейшее спасение: пламя могло добраться до запасов пороха, кой мы хранили под носом судна. Кто-то из экипажа прыгал в воду, кто-то оставался на палубе, ожидая от меня каких-либо приказов, но на тот момент я был слишком неопытен. Ариас взял командование на себя, привел меня в чувство и приказал брать агрессора на абордаж. Сталось так, что в этот день я и лишился корабля, и обзавелся новым. Жалко, конечно, за “Зеленую милю”, но благо, что мы целыми выбрались. На раскопки, куда собирались изначально, с твоим отцом мы не попали, но выжили — это главное.

— Он мне никогда не сказывал о своих подвигах: что делал, чего достигал, — усаживаясь на пыльный диван, шевалье накренился в корпусе вперед и уложил на достаточно низкий столик свои руки.

— Ариас преодолел много жизненных препятствий, оставлял их позади, но не без дружеской опоры. Арно, все еще являясь представителем Короны, всячески помогал ему и оказывал неоценимые услуги, о которых я никогда у него не спрашивал. Касательно себя — уже говорил, — улыбнувшись дворянину, Горефальд уселся на кресло, расположенное напротив Вардена. — Теперь же, друг мой, к главному. Корона никогда не взывает к своим защитникам без серьезной причины. Сейчас, когда Легион активизировал все свои силы, Азерот больше всего нуждается в помощи. Со дня на день мы отправимся к Расколотым островам, — выдержав паузу, капитан встал с кресла и подошел к шкафу, где, по всей видимости, он хранил свое снаряжение. Одежда, винтовка с подобием штыка у дула и сабля — это то, что можно было теперь увидеть на полу. Одни единственные ножны, которые Вернан сжимал в своих руках, нашли место на низком столике, напротив которого сидел рыцарь. — Я крайне редко выбираюсь на сушу, ибо живу только морем. Этот клинок был предназначен для твоего отца, Деклас, но думаю, что ныне он тебе нужнее, — улыбнувшись, мужчина наклонился и зафиксировал основание ножен левой рукой. Другой же, что располагалась на рукояти, начал тянуть эфос на себя. Обнажив окутанное огненной пеленой лезвие, Вернар аккуратно уложил орудие на стол. — Ты найдешь ему лучшее предназначение, — усмехнувшись, капитан наблюдал за тем, как шевалье досконально изучал достаточно старый, но искусно выполненный клинок. Через несколько секунд Деклас потянулся к мечу, но Горефальд не придал этому должного значения: лишь вернулся к шкафу, начиная собирать упавшие на пол вещи, возвращать их на исходную. — … и, если в далеком будущем найдешь время зайти в родной дом, то покажи ему клинок и скажи, что это благодарность за спасенную жизнь. Раскопки увенчались успехом. Завтра отплываем, готовься к отходу от бухты.

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Приветствую, Akella. Ваше творчество рассмотрено и по нему вынесено решение - одобрено.

Излишних слов и комментариев отпускать не стану, но обязательно стоит указать, что получилось чудесно: литературный стиль, повествование и раскрываемость в самом рассказе - это то, чего порой так сильно не хватает. У Вас всё это присутствует. Просто чудесно.

Одобрено +8 к уровню.

С уважением и наилучшими пожеланиями, AnyTweetAny.

Проверил(а):
AnyTweetAny
Уровни выданы:
Да
15:30
13:58
828
17:04
+4
Книга, а не квента.
V.
00:08
+3
Ar u fcin srsly boi????? Утром прочту) Пока лайкос воткнул, думаю будет интересно
00:59
+2
Наконец-то я могу прокомментировать это.
Акелла, ну ты как всегда!!!
09:09
+2
Ну, что есть, то есть. Ничего поделать не могу!
08:05
+1
Хороша чертовка :)