Игровое имя:
Бьёрн

Нордскол. Одного этого слова достаточно, чтобы вызвать неприятный холодок мурашек по спине. Вершина мира, покрытая вечными льдами на отшибе севера. Одна из самых больших обителей опаснейших диких чудовищ и последователей тёмной магии и некромантии. Таким запомнился этот суровый континент старшине Бьёрну Виклунду. Так он ещё долго будет вызывать в солдате отвращение и неприязнь, связанные с несением службы в этих мёртвых краях.

Первый опыт путешествия в эти холодные земли вместе со своим взводом Виклунду не забыть во век. Одна из самых сложных экспедиций солдата за всю жизнь, что пророчила множество трудностей на пути к элементарному выживанию в таёжном краю беспощадного для всех, кроме местных обитателей, Ревущего Фьорда. Пробирающий до костей ветер с моря, покрытого вечными льдами, зверский голод в животе, не дающий заснуть ночью, свирепые хищники, жаждущие полакомится горячей плотью и кровью бойцов — всё это испытывало бойцов первого взвода на прочность каждую секунду их нахождения в Нордсколе. Несколько недель солдаты военных сил Альянса сводил концы с концами, закаляя себя в холоде северных земель мира. Экспедиция была сложна, без сомнения. Но именно она и стала решающим фактором становления человека Бьёрна Виклунда. Началом его настоящего становления воина, бьющегося ради отмщения и вечно ищущего силы.

Миновало несколько месяцев после окончания повышения своей квалификации солдатами в первой на веку Бьёрна экспедиции в Нордсколе. Взвод пополнили неопытные новобранцы, совсем зелёные пока ещё рекруты. «Свежее мясо», проще говоря, которое командиры взвода должны были подготовить ко всем опасностям, что могут повстречаться солдатам на тернистом пути армейской службы. Закалить всех их, сделать жёстче и грубее для зубов любого зверя и мечей любого противника, с которым салагам ещё предстоит столкнуться в не столь далёком будущем. Первым местом прибытия, как и в прошлый раз, стал берег Ревущего Фьорда. Но уже не голый скальный берег, усеянный на равнине по-выше густым хвойным лесом и колючими кустами. Теперь же Бьёрн со своими сослуживцами временно присоединился к крепости Западной Стражи, что стояла практически на самом обрыве в ледяную пучину океана. Местному командованию нужна была помощь в борьбе с ожившими, по неведомой причине, мертвецами и расследовании дел о пропажах солдат крепости. В свою очередь, первому взводу же нужна была помощь в обеспечении необходимых условий для более плавного старта курса подготовки рекрутов. Начало экспедиции было положено, и положено весьма успешно, на радость всем солдатам Альянса. Командиры взвода успешно сотрудничали с командованием крепости, всеми силами помогая им бороться с нежитью и общими усилиями решая прочие бюрократические проблемы. Рекруты же благополучно проходили обучение, получая бесценный боевой опыт и преодолевая новый, пока ещё временный, страх перед восставшими мертвецами. Но длилась эта идиллия в обители хвойного дерева, садящего ледяного ветра и острого скального камня недолго.

Всё началось ночью. По-особенному холодной ночью Фьорда, когда ветер с моря, казалось, пробивал своими порывами даже латные пластины на доспехах солдат, что уж говорить о каких-то меховых подкладках лат и плащах. В не слишком приятном преддверии холода и сырости в ботинках собирался небольшой отряд из двоих командиров отделения авангарда, пары капралов разведки и офицера взвода во главе — Рыцаря-Капитана Лианны Флипкинс. То была девушка, успевшая поведать на своём веку не один десяток военных кампаний и битв. Светловолосая воительница, прошедшая через сотни препятствий и трудностей, дабы исполнить свой долг перед родными, близкими и королевством. Командир и дорогая подруга Бьёрна Виклунда. Как и во многих случаях пропажи патрулей, старшина Виклунд ожидал увидеть растерзанные либо животными, либо толпой мертвецов тела солдат, что не успели вернуться в казармы вовремя. Классическая картина, в данной ситуации, и вцелом проблема для здешних земель. Однако в этот раз антураж места пропажи патруля была ужаснее, чем отряд первого взвода только мог себе представить даже в самом кошмарном сне: у берега реки возвышался штандарт с разорванным на куски флагом Альянса, подле которого земля была залита морем, океаном крови и кучей десятков тел солдат Западной Стражи, чьи внутренности и конечности были разбросаны как на штандарте, так и по всей округе. Через несколько метров от сего мясного представления в воздухе над круглым постаментом парила огромная, монументальных размеров книга. Вокруг церемониала были разложены аккуратными кучками груды костей, увенчанные черепами. То был ритуал. Таинственный ритуал, цель и результат которого были известны только одному человеку — создателю этого ужасного, жуткого обряда. Но какой человек способен сотворить такое? Был ли он человеком? Но уже через несколько минут бойцы Альянса увидели того, кто всё это затеял. То был человек на первый взгляд, да. Но назвать его человечным язык не повернётся. Скорее он был пурпурным подобием человеческого силуэта, чей глас заставлял сердца солдат сжиматься от жути. Он властно парил над воинами Альянса, диктуя тем правила его «игры», правила ритуала, что должен был свершится той ночью. Верховный Некролорд Алерик Корвиус. Могущественный некромант и тёмный маг, чьи безжалостные мотивы и чудовищные цели ещё надолго останутся тайной для солдат. Главным же компонентом ритуала должна была стать капитан взвода, Лианна Флипкинс.

Вариантов действий было два. Первый — уйти. Забыть об этой ночи, как о страшном сне, закрыв глаза на происходящее и отринув все обязанности и, возможно, сами судьбы солдат. Но при этом распрощаться с жизнью капитана. Второй — остаться. Исполнить ритуал, обрекая себя на неизвестные проклятия, но при этом спасти жизнь воительнице. Ни Бьёрн, ни остальные члены отряда не могли себе позволить отдать на растерзания своего офицера. Все они готовы были рискнуть жизнью ради защиты Лианны. Всю ночь солдаты подвергались бесчеловечным испытаниям, ломающим дух и волю всего отряда. Призраки, мертвецы, проклятия — всё разом обрушилось за одну ночь на бойцов, ставя их перед самыми безумными выборами и решениями. Но главным составляющим ритуала всё ещё была капитан Флипкинс, что, пройдя через все испытания обряда, обрекла себя на неизбежную, известную только лишь таинственному некроманту Алерику Корвиусу, судьбу. Как напоминание о неминуемом роке, тёмный маг оставил метку на теле своей жертвы: чёрный раскрытый бутон розы, обвитый шипами и впечатавшуюся в шею девушки, будто родимое пятно. Но ни боли, ни проклятия этот символ не вызывал. Как и не вызывал эффекта в дальнейшем с многочисленными попытками вывести эту метку с кожи Лианны. Ритуал был окончен. План Корвиуса — исполнен. Отряду не оставалось ничего другого, кроме как вернуться в крепость и зализывать раны. Старшина Бьёрн же пообещал себе и своему капитану, что во чтобы то ни стало защитить её от чего угодно, что сулила бы метка на шее девушке. Солдат был готов положить голову на то, чтобы с остальными сослуживцами было всё в порядке. Нельзя было допустить гибели своего наилучшего офицера взвода. Своей подруги.

Время шло, первый взвод военных сил Альянса продолжал оказывать посильную поддержку крепости Западной Стражи, рекруты продолжали практику и обучение. Но так же и продолжались гонения капитана и её доверенных лиц таинственным некромантом, у которого были особые планы насчёт офицера взвода. Испытания сводящими с ума призраками, проклятиями, наваждениями продолжали истязать тело, душу и разум сослуживцев Лианны Флипкинс. С каждым новым днём приходили всё новые и новые кошмары козней Алерика. И с каждым новым испытанием Бьёрн всё больше и больше страшился самого ужасного исхода. Страшился и боялся, что не сможет выполнить своего обещания. Обречёт своего капитана на верную гибель, не в силах сделать что-либо перед мощью некроманта. Сама мысль о том, что Виклунд может потерять Лианну — была равноценна пытке. Старшина не мог себе позволить этого. Некоторые из доверенных лиц капитана так же получили метки. Но те были иные. Бутона чёрной розы не было, зато колючки переплелись в единый терновый венец всё там же на шее у бойцов. Рано или поздно это должно было привести за собой последствия. И вновь они пришлись на ночь.

Во время боевой миссии по спасению раненых инженеров из крепости Западной Стражи таинственный некромант похитил объект своих издевательств и мучений. Всё это время все и каждый подопытный солдат-кролик был у Алерика как на ладони. В любой момент он мог оборвать жизнь любого бойца. Похитил прямо из-под носа Бьёрна, что обещал себе всеми силами защитить своего капитана. Но не смог. Подвёл, подвёл своего капитана. Не сдержал обещания. Потому что слаб. Потому что всегда был слабым… Но Бьёрн ненавидел слабость. Презирал её и боялся, что она навсегда станет его частью. Именно поэтому Виклунд всё время, пока маги и разведчики крепости Западной Стражи пытались найти хоть какую-нибудь информацию о пропашем капитане, готовился так, как только мог. Готовился телом, духом, вместе с остальными сослуживцами, чтобы в любой момент быть готовым ко всему. Быть готовым на всё, чтобы вытащить капитана Флипкинс из любой передряги. Потому что сидеть и ждать, пока тебя точно так же заберут костлявые иссушённые лапы тёмного колдуна, как это случилось с Лианной — было равноценно добровольной смерти в руках некроманта. Без сопротивления, без принципов, без мотивов. Умереть загнанной овцой. Мог ли себе позволить это солдат армии? Конечно нет.

Час настал. Маги крепости вместе с следователями нашли предположительное местонахождение офицера первого взвода. Собрав отряд, Бьёрн немедленно последовал к ним, дабы как можно скорее прийти на помощь Лианне Флипкинс. Даже те кошмары и наваждения, что беспрестанно преследовали солдата, не могли остановить его от своей цели и помешать старшине выполнить её. Виклунд был готов на всё, лишь бы успеть прийти на помощь к своему капитану, пока не стало слишком поздно.

Маги нашли сокрытую под ледяными водами пещеру, доколе неисследованную никем. С помощью поддержки колдунов отряд спустился под воду невредимыми, хоть и изрядно промокшими. Впереди ждала неизвестность. Опыт последних недель подсказывал Бьёрну, что ждать можно чего угодно, но вот верить всему подряд — нет. Благодаря этому солдаты удачно миновали большинство препятствий, избавляясь от гнёта страха и кошмаров на некоторое время. Впереди ждали всё новые и новые ответвления пещеры, перетекающей в крипту. В огромную крипту, с гигантскими коридорными путями, сокрытыми мраком, и величественными залами...

Перед отрядом открылась жуткая картина. Монументальных размеров круглы зал, с десятком не менее монументальных скелетов-гигантов. Великаны стояли неподвижно, не шевеля ни единой костью в теле. Все они стояли полукругом в этом неестественно огромном зале. В центре же, между скелетами, был впечатан каменный, под стать окружению, трон, по правую и левую сторону которого парили сверкающие зелёные сферы. Казалось бы, снова козни беспощадного некроманта Алерика Корвиуса, что всё продолжает «играть» с солдатами, как с куклами. Но все сомнения вмиг испарились, как только Бьёрн увидел сидящую на троне женщину в светлых, казалось, церковных одеяниях. Секунда, и Виклунд почти поверил в то, что перед ним — та самая, ради которой он прошёл через все эти ужасы и истязания души старшины. Ещё мгновение и… Мир Бьёрна Виклунда перевернулся, расплющился и разбился на тысячи и тысячи осколков, впиваясь каждым из них прямо в сердце солдата, когда он услышал голос девушки на троне:

— Наконец-то, — послышался её негромкий голос, эхом разнёсшийся под высокими сводами зала. Её стражи едва дрогнули, переступили костлявыми ногами, — Наконец-то… Я ждала целую вечность, милые. Здесь было так одиноко.

В один миг всё оказалось пустым. Тщетным. Он не успел. Не смог. Снова. Вновь и вновь Бьёрн пытался, пытался изо всех сил предотвратить свой самый худший кошмар. Но было слишком поздно. Он забыл обо всём. Об отряде. О сослуживцах. О гигантских стражах. Но помнил лишь то, что не успел спасти своего капитана тогда, на боевом задании, когда Корвиус забрал её с собой. Бьёрн в очередной раз доказал свою слабость. Свою ничтожность и бессилие перед некромантом. Лианна поднялась с трона. Капюшон, укрывавший её голову по прежнему скрывал лицо от вошедших, но по гордому развороту плеч, по мягкой походке, по манере разговора было ясно, кто стоит перед солдатами. Она остановилась в двадцати шагах, руки поднялись, и она скинула с себя капюшон, открывая взору лицо. Она была бледна, но не болезненно — словно бы не спала сутки. Взгляд её был наполнен нежностью и тревогой,

— Бьёрн, — очень тихо проговорила она, подходя ближе. Подняла руки, показывая, что абсолютно безоружна, — Ты… Нашёл меня.

Солдат лишь дышал. Но дышал так тяжело, будто тот находился в горящем здании и дышал чистейшим дымом. Колени предательски дрогнули, заставляя подкосится и припасть на одно из них к холодному каменному полу. Дрожащие руки со всей дури сжимали клинок. Глаза намокли от обиды, злости, разочарования. Солдат всхлипнул, глядя в белоснежное лицо Лианны. В эти добрые, нежные глаза, будто мамины.

— Л-л… Ли?.. Чт… Почему? — мычал солдат пытаясь встать на ноги, уперевшись о гарду клинка.

Лианна немедля одолела расстояние, отделяющее её от Бьёрна, падая рядом на колени. Её узкие, тёплые руки, обтянутые белыми перчатками, осторожно обхватили его лицо, заставляя поднять голову мягким, лёгким жестом,

— Мой милый, как же много тебе пришлось вытерпеть и пережить, — прошептала она. Её лоб коснулся его лба, а волосы щекотно тронули щёку. Она пахла чем-то неуловимо знакомым, травяным, цветочным, а голос был исполнен боли, — Мне так жаль… Так жаль...

Старшина слышал дивный, столь дивный для него голос. Слёзы ручьём хлынули из глаз. Слёзы ненависти, злобы, отчаяния, обиды. Всего и сразу. Он возненавидел весь мир. Возненавидел всё и всех, что окружало его. Шмыгая носом, Виклунд рывком оторвался от пола, отшатываясь назад и сжимая перед собой в руках двуручный меч.

— Я не позволю! Нет! Нет, я не отдам тебя! Где… Где он?! Где?! Я убью его! Я убью эту тварь! — ревел солдат хриплым, полным отчаяния голосом. Бьёрн мог знать, что так будет. Мог предвидеть это. Мог понять, составить план действий. Но не сделал. Ведь до последнего отрицал саму мысль...

Она медленно поднялась на ноги. Белое одеяние скользнуло, обвивая ноги, но она не сделала шага вперёд, лишь протянула обе руки к Бьёрну, в молчаливом жесте прошения,

— Его здесь нет, Бьёрн. Здесь нет никого, кроме меня, — она опустила голову, а светлые волосы скользнули, скрывая лицо от людей, — Ты можешь на меня напасть, если хочешь. Я безоружна, смотри, — она развела руки, показывая, что под одеянием нет ножен, — Я… Приму смерть из твоих рук. Это честь — умереть от руки того, кого любишь.

— Мы заберём тебя. Заберём! Хрена лысого, я не позволю! Я не отдам тебя ему! — рычал солдат, хлюпая носом. Виклунд схватил одну из рук Лианны, да потащил ту за собой к выходу. Но то выход уже был закрыт. У решётки стоял мертвец в тёмных одеяниях. Преграда. А ждать, пока приграда уйдёт сама — Бьёрн не собирался. Выпустив руку Флипкинс, старшина полетел на привратника смерти, разрубая того диагональным ударом своего двуручного меча. Солдат вцепился руками в решётку, хрипя и рыча пытаясь вырвать дверь, дабы открыть путь на свободу.

Она сделала пару шагов вперёд, но не поспела за ним. Споткнулась об плитку, падая на колени. Молчала, не поднимаясь,

— Я знала… Знала, что вы придёте за мной. Знала, что за мной придёшь ты, Бьёрн… Знала, что вы придёте на свою смерть!

В один момент девушку окутала пурпурная дымка, застилая очертания силуэта Лианны Флипкнис. Дымка перетекла в переливающуюся фиолетовую оболочку, укрывающую с ног до головы капитана военных сил Альянса. Она взмыла в воздух, а рука её выскользнула из руки Бьёрна. Голос был всё так же негромок, мягок, но теперь в нём появилась насмешка. Это была не Лианна, а существо по образу и подобию некроманта Алерика Корвиуса, её Всеотца.

— Дети Всеотца! Верные его стражи! Привести недостойных к моему трону!

Насмешливый голос Лианны позади заставил солдата встать в ступор. Бьёрн медленно, будто бы и не мог толком, развернулся, сжимая в руке двуручник. Он поднял глаза, узревая своего капитана парящим в воздухе. Объятым тьмой. Теперь в солдате была лишь только злоба. Никаких сожалений, горечи. Только лишь ненависть к содеянному над офицером. Над его капитаном. Над его подругой.

— Корвиус! А-а-але-рик! Покажись! Выйди! Выйди и убей меня лично, если сможешь! Убей, а я убью тебя! Убью! — орал Виклунд в воздух.

— Слепые, слепые дети, — голос её был исполнен мёда, лился, точно бы сладкая патока. Она парила легко и свободно, а тело её медленно исчезло в тёмном вихре, после явившись в новом обличьи, в лёгких и прочных латах, а в ножнах за спиной её материализовался клинок, — Вы — глупые, слепые котята, которых ведут Лжепророки. Вы — лишь пешки в руках тех, кто не глядя сметёт вас с доски, в угоду своим интересам. Вы — слепцы, которые стоят на краю пропасти. Вы никогда не посмеете прикоснуться к Истинному Знанию. Я — Агнец Его! Я — дочь Его! Стражи, к трону, всех!

Гигантские скелеты медленно двинулись к солдатам, пришедшим увидеть свою собственную смерть. Обида, злость, ярость — все эмоции, на которые Бьёрн только был способен заполонили голову солдата, отдаваясь дикой болью. Но ту боль Виклунд игнорировал. Игнорировал всё, что происходило вокруг. Для него была важна только одна вещь — месть. Месть за всё пережитое. За все страдания его друзей и сослуживцев. За страдания Лианны. За свои страдания. Бьёрн даже не заметил, как испарились все стражи-скелеты вокруг. То была заслуга одного из солдат отряда, что храбро ринулся в гущу событий, дабы разбить зелёные сферы, кружащие над троном в центре зала. Скелеты превратились в прах вместе со сферами. Теперь же Лианне, объятой тьмой и мраком, оставалось лишь самолично прикончить каждого, кто посмел сунуться в это проклятое подземелье. Одного заклинания хватило, чтобы забрать все жизненные силы солдат и уложить их к земле. Стоять оставался лишь Бьёрн. Опираясь руками о гарду двуручного меча, солдат отчаянно сопротивлялся колдовству, похищающего силы. Так Виклунд и стоял до того момента, как услышал ещё один голос из-за своей спины. Голос знакомый, наводящий ужас в сердце. Голос ненавистный старшиной:

— Прелестно. Ты справилась, дитя.

Этот голос… Бьёрн стиснул челюсти со всей дури от злости, рыча и из последних сил пытаясь устоять на ногах, чтобы не свалиться замертво на пол под тёмными чарами. Он медленно, но верно обернулся к источнику голоса, так же медленно волоча ноги и клинок по каменному холодному полу за собой в сторону пары тёмных личностей.

— Весьма признателен, что эти глупцы пали от твоей руки и хвалю за то, что оставила в их бренных телах остатки жизни. Урок окончен, Лианна. Ты с гордостью… Его провалила.

Он вознёс длань к Лианне и тёмные силы, полнившие её тело, хаотичным потоком возвращались обратно к владельцу.

— Забирайте её, недогерои. За вами слишком интересно наблюдать, чтобы закончить всё прямо здесь и сейчас.

Тело Корвиуса стало частично рассыпаться в потоке тьмы, и когда оно пропало окончательно, могильный бас пророкотал в разуме каждого: «И помните: Вы навсегда останетесь во власти Всеотца.»

Тело Лианны, словно бы поддерживаемое его пассами, не легко спланировало вниз, но упало, точно бы она была мешком. Кровавый клинок, капюшон, странные латы, всё исчезло без следа, ровно так же, как и сила, пригибающая их к земле. Она была без сознания, тёмные тени, залёгшие под глазами, стали ярче, все жизненные силы её покинули. В забытии, она едва шевельнулась, подтягивая колени к груди, а дорожка слёз скользнула по впалым щекам. Всё тело её, если приблизиться, было усыпано крохотными колотыми ранками. В этот момент Бьёрн был готов оставить все свои силы, лишь бы дойти до тела павшего капитана. Кряхтел, хрипел, опираясь о клинок и шёл к Лианне. А подойдя — просто бухнулся сверху на Флипкинс, роняя клинок и хватаясь железной хваткой за Лианну, за руку да за бок. Взрычав, солдат кое как взвалил на себя женщину, а после, полу-согнувшись, медленно направился к решётке. Благо та была уже открыта.

Огромный камень едва не упал на одного из членов отряда — потолок начал рушиться. Вода океана, что укрывал пещеру, начала просачиваться, затапливая подземелье. Заклятие начало испарятся, постепенно возвращая силы солдатам. Виклунд рвал изо всех сил по коридорам и лестницам проклятого подземелья. Теперь было ничто неважно. Ни месть, ни злоба, ни обида старшины. Нужно было вытащить её отсюда. Спасти и закончить этот кошмар. Пусть Алерик и подарил им шанс на спасение. Пусть это была отвратительная, тошнотворная подачка. Но как её не принять, когда от неё зависит жизнь Лианны?..

В конечном итоге — солдаты успели сбежать из пещеры до того, как та обрушилась и ушла полностью под воду. Отряд вернулся весь промокший в ледяной воде северного океана. После нескольких десятков одеял на отряд и пары литров горячих напитков бойцы начали понемногу приходить в себя. Укутанная одеялом и чувствующая тепло не только снаружи, но и изнутри, когда мелкие ранки начали затягиваться, Лианна выдохнула. Её веки дрогнули, а после медленно она распахнула глаза, мутным взглядом обводя помещение,

— Где… Где я? — прошептала она. Голос был слаб и дрожал.

— Нормально, всё нормально. Всё позади. — хрипел солдат, выбивая ритм тысячи барабанов зубами и укутывая по-плотнее девушку в одеяла.

— Где Алерик? — она закашлялась. Подтянула колени к груди, и уткнулась носом в подушку. Воспоминания накатывали тяжёлыми удушающими волнами, так же, как и истерика, всё это время сдерживаемая глубоко внутри. Страх, отчаяние, боль — всё смешалось в единый ком. Она заскулила, не поднимая лица от подушки, а из глаз брызнули слёзы. — Я не… Я не справилась с ним. Я позволила ему.

— Ушёл. Он оставил нас. — сипел солдат, сжимаясь в комок под одеялом и тщетно пытаясь согреться, — Оставил. Мы справились. Мы всё сделали.

Она ничего не ответила. Свернулась в комок, не поднимая головы от стремительно намокающей от слёз подушки. Она не издавала звуков, лишь сотрясалась в беззвучных приступах плача, кусая край подушки. Руки, стиснутые в кулаки, сжались так, что побелели костяшки, а ногти вонзились в ладонь, но даже эта боль её не отрезвила,

— Я… Говорила, что… — она сбилась, закашлялась, но продолжать не стала.

Они спаслись. Но было ли это концом? Едва ли. Метки всё ещё были на месте, на старом месте у шей бойцов. Весь следующий день отряд пытался встать на ноги, глуша ужасающий хриплый кашель и пытаясь не протянуть ноги от жара. Виклунд же самолично взялся за здоровье своих соратников. Спустя пару часов пичкания микстурами, зельями и прочими лечебными препаратами, капитан на отрез отказывалась продолжать лечение, как бы Бьёрн не пытался её уговорить выпить ещё одно лекарство.

— Оставь меня. — буркнула куча одеял.

Его взгляду предстала только светлая макушка, нос же она спрятала, и глаза зажмурила от света, хоть в казарме лампы ярко и не горели. Она заворочалась, повернулась на другой бок, подтягивая к себе колени и сворачиваясь в клубок, и замолчала, не издавая даже сопения. Бьёрн же и представить себе не мог, через что прошла эта девушка за последние пару дней. А потому более не решался её тревожить. Просто потому, что в кой то век элементарно не знал, что он может сделать. Чем помочь в этой ситуации. Да и что он мог сделать теперь? Всё самое плохое, что только мог представить старшина, произошло за эти недели пребывания в Ревущем Фьорде. Здесь уже ничего нельзя было сделать.

Он медленно отходил от дремоты, постепенно вклиниваясь в окружающий его холод и озноб, что терроризировал тело. Сразу же после пробуждения Бьёрн свернулся в калачик под одеялом, не в силах согреться под ним. Даже одежда не спасала от зубодробительной дрожи. Всё это время, с момента возвращения капитана, Викулнд толком не занимался собственным здоровьем. Рано или поздно, но температура бы поднялась в любом случае, об этом не следовало забывать. Но думать о себе в тот момент, когда есть те, кому в разы хуже, чем ему, Виклунду… Нет, такого он себе позволить не мог. Разразившись глухим, ибо в подушку, кашлем, солдат устало застонал, а после медленно поднялся на кровати, кутаясь в одеяло и содрогаясь от озноба в теле. Голова гудела болью простуды и воспоминаниями из сна о событиях по спасению капитана.

Насколько же было ужасно, видеть её в том облике. В том чистом, праведном облике той, чья воля была не подвластна ей же. Насколько же было больно сердцу, слышать те обречённые речи, что сладким нектаром лились из-под капюшона девушки. Виклунд вновь почувствовал эту обиду проигрыша, когда он был не в силах что-либо сделать. И бессилие это, перед содеянным над капитаном, медленно убивало в нём все мотивы сопротивляться. Усталость с головой накрыла Бьёрна. Но усталость не физическая, нет. Он, как и многие другие, устал от всего этого кошмара, что заражал его разум все эти недели на севере мира. Устал бороться, быть сильным, сражаться за что-то незримое, невидимое для глаз и сознания. Сколько ещё это может продолжаться? Месяц? Два, три? Год, век? Вечность, до скончания дней его? Невыносимо, это было слишком невыносимо. Виклунд постепенно становился тем, кем больше всего на свете боялся стать – слабым. Размазнёй, ничтожеством, слюнтяем. В какой-то степени это казалось самым простым способом. Бросить всё, отречься от работы, долга, чести, имени, зарыть и забыть всё то, что было и кем он сам был. Стать никем, стать пустотой. Исчезнуть…

Самым сложным же вариантом было принять происходящее вокруг. Принять, как неравного врага, что изо всех сил пытается тебя уничтожить. Как и ты пытаешься уничтожить его. Исход битвы, кажется, уже предрешён. Смысла биться с этим вердиктом судьбы – нет. В конечном итоге, рано или поздно, он падёт. Падёт в агонии под истязаниями разума тёмной магией. Под стрелой, болтом, клинком, топором и молотом в бою, заливая горячей кровью землю. Падёт, бросив всё, оставив всех, и убежит прочь настолько далеко, насколько смогут унести его ноги. Сидя на кровати, Бьёрн почти физически ощущал, как и в то мгновение перед Лианной, как его раздавливает мёртвая хватка слабости, бессилия и страха… Безумие заполонило голову солдата, ураганом мыслей сметая все мотивы и цели из жизни, оставляя после себя лишь гнев и ярость, казалось, ко всему, что есть на этой проклятой земле и на всём Азероте.Гнев и ярость. Ведь только они и всегда помогали Бьёрну выживать. Выживать в этом безумии пахнущего гнилью тёмного колдовства, что терзало его душу и истязало разум. Только гнев, ярость и сталь помогали ему продолжать сражаться. Они убивали рукой солдата десятки и сотни живых, мёртвых, всех тех, кто стоял на пути у Виклунда. Жар тела в этот момент, когда юноша сидел на кровати, казалось перестал существовать. Бьёрн чувствовал лишь жар раскалённого железа в своих жилах. Жар кровавой стали клинка, что старшина мысленно держал в руках, обжигая те языками пламени. Пламени войны, что нёс его меч. Пламени разрушения, что уничтожал всё, к чему юноша прикасался… Вот оно. Вот, что держит Виклунда. Гнев, ярость, кровь. Сталь и война.Всепоглащающая, праведная война, в которой живёт Бьёрн. В которой видит смысл существования. Смысл этот был — в силе. Чем больше он мог бы пролить крови, тем больше он чувствовал себя живым. По-настоящему живым, дышащим полной грудью и чувствующий жизнь и силу в каждой частичке своих мышц, в каждом вдохе и движении. Сердце его — боевой рёв барабана. Разум — бешеный пёс, чей голод до крови неутолим. Тело — ураганом, разрушающим всё на своём пути. Самый сложный вариант оказался на деле единственно верным. Слабый же – пустым местом. Всё стало на свои места. В сердце Бьёрна не осталось места для чего либо другого. Только он, его ярость и сталь. «Значит я сам буду Войной. Той Войной, что утопит этот осквернённый мир в крови. Той Войной, что пожрёт всё. Весь проклятый Азерот со всей недостойной жизни грязью, что населяет его.» Солдат встаёт с кровати, оставляя на той одеяло и всем своим естеством готовясь уничтожить любого, кто встанет у него на пути… Но что остальные? Что будет с ними? Что будет с отмеченными терном и розой? Бьёрн мысленно, но не физически, обернулся на Лианну, вспоминая её. Её силуэт, руки, поступь, волосы, эмоции на лице. Вспоминая знакомый запах трав, цветов и алкоголя, когда она обнимала его за плечи. «Рано или поздно — всех нас ждёт особая участь, уготовленная нам. У всех нас — своя роль в этой игре. Но теперь… Теперь правилами буду управлять я.» Тяжёлой поступью солдат сдвинулся с места к стойке с доспехами и оружием.

Пора надеть свои латы.

Дополнительно:

Высокая требовательность

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток.

Весьма хорошее творчество, особенно учитывая тот факт, что основная часть написания строилась, кажется, на ролевом отыгрыше. Не многие способны так красноречиво преподнести информацию, которая строится спонтанно на основании происходящих событий. Пролог задает приятную ноту для ознакомления, чувствуется литературный вклад творческих способностей с вашей стороны и вы успешно справились с этим, выражаю свое почтение.

Но и не обошлось без погрешностей, которые прекрасно отражались в полях заполнения в виде грамматических ошибок, очень странно, что вы не заметили этого:

1. случилсоь с Лианной
Неверная постановка букв, вследствие чего, выходит неверное написание: случилось.

2. и вцелом проблема
Отсутствия разделения с вытекающим последствием: и в целом.

3. сослуживцами было всё впорядке
Аналогичная проблема, озвученная выше: всё в порядке.

4. доколе неиследованную никем
Незначительная грамматическая ошибка: неисследованную.

5. ненависть к содеяному
Аналогичная проблема, озвученная выше: содеянному.

6. с гигансткими коридорными путями
Неверная постановка букв, схожая с первым пунктом: гигантскими.

Отбросив в сторону грамматику и разбирая исключительно текст, вышло действительно неплохо. Конечно, хотелось бы видеть более детальное развитие персонажа начиная от его раннего детства и заканчивая настоящим, но, раз вы решили обозначить именно ключевой момент в его жизни, который повлиял в значительной степени на его мировоззрение - пускай так и будет. Тут не приходится говорить об эмоциональном порыве, к сожалению, вам не удалось передать всю атмосферу происходящего события и убедить читателя в том, что ваш персонаж действительно переживал за все это. Возможно, следовало разбавить весь текст литературными приемами, ибо их не видно после половины творчества и кажется, словно дальнейшее ознакомление происходит с отчетом. Нет, это не плохо, вы хорошо справились, но в будущем учите это упущение и попытайтесь не допускать подобного.

В целом, подводя заключение - мне понравилось. Ощущается некоторая живность происходящих событий, чувствуется, что в определенных моментах допускалось преувеличение ради красоты картины, но не дотянули до литературного восприятия, такого, словно бы книгу читаешь. Это именно хороший уровень и демонстрация потенциала, главное развивайтесь в этом направлении.

Ознакомившись с вашим творчеством высокой требовательности, выношу вердикт " Одобрено " с последующей выдачей +7 уровней на персонажа, с игровым именем Бьёрн. По всем вопросам относительно принятого решения, вы можете смело обращаться в Discord: Stem#1769.

Желаю вам приятной игры на ролевых просторах Darkmoon.
С уважением, Stem.

Проверил(а):
Stem
Уровни выданы:
Да
07:23
22:23
335
Комментарий удален