Игровое имя:
Сариан


Сариан, Утонувший во Тьме.


— Что движет тобой, охотник? — хриплым голосом произнесла тварь. Истекая демонической кровью, существо обрывисто хлюпало во время каждого своего вдоха. Ее безносая морда бледнела, теряя накопленную в теле скверну, а расколотый шлем едва держался на голове демона, вжимаясь в обоженный камень позади и чуть спадая набок. Один из рогов обломился во время схватки и лежал подле обессиленной ладони побежденного. Глядя на все это зрелище, мутант, подобно гончей, захохотал. Этот смех был исполнен чувством удовлетворения.


— Я хочу увидеть… Как ваш Легион будет прятаться в страхе, бояться тех, кого еще недавно истреблял и презирал. Посчитав нас легкой целью, вы ошиблись и расплатились собственными душами. — с этими словами, охотник прижал лезвие к горлу беспомощной твари и схватив рукой за рога, одним рывком, обезглавил добычу.
Подняв отрубленную голову, эльф заглянул в закатившиеся глаза.
— Убожество. — прошипел темноволосый мутант, прежде чем откинуть трофей в сторону.

Рваные скалы с моря омывал холодный ветер. Выжженные скверной глаза мерцали на фоне ночного леса. Побережье Вальшары в эту пору выглядело необычайно красиво, однако, это вовсе не волновало охотника, напротив — лишь раздражало, навеивая воспоминания о детстве и напоминая о слепоте. Хоть его глаза и воспринимают мир иначе, благодаря видимой ауре, достраивая изображение — подобно сну, это не отменяло факта отсутствия зрения.

Устало шагая к лагерю, эльф погрузился в давние воспоминания… Когда они еще ладили с сестрой и он не утонул во тьме — ради силы.


В детстве, Сариан помнил себя как синеволосого эльфа со светлыми глазами, напоминающими огоньки — духов, что часто мелькали в эльфийских лесах. Подобно звездам, очи сияли с благословения Богини Элуны, освещая взор еще юного эльфа. Ныне он лишился этой черты. Его бледная, светло — синяя кожа, еще не обросла, к тому моменту, чешуей и шрамами, а на чистом, детском теле, не виднелись вырезанные скверной, алые татуировки. Он помнил, как любил носить листья в волосах и подаренное отцом ожерелье на шее — древний оберег, пропитанный природной энергией. Вечно, еще не обучившись охоте в лесу, из — за своей импульсивности он получал ссадины. То падая с дерева, то пяткой зацепившись за крепкий корень, возвращался домой Сариан, будто после сильной взбучки. Маленькие уши говорили о его незрелости, а ребячество, показывало, насколько далеко он от обряда инициации. Ростом Сариан почти не отличался от гнома, едва был на половину фаланги выше. Встретить его можно было в короткой одежде из листьев или льна, тонкой, но практичной. Вместе с этим, часто он гулял со своей маленькой сестрой, не забывая прихватывать и лук с колчаном.




Детство: 85 год до ОТП (13 лет)

Еще Сариан помнил где родился и как вырос. Хоть жажда крови демонов, порой, затмевала его разум, а новая жизнь тесно вросла в рассудок эльфа, такое забыть невозможно. То светлое и счастливое время, врезалось в память охотника навсегда, напоминая лишь о ошибках прошлого. Каждую ночь ему снился Аубердин, те же эмоции и те же детские переживания.




Кажется, день клонился к своему ожидаемому завершению, знаменуя окончание — мрачным закатом солнца, в тот момент, когда старший ребенок Песни Дождя проснулся. Темные берега никогда не отличались гостеприимством, но прожив всю юность в этих краях, рано или поздно — привыкаешь. Отряхнувшись от листьев, ребенок шустро поднялся на ноги, выхватив лук и поспешно оглянувшись. Стоянка представляла из себя небольшую опушку, скрытую в роще, прямо возле горной цепи, которая окружает Нордрассил и Ясеневый Лес. Трава осторожно примята, а поверх, еще с утра, до сих пор лежат два спальника. Один из них принадлежал Алии — младшему ребенку Песни Дождя. Костер старательно скрыт за крупным камнем, который расположился на опушке, закрывая путь к берегу и скрывая пламя от диких животных.
Оставив недавно остывшие угли, юный эльф, собрал снаряжение, спальники и направился вслед за ушедшей сестрой. Босые ноги, давно огрубели, потому, не препятствовали ходьбе, наоборот, способствовали проворству эльфа. Вскоре, Сариан, ближе к полуночи догнал свою сестру, следуя по рубцам, оставленным на деревьях с помощью фамильного ножа, данного отцом в качестве подарка. Едва заметный и неглубокий след сразу давал знать куда направилась его владелица, потому, прыжками и легким бегом, тот нагнал Алию.

— Ты долго. — произнесла еще юная эльфийка.

— Я проснулся чуть позже обыденного. — ответил Сариан, явно с раздражением, он не думал, что сестра продолжит путь без него.

— Нам нужно поспешить, завтра мы должны вернуться в Аубердин. Отцу срочно нужны шкуры и те травы, что мы собрали. — девчонка шлепнула себя по изумрудному мешку, что висел на поясе.

— Для начала, нам необходимо выследить добычу и… — не успел закончить брат, как его перебила сестра.

— Я уже вышла на след. Следы все четче, а значит мы недалеко.

Сариан промолчал, лишь утвердительно кивнув. Через час они все же наткнулись на стоянку оленей. Оба натянули лук, не решаясь обранить и слова. Отец учил сохранять тишину и спокойствие во время охоты.
Однако, никто не ожидал появления дикой кошки по другую сторону стоянки. Из кустов, беззвучно вырвался силуэт хищника, что двигался к одной из ланей, готовясь к прыжку. Дети затаились, соревноваться со взрослым хищником запрещалось взрослыми, однако, Алия не потерпела такого вмешательства. Девочка вынырнула из укрытия и пустила стрелу прямо в лань, которую приметил зверь по другую сторону. Мгновение и добыча проснулась. Чувствуя угрозу и заметив кошку, олени ринулись в разные стороны, в том числе и в ту, где находилось укрытие Сариана. Стрела эльфийки пролетела мимо цели, прорезав воздух. Ответная реакция не заставила себя ждать. Еще неуверенный брат не успел среагировать, когда на Алию набросилась хищница, перепрыгнув ту и атаковав со спины. Кувырок и Песнь Дождя умыкнула в сторону. Набравшись смелости, Сариан выпрыгнул дабы помочь сестре, но тут же был откинут ударом когтями в грудь. Лани давно скрылись в чаще, а Алия, продолжала уворачиваться, ожидая благоприятного момента для атаки. Руки тряслись, ноги едва сдерживали все напряжение тела, холодный пот проступал сильнее после каждого атакующего рева. Несколько ударов Алия почти пропустила, получив лишь несколько царапин. Казалось, битва длится уже час, однако на деле — прошли секунды. Испачканный в крови, юноша поднялся, не чувствуя боли. В тот момент когда кошка уже настигла Алию, Сариан сделал рывок вперед, выхватывая стрелы из колчана и отбрасывая лук. Худшая стратегия, однако ребенком двигали гормоны, а его цель проста — защитить сестру. Напрыгнув во время атаки на кошку, тот вонзил обе стрелы в спину цели, удерживаясь на той, подобно неуклюжему всаднику, впервые севшему на саблезуба. Хищница взревела, а охотница, до того момента, отпрыгивающая, сделала кувырок в сторону ошеломленного животного и прорезала острием кинжала глотку, заставив истекать кровью голодную кошку. Оба оказались по уши в крови, однако остались живы. Сариан слетел с кошки, ощутив резкий приток боли через минуту после окончания боя. Чуть ли не теряя сознание, он смотрел на свои ладони, истертые и вымазанные в собственной крови. Между пальцами виднелась его сестра, смотревшая на брата с испугом в сияющих глазах. Взмолившись Элуне, она, со слезами, стекающими вниз, бросилась к брату. Шок, страх, все в один момент, ударило по девочке, вызывая истерику. Обессилено зажав раны, Алия выхватила с поясной сумки спрятанные на подобный случай бинты из мироцвета и подложила их под ладонь. Мироцвет имел заживляющий эффект, а потому, сейчас, был как никак кстати. Сознание Сариана понемногу мутнело и очнулся он лишь к вечеру следующего дня — бледный, ослабленный, холодный.




Резко поднявшись, первым что он заметил, на той же опушке: спящую рядом сестру, свернувшуюся в клубок и уткнувшуюся в кисть парня. Промычав от вернувшейся боли, что приливала с каждой секундой все сильнее к ране, он все же смог уложить голову Алии на край спальника и подняться. Как только мальчик оказался на ногах, его зрение снова помутнело, а картинка перед глазами начала темнеть, однако тот все же удержался на ногах, на мгновение услышав писк котят. Пока Алия спала, он неуверенно пошагал к источнику звука. Опрометчиво, но звук шел из небольшой трещины в скале, размером полтора на полтора метра. Заглянув внутрь, он услышал отчетливо тот же писк. То были крохотные котята, сильно напоминавшие кошку, что оставила рану на груди мальчика. Боль вновь вернулась и не только физическая… До него вдруг дошло, что хищница охотилась на ланей ради этих котят и еще вчера он убил их мать. Боль в сердце пронзила и его разум, писк лишь усиливал чувство вины и угрызения совести. Ему стало жаль, очень жаль...

Через сутки, они с сестрой, вместе с котятами, вернулись в Аубердин. Лишившихся матери, кошек отдали часовым и жрицам Элуны на обучение. Однако одна мысль, все же не покидала разум Сария, заставляя того взрослеть раньше времени.

-«Ради спасения чьей то жизни, всегда приходится чем то жертвовать.»





Подростковый период: (78 год до ОТП — 20 год после ОТП)

Сариан за время отрочества, успел на глазах возмужать, приобретая более грубые черты лица, свойственные мужчинам эльфам. Широкие и выдающиеся скулы прорезались вместо щек, челюсть становилась с каждой неделей все отчетливее. Перегородка на носу, плавно перетекала в нозри, а основание находилось под четким углом, что делало весь нос ровным и прямым, без лишних шишек и ямок. Глаза стали более явными и приобрели форму капли. Сам же взгляд, напоминал хищный, ястребиный, что передался ему от отца. Губы, достались от матери, как и волосы, нежные и упругие, они красовались на небольшом отдалении от переносицы. Волосы же, мягкие, шелковистые, приятные на ощупь, стекали ручьем вниз, по ключицу, с двух сторон закрывая лицо. Почти достигнув пика своего роста, Сариан возвышался над землей на сто девяносто сантиметров, а тело приобрело отчетливые черты взрослого эльфа: ярко выраженные мышцы, спортивный вид, четкий рельеф. Уши чуть рваные, очевидно не раз задетые в бою с хищниками. На груди все так же оставался глубокий шрам, оставленный кошкой. Рубцы давно зажили, но светлый след, все так же напоминал о давно прошедшей битве.

Годы проведенные на охоте закрепили в нем стратегический склад ума, хладнокровие, расчетливость, проворность, навыки стрельбы и боя с противником из укрытия.
Постоянное участие в семейном ремесле, научило его упорности, терпению. С детства желание учиться Сариана заметил отец, потому давал раскрывать весь потенциал в работе, давая пищу для постоянного совершенствования навыков на практике. Порывистый нрав Алии и поучения отца о защите младшей сестры, заставили Сариана стать внимательным и проницательным, в некой мере заботливым. А традиции ночных эльфов, воспитали в нем сочувствие ко всему живому и верность своему народу, семье.

Смирившись со своим происхождением, сын кожевника, подобно своему отцу, упорно оттачивал свои навыки охоты и разделки шкур, а так же обработки кожи и меха, пока сестра лишь начинала свой путь жрицы Элуны под покровительством Тиранды Шелест Ветра. Та выступала наставницей для всех жриц, хоть и являлась правительницей Детей Звезд. Напрямую у Тиранды Алия хоть и не училась, однако преуспевала в жречестве и преисполнялась верой в Богиню.

Все сильнее брат с сестрой отдалялись друг от друга. Постоянные тренировки заставляли Алию надолго уходить из родного дома, а свободное время она предпочитала проводить в храме своей Богини. Каждый день, стена между родными детьми Песни Дождя росла. Каждый раз, когда сестра возвращалась, Сариан, от безысходности срывался на нее, обвиняя в безразличии к нему и к семье. Еще горячая подростковая кровь пылала в жилах эльфа и чувство горечи, сильнее перевешивало понимание к сестре. Сопереживание угасало каждый раз, когда он видел ее лицо или нечто новое в ее жизни, порой перерастая в зависть. Почему Он — старший сын семьи, продолжает работать ремесленником, когда его сестра — гордость родителей, сильно преуспевает на пути жречества. Очевидно, жрецы почитались больше, нежели обычные рабочие и это казалось еще юному эльфу несправедливым.





Весь подростковый период Сариан старался угодить отцу — стать полноценным наследником семьи, что с давних пор, промышляла ремеслом отделки кожи. Однако всему помешала, наступившая после инициации (обряда, знаменующего переход во взрослую жизнь), Третья Война. Ознаменовались последующие события вторжением орков на юг Ясеневого Леса и вырубкой лесов. Весть о вторжении оскверненных легионом существах распространилась по всей части северных лесов Калимдора. Скверна, что текла в жилах иноземцев, свидетельствовала о порче Легиона, который десять тысяч лет назад чуть не уничтожил Азерот. Всех событий Третей Войны Сариан не видел, в отличии от его сестры, которая участвовала в боевых действиях в качестве боевой жрицы. Большую часть войны, Сариан, подобно отцу с матерью, трудился на благо Калдорай, помогая в изготовлении доспехов и собирая все возможные крупицы материалов, необходимых для создания кожаной брони, заклепок, рукояток луков и глеф или иных изделий из кожи и меха. Только в битве за Хиджал, Сариана перебросили ближе к фронту. Его навыки охотника могли пригодиться в обороне подходов к Зимним Ключам, тем более, по слухам, брата Верховного Друида — Иллидана Ярость Бури, освободили из заточения и он мог принести больше проблем, нежели пользы. Требовался каждый лук, способный попадать в цель.

Задача казалось простой, защищать подходы к Роще Шелеста Ветра с возвышения. Дорога просматривалась с высокого уступа почти полностью, скрыться от стрел правосудия казалось невозможным, однако враг оказался не глуп...



21 год после ОТП (119 лет)

— Они идут! Луки наизготовку! — кричал командир ополчения, которому принадлежал Песнь Дождя.

Стратегически важная линия обороны перед проходом в Зимние Ключи, стоила множества воинов, ее пытались удержать так же ревностно, и захватчики, и защитники. Мерзкие вопли оскверненных тварей впереди, ознаменовали начало предстоящей битвы, авангард ринулся вперед, однако, их было слишком мало. Первая волна демонов и нежити пала от дождя стрел еще на самых подходах к подъему, что внушало оптимизм многим, но не Сариану. Слишком просто, не похоже на разрушительную чуму, что загнала Детей Звезд к Горе Хиджал. Вторая волна подошла уже чуть ближе, но так же потерпела поражение. Многие уже праздновали победу. Потеряв бдительность, командир улыбнулся, в тот же момент, небо озарил изумрудный свет. Падающая звезда, горящая пламенем, летела в центр строя лучников...

Грохот, шум в ушах, боль, все это в мгновение пронеслось по телу лучника. Везде зеленое пламя и огромные кратеры, из которых через секунду показались массивные големы, раскаленные, выкованные будто в вулканах, обоженные и опороченные. В месте, куда падали камни, так же были эльфийские воины, однако от них не осталось и следа. Сариану повезло больше, его задела ударная волна, откинув на несколько метров прочь и оставила множество ссадин, ожогов и царапин.

— Не смертельно. — вслух прокомментировал Сариан, прежде чем попытаться подняться на ноги.

Все тело ныло, а конечности реагировали болью на каждое движение. Даже пульсация сердца сопровождалась болью, однако, в разгаре боя, это не помешало молодому охотнику подняться. Полностью раскрыв озаренные светом глаза, перед ним открылась вся картина войны. Разрезанные пополам трупы, вурдалаки прущие вперед, задние ряды построения, залитые кровью и кусками мяса, вперемешку со снаряжением и внутренностями. Сариана стошнило, он еще никогда не видел зрелищ войны и стольких изуродованных трупов. В этот же момент, пронесшийся ополченец, схватил охотника за плечи и поднял его. Бледный, с горящими ушами и выпученными глазами, Сариан шокировано смотрел на лучника. Тот, прежде чем сбежать, вручил свою глефу незнакомцу, секунду назад выворачивающему желудок наизнанку и бросился прочь. Однако беглый взгляд за спину, позволил понять, что далеко ему не удалось убежать. Страж Скверны ополовинил его голову массивным топором за мгновение. Схватив глефу покрепче, Сариан побежал назад, к Роще Шелеста Ветра. Чудом ему удалось умыкнуть от громадных инферналов, не превратившись в лепешку и благодаря проворству и умению скрываться, избежал и других демонов. Все еще держа в правой руке оружие, левой он скинул с себя мешавшийся колчан на спине, отцепив крепление. Лук он оставил на поле боя, потому стрелы были сейчас бесполезны. Пробежав несколько сотен метров от побоища, до него дошло, насколько жестоко сейчас обращаются с дезертирами и как сильно он подвел свой народ. Ком подвалил к горлу, чувство вины возымело вверх над чувством самосохранения, потому, Сариану пришлось остановиться и присесть у ствола громадного дерева, прижавшись к нему спиной. Чуть ли не рыдая, он поджал ноги и лбом уперся в колени. В голове звучали слова, усвоенные еще в детстве:

— «Ради спасения чьей то жизни, всегда приходится чем то жертовать.»

Сейчас он не принес жертву и подвел свой народ, оставив погибать товарищей.
Около минуты повторяя в своей голове слова о жертве и предательстве, он услышал топот бегущих лап и озадаченное рычание. Мысли улетучились, страх за свою жизнь, вновь возымел прежние силы и теперь его заботил лишь враг. Гончих у эльфов нет, значит это Гончие Скверны. — собакоподобные твари, не имеющие зрения, однако использующие свою связь со скверной и щупальца, для поиска ауры. Почувствовав приближение демона, эльф сжал глефу, приготовившись к атаке из за угла. Кажется тварь нашла его, когда он сбегал с поля боя, взяв след там же. Выпрыгнув из за ствола с глефой, Сариан набросился на демона и атаковал в тот момент, когда гончая прыгнула в его сторону. Уйдя в бок, охотник вонзил одно из лезвий оружия в брюхо сквернотвари, но в последний момент, рукоять выскользнула из пальцев эльфа и глефа рухнула на траву еще перед приземлением гончей. Выругавшись, и поняв что тварь лишь ранена, с голыми руками от безысходности, Сариан в прыжке повторил атаку. Схватив противника за челюсть, эльф попытался свернуть шею твари, однако сил едва ли на это хватало. Контратаковав, демон вгрызся в левую руку охотника, стараясь повалить того на землю. Сариан припал на колено и ударом правого кулака, бил в нос гончей, борясь тем самым за свою жизнь. Он бил и продолжал бить, даже когда тварь выпустила его и пошатнулась. Подпрыгнув и вдарив с наскока ногой по челюсти, он завалил на бок пса и продолжил ломать череп нападающего. Удар за ударом, пока его рука не стала месивом из плоти, усеянной осколками чешуи, что вонзились в кулак.
Остановила его вовсе не боль, оглушающие шаги, в сочетании с грохотом металла. Позади шел хозяин гончей, хохоча на языке, непонятном юноше.
В этот момент, его парализовал страх, он ожидающе смотрел на своего палача, не отводя глаз. Сократив дистанцию до метра, страж гнева, замахнулся огромным клинком над своим шлемом. В этот же момент, Сариан закрыл глаза, вспоминая улыбку сестры и счастливые моменты жизни...

Послышался скрип стали и размашистый удар вдоль голой плоти. На лицо эльфа хлынула теплая жидкость. Открыв глаза, на ладонях мерцала изумрудная кровь, а подняв взгляд выше — фигура… Эльфа?! Прозвучало в разуме Сариана. Однако тело этого эльфа было усеяно шрамами и татуировками, того же цвета, что и кровь на пальцах Песни Дождя. Хриплый голос прозвучал, когда силуэт развернулся вполоборота к юноше.



— Твоя смерть наступит не сейчас. — произнес силуэт.

Через мгновение, зрение все же позволило увидеть своего спасителя. Его глаза были замотаны тряпкой, слепой эльф напоминал рысь, а его клинки — когти. Волосы темные, как ночь, а сам он, по видимому, пережил множество битв. Тело двигалось расслабленно, спокойно, будто убивать демонов он давно привык и делал это даже с удовольствием. Приглядевшись внимательней, он разглядел черты, свойственные Верховному Друиду. Они почти не отличались друг от друга внешне, однако были совершенно разными.

— Предатель? — изумленно вымолвил Сариан.

Тут же он поднялся на ноги и выставил перед собой кулаки, с которых стекала кровь. Встав в боевую стойку, Песнь Дождя был готов в любой момент напасть. Им все еще двигал страх и инстинкты.

— Не каждый способен убить демона голыми руками. — Иллидан обратил свой взор сначала на руки Сариана, а после на бездыханное тело гончей.

Сариан едва ли стоял на ногах и не в силах был упрямиться, лишь слушал из последних сил.

— Так и будешь убегать от сражений, пока тебя не загонят в угол, подобно дичи? Будешь сидеть на коленях и ждать смерти или обретешь силу и станешь сам охотится на губителей миров? Присоединяйся ко мне и обретешь возмездие!

В этот момент боль прошлась от пяток к макушке, по всему телу эльфа, но тот не рухнул. Лишь продолжал смотреть в место, где когда то были глаза Иллидана. Однако, это продлилось недолго.

В глазах потемнело, прежде чем упасть, в ушах прозвучал тот же глухой голос:

— Найди меня, если жаждешь силы и возмездия.

Через мгновение, Сариан уже лежал, примяв траву, подле тела гончей. Возможно он умер еще в битве с гончей, возможно не было и гончей и это все сон, а возможно его никто и не спас. Хотелось верить в то, что это все страшный сон...


После Третьей Войны, Сариан пролежал у целителей оставшиеся 2 месяца, его сильно задело при падении инфернала и в битве с гончей. Считать дезертиром его никто не стал, к счастью. Прежде чем его нашли жрицы, он несколько дней провалялся в отключке рядом с телами убитых врагов. Чудом, бессознательное тело не тронула ни нежить, ни демоны. В те злополучные дни ему громадно повезло. Почти весь его отряд умер сразу после падения инферналов, однако защитить ныне Оскверненный лес не удалось.

Вся жизнь семьи Песни Дождя колоссально изменилась за последний год. Теперь Аубердин стал портовым городом, необходимым для связи нововыращенного древа Тельдрассил с материком, там все чаще появлялись иные расы, а Калдорай, впоследствии присоединились к Альянсу. Малфурион — Верховный друид, пропал после событий, завершивших Третью Войну, лидерство над друидами ночных эльфов принял Фэндрал Олений Шлем — один из лучших учеников Ярости Бури. Первые месяца в лазарете, его посещала сестра, Сариан как никогда был рад ее видеть в целости. Кроме семьи, у него не осталось никого. Большинство друзей приобретенных до войны, погибли от лап демонов, малочисленные остатки разъехались по материкам или же пропали без вести. Алия вскоре присоединилась к стражам, начав под руководством Майев, отлавливать предателей народа и сбежавшего Иллидана. Потому, последние две недели Сариан пролежал в одиночестве. Пройдя полное лечение и реабилитацию, Сариан вернулся домой, где его настигла дурная весть о смерти родителей. Провожая караван, кожевники планировали найти лучшее место для жизни, у них были деньги, охрана и настроены они были решительно. Не сообщив ничего Сариану, они думали обрадовать старшего сына столь светлой новостью, однако судьба не позволила этому случиться. Скрывавшиеся после войны сатиры, группой напали на караван, сначала убив охрану, а потом и владельцев, ограбив весь обоз и скрывшись в лесах.
Узнав об этом, Сариан впал в отчаянье на более чем полгода. Находясь в Аубердине, на него напали воспоминания о словах Иллидана. Терзала вина за слабость, трусость, отсутствие и предательство. Испытывая горечь утраты, он долго думал о том, чтобы сбежать, не сказав ни слова сестре, которая презирала Предателя. Сказать о том, что случилось у Рощи Шелеста Ветра он не решался. Написав прощальную записку, собрав снаряжение с деньгами и никого не уведомив, Сариан отправился искать удовлетворения своей жажды мести. К счастью, он знал где искать Иллидана из новостей от своей сестры и слухов, разносившихся из дверей «Последнего Приюта» — таверны в Аубердине. Черный храм, Запределье, погибший мир орков. Именно там его ждет сила, которая больше не позволит взять слабости верх.




«Долгий путь» (22 — 23 год после ОТП)

Оказавшись в столь желанном Запределье, исхудалый эльф шагал по горячим камням вперед. Он даже не знал где находится этот Черный Храм, а пересекая границы Азерота, он не встретил никого, кто мог бы ему помочь. Еще перед отплытием из Аубердина, половину бюджета было потрачено на приобретение карты Азерота и известных на тот момент материков. Пьяный дворф, продавший юноше карту, даже не предполагал о планах оного. «Бородатому коротышке» срочно были нужны деньги на продолжение банкета, а с последних лет, представители разных рас, в Аубердине встречались часто. Дворфы всегда забавляли Сариана: низкие, бородатые, считающие эльфов чопорными и скучными, они казались ему невообразимо чуждыми Калимдору и чрезмерное недовольство пришельцев с Дун Морога, не позволяло воспринимать их всерьез.
Однако усталость в ногах и пощипывание обожженных и огрубевших пальцев, вернуло сознание Сариана назад в настоящее. Постоянные прятки с агрессивными существами, живущими в проклятом мире орков, изрядно вымотали и повредили рассудок юноши. Все здесь было чуждо эльфу, его характерная близость с природой на родине, позволяла почувствовать, как этот мир гниет изнутри, разваливается и трескается. Тут и там мелькали следы вторжений Легиона, заброшенных построек было куда больше, нежели обжитых. Ему понадобился почти год, чтобы добраться до Запределья и теперь, Сариану стало казаться, что случившееся у Рощи Шелеста Ветра — не более чем сон, ошибка воображения, вызванная сильным стрессом и усталостью. Преодолевая скалы, то и дело, привычка охотника, заставляла юношу взглянуть на небо. Он привык ориентироваться по звездам и жить, охотиться по ночам, однако, закрывавшие Долину Призрачной Луны изумрудные тучи едва ли могли дать простой ответ о времени суток. Каждый раз опуская голову и не найдя звезд, эльф погружался снова в воспоминания прошлого. Он примерно понимал, что его сестра где то здесь, охотится на предателя, однако насколько же велик этот мир, по сравнению с Темными Берегами?
Он все брел вперед, туда — куда глядели его, сияющие светом Элуны, глаза, спотыкаясь, но не останавливаясь.
В очередной раз поднявшись с оскверненной земли, перед ним возникла фигура… Эльфа?! Казалось, это снова был Иллидан, однако, перед ним стоял крепкого телосложения, низкого, по сравнению с Калдорай, роста мужчина, с мешком наперевес. А за ним — хрупкая девушка со светло — русым цветом волос, та вопросительно, со страхом смотрела на Сариана, однако ее брат, выхватил из за пояса кинжал. За секунду припав на колено, он прижал холодное лезвие к горлу Ночного Эльфа.

— Назовись, что ты тут делаешь?

Прежде чем потерять сознание от усталости, Сариан произнес лишь одно слово:

— Предатель… — протяжно простонав, в момент — веки потяжелели и разум отключился, пеленая взгляд в беспросветной тьме.

Открыв глаза, он заметил все те же облака. В мыслях пронеслись слова: «Значит не сон.»
Беглый взгляд по окружению ничего не сказал о местоположении, однако он находился в лагере, жажда и голод более не мучали тело, однако усталость все еще чувствовалась в ногах. Попытавшись подняться, по спине прошло жжение, снизу вверх, останавливаясь между лопаток. Повернув голову вбок, стало понятно, все это время, он спал на камнях, едва ли от такого мог помочь тонкий спальник. На пробуждение Сариана среагировал тот же эльф, что не так давно, прижал кинжал к горлу юноши. Поднявшись с места и обойдя тлеющий костер, он подошел на расстояние вытянутого клинка к ночному эльфу.

— Без глупостей, моя сестра убедила меня оставить тебя, однако меня эта идея вовсе не впечатляет, чтобы ты там не знал о Владыке Запределья.

— Владыка Запределья?.. — неуверенно переспросил Сариан.

— Иллидан Ярость Бури, полагаю.

— Он здесь?!

— Верно, но для чего ты его ищешь.

В мгновение, мысли пронеслись бурным потом в голове Сариана. Его уши затмил голос великого предателя и те же слова, которые после, повторил ночной эльф, глядя сквозь странного, по его мнению, низкорослого эльфа.

— Тебя ждут две дороги: одна ведет к безумию и смерти, другая — в мою тень. Найди меня, если жаждешь мести.

Эльф крови изумленно взглянул на Сариана.

— Значит и ты тоже… Следуешь зову Владыки.

Сариан лишь кивнул, в тот момент, когда Син'дорай протянул тому руку. Обхватив кисть, эльф крови помог подняться охотнику. Сзади показалась эльфийка и теперь он мог разглядеть их лучше, нежели в припадке усталости.

Оба ниже Сариана на полторы головы, оба светловолосые. Оба имели изумрудный оттенок глаз, напоминающий скверну легиона. Хоть они были и эльфами, едва ли напоминали Калдорай. Основные различия заключались в форме длинных ушей, оттенке кожи.
Мужчина выглядел уверенно, крупные мышцы скрыты под тонкой рубашкой, с закатанными рукавами, штаны облегали ноги а высокие сапоги лишь подчеркивали стройность оного. Однако у обоих почти не было оружия. «Маги» про себя добавил ночной эльф. Его сестра, вызвала у Сариана замирание сердца. Она была изумительно красива, волнистые светло — русые волосы спускались до груди, на затылке затянутые в свободный хвостик, пухлые губы на узеньком лице, обрамлялись выдающимися скулами. Ее светлой коже не была помехой грязь и копоть, а фигура, хоть она и казалось миниатюрной, формы тела впечатляли и не оставили равнодушным молодого эльфа.
Заметив взгляд Сариана, Син'дорай одобрительно захохотал.

— Засмотрелся на мою сестру, дитя ночи?

— Я… Ну… Нет, вовсе нет. — неуверенно ответил Сариан.

Подойдя ближе, эльфийка расплылась в улыбке.

— После твоих слов о предателе, я поняла, что ты не представляешь для нас опасности. Рада узнать, что я не ошиблась. И рада встретить представителя народа Лорда Иллидана.

Голос звучал нараспев, а улыбка девушки, вогнала Сариана в краски. Его хватило лишь на один кивок и туповатую улыбку. За сестрой продолжил ее брат:

— Мое имя Килсен Вечный Странник, а это моя сестра — Аниса.

Соблюдая нормы приличия, Сариан сквозь боль поклонился, прежде чем представиться.

— Сариан Песнь Дождя. Вы...

— Эльфы крови. — ответил Килсен.

Сариан кивнул, решив не задавать лишних вопросов. Он мялся подле спальника, ожидая дальнейшего.

— Присаживайся с нами у костра, втроем не так страшно путешествовать по Запределью.

Верно — подумал Сариан в мыслях. Это место внушало страх и трепет. Ее фауна и флора извращена, а за каждым углом таилась новая опасность, он до сих пор чудом избегал неприятностей, более не стоило рисковать. Согласно улыбнувшись, ночной эльф присел у костра, по видимому, в Запределье царила ночь, потому, большинство хищников стало более опаснее. Девушка, решив что Сариан голоден и после сна не прочь освежить горло и набить желудок, протянула часть пайка, предварительно достав тот из пергамента. После, эльфийка протянула и флягу.

— Угощайся, нам осталось недалеко, ты ведь идешь туда же, куда и мы?

— Да. Черный храм. По слухам, там властвует Иллидан. — добавлять Владыка, он не стал, это казалось непривычным да и воспринимать его кем то более чем предателем, Сариан не мог.

Спешно перекусив, они весь ужин молчали, а после, юноша крепко уснул. Ослабленный организм, постоянно клонит в сон и этому чувству невозможно было сопротивляться.

На следующее утро, компания спешно выдвинулась в сторону Черного Храма, им предстояло обогнуть Руку Гул'дана, а затем, направиться прямиком к воротам убежища Предателя.
Всю дорогу Сариан осторожно и тактично пытался выяснить природу Син'дорай, а так же, откуда родом родственники. Вместе с этим, открывалась история Эльфов Крови и их характерные признаки. Народ оказался с захватывающей судьбой, которой хотелось переживать, однако, поняв, что ныне это предки высокорожденных, отделившихся от ночных эльфов, Сариан завершил расспросы. Ему очень хотелось поближе познакомиться с Анисей, однако пока, это не представлялось возможным и потому юноша старался сохранять бдительность и хладность рассудка. Он знал этих существ едва ли день, а потому, доверять им пока не стоило, насколько бы не были близки их цели. Каждый, между тем, утаивал конкретную причину странствия, ясно было всем, они шли к Иллидану за силой.




Черный Храм:

К вечеру, группа стояла на небольшом мостике, перед ними возвышалось огромное сооружение с массивными стенами сбоку. Проход был закрыт огромными вратами, потому, троица пока не решалась войти. В этот момент, Сариан оглядывал сооружения, заприметив несколько красноватых силуэтов на возвышениях. Похоже на орков, весьма изувеченных и оскверненных запретной силой. Те, прижав арбалеты к груди, пристально следили за пришельцами снизу, но пока не решались направлять арбалеты. Снизу все казалось настолько огромным, а сама троица — незначительной, будто муравьи, искавшие проход в дом, дабы унести оттуда нечто вкусное. Переминаясь с ноги на ногу, Сариан погрузился в собственные мысли, уже привыкнув и игнорируя раскаты вулкана за спиной. Правильный ли выбор он делает, пока еще есть шанс сбежать и вернуться в Азерот. Возможно стоило бы сейчас развернуться и уйти, забыв о том, что произошло в Ясеневом Лесу. Возможно сестра его ищет, переживает и не нашла записки. Что если...
Мысли эльфа прервались грохотом ворот. Те приоткрылись и им навстречу вышел эльф в мантии.

***

— Вы не первые кто добрались сюда, потому, не считайте себя особенными. — причитал эльф в мантии.

Хотя из его головы вырывались массивные рога, однако это был именно эльф, а не сатир. Это выглядело очень странно, однако у Сариана не оставалась выбора, кроме как довериться и ему. Троица шагала спешно, стараясь поспевать за быстрым темпом неизвестного. Очередные двери распахивались перед ними, пока они не углубились в недра храма. Первым что их встретило — зловоние, ужасный и мерзкий запах разлагающихся тел. Неужто их привели на убой, возможно это вовсе не Черный Храм, а лишь уловка все тех же демонов. Не стоило доверять предателю, но все кончено. Есть ли у них шанс выбраться отсюда? Открылась очередная дверь и прежде чем войти, незнакомец разговаривал с существами, напоминающими скорее животных, нежели разумных существ. Щупальца, торчащие из подбородка, приплюснутое лицо без носа, крупные и немногочисленные пальцы на ладонях. Все морщинистые с клыками вместо зубов. Похоже здесь собрался весь сброд из Азерота и Запределья, а возможно не только. Набравшись смелости, Сариан вошел и за остальными, вдруг гул внутри помещения затих, все обернулись на пришельцев.

Распахнув пошире свои глаза, Сариан не мог поверить в реальность происходящего. Повсюду стояли эльфы, скорее напоминающие демонов, нежели своих сородичей. Это были исключительно Син'дорай и Калдорай. Его собратья, покрытые чешуей и рогами, слепые, цвет их глаз преобразился в изумрудный. Подобно Иллидану, они носили двухсторонние клинки и так же подобно ему, предпочитали сдержанный стиль одежды с оголенным торсом. Мутанты. Они тренировались или же просто отдыхали, но здесь троице не было места, незнакомец вел их дальше. Прежде чем они успели выйти из зала, множество голосов шушукалось за их спинами, возможно они были рады новоприбывшим, а возможно обсуждали их будущее.
Все держались раздельно, закрывшись сами в себе. И никто из троицы не решился задать вопроса по поводу увиденного.

***

Группу завели в душную комнату, где по видимому, собирали недавно прибывших эльфов, для дальнейшей подготовки. Сариану так и не удалось увидеть Иллидана, по словам незнакомца, тот был слишком занят насущными проблемами и у него не оставалось времени на новобранцев. Получается, Сариан присоединился к Иллидану?
Оказалось не все так просто, уединившись на узких койках, троица держалась поотдаль от остальных, однако, все же решилась спросить о цели их содержания здесь.

— Меня зовут Асадон, но здесь мне дали прозвище Скала.

Перед ними возвышался крупный эльф, даже по меркам Калдорай. Этот ночной эльф и вправду напоминал гору. Его массивные мускулы не уступали по силе и оркам, что часто служили стражами здесь. Кажется дай волю и он вправду снесет огромный валун вдребезги. Однако, внешность обманчива. Эльф оказался очень дружелюбным и безобидным, что Сариан начал сомневаться, действительно ли этот здоровяк попал туда куда нужно.
Асадон поведал, что здесь их готовят к некому испытанию, по видимому в конце пути, они обретут силу, подобную тем, кто носил рога. Это оттолкнуло Сариана, ведь он не был готов к подобному. Асадон так же предупредил, что тех, кто пытался сбежать, казнили стражи на выходе. Это явно поубавило желание вернуться назад в Азерот. Выбор сделан, назад пути нет.
К сожалению Асадон не знал, что бывает с теми, кто не проходит испытание.

Раз в день, к ним являлся старший, прозванный Хранителем. Столь же ужасный эльф, как и его собратья в зале Охотников. Крупные рога выдавали его принадлежность к Иллидари, а множество шипов на теле о его сложных мутациях. Он забирал половину эльфов из новобранцев для тренировки. К счастью, в первый день Сариан отдыхал как и Килсен со своей сестрой.

Второй день, как и последующие, где ему приходилось тренироваться, выдался для юного эльфа тяжелым. Его тело, буквально доводили до предела, заставляя отдавать все силы на разнообразные упражнения. Это были исключительно тренировки, направленное на развитие тела и разума, возвращаясь в казармы, желания не оставалось даже для разговора. Его физические навыки возросли, он стал выносливее, быстрее, сильнее и ловчее. Буквально парил на ринге, этому способствовало так же упорство Сариана и навыки охотника, изученные в прошлом.

Прежде чем его время подошло, а к следующему дню Сариана ожидало испытание, он все же решился серьезно поговорить с Анисой. Все это время, у него не было времени, чтобы узнать брата с сестрой поближе. Однако Килсена забрали еще с самого утра и до сих пор он не появлялся в казармах. Спустившись с верхней койки, Сариан присел на кровать к Анисе. Слова лезли на язык сами собой.

— Отдыхаешь? — спросил ночной эльф, скрестив пальцы в замок

— Угу-м.

— Ты знаешь где Килсен? С самого утра его увели, ничего не сказав.

— Такое часто происходит, некоторых эльфов уводят отсюда, кажется им заинтересовался сам Варедис, однако это лишь слухи.

— А где Асадон, я его со вчерашнего дня не видел.

— Думаю его забрали на испытание. Он ведь говорил, ты вечно все пропускаешь мимо ушей. — девушка ухмыльнулась, выявляя свою шутку.

Сариан улыбнулся в ответ, демонстрируя зубы, однако не остановился.

— Слушай, вы тут в порядке, я действительно переживаю, это ведь не похоже на вашу родину.

— Что ты знаешь о моей родине?

— Ничего, признаться честно.

Девушка вновь ухмыльнулась.

— Сейчас она почти ничем не отличается, хотя раньше это было место, цветущее каждый сезон.

Сариан продолжал слушать, в перерывах лишь одобрительно кивая.

— Леса Вечной Песни, усеянные золотистой листвой, золотистой, подобно моим волосам.

— Изумительно. — добавил Сариан

— Эти леса пропитаны магией, той что отняли у нашего народа совсем недавно. Те кто это сделал — враги владыки Иллидана и я готова следовать за ним. Я прошла далекий путь, не для того чтобы сдаться или подвести брата.

— Мне знакомо это чувство. — утвердительно добавил Сариан.

— Зачем же ты здесь?

— Ради силы, мести. Я больше не могу прятаться, быть бесполезным и завидовать сестре. Смотреть как мой народ гибнет, отомстить за близких. Много причин, однако главная — мне нужна сила.

— Большинство здесь из — за обещанной силы, однако ты отличаешься. Тебе нужна сила не ради силы, это радует. За то недолгое время, что мы знакомы, я поняла кое что. Ты действительно хороший эльф и я верю в тебя.

Сариан улыбнулся, это то, что он хотел услышать.

— Я помогу тебе на твоем пути, больше мне не на кого положиться здесь.

Сариан решился довериться, он понимал цену оплошности, однако выбора не было.

Испытание:

Утром, эльфа увели, вместе с Анисой в небольшой зал, в центре которого был вырезан круг. В центре виднелась засохшая кровь, вперемешку со скверной. Он не успел даже предположить, что это за место и для чего оно, когда из тени вышел огромный силуэт эльфа. «Син'дорай» — шепнул кто то сбоку. «Владыка Варедис» — послышалось сзади. Тот кто будет следить за их обучением, первый из охотников на демонов. Тот лишь жестом поприветствовал их, призвав первого выйти в круг.
Испытание началось, но пока никто не решался выйти первым. Все желали сначала понять, что это такое. Закрыв глаза, веки не желали открываться. Неуверенность все еще жила в сердце Сариана, стиснув зубы, он чувствовал на себе взгляд Варедиса. В один момент, его кто то вытолкнул вперед, он неосознанно сделал несколько шагов вперед, дабы удержать равновесие.

Мутант справа от Варедиса ухмыльнулся.

— Впечатляет твоя решительность.

Перекинув взгляд с Владыки Син'дорай, на комментатора, в глаза бросились завернутые бараньи рога, напоминающие обруч. Это ночной эльф с четко вырезанными татуировками на теле, маска покрывала почти все лицо, скрывая ослепшие глаза и следы мутаций, а сам он, казался более бледным, чем остальные в зале. Весьма важный и сильный эльф, по видимому.
Ничего более не оставалось, Сариан неохотно сделал несколько шагов, проникнув в очерченный круг. Оглянувшись назад, он попытался отыскать Анису, однако та, неуверенно скрестив запястья на груди, смотрела на калдорай, очевидно переживая.

Все случилось неожиданно, едва ли Сариан понял, что ему предстоит сделать. От страха ему заложило уши, а сознание унеслось полностью внутрь, перебирая все мысли подряд. В вырезанном круге выросли магические стены, не позволяющие выйти из ринга. В другом конце, показался изумрудный, небольшой портал.

***

Сжав кулаки к лицу прилила обжигающая кровь, часто моргая, из портала показалась гончая скверны, выпрыгнувшая прямо перед ночным эльфом. В зале поднялся шум, но звуки не мешали Сариану сосредоточиться. Страх обнимал все тело, не давая тому пошевелиться. Сариан вспомнил ныне оскверненный лес, те события и все чувства, что он пережил за тот день. Шрамы от ран вновь запульсировали, а костяшки заныли. Сжимая пальцы еще крепче в кулаках, эльф ждал, не в силах начать поединок. Хищно облизнувшись, гончая ходила по кругу, рассматривая свою жертву и прицениваясь к той. Выставив лапы вперед, демон вытянул морду вверх, зловеще рыкнув. Сариан отшатнулся, но спиной уперся в магический барьер, что коротким импульсом отправил его обратно в центр. Варедис ухмыльнулся, не этого он ожидал от первого новобранца. Вскинув кулаки вперед, Сариан все же решился и сделал прыжок навстречу судьбе. Гончая ожидала подобного поворота событий, а потому тут же вонзила свои клыки в икру охотника, стараясь того повалить. От неожиданности, Сариан пошатнулся, но не утратил равновесия. От боли, его колени подогнулись, а тело чуть не рухнуло вниз. Размахнувшись, он вдарил по черепу гончей, как в прошлый раз, вбивая всю ненависть за тот день, прямо в голову твари. Удар за ударом, однако не выходило, кулаки ныли, а гнев все еще не переполнял грудь калдорай. Пока гончая грызла его ногу, он хватился за шипы на спине демона, потянув на себя. Почувствовав когтистые ладони эльфа, гончая вырвалась из хватки, оставив ногу Сариана истекать кровью и попыталась прыжком, обогнуть охотника, зайдя тому в спину. Сариан успел обернуться, не упуская из поля зрения свою цель. Каждый намеревался выйти из этой схватки победителем, даже гончая, пребывающая, до недавнего времени, в Круговерти. Обхватив левой ладонью место укуса, эльф обернулся, выставив раненную ногу вперед, а корпус ровно. Вновь сжав кулак, он ожидал вторую атаку от демона. Гончая не заставила себя ждать, в прыжке, она хотела вонзиться в шею жертвы, дабы быстрее закончить эту простейшую охоту. Ожидая этого, Сариан вытянул руки вперед, не было никаких гарантий, что он все же сумеет ее схватит в воздухе, но ему удалось. Схватив ладонью гончую за лапу, левой рукой, ранее лежавшей на ране, он вдарил в бок твари, опрокидывая ее в сторону. По инерции проследовав за телом, эльф запрыгнул на лежавшую тварь. Глядя ей в пасть, запах собственной крови и вновь бурливший гнев, заставил Сариана замахнуться еще сильнее, двумя руками вбивая острие ее носа вглубь черепа. Каждый раз слыша скулеж гончей, он вновь и вновь видел картину перед своими глазами. Темный лес, окутанный пламенем. Еще юный Сариан, сидящий у кроны дерева, спиной упирающийся в ствол. Тяжелое, сбитое дыхание и крики. Крики везде. Обернувшись, он вновь увидел преследователей в виде псаря и гончей.

***

Дымка перед глазами рассеялась и бездыханное тело гончей все еще лежало перед ним, полностью вымазанное в зеленоватой крови, с раздробленным черепом и вновь его кулаки были разбиты в кровь. Он завопил от переполняющего его гнева, вперемешку с угрызениями совести и накинувшимся на него прошлым. В конце зала послышался грубый голос, который казался громче чем крики самого Сариана.

— Испробуй добычу, охотник.

Подняв глаза выше, Сариан заметил источник звука — ночной эльф, что стоял рядом с Варедисом. По началу, никто не понимал, кроме этих двоих о чем идет речь, однако в один момент, тот же эльф добавил:

— Вырви сердце гончей, выпей кровь и отведай плоть. Ты охотник, а это твоя добыча.

Эти слова привели Сариана обратно в рассудок. Его трясло, после ухода адреналина, однако выбора у него не оставалось. Все внимательно смотрели на ночного эльфа, замолкнув окончательно.
Когтями углубившись в тело демона, он нащупал между иных органов, еще теплое сердце, едва пульсирующее. Схватив по — крепче, он выдрал то из тела гончей и осмотрел. Кто бы мог подумать… Зачем все это? Они ведь не дикари… Его мысли прервала усмешка Варедиса — едкая и издевательская, по — видимому он действительно считал недостойными всех присутствующих. Подняв сердце на уровень своего рта, он откусил кусок от оскверненной плоти. Кровь залилась прямо ему в горло, а жевать грубую и обжигающую плоть, казалось невозможным. Проглотив один из крупных кусков, казалось, будто что то застряло в пищеводе. Зрение темнело, а силы покидали его тело, он задыхался а все тело горело огнем, пульсировало и отдавало болью. Он рухнул лицом в мессиво из собственной крови и крови гончей.



Перед ним возник силуэт, который медленно преображался в Анису. Та стояла и держала заточку в ладони. Руки чуть тряслись, а слезы стекали по щеке. Схватившись за сердце, она нервно обернулась на Сариана, тот лежал на груде камней и грязи. Опустив взгляд на тело, он понял, что лежал весь в крови, кровь была практически везде, а у его ног лежал изувеченный труп Килсена.
Девушка продолжала рыдать и наклонилась перед Сарианом. Ее узенькая талия открылась, рубашка была мала, волосы спали вниз, закрывая частично глаза и стирая слезы. Всхлипывая она произнесла, все тем же нежным голосом...

— Ты убил его, предатель!

Сариан не мог вымолвить и слово, паралич сковал его тело, не давая пошевелиться ни единой мышце. Однако Аниса все продолжала.

— Ты трус, я знала что ты сбежишь, я ошибалась! — переходя на крик с каждым предложением, продолжала Син'дорайка.

— Ты! Ты подвел всех! Ты подвел свой народ, семью, бросил сестру и теперь, ты приносишь несчастья всем окружающим! Ты монстр!

Со страхом в глазах, Сариан попытался отползти назад. Его лицо исказила гримаса ужаса и сожаления. Его сердце терзали муки совести и ненависть к себе. Эльфийка подходила все ближе, пока острие кинжала не уперлось в кадык парня.

— Ты, вызываешь у меня лишь отвращение! — вопила Аниса, это причиняло еще больше боли, влюбленному эльфу.

Сариан продолжал смотреть на Анису, не в силах что — либо сделать. Вытянутая рука девушки тряслась, а слезы, стекали все чаще и чаще, капая на окровавленные камни. В один момент, произошло то, чего он и ожидал: холодный металл вонзился в шею эльфа, заставляя того чувствовать предсмертное дыхание и боль. Кровь хлынула из раны, заполняя его глотку, напоминая вкус съеденного на посвящении сердца. Он схватился ладонями за рану, между пальцев уместив лезвие кинжала. Захлебываясь в собственной крови, в ушах звучал странный, изуродованный, голос.

— Ты жалок. Ты трус. Дезертир, предатель, мусор, недоносок, умри и отдай свое тело палачу смерти!

Зажмурив глаза, Сариан пытался говорить, подступающая кровь и перерезанная глотка мешала, единственное что получалось — шевелить губами.

— Никогда. Никогда. Никогда. Я охотник, а ты добыча и тебе не сломить меня жалкими трюками.

Повторяя те же слова снова и снова, вдруг в голове зазвенело, а боль начала разрывать череп. Крик демона продолжался, пока в один момент неожиданно не прекратился. Открыв глаза, Сариан увидел бесконечную тьму, в которой начали зарождаться звезды. Миры, жизнь, созвездия, кометы. Свет озарил вселенную, а в далекой тьме, появились те же огоньки, что освещают леса Калимдора.
Через мгновение, огоньки начали срастаться в нечто единое, перевоплощаясь и образуя нечто пылающее. Вскоре, через мгновение, взору эльфа предстал Падший Титан, что разрубал миры, один за одним. Каждый мир молил о помощи, кричал от разрывающих его страданий. Эти голоса стали невыносимы, а Саргерас все продолжал рубить мир один за другим. Сариан попытался было закрыть уши ладонями — не получилось. Он пытался зажмуриться — веки не смыкались. Вытянув перед собой ладони, он тяжело дышал, а сердце его стучало сильнее с каждым разрубленным миром. Боль в голове усиливалась, а среди голосов молящих о помощи, послышался ликующий смех — это смеялся демон внутри него. Неосознанно, Сариан искривил пальцы от гнетущих его чувств и не задумываясь вонзил их себе в то место, где находились глаза. Беззвучно крича, он продавливал зрачки, заставив те вытекать, вместе с пульсирующей болью внутри. Он не хотел видеть этот театр смерти, не хотел видеть погибающие миры и слышать мольбы о помощи, на которые не мог ответить. В один момент все прекратилось, Сариан более не видел миров и не слышал голоса, не слышал ни смеха, ни голоса демона, все остановилось, даже время. Неожиданно в сердце, мощным ударом влетело нечто неосязаемое, заставляя душу вернуться в тело. Он победил.






Дополнительно:

Высокая требовательность

ООС:

Квента раскрывает в подробностях детали жизни Охотника на Демонов и рекомендуется к ознакомлению. Дополняет анкету и латает дыры, сюжетные пробелы.

Анкета еще в разработке, но персонаж уже зарезервирован, однако не отыгрывается.
Благодарю за внимание к этому творчеству: з



Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Добрый день. Творчество рассматривалось по Высокой требовательности.

Хочу напомнить, что квента является целостным художественным произведением и рассматривается вне контекста анкет и иного творчества.

Наверное, в этой формулировки кроется ее главная проблема. Так произошло, что один персонаж подразумевает одну квенту и одну анкету, поскольку только так можно точно знать, что всего персонажа и его идеи будет оценивать один человек. Также, это позволяет игроку легко отыскать творчество и изучить персонажа полностью, без дополнительного материала.

Главная проблема квенты в том, что она неудачно кончается. Клиффхэнгер это самое плохое решение здесь, потому что мы не знаем, когда выйдет вторая часть, выйдет ли она вообще и сможем ли мы вспомнить события первой? С вашей же стороны, вы должны понимать, что поощраеться уровнями только одна квента на персонажа, следовательно за вторую часть вы никак получить награду не сможете. Если у вас есть желание завершить историю, то сделайте ее в этот топик, и я даже соглашусь пересмотреть его после.

Касаемо самого творчество - оно на высоком уровне по всем фронтам. Качество текста? Да, я заметил только две опечатки на 7500 слов, и то не смог найти их после прочтения. Подача? Да - Все персонажи, которые ввелись, раскрылись в достаточной мере, чтобы считаться нужными. Они все особенные, колоритные, необходимые для повествования. Эмоции? Снова да, момент борьбы с гончей, а после флешбек на испытании - отличная идея и прекрасно передает переживания персонажа. Отдельно хочется похвалить за иллюстрации - не нужно быть Жаком Фреско, чтобы понять, что они заказные или ваши собственные. За счет совокупности всех факторов история кажется очень интересной, несмотря на тривиальность. Это одна из очень немногих крупных квент, которые я прочитал без перерыва. Успехов в творчестве!

Одобрено, +10 на "Сариан".

Контакт - rolevik dima#4300

Приятной игры!

Проверил(а):
rolevik dima
Уровни выданы:
Да
+1
06:08
18:16
587
Нет комментариев. Ваш будет первым!