Игровое имя:
Зитени


Вступление.

Подводная лодка гоблинской конструкции Волчья Стая — это судно, способное погружаться на большую глубину. Экипаж ее состоит из десяти обученных техников, зачастую гоблинов картеля Трюмных Вод, и десяти дополнительных пассажиров. Сооружение это создано для ведения боевых действий из-под воды, но лучше всего показало себя как безопасный и комфортабельный транспорт. Врагу требуется серьезное оборудование, чтобы ее засечь. Им войска Альянса снаряжают в редких случаях.
Причина подобного подхода к этой военной технике заключается в уязвимости к повреждениям. Во времена великого катаклизма подводные лодки пытались использовать против морских чудовищ в Вай'шире, но в девяти случаев из десяти судно проигрывало схватку. Цепкие щупальца громадных чудовищ не оставляли технологии гоблинов и шанса. Альянс тоже имел подводные лодки, что были куда надежнее и крепче, потому как сооружались гномами. Но подобная техника доказала свою неэффективность, ведь затраченные на производство ресурсы были слишком большими. Да и гномов, пробывших в длительной изоляции от моря, трудно назвать достойными моряками. Чего не сказать о гоблинах, что пользовались флотом в торговле и войне с древних времен.

Именно эти мысли были на уме у Зитени Моргинг пока она сидела на тесном сидении с металлическими подлокотниками внутри подводной лодки Волчья Стая. Вид из иллюминатора наскучил ей в первый день плавания, и теперь она более не наблюдала за обильной морской растительностью и живностью моря. Шел второй день с тех пор, как их судно отплыло из деревни Сломанного Клыка, что во Внутренних Землях. Им предстояло еще больше дня безвылазно плыть по морским просторам Азерота в надежде, что они окажутся в Калимдоре целыми и невредимыми. Среди пассажиров подлодки было три орка, пять троллей, некоторые из которых были ранены, а так же тяжело раненная эльфийка. Бойцы в бинтах и тугих повязках располагались поодаль, в пяти метров от сидений, на мелких шезлонгах-кроватях. Эльфийка рыцарь крови часто мучалась и стонала от боли, прикрывая глаза и стискивая зубы, а на лбу ее была окропленная кровью повязка, стягивающая страшную рану на голове. Зитени вспоминала о том, как каждый из бойцов оказался на борту.
Тролли Сломанного Клыка после решительных побед во Внутренних Землях решили, что должны помочь Орде в войне на других фронтах. После прибытия в бухту Острорука они денек отдохнут, после чего отправятся в далекие земли с новыми силами. Орки тихо и молча дожидались прибытия в Оргриммар, где должны были получить новое распоряжение или отдых. Зитени знала, что некоторые из попутчиков уже не будут сражаться. Напротив нее сидел тролль с бирюзовой кожей, который вот уже второй день неотрывно пялился на морские пейзажи через толстое стекло. Он, как и другие, отрывался от завораживающего вида лишь для пищи и сна. Причиной такой апатии и отрешенности от происходящего была повязка на все предплечье. Потому что руки по локоть у него попросту не было.
Потеря конечностей для живых, наверное, расценивалась хуже смерти. Теперь этот однорукий тролль не сможет достойно сражаться в первых рядах, не возьмет свой расписной племенной щит и меч-мачете, чтобы встать в авангарде. Для него война, скорее всего, закончилась. Хорошо это или плохо, было видно по его лицу и взгляду, что был неотрывно прилеплен к иллюминатору. Казалось, что этот парень не хочет быть там, где он сейчас. Не желает быть в том положении, в котором оказался.

А сидения, как и кровати, были действительно тесными. Зитени была рослой девушкой, могла похвастаться своими весовыми и ростовыми показателями среди других отрекшихся. Но сейчас это сыграло с ней злую шутку, ведь железные сидения подлодки предназначались для гоблинов! Она в первый день недовольно ерзала и ворчала, обвиняя капитана, экипаж, конструкторов, и само сидение в неудобстве. Орки решили, что лучше посидеть на полу рядом с сидениями, а сами сидячие места занять мешками с вещами и броней. Тролля без руки сидение не волновало. Казалось, что он где-то далеко отсюда, и от своих мирских проблем. Зитени невольно по привычке расчесала свои черные хвостики волос, а после в сотый раз за день осмотрелась. По левую сторону она видела большое стекло, рядом с которым расположилась рубка управления. Гоблины лениво иногда перебирали рычаги и кнопки, что-то меняя в зависимости от формы морского шельфа и преград. Капитан сидел сбоку от штурвала и рычагов в небольшом кожаном кресле. Его лысину прикрывала фуражка красных тонов, из-под которой так и сочились капли пота. Они падали на стальной пол и стекались в небольшие лужи с другими жидкостями кабины лодки, такими как масло и топливо.
Где-то правее раздался громкий пшик. Это по правую сторону от Зитени гоблины сидели за низким столом и попивали прохладительные напитки, лениво чеша языками на родном языке. Зитени их не понимала, но по интонации можно было с уверенностью заявить, что в их плавании пока что идет хорошо. Временами гоблины играли в карты, на которых были изображены печатные изображения гоблинш в откровенных позах и с явной вопиющей нехваткой одежды. Зитени, осмотрев правую и левую сторону кабины лодки, вернула взгляд вперед. Тролль без руки сидел все так же, вывернув шею в сторону иллюминатора рядом. Он иногда моргал, но взгляд его был неподвижен.

— Выходит так, что ты старше по званию всех, кто тут находится. — Вдруг послышался низкий бас немного правее от Зитени. Это зеленокожий орк с оголенным от жары торса сказал ей, глазами водя по броне и лицу отрекшейся.

— Верно. Но в плавании приказы отдает капитан, и это я считаю справедливым. — Ответила она обыденным тоном. Холодным и пронзительным, но беззлобным. Голос этот из-за эхо зала подлодки был громче, из-за чего почти все могли его расслышать.

— Помню, как когда-то… — Начал орк и улыбнулся, опустив взгляд. Видимо, ему надоело сидеть в молчании, и он решил хоть как-то поговорить с окружающими.

— Когда-то давно, лет двадцать назад, мы были на корабле. Тогда один из приближенных воеводы, кудесник, заявил, что по причине своего высокого положения он должен командовать на судне. Он был ритуалистом до мозга костей и не знал даже, как работает корабль. О парусах и веслах он знал лишь из слов моряков. Так вот, встал этот чародей выше всех, на капитанский мостик, и крикнул: «Бросайте якорь, нам нужно плыть быстрее!»

Зитени из вежливости и солидарности состроила улыбку. О юморе она позабыла годы назад, ибо человеческие чувства постепенно покидали ее мертвый ум. Но, услышав конструкцию предложения и увидев взгляд орка, она решила улыбнуться.

— Он, похоже, корабль перепутал с дирижаблем. Это там нужно сбрасывать балласт.

Орк ее выслушал, не убирая улыбки с клыков, а после отвернулся. Он точно хотел поговорить, но не желал зацикливаться на шутках.

— Наконец-то мы плывем в Оргриммар. Я с начала войны не был дома. Мои сорванцы, наверное, думают, что я уже от них сбежал.

После этих слов с лица орка спала улыбка. Зитени тоже убрала ее со своего и ответила:

— Ты лучше зайди на ферму перед тем, как к ним вернуться. Выменяй пару монет на бутылочку кактусового сока.

— Знаешь о кактусах в Дуротаре. Ты же не из тех мест, а с севера. — Сказал он, возвращая взгляд на Зитени. Он, скорее всего, имел в виду, что она являлась солдатом из Серебряного бора или Тирисфаля, и не могла детально знать быт нового прибежища орков.

— Бывала в ваших краях и не раз. Я, конечно, не могу оценить вкус и аромат этого кактусового сока, но видела, что детишкам он нравится.

Зитени вновь поправила хвостики и отвернулась вправо. Там один гоблин проиграл другому в карты свой ужин в алюминиевой миске.


***

Пароход Лев Красногорья — это судно, оснащенное большой паровой турбиной и защищенным сталью дном. Оно способно проходить большие расстояния в неблагоприятных условиях, таких как лед или шторм. Подобные этому суда использовались армией Альянса для бесперебойных сообщений с крепостями в Нордсколе и на опасных оспариваемых участках морского пространства, на которых высока вероятность принять бой. Судно способно транспортировать свыше сотни человек, а экипаж его должен состоять из десятка обученных техников, знакомых с устройством турбины.
Во времена сражения с Ордой и прочими силами зла в разных регионах планеты, пароходы Альянса доказали свою эффективность и несокрушимость. Одно такое судно способно обеспечить защиту на море и выступать в роле конвоя для транспортных парусных кораблей. Вооружение его в основном состоит из пушек, но в редких случаях пароходы оснащаются минами для потопления подводных угроз. Неблагоприятные встречи с морскими чудовищами и подлодками Орды являются угрозой для парохода-ледокола, но в сражениях с ними успех зависит лишь от квалификации экипажа и широты оснащения.

Капитан Льва Красногорья Двайт Филмор сидел в своей комфортабельной каюте с открытой толстой дверью. День на море был жарким, и его белая рубашка на широкой смуглой груди была мокрой от пота. Стареющий мужчина лет сорока с чем-то, вздыхая и мучаясь от духоты, переворачивал страницы лежащей на столе перед собою книги. Произведение широко известного автора повествовало о человеке, что решил порыбачить в тернистой Долине, но попал в увлекательные приключения, вылившиеся в удивительное путешествие. Эта книга была для него не новой, ведь Двайт уже ранее читал ее подробно. Сейчас он лишь точечно листал роман на определенные страницы, желая вновь прочитать и вспомнить свои самые любимые моменты этой книги.

«Так я нашел Испепелитель, верховный клинок лорда Алых. Удивительно, сколь много интересного можно встретить на обычной рыбалке!»

На этих строках Двайт закрыл книгу и еще раз стер пот со лба. Он перевел свой тяжелый взгляд темных глаз из-под черных бровей на вход в каюту. Где-то там, вне поля его зрения, солдаты и моряки его команды болтали и спорили о чем-то. Их веселый говор часто перебивался смехом и стуком деревянных кружек о столы. Двайту по некоторым причинам это не нравилось. Этого серьезного человека нервировало расхлябанное поведение своих подчиненных, многие из которых его даже не знали по имени и званию. Все дело в том, что пару дней назад его Лев Красногорья принял на борт два взвода армии Альянса из крепости с Сумеречном нагорье. Помимо этого, Лев Красногорья выступил в качестве эскорта для двух транспортных кораблей. Все три судна направлялись в Штормград, домой.

Капитан встал из-за стола и вышел из каюты. У дверей со стороны коридора он встретил двух стражей в кожаной броне, которые напряглись после появления капитана и встали по стойке смирно.

— Капитан Филмор, пехота вновь играет с нашими ребятами в карты в трюме. Мы к ним ходили, чтобы сказать что так нельзя, но они снова этим занимаются. Вы же помните, мы отходили недавно?

— Знаю я. — Ответил он устало, сделав пару шагов по коридору и отвернувшись от стражи. Он добавил презрительно:

— Сколько им не говори, а все равно играют. Для них тут не военное судно, а игорное заведение на паровой турбине.

После этих слов он продолжил шествие наружу, оставив стражей в коридоре у входа в каюту. Отдалившись, он неслышным шепотом обиженной буркнул:

— Дебилы из нагорья, сука.

Капитан не раз и не два был в подобной ситуации. Постоянно их Лев Красногорья подбирал и транспортировал силы из отдаленных крепостей и аванпостов на спокойных землях, чтобы перебросить готовых к боям пехотинцев в горячую точку или Штормград. Зачастую стражи из отдаленных крепостей принимали дни плавания на его корабле за праздник: раз на море ничего не надо делать, то можно и выходной устроить и покутить. Отчасти они были правы, но капитан, конечно же, не мог радоваться тому, что на его ценном родном корабле толпятся пьяные празднующие солдафоны из чужих краев. Каждое плавание кто-то из них возьмет да начнет приставать к девушкам и команды корабля. Но те не промах, и смогут отбиться от пьянчуг. Лишь на команду Двайт мог надеяться как на своих друзей и родных. На море никак иначе: в трудном плавании все бывалые моряки на борту считают себя братьями и сестрами. А капитан для них почти отец. И даже раса и политические разлады не влияют на сплоченность команды. Ночной эльф штурман Льва Красногорья с опытом мореходства в две тысячи лет, по совместительству являвшийся лучшим другом капитана, был потрясен сожжением Тельдрассила. Но не просил отгулов или отставки ради свершения мести. Он был в горе и печали, но стойко продолжил служить на судне, пережив утрату сородичей и столь дорого древа жизни. Эльф пообещал, что именно служением на корабле отомстит убийцам своего народа за все. Двайт доверял и ценил только свою команду, ибо знал, на что она способна, и чего она хочет. Он относился к войскам Альянса хорошо, но только когда те не позволяли себе лишнего на борту.

Двайт вышел на палубу корабля и тут же почувствовал свежий морской бриз. Теперь от этого порывистого ветра морских просторов ему стало холодно, и рубашка прилипла к телу, не спасая от бриза. Он огляделся.
По правый борт от Льва Красногорья был транспортный парусник, название которого было неказистым и простым. Двайт уже забыл его. На борту корабля, плывущего рядом, были другие моряки, а так же пассажиры из армии. Кто-то лениво ходил меж канатов, а другие просто наслаждались прохладой моря, забыв об невзгодах. Для солдата с передовой подобное путешествие было настоящим праздником. Но не поводом нажраться в стельку и приставать к гномкам-инженерам Льва Красногорья!

По левый борт был второй парусный транспортный корабль, именуемый Жемчужиной Элвина. Этот транспортник был куда красивее, словно его корму делали скульпторы. На носу корабля был рельеф львиной пасти, а мачта снизу была позолочена. Или это была бронза? На кораблях было много людей. Двайт не знал экипажи других судов хорошо, ведь встретился с ними лишь пару дней тому назад. На борту он видел множество раненных, что решили прогуляться на свежем воздухе. Видимо, в каютах были и лежачие раненные, но их Двайт видеть не мог. Солдаты в бинтах и без брони сидели тут и там, вглядываясь в ясное голубое небо и горизонт. Вглядевшись и прищурившись, Двайт смог выцепить на палубе Жемчужины Элвина одного раненного. Его обе руки кончались где-то в предплечьях. Безрукий солдат сидел на ящике, расслабив спину и сгорбившись. Парень лет двадцати смотрел не вдаль а вниз, на бушующие морские волны у корабля. Взгляд его был потерянным и хмурым, и Двайт понимал, что для этого инвалида война окончена.


Акт первый. Битва.

— Народ, капитан! Капита-а-ан! — Закричал гоблин вглубь кабины Волчьей Стаи, после чего вновь развернулся к прибору и вновь приставил свое лицо в наблюдательной трубе. Он ворочал устройство, через которое наблюдал происходящее на поверхности моря.

— КАПИТА-А-А-А-АН!!! — Закричал он вновь.

— Да хули ты орешь, урод! Говори уже, я слышу! — Раздраженно рявкнул лысеющий гоблин в фуражке капитана, который впервые за полтора дня решил прикорнуть на шезлонге-кровати.

— Там корабли! Эскорт и два транспортника! Идут поперек нашей… Блять! поперек нашего маршрута! — Орал гоблин у прибора, наблюдавший за поверхностью.

— Не по наши души? — Переспросил третий ранее молчавший гоблин из темного угла спальных мест. Вся команда подлодки уже проснулась и была готова к действиям.

— Нет. На кой им черт транспортники бросать за нашей барракудой. Это эскорт Альянса, доставляющий припасы или что-то вроде этого на фронт. Бля буду, капитан.

— Выражайся нормально, Квиз! Дебил конченный, давай расстояние до цели, сводку приборов!

После этих слов капитан быстрыми шажками пробежал от правого угла подлодки до левого, где было большое стекло, штурвал, место капитана. Он сел на скрипящее сидение, развернулся к приборам и вгляделся в дисплеи радаров.

— Вижу их хорошо. — Сказал капитан спокойнее. — Квиз, дай мне картину посмотреть.

Гоблин послушно отошел от наблюдательной трубы и капитан, нехотя покинув удобное кресло, приставил свое носатое лицо к мокрому от пота предыдущего наблюдателя кожуху возле линз.

— У-у-ух, суки. Шельмы. Вижу их, Квиз, спасибо что настроил перископ. — Капитан отошел от прибора и плюхнулся в кресло.

— Что будем делать? — Спросил гоблин-наблюдатель, который снова подошел к трубе. Капитан сосредоточенно и нервно смотрел вперед, после чего на пару секунд отвлекся и произнес:

— Та-а-ак, спокойно. Спокойно… Тихо сядем и холодной головой обдумаем все.

Сам же капитан выглядел скверно. Именно он из всех присутствующих больше всего нуждался в спокойствии, но никто не смел нервировать его в сложившейся ситуации. Он должен был принять меры, и понимал, что ответственность за них несет он и только он.

— Капитан, мы встретили противника в море? — Спросила Зитени тихо и максимально вежливо, чтобы не взорвать гоблина в кресле своим надоедливым вопросом и не вызвать нового приступа ругани. Гоблин потер переносицу, вздохнул, закрыл глаза. Тряхнув головой, он громче произнес:

— Да, мы повстречали врага. Три корабля: один пароход и два транспортных парусника.

— Нас видят? — Спросил орк, с которым ранее говорила Зитени.

— Нет. Альянс — бараны тупорылые. У них на таких посудинах нету радаров. Как мы видим, их не сопровождает подлодка с радаром… Поэтому мы для них не существуем до тех пор, пока не выйдем на поверхность.

Зитени склонила голову чтобы все обдумать, как и многие пассажиры и члены команды Волчьей Стаи. Через миг молчания капитан начал говорить:

— У нас есть два варианта. Мы можем пройти мимо и оставить этих косомордых в покое. А можем торпедами и минами разнести к черту их транспортники, оставив фронт Альянса без припасов и грузов. Такие дела.

После этих слов капитан развернулся в кресле и начал наблюдать за радарами и приборами. Команда ждала решения своего лидера. Томительные минуты ожидания были для всех присутствующих трудными. Орков обуздала злоба и гнев, они тихо рычали и состроили ненавистные гримасы. Им было неприятно, что сейчас все зависело не от ловкости рук и меткости их ударов, а от ракет и мин, выпускаемых из-под воды в подлой атаке. Зитени понимала, что сейчас нельзя волноваться и нужно обдумать все четко и ясно. Ее не мучали ни страх, ни тревога. Для мертвой сейчас не было опасностей. Тролли были устойчивыми к тревогам, и поэтому лишь тихо и решительно смотрели на капитана. Они сделают все, что он скажет без запинок и примут любое его решение как приказ. И даже тролль без руки напротив Зитени зашевелился. Он осмотрел всех, а затем тоже заострил обиженный и мстительный взгляд на капитана. По его выражению лица было видно, что он желал боя не меньше чем яростные орки.

— Можно потопить их безнаказанно. Эти транспортные корабли — мишень из говна и палок. Но есть вероятность, что на боевом пароходе будут мины и бомбы. — Сказал капитан задумчиво и мрачно. После паузы продолжил:

— Мой папаша говорил: «Если что-то в деле может пойти не по плану, то оно точно пойдет не по плану.» Поэтому я вам сообщаю, что возможно после атаки нас прихлопнут бомбами.

— Так это… Будем что-нибудь делать? — Робко спросил один гоблин из команды, надеясь не разгневать капитана еще сильнее.

Возможно, что именно постановка вопроса вынуждала капитана принять то решение, которое он сделал в следующий миг. Ведь «Что-то» в этом контексте и в данной ситуации означало атаку. Уже казалось, что она неизбежна. Капитан сжал кулаки и наконец объявил:

— Мы атакуем их. Подойдем поближе и подорвем эти транспортники. А когда приплывем в Оргриммар мне за это дело награду выдадут. Блять, да только представьте, что будет, если мы вернемся к своим и скажет, что затопили два корабля Альянс! Праздник же будет!

После этих слов многие гоблины из команды смогли улыбнуться. Орки посмотрели на капитана с пониманием и согласием, ровно как и тролли. Однорукий тролль же сощурил свои глаза, в которых была смесь гнева и некоей радости. Ведь сейчас будет бой, которого все так ждали. Месть, что будет слаще любого кактусового сока Дуротара.

— Итак, команда. Пять рыл на торпедный аппарат. Квиз, координируй нас через прибор. Потом мне дашь взглянуть. За работу, народ, мы идем на бой! — Произнес капитан.

Волчья Стая чрез водоросли и песок неотвратимо подходила к транспортному корабль Альянса. Неся с собой смерть, сосредоточенную в грозных торпедах. Зитени замерла на месте и посмотрела в иллюминатор. Она не увидела там ничего нового, но все же сейчас вид морских просторов ее волновал как никогда. Остальные затаили дыхание и умолкли, не издавая ни звука. А эльфийка, которая проснулась от криков и тревоги, подняла голову, чтобы осмыслить происходящее. Голос капитана раздался вновь через несколько минут:

— Готовьтесь! Ать, два… Ракетная атака, вперед! За Орду, мать вашу!

За словами последовали действия. Гоблины зарядили торпедный аппарат в верхнем секторе подлодки. Тишина.

— Пошло дело! — Крикнула гоблинша сверху. Зитени на миг уловила в воде за стеклом какое-то движение. Торпеда с большой скоростью летела в днище красивого корабля, нос которого был похож на пасть льва. Раздался глухой гул, а в следующий миг подлодку немного затрясло. Жемчужина Элвина шла ко дну.

— Попали? Молодцы! Дай взглянуть. — Капитан сорвался с места и буквально отнял у гоблина трубу для наблюдений за поверхностью. Сейчас смотреть через перископ было опасно, но эмоции были выше рационального мышления. И правда: мощный взрыв разнес половину днища корабля Альянса, и то начало стремительно и беспощадно идти ко дну. Зитени со своего месте ничего не видела, но с другой стороны подлодки орки и тролли через крохотный иллюминатор наблюдали тонущие части корабля. И безвольные фигурки людей с латах, которые тонули словно камни, брошенные в воду.

Зитени тоже приблизилась к облепленному руками и лицами стеклу, и увидела за ним обломки. Некая радость искрилась в воздухе подлодки. Словно они только что поучаствовали в великом сражении.

Одна минута. Именно через это время произошло что-то непоправимое. Подлодку вдруг так сильно тряхануло, что ранее казавшиеся недвижимыми трубы с грохотом бились друг и друга. Пол Волчьей Стаи на секунду накренился, после чего послышались крики в верхнем отсеке.

— Нам ответили! С военного! Блять, нам крышка, помогите!

Зитени и тролли резко рванулись вверх. Поднявшись по винтовой лестнице, они лицезрели крах. Торпедный аппарат наверху был поврежден и из него хлестала морская вода. Пятерка гоблинов была в разном состоянии. Двух уже нельзя было спасти, ибо при взрыве их разорвало на три или четыре части. Из их обрубков торчали кости позвоночника, мясо и внутренности. Другие три пострадали меньше, но с подобными ранами им суждено всю оставшуюся жизнь разъезжать на инвалидном кресле. Гоблин, что кричал раньше, имел повреждение позвоночника. Где-то в районе выше пояса его тело изгибалось так сильно, словно он был цирковым гимнастом, и мог пяткой ноги дотронуться до лба. Гоблин быстро утих. Снизу раздался крик Квиза:

— ЗАКРЫВАЙТЕ ОТСЕК!!!

Тролли и Зитени схватились за края двери и механизм закрытия. Они быстро изолировали верхний отсек с двумя торпедными аппаратами и пятеркой гоблинов, оставляя раненных и умирающих. Никто не мог выжить там, ибо вода быстро дошла до потолка отсека. Пять жизней в пустую.

Зитени вернулась вниз и увидела, как возле капитанского кресла на пол сочилась кровь. Капитан сидел на свое месте и обеими руками держался за глаза и лоб. Перископ был разбит, и части его линз и трубы пронзили голову и глаза капитана.

— Я в порядке! Сейчас все будет! Отходите! — Кричал капитан, чья фуражка упала вниз. Он оскалился от смертельной боли. При ударе и тряске он стоял у наблюдательной трубы, и ее части впились в его лицо. Капитан умолк и расслабился в кресле. Руки упали вниз, и все могли увидеть, как вместо его глаз торчат острые страшные осколки стекла и металла, что вошли очень глубоко. Видимо, что смертельно.

— М-м-мама… — Пролепетал Квиз, смотря на тело капитана в кресле. Его руки тряслись, как и колени с подбородком. Гоблин был в шоке от того факта, что спустя минуту после победы Волчья Стая получила ответный удар.

Зитени осмотрела всю картину. Капитан и пять членов его команды мертвы. Подлодка потеряла два из трех торпедных аппаратов. Остался лишь запасной аппарат, а так же аварийный второй перископ. И четыре члена команды вместе с десятью пассажирами. Первый помощник Квиз произнес пару слов на гоблинском, оценивая ситуацию в полной мере:

— Нам пиздец.


***

Двайт вдруг услышал грохот. Он оглянулся на правый борт и увидел, как люди с корабля, название которого он не помнил, смотрели в его сторону. Он повернулся налево и увидел, как Жемчужина Элвина резко стала идти ко дну. На палубе атакованного корабля воцарился хаос: люди бегали из стороны в сторону, раненных вытаскивали из кают. Двайт видел, как лежачие больные, которых вывезли на палубу, пытались встать. Тут и там бегали пехотинцы, а моряки кричали и падали в воду. Ни с того случилась катастрофа, и все в ужасе кричали, не зная ситуации. Но капитан был опытным мореходом и понимал, что такое могло произойти лишь по одной причине — подводная атака. Корабль подбили снизу в днище, при чем не щупальцем или магией, а взрывом торпеды. Он приказал своим людям готовиться криком:

— Дженни, Ненси, Кен! Бомбу сюда, быстро!

Двайт руками и криками направлял команду Льва Красногорья. Две гноми и человек притащили мощную и тяжелую мину, активировали ее, и сбросили под правильным углом. По траектории торпеды можно было понять, что в данный момент подлодка противника находилась рядом с Жемчужиной Элвина или под ней. Бомба была запущена и вскоре раздался мощный взрыв, разнесший брызги воды по округе.
На тонущем корабле солдаты уже чувствовали себя хуже. Но положение спасла магия. Одна полуголая женская фигура с бинтах и белье с криками боли и арканными печатями на руках сотворила портал. Это был короткий разлом, через который тут же начали лезть спасающиеся люди. Выход портала был на видном месте, на палубе Льва Красногорья. Двайт повернулся к порталу и встретил на своем корабле бегущих с Жемчужины Элвина раненных и целых солдат. Одной из последних в разлом зашла та самая волшебница. Она буквально упала вниз на доски парохода, ударившись о палубу лицом. Встать она не могла, и лишь елозила дрожащими руками по бокам. Двайт и остальные подбежали к пришедшим людям, чтобы помочь. Он поднял девушку мага, что спасла своим порталом, на руки, помог встать. Двайт посмотрел на ее лицо и увидел, как взгляд магической леди блуждал по сторонам, а из носа и краев губ текли ручейки крови.

— Лекарей, сюда, срочно! — Завопил Двайт, кладя волшебницу на мягкую подстилку, которую принесли на палубу. Девушка выглядела крайне скверно: она была ранена, а подобное магическое вмешательство буквально чуть не убило ее. Но своим поступком она спасла не меньше тридцати жизней людей с Жемчужины Элвина.

Через минуту раненные были уложены на палубе. Перед Двайтом отчитались два человека, сообщая ему важные сведения:

— Капитан Филмор, на борту Жемчужины было сто человек. У нас сорок один выживший.

Двайт оскалился, но ничего не ответил. Больно было ему за тех, кто пал сегодня в море. Он продолжил слушать.

— Спустили две шлюпки, спасли еще десять моряков. Тридцать один пришли порталом. Что делать?

Выслушав доклад, капитан сосредоточился и ответил:

— Следить за морем. Ищите перископы, даже самые мелкие. Подлодки Орды работают в одиночку, а это значит, что у нас есть одна проблема. Скорее всего, эти ироды работают по тактике «Ударить и убежать». Сейчас они вернутся для следующего удара. Бьют по транспортным, так что позаботьтесь о воде возле...

— Возле Болотного Странника? — Произнес помощник капитана, поняв что его командир не знает название второго парусника.

— Да, именно него. Следите за гладью воды. Увидите перископ — передавать мне и капитану Странника.

— Вас понял. — После этих слов первый помощник, парень лет двадцати пяти в опрятной одежде, быстрым шагом отдалился от капитана.

Двайт еще раз вгляделся в обломки Жемчужины Элвина. Где-то там утонули или были взорваны пятьдесят девять человек, которых он не знал. Он виновен в этом, или просто обстоятельства сыграли злую шутку с ним?



Акт второй. Переговоры.


Зитени смотрела на первого помощника Квиза, а он на всех вокруг. Тролли и орки ждали слов гоблина у приборной панели, что сел в кресло капитана. Тело капитана убрали подальше отсюда в темный угол.

— Да, я первый помощник. Я знаю, как управлять Волчьей Стаей, н-н-но… — Промычал гоблин и сглотнул. Он весь обливался холодным потом, который часто стирал рукой. Один раз он провел рукой по лбу а затем посмотрел на окровавленную ладонь. Красные разводы остались с того момента, когда Квиз и Зитени отнесли тело капитана в сторону.

— Но я не могу принимать такие решения! Я не командир. Вы же старший сержант. В-верно? — Неуверенно сказал он, глядя на Зитени.

Отрекшаяся безрадостно глядела на происходящее. Они еще могли сражаться, а подлодка не затонула, хоть и была повреждена. Своими усилиями команда восстановила водоизмещение, и теперь машина была в состоянии, которое гоблины называют стабильным.

— Значит я. — Произнесла она холодно и строго.

— Вы. — Поддакнул Квиз. Он пребывал в страхе и в шоке. Сейчас маленький гоблин хотел переложить трудные решения на кого угодно. Хоть на труп капитана, хоть на дно морское. Хоть на Зитени.

Зитени подошла поближе к креслу капитана и месту управления подлодкой. На данный момент они могли двигаться и атаковать, а члены команды могли распределиться и работать вчетвером. Тролли и орки предлагали свою помощь с торпедами, но Зитени не была столь безумной. Сперва она задала самый главный вопрос, который интересовал ее и всех остальных:

— Сколько ударов еще выдержим?

Взгляд Квиза бегал по кабине и нежити. Его подбородок задрожал, а слова не выходили наружу. Тогда Зитени решила дожать его:

— Сколько? Один или два? Говори правду.

— Нисколько. — Произнес он и немного поуспокоился. Зитени не злилась на плохие новости и холодно смотрела на него дальше. Гоблин поутих и начал приходить в свое нормальное состояние. То есть материться и сыпать фактами:

— Еще раз попадут, и нам пиздец. Декомпрессия, все дела. Всплыть с судном не успем. Всплыть самостоятельно — тем более.

— Почему?

— Понимаешь… Когда кто-то всплывает с такой глубины, то он переносит на себе разность в давлениях глубины и поверхности. В нашем случае, несколько раз. Надо всплывать ну о-о-очень медленно, чтобы давление тебя не выпотрошило. Всплывешь быстро — вскипит кровь и внутренности лопнут. А там все, пиздец концерту, вот-вот. Если всплывешь, то только ты. Ты, Зитени, уже мертва, а значит давление тебе нипочем. Но нам стопроцентно хана. — После своей тирады гоблин обвел всех присутствующих.

Зитени услышала слова первого помощника. В ее голову крались недобрые мысли и варианты событий. Получив свободу действий и приказов, она могла повести подлодку в атаку и попробовать взорвать второй транспортный корабль. Военный пароход они потопить не смогут, по крайней мере за короткое время и с одного аппарата. Но в случае их атаки противник нанесет свой удар, который станет решающим. Зитени, как сказал Квиз, переживет декомпрессию и разницу в давлениях и сможет всплыть. Но жизням трех орков, четырех гоблинов, пяти троллей, и одной эльфийке придет конец. Умрут все: орк, которого дома в Оргриммаре ждут дети, эльфийка, что с момента погрузки на борт молчит, и даже тот тролль без руки, который до сих пор пялился в иллюминатор из сидения.

Но взамен они потопят корабль противника и станут героями, что славно погибли, забрав жизни превосходящих сил Альянса. Славная смерть без единого удара. Жестокая гибель от вскипающей крови и рвущихся внутренностей, или банального утопления.


***

Двайт сидел в своей каюте и ждал. С минуты на минуту должен прийти его первый помощник и две сестры гномки, которые обеспечивали турбину парохода. Помимо этого, гномки Дженни и Ненси были неплохими радистами. Поговаривали, что они общались со своими детьми и внуками, находящимися в Стальгорне, прямо из корабля когда тот находился в водах Каз-Модана.

В коридоре раздались шаги, громкие и не очень. Это шла ожидаемая троица. Два стража, что были на нервах с момента атаки, незамедлительно пропустили первого помощника и техников. Выбритый и чистый первый помощник поставил на стол какую-то металлическую коробку. После этого он взял два стула с красивыми спинками и придвинул к столу, чтобы гномки могли быть с капитаном на одной уровне. Сам помощник встал рядом.

— Это радиостанция, как я понимаю? — Спросил Двайт, осматривая устройство. Что-то похожее он видел раньше, но конструкция была иной.

— Да, капитан. — Ответила рыжая Дженни. После чего продолжила доклад:

— Мы не вычислили их местоположение, у нас нет радара подводного или наводного действия. Но мы можем выяснить, рядом ли они, с помощью радиосигнала. Если на какой-то из частот мы поймаешь переговоры или отклонение от статического белого шума...

— Я понял. — Сказал Двайт, останавливая лекцию гномки. — То есть, ты считаешь, что мы можем их выловить и даже связаться.

— Ну-у-у, если они ответят… — Добавила вторая гномка с такими же рыжими волосами как и у первой.

— Я не думаю, что ответят. Но искренне надеюсь на это. — Парировала Дженни.

— Мне нечего сказать этим выродкам. — Грубо отозвался капитан на просьбу поговорить с врагом. — Но стоит воспользоваться этим приемом, чтобы их засечь.

Первый помощник с надеждой и волнением смотрел как гномки включают радио. Двайт взял в руки пресловутый динамик и микрофон, что проводами соединялись с коробкой. Он ждал.

— Шум, шум… Шум… — Мычал он. Как только шум переменился, он сказал:

— Стой! Что-то есть.

После этих слов гномки остановились и отредактировали сигнал по амплитуде и напряжению. Шум в динамике поубавился и сменился простой тишиной.

— Кто это? — Раздался писклявый голос на орочьем. Кажется, с той стороны отвечал гоблин. Гномки и первый помощник пристально глядели, как капитан сосредоточенно вслушивается в динамик.

— Поймал их. — Басом ответил Двайт. Он не понимал орочий, а поэтому хотел отложить трубку, но вдруг раздался голос… Человеческой женщины?

— Меня слышно? Эта штука вообще работает? Квиз, я ничего не слышу. Похоже, я взяла в руки эту палочку, и что-то сломала...

— Говорит капитан Филмор, Лев Красногорья. Вы с Жемчужины Элвина? Вас взяли в плен? — Спросил Двайт, не веря своим ушам. Он подумал, что каким то мистическим образом гоблины с подлодки смогли выловить его человека. Но вскоре понял, что догадка глупая и неверная.

— Говорит Зитени Моргинг, старший сержант Орды. Временно исполняю обязанности капитана Волчьей Стаи.

— Ах, ты же… Нежить, все ясно. Ну держись, тварь, в этот день тебе отсюда не выбраться. Вы потопили один корабль, но больше вам не сделать.

— А что ты мне сделаешь? — Ответила Зитени весьма холодно. — Потеряешь еще больше людей? Слушай сюда, капитан, каково тебе осознавать, что соотношение потерь в этой битве десять к одному?

— Тебе не выжить, сучка ордынская. Мертвая шлюха. — Ответил Двайт, брызжа слюной в микрофон. Напоминание о потерях стало для него последней каплей.

— Неплохо ругаешься, капитан. Мне ну о-о-очень обидно, я расстроена. Теперь приду в норму только после того, как откушу тебе лицо, а мои парни позабавятся с телами твоих человеческих прошмандовок. — Ответила Зитени наигранно. Чувств она, конечно, никаких не испытывала, но решил поиграться с капитаном, потому что задела за живое.

— Убью тебя, дрянь!

— Удачи, дядя. — После этого послышался стук, словно с той стороны радио положили на стол. После этого голоса стали тихими и далекими:

— Квиз, выключи, я не знаю как.

— Хорошо… — Сказал Квиз, после чего на этой частоте воцарился шум, как и на всех остальных.

Двайт яростно положил динамик и микрофон в сторону, ловя на себе взгляды подчиненных. Они все понимали и не винили капитана за брань. По-другому с врагом, что минут десять назад забрал полсотни жизней в подлой атаке, вести себя нельзя.

— Что будем делать? По голосу не понять, собираются ли они атаковать, или нет...

— Собираются. — Сказал капитан и встал из-за стола. — Мы ответим им решительно и жестко.

— Но мы не можем атаковать их первыми. — Заявил помощник и был полностью прав. Радио не дало информации о месте нахождения противника, но позволило узнать, что он еще рядом. На расстоянии связи.

— Поэтому подготовимся. Их целью является транспортный корабль. Наверняка их послали сюда, чтобы потопить наши суда. Следовательно, следующая атака будет произведена на Болотного Странника.

Капитан сделал пару шагов из-за стола, а троица подчиненных еще смотрела на него и ждала решений.

— Сколько бомб требуется, чтобы потопить такую подлодку?

— Шесть, думаю. — Сказала гномка. — С одной мы их даже не поцарапали, наверное. Вон как разговаривают.

— Сколько человек нужно, чтобы спустить одну бомбу? — Спросила капитан вновь. На вопрос ответила Дженни:

— Трое. Два держат, а техник заводит.

— Ясно. Значит нам нужно переправить на Болотного Странника двенадцать человек с шестью бомбами. А так же Дженни, которая научит еще пятерых пользоваться бомбами. Всего тринадцать.

— На Болотный Странник? — Переспросил помощник

— Верно. Если мы спустим все шесть бомб с палубы Льва Красногорья, то скорее всего потопим сами себя. От одной бомбы вблизи у нас появилось пара опасных вмятин на днище. Еще немного, и наш корабль не сможет идти. Он и так перегружен.

Капитан продолжил излагать план:

— Восемнадцать человек с бомбами дождутся, пока Странник окажется под атакой, и сразу же после этого спустят шесть бомб. Так и победим. И, конечно же, перед этим нужно эвакуировать всех с судна.

Помощник, стражи, и гномки переглянулись. Первый помощник вздохнул и ответил:

— Но как?

— У нам была девушка маг. Она может открыть портал на корабль, чтобы все его покинули. — Ответил капитан, но уже понимал, что вариант это нерабочий. Если бы волшебница могла это сделать, то помощник бы не задал вопроса. Он знал о ней.

— Та девушка без сознания. — Ответила заместо помощника Дженни. — Лекари говорят, что сильно истощена после подобного трюк… Кхм, подвига.

Капитан опустил взгляд. После паузы продолжил речь, но была она мрачной:

— Значит придется приблизиться к Страннику, проложить помост, по которому пройдут люди с бомбами. Дженни, ты ведь можешь их активировать?

— Да.

— Тебе придется пойти туда. У нас больше нет техников. Остальным людям покажешь, как надо заводить механизм.

После этих речей гномка, которой это сказали, опустила взгляд и смирилась с судьбой. Это был приказ капитана, и он не мог обсуждаться. Ее сестра Ненси пылала яростью, но сдерживала ее в себе.

— Значит пошлем тринадцать человек. По двое носильщиков на бомбу и Дженни, которая подскажет людям на борту, как взводить механизм. Иначе никак. Сколько человек сейчас на борту Странника?

Помощник побелел от ужаса, и это было видно по его чистому и честному лицу. Он ответил:

— Восемьдесят. Преимущественно раненные, которые не перейдут по помосту сами...

Капитан еще раз вздохнул, пытаясь успокоиться. Он подвел итог:

— Значит в момент атаки на Страннике будет девяносто три человека. Шлюпок на всех не хватит.

В каюте повисла тишина. Кто-то смотрел на капитана, кто-то опустил взгляд, обдумывая этот бесчеловечный приказ. Никто не верил, что все может быть настолько плохо. Никто не мог поверить, что капитан может так поступить.

— Может, связаться с ними? Сказать, что у нас раненные? — С надеждой произнесла Ненси, которая попутно успокаивала сидящую рядом понурую сестру.

— Ты слышала, кто там, у аппарата. Нежить, жестокая и кровожадная. Она не упустит шанса атаковать нас когда мы слабы. Нельзя позволять ей узнать о наших слабостях. — Ответил капитан. Вскоре он решил, что сидение на месте не исправит положения и добавил:

— Вперед, действуйте. У нас мало времени, нужно подготовиться к атаке. Благо, она еще не произошла.

Призыв к выполнению приказа заставил всех зашевелиться. Первый помощник утратил свою бодрую походку моряка и плелся на ватных от страха и ужаса ногах. Гномки вцепились одна в другую, прощаясь. Приказ был отдан, и по велению капитана сегодня должны погибнуть девяносто три человека.


Акт третий. Победа.


Принесли большой помост, который можно было проложить меж двух кораблей. Сами корабли Лев Красногорья и Болотный Странник сблизили борты на время, чтобы через помост могли пройти люди с шестью бомбами. Как только крепкая доска опустилась на борт другого корабля, то гномка Дженни попрощалась со своей сестрой и побежала на палубу Болотного Странника. Двенадцать людей несли бомбы, стараясь как можно быстрее исполнить приказ. Ведь в таком состоянии корабли были максимально уязвимы для ударов противника. Один залп из подводной лодки — и не станет двух кораблей Альянса. В конце концов, нельзя скидывать бомбы с борта Болотного Странника когда Лев Красногорья рядом.
Капитан Двайт наблюдал за тем, как верные ему люди несли мины на другой корабль. На их лицах не было скорби и страха, ведь они были заняты делом. Но все наверняка понимали, что если Болотный Странник будет атакован, то им зашедшим на борт людям придет конец. Ясные небеса сияли над полем битвы, поливая все веселым светом солнца. Но совсем безрадостная картина была на палубе Странника.
Дженни собрала людей и начала объяснять, что от них требуется. Капитан судна был в шоке, но не мог противиться приказам Двайта Филмора, что должен был защитить его транспортный корабль. В этот миг все было так неправдоподобно и неправильно… Но Двайт сделал свой выбор. И пускай он многим не был по вкусу, но тяжелые времена требуют бесчеловечных поступков. Он тряхнул головой, чтобы отвести от себя подобные мысли. Размышляя над ситуацией, он невольно начинал выдумывать оправдание своим действиям. Потому что считал их неверными?

На борту Болотного Странника было мрачно. Никто не паниковал и не метался — все понимали, что угроза где-то внизу, и они с ней ничего не могут сделать. Опасность в виде жестокой Орды притаилась подобно хищной акуле, и в любой момент может настигнуть корабль. Гномка обучила пять человек взводить бомбу, после чего все шесть бомб были расположены у бортов. В случае атаки люди смогу взвести оружие и скинуть его в воду. Но трудно было отрицать тот факт, что сегодня никто не хотел умирать...
Хочет ли умереть во славу Альянса гномка Дженни, которая оставила свою сестру и взошла на борт Болотного Странника, чтобы показать устройство бомбы? Хочет ли умирать капитан Болотного Странника, что был обычным мореходом корабля, что даже не являлся военным? Хотят ли гибнуть раненные солдаты, которых с тяжелых фронтов везли домой, в Штормград? Не трудно догадаться, что на лицах всех находящихся на корабле была тьма. Дженни понуро и обреченно смотрела в воду, не обращая внимания на крики сестры Ненси, что осталась на другом корабле. Рядом с гномкой Дженни сидел солдат без ноги. Он, прикрыв глаза, молился Свету о спасении от гибели.
Шепот, тихий плач, приглушенные голоса — Болотный Странник превратился в самое настоящее чистилище. Люди с бомбами ждали атаки, и это затишье перед неминуемой смертью было самым худшим, что разумный человек может испытать в своей жизни. Что может быть хуже, чем томительное и нервное ожидание неизбежной гибели? Секунды медленно и лениво текли, минуты проходили подобно годах. Люди затаивали дыхание, чтобы вслушаться в звуки моря. Но смерть так и не приходила.

Тик-так, тик-так.

Болотный Странник погрузился во мрак.

Людей не покинул солнечный свет.

Но отчаяние оставило в душах свой след.

— Капитан! Вас вызывают! — Ненси с ящиком-радиостанцией вбежала в каюту капитана. Стражи ее пропустили без лишних вопросов.

— Кто? Вновь враг, или с Болотного Странника? — Двайт уже было перепугался, что транспортник был атакован. Он нагнулся и рассмотрел гномку. Та передала ему в руки ящик, который он поставил на стол.

— Враг вызывает. — Сказала она, пытаясь отдышаться после бега. Под ее глазами была краснота, в руках был платок. Похоже, Ненси хорошо поплакала, попрощавшись с сестрой.

— Ладно, скажу пару ласковых. — Двайт недовольно приставил динамик к уху а микрофон ко рту.

— Меня слышно? — Вдруг раздался тот же голос из динамика. Это был их офицер — Зитени Моргинг.

— Да, слышу тебя, падаль. Чего ты хочешь? Сдаться что-ли?

— Нет конечно. Просто сообщаю, что отступаю. На моем борту есть раненные и убитые, а турбина, как выражается Квиз «скоро грохнется». Поэтому мы уплываем как можно скорее, чтобы добраться до цели. Собственно, я просто сообщаю, что сегодня ваши солдаты останутся живыми. Вы доживете до завтра капитан. Конец связи.

Двайт хотел ответить, но радиосвязь была прекращена. Он в ярости стукнул динамиком радио о свой стол и закричал:

— Это ложь! Сейчас нападут, вот увидите! Это диверсия, я не верю! Не верю! — Заголосил он. — Не расслабляться! Не показывать врагу свой страх!

Это наглое предупреждение… Оно попросту вывело Двайта из себя. Как мог враг просто уйти? Нет, наверняка это было уловкой, чтобы солдаты Альянса ослабили бдительность. Сейчас эта Зитени нападет и поплатится за свою подлость.
Двайт не мог поверить, что все сказанное было правдой. Поэтому не отменил своих поручений по поводу Болотного Странника до конца дня. Закат люди встретили на палубах двух кораблей, что так и не были повторно атакованы Ордой. Видимо, Зитени из подлодки действительно просто оставила людей позади.

Оранжевым светом солнце поливало море. Лучики заходящего солнышка отражались от воды и металла подлодки. Когда Волчья Стая вынырнула на поверхность далеко-далеко от места встречи с флотилией Альянса, Зитени и другие могли выйти наружу. Они еще плыли до бухты Острорука, но чувствовали, что опасность миновала. Зитени приняла свое решение. Не колеблясь она покинула поле боя, и разумеется не стала жертвовать всем ради чужих смертей. Их уже было предостаточно. Она справедливо посчитала вину за гибель незнакомых воинов Орды слишком тяжкой, и поэтому выбрала отход. Ведь если бы она атаковала, то дети того орка остались бы без отца. Подросли бы, воспылали ненавистью к Альянсу и возжелали бы мести. В таком случае эта война никогда не закончится.



Эпилог.

Капитан Двайт Филмор стоял на причале порта Штормграда. Его потрепанный корабль разгружался. Наружу вытаскивали грузы и раненных, а так же тела. В порту солдат, вернувшихся с войны, ждали семьи. Жены крепко обнимали мужей, которых узнавали издалека, а дети радовались увидеть своих защитников живыми и здоровыми. Были здесь и женщины, что взглядом искали своих мужей в толпе, но все не находили. И тогда они подходили к страже и спрашивали, не видели ли здесь их мужа. Ведь тот должен был вернуться на этом корабле. Вдовы находили лишь тела убитых, после чего садились на колени и плакали в ужасе. Пятьдесят вдов.

К Двайту подошли две знакомые гномки. И Дженни заговорила:

— Капитан, я ухожу. Можете задержать меня, лишить всех званий. Но я более никогда не взойду на ваше судно. Я все обдумала и решения менять не собираюсь.

Двайт был сильно удивлен неожиданной отставкой Дженни. Она была лучшим его техником. Поэтому он в смятении произнес:

— Но Дженни! Как же я буду без тебя! Как же кораб…

— Вы меня отправили тогда на смерть, на убой. Наверное, вы тогда уже просчитали, как будете без меня жить. Раз решили пожертвовать мной как расходным материалом!

Двайт хотел ответить, что не мог поступить иначе, но промолчал. Потому что он мог и был обязан поступить иначе. В тот день ярость и глупая жестокость обуздала его ум. И все, чего он хотел — это смерть экипажа подлодки Орды. О жертвах среди своих он даже думать не хотел, и без лишних слов чуть не потерял свыше девяноста жизней из-за своего решения. Глаза гномки подернулись пеленой. Она моргнула, и слезы полились из уголков ее глаз, а сама она издала раздосадованный всхлип. Сегодня она потеряла веру в своего капитана, а поэтому более не могла быть членом команды. Вторая гномка ушла молча, но было понятно, что ее ярость и печаль были не меньше чем у Дженни. Двайт остался стоить один, и только скорая встреча с первым помощником напомнила ему о том, что жизнь продолжается.


***

Вечерняя Азшара, местечко недалеко от ракетной дороги. Зитени отложила лопату в сторону как только закончила закапывать могилу. Сегодня она и еще пара десятков гоблинов прощались с храбрыми моряками подводниками, погибшими в схватке с конвоем Альянса. В тот день отважный капитан и пять его стрелков, ответственных за торпедные аппараты, пали как герои, забрав множество жизней неприятеля. Их наградили посмертно, а их родственникам выплатили нехилую сумму по гоблинским меркам. Но тем не менее, никто не радовался смерти этих храбрецов. Их фотокарточки, сделанные на камеру С.Е.Л.Ф.И, были прибиты на крестах. Черно-белые лица с вечной улыбкой застыли на этих изображениях, и Зитени не могла отвести взгляда от них.

Никто особо не упоминал, что Зитени приняла на себя командование подлодкой после гибели капитана и спасла оставшихся пассажиров и членов команды. Она могла увести их на смерть, но не стала. Не за себя она переживала в тот миг, ибо сама-то как раз могла выбраться сухой из воды, избежав смерти от всплытия. Но собственная безопасность — последнее, о чем она думала в тот миг. Отрекшаяся оставила лопату, которой закопала гробы с гоблинами в землю, и решила возвращаться в Оргриммар. Рядом с ней был орк, встреченный на подлодке. Он в тот день выжил, как и все пассажиры Волчьей Стаи.

— Что, решил купить вместо кактусового сока немного каджа-колы? — Спросила Зитени, желая узнать, почему этот орк не пошел к семье в Оргриммар, а направился в Азшару на похороны гоблинов.

— Нет. — Покачал головой орк. — Я решил принести кактусового сока тебе. Ты же никогда его не пробовала.

— А к детям зайдешь? — Спросила Зитени, принимая бутылку с подаренным соком кактуса из Дуротара. Орк ответил

— Успеется. Главное, что жив остался. А остальное — пустяки.


Послесловие автора.



Если даже нежить смогла осознать ценность жизни, то, возможно, и другие смогут.

Высокая требовательность


Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Добрый день! Ваше творчество рассматривалось по критериям Высокой требовательности. Хочу напомнить, что квента является целостным художественным произведением и оценивается вне контекста анкет и иного творчества.

Этот рассказ смог меня впечатлить. По порядку.

1) Идея - восхитительна. Это напоминает действительно интересный, продуманный боевик. Очень радует нейтральная подача, когда автор не принимает сторон и одинаково хладнокровно описывает состояние противников. Прослеживается акцент на разнице между капитаном Альянса, Который отправляет гномку на смерть и Зитени, которая уводит людей от смерти жертвуя своим военным положением. "Оправдывает ли цель средства?"

2) Реализация - переговоры по радио, матерящиеся гоблины и сдерживающие себя люди. Персонажи колоритны. События идут в быстром темпе, но без спешки и промедлений. Первое бы вызвало путаницу а второе загубило бы напряжение. У вас все выстроено правильно. Рассказ не отпускает до конца, его очень интересно читать.

3) Мораль. Она выведена очень четко, не оставляет вопросов и недосказанностей. Если по началу мы читаем обычную историю, то в конце можно сделать выводы.

4) Ошибки. Их очень мало и они растворяются в количестве текста. Я заинтересовался так, что вообще перестал их замечать во второй половине творчества.

Из минусов я наверное могу отметить то, что до самого конца (до второй половины переговоров) именно Зитени кажется серой мышкой, откровенно лишним персонажем рассказа. Вам нужно было сразу задать лейтмотив истории о том, что пусть она бесчувственна, но при этом ценит жизни тех, что рядом. Возможно какой-нибудь диалог на старте, где она бы поделилась подобной историей?

В любом случае - рассказ вышел отличным. Так как за квенту на этого персонажа уже выдавалась награда, повторной предоставить не могу, но оценка была бы очень близка к максимальной. Спасибо за ваше творчество.

Контакт - rolevik dima#4300

Приятной игры!

Проверил(а):
rolevik dima
Уровни выданы:
Не положено
+13
23:40
02:02
724
00:33
0
Квента хорошая. И оформление достойное. Но братишка Лаваш минусует всех и вся. Интересно, ему хоть когда — нибудь нравится чужое творчество? coolstorybob
00:44
+1
Мне не нравится твое творчество, мне не нравится творчество Зитена. Я ставлю минус на то что мне не нравится. Тебе это не нравится? Кинь минус.
01:03
0
Ты ж его даже не читал
07:54
0
Мне не нравится потому что это квента посвящена зитени
Так лучше?