Игровое имя:
Клэнси



ПРОЛОГ

Агония


Родители поют своим рожденным детям колыбельные,
рассказывают сказки и всячески убаюкивают. Смерть, разрушение, отчаяние и тьма.
Это были родители, не в физическом смысле, и их песни для годовалого мальчика,
плотно завернутого в ткань. Первый родитель наполнял ребенка человеческими
криками агонии и звуками разрубаемой, разрываемой и горящей плоти. Второй
родитель со всей яростью мучал маленькие уши всевозможным грохотом, от падающих
огромных башен и зданий, до вдребезги разбитой кухонной утвари. Третий же…
тогда плакали не только младенцы, а многие взрослые люди, сквозь молитвы и
причитания, крики о помощи и прочие звуки, что леденят душу и сердце. А
последний родитель в свою очередь же, нежно обволок дитя невидимой, черной
вуалью, что кажется опустилась на весь город. Тьма пробралась в сердце каждого
человека, не оставляя никакого места надежде. Что могло быть хорошего в таких аккомпанементах для невинного дитя?


Дым расстилался одним большим облаком над Штормградом, горящий город корчился в
муках, заполненный орками, которые не знали пощады к детям, старикам и
женщинам. И не смотря на всю самоотверженность, храбрость и мужество
защитников, они не смогли остановить такое количество врагов. Улицы были залиты
кровью и устланы трупами, словно это были дороги в сам ад. Уцелевшие в этой
бойне, по-другому и не скажешь, пытались найти спасение в порту, на кораблях и
лодках всех мастей, лишь бы покинуть обреченную столицу королевства. Естественно,
что за такую спасительную соломинку пытались ухватиться все, и царившая
повсеместно паника придавала этому максимальный накал хаоса. По одной из узких
городских улочек пробирались две фигуры, плотно закутанные в одежду. Это были
мужчины, один из которых нес плотно завязанные мешки с чем-то увесистым, а другой
сильно прижимал двумя руками к своей груди маленького ребенка, который
заливался громким плачем. Вдруг впереди послышались чьи-то крики, которые
быстро сменились на вопли полные ужасы, а после чего и вовсе на какие- то
хрипы. Раздались гортанные крики на орочьем языке, и топот множества ног.
Парочка с ребенком притаилась, хотя тот плакал достаточно громко. Но по правде
говоря, вокруг происходил такой кошмар, что крики одного крохи утопали в
мириадах других симфоний кровопролития и страдания. Выждав какое-то время, двое
мужчин двинулись вперед, но один из них, тот что был с ребенком, остановился.
Другой прошел небольшое расстояние один, после чего повернулся и вопросительно
посмотрел, но не получив ответа, сдвинул ткань закрывающую рот от удушливого
дыма и басистым голосом обратился к спутнику.

— Сэр, Вы идете? Мисс Клэнси должна быть в нескольких кварталах отсюда. – лицо говорившего, хоть и несколько чумазое от копоти и жара, выдавало в себе человека среднего возраста с простецкими чертами, что свойственны для крестьянина или какого-нибудь слуги. По его мимике и нервозным оглядыванием можно было с уверенностью сказать, что тот был напуган до чертиков. Да и кто его в этом будет винить?

Ответ последовал не сразу. Наконец его спутник тоже опустил импровизированную маску, и заговорил низким, властным голосом, излучающим ничего кроме уверенности в собственной правоте. Внешне он был гораздо старше собеседника, но не так, чтобы на много. Уже взрослый муж в возрасте, но еще и не старик. Седина тронула его волосы, торчащие из-под капюшона и аккуратную бороду. На лике имелись морщины, но глаза блестели молодым, энергичным взглядом, не свойственным старикам. – Мы не идем за ней. Уже нет. Поворачиваем и идем в порт. – в последний момент, когда тот разворачивался, можно было уловить мгновение, когда лицо того исказилось в гримасе боли. – Уже поздно. –добавил тот, и зашагал по обратному пути.

— Но как же так, сир! Мы проделали такой путь, она должна
быть уже рядом! – внезапно возразил Сэмюэл, который доселе никогда не проявлял
никакой инициативы и беспрекословно подчинялся. До сего дня. Он закашлялся от
дыма, пока ожидал ответа, после чего вернул ткань на лицо и последовал за
хозяином.

— Поздно, она уже мертва. Там везде эти твари. Сейчас нужно
думать, как спастись самим. – наконец ответил Клэнси, но как-то отрешенно,
словно пытаясь убедить самого себя. По почерневшим щекам быстро прокатились
несколько капелек слез. – Прости.


Некоторое время назад по улицам неслись целые толпы людей,
охваченных животным страхом, сейчас же вокруг были только мертвые. Наши беглецы
ступали осторожно, прижимаясь к стенам зданий и затаивались в тени, если вдруг
возникало подозрение, что враги рядом. В один из таких моментов, из плотного
дыма, который стоял впереди, выбежала группа орков, которая достаточно ловко
бежала среди тел, выпущенных внутренностей, отрубленных рук, ног, голов и целых
потоков крови. Они было уже проскочили мимо, но тут донесся приглушенный плач.
Один из захватчиков замедлил шаг, а потом и вовсе остановился, полуобернувшись.
Зеленокожий развернулся, и держа топор наготове, побрел на звук. Его заляпанная
физиономия, человеческой кровью, не выражала ничего, кроме как жажды убийства и
ярости. Томас Клэнси вытащил дворфийский пистоль из-за пояса, и приготовился
использовать его по назначению. На крайний случай. Ведь если он выстрелит, то
это наверняка не останется без внимания. Хоть сейчас и творился полный хаос, но
звуки выстрелов и боя, скорее всего привлекут жадных до убийства тварей.
Затаившись среди какой-то груды ящиков и мешков, которые судя по всему были
чьими-то вещами, которые хотели забрать с собой хозяева из дома, Клэнси выразительно
посмотрел на Сэма, который лежал среди трупов, прикинувшись убитым, и в этот момент
приоткрыл один глаз, уловив взгляд дворянина. А орк тем временем все ближе и
ближе шел к укрытию, уже точно уверенный, что там кто-то есть. Но он явно не
ожидал, что одно тел стремительно бросится на него, и начнет бить чем-то
коротким, но острым, нанося удар за ударом, ударом за ударом… Простой слуга, не
державший до сего дня никакого оружия, кромсал чудище с таким остервенением,
что даже сам Томас ужаснулся, глядя на это зрелище и на лицо Сэмюэля, который
слыл самым веселым и безобидным парнем. Сейчас оно не выражало никаких эмоций.
Он хладнокровно колол и колол орка, даже когда упал на землю.

— Он мертв, хватит. – Клэнси медленно приблизился к тому. – Хватит! – уже вскрикнул командным голосом.

Парнишка, залитый кровью своего врага, наконец остановился и
стал тяжело дышать, смотря на содеянное. Он выронил кинжал, и пристав,
попятился назад от тела, словно только осознавая, что сотворил.

— Ты сделал все правильно. Он бы убил нас не моргнув, и не
терзаясь совестью. – услышал Сэм, и тупо уставился на хозяина, который
осторожно ступая среди тел, продолжил путь. – И возьми кинжал, он тебе еще
может пригодиться.

Не успели они пройти и несколько улиц, как совсем рядом
послышались отчаянные крики о помощи и мольбы о пощаде. Среди плотных клубов
дыма скоро открылась и сама картина:
Из дома с выломанной дверью выводили людей. Здесь были женщины, мужчины и малые
ребятишки, лет семи-девяти. Мужчин с детьми по одному начали убивать, при чем
не сразу, а сначала отрубая конечности, или надрезая горло, чтобы те корчились
на земле, страшно хрипя, пытаясь вздохнуть. С женщин же сорвали одежду и начали
насиловать, прямо на телах их мужей, сыновей, братьев, сестер. Один из орков
скоро вынырнул из дома, крепко держа за крохотную ножку младенца, который висел
вниз головой и заливался плачем. Несколько криков на орочьем, и смех, после
чего зеленокожий швырнул ребенка со всей силы в ближайшую стену. С мерзким
звуком маленькое тельце осталось на ней лепешкой и медленно сползая, рухнуло на
землю. Тем временем к женщинам уже выстроилась уже очередь из насильников,
которые поочередно сменялись.

Клэнси смотрел на это крепко сжав зубы, и явно думая о своей жене. Он прижал своего
ребенка к себе так сильно, что тот возможно уже задохнулся. Сэма же в конце
концов вырвало, а в его глазах читалась ярость. Он явно был готов вот-вот
бросится, чтобы отомстить душегубам.

— Нам нельзя останавливаться, им уже ничем не помочь. – охрипшим
голосом вымолвил дворянин и посмотрел на слугу, ожидая подчинения.

Но тот прислонился спиной к стене и медленно сполз по ней
вниз, прикрыв ладонями лицо. Взрослый мужчина начал плакать взахлеб, после чего
свернулся в позу эмбриона прямо в луже крови.

— Можешь лежать тут и жалеть себя дальше, я ждать не
намерен. – зло бросил дворянин и оставил того одного, пробираясь дальше, пока
не нахлынуло больше орков.

Наконец впереди замаячил канал и мост через него. Несмотря
на то, что вода окрасилась в красный цвет, на дне угадывались трупы, которые
слегка покачивались. Что-то изменилось, и Томас не сразу мог понять, что
именно. Орочьи трупы, здесь их было в разы больше и словно ответом на вопрос
послужили Штормградские солдаты, которых Клэнси увидел только сейчас. В него
целилось сразу несколько десятков арбалетов, а за баррикадами вооруженные
копьями и мечами люди готовились выскочить и угостить врага сталью. Среди людей
в привычных уставных доспехах можно было увидеть и гражданских с оружием,
которое в основном было предназначено чтобы отпугивать незадачливых воров, а не
драться с несущими смерть чудовищами.

— Не стрелять, это люди! – помахал рукой один из солдат. – Эй, вы там! Проходите на эту сторону быстрее.

Мужчина с ребенком не заставил повторять дважды, и поспешно
последовал указаниям. – Благодарю, благодарю… — похлопал кого-то по наплечнику,
и наконец позволил себе отдышаться, оказавшись в какой-то относительной
безопасности.

— Торопитесь в доки, мы будем держать их здесь сколько
сможем. – говорившим человеком в форме оказался какой-то пожилой капитан без
одного глаза. Под шлемом трудно было рассмотреть его внимательнее, чтобы
прочитать эмоции, однако судя по всему, он знал, что делает. И этот факт
несколько согрел сердца Томаса. – Не знаю, как долго продержимся мы, или другие
кто держат подступы. Мы теряем людей так быстро, что донесения о потерях
успевают устареть, едва о них послали доложить гонца. Целые роты, дивизии и полки
за несколько часов… — он посмотрел на своих подчиненных, которые начали
хмуриться еще больше, и замолчал.

Только кивнув, дворянин пошел дальше, как ему и советовали.
Не успел он отойти и на десяток шагов, как позади раздался яростный рык, звуки
спускаемой тетивы арбалетов, свист болтов, крики боли и смерти, затем лязг
стали о сталь, и опять крики… которые постепенно стихали, ибо Клэнси бросился
бегом подальше, пока ему давали такой шанс. С других сторон тоже можно было
вычленить долетающие отголоски боя.

Здесь уже начали попадаться люди. Точнее целые толпы. Они
все ломились к спасительному, по общему мнению, порту, хотя никто точно не мог
знать, что корабли не потопят, как только они выйдут в море. Да и было крайне
сомнительно, что места хватит для всех… По этому Томас стал так яростно
продираться вперед, буквально гребя в этой человеческой массе. Плачущие,
зовущие своих родных по именам и фамилиям, покалеченные, пребывающие в такой же
агонии, как и сам город… большинство не особо понимали, что происходит, они
просто ломились к спасению, как животные. Сзади вот-вот могли появиться
захватчики и тогда начнется самая настоящая мясорубка. Не понятно сколько
времени Клэнси боролся за продвижение вперед. То он выбивался вперед, то это
живое «море» отбрасывало его назад, но он не сдавался, крепко прижимая плачущее
дитя, укрыв его так, чтобы не раздавили не соображавшие от страха люди. В
воздухе постепенно становилось меньше дыма, и наш беглец даже убрал с ткань с
лица, хотя дышать все равно было тяжело, ибо столпотворение нещадно сжимало
тех, кто рискнул в него окунуться. И стоило только кому-то упасть, как встать
уже было не суждено. На фоне неба замаячили мачты кораблей со сложенными
парусами. По ним как букашки то и дело ползали матросы, что-то поправляя.

— Без паники, места хватит на всех! – громко уверял всех какой-то молодой
сержантик, который пытался поддерживать порядок, но у него не очень-то и
получалось.

— Врет. – сразу же подумал дворянин, будучи прожжённым
циником и реалистом, и это заставило его с большим упорством начать продираться
вперед, пока наконец не достиг самого порта, где вся эта орава кое-как рассеивалась
в разные стороны, к судам. Томас даже остановился, и поднялся на какое-то
ограждение, чтобы получше осмотреться. Военные корабли, грузовые суда, галеоны
и простые рыбацкие лодки… Кажется здесь можно было найти все что угодно, но
вопрос состоял в том, на какой из них проще попасть? И не маловажно, на каком
из них безопаснее? Очевидно, что на военных, ну и на кораблях побольше. Но судя
по всему они были уже заполнены до отказа. Люди плотно сидели даже на палубах,
прислонившись друг к другу, и чуть-ли, не лежа на коленях у товарища, по
несчастью. Заприметив подозрительно относительно пустой фрегат, отец с ребенком
устремился вперед и сразу был встречен у трапа группой вооружённых наемников,
которые судя по всему не собирались пускать на борт кого попало.

— Э, мужик, куда лезешь? Ищи другое корыто. – сказал один из
них, со сломанным носом и голубыми глазами. Черты его лица напоминали какую-то
хищную птицу, которая вот-вот схватит луговую собачку своими когтями.

— Плачу золотом. – рыкнул в свою очередь Томас и было уже
обернулся, только для того чтобы вспомнить про то, что все мешки с пожитками и
с деньгами остались у его слуги в гибнущем городе.

— Да? Что-то не похоже, чтобы оно у тебя было. – прокаркал
наймит и злобно ухмыльнулся, но видимо только сейчас заприметив маленького
ребенка на руках у собеседника, печально покачал головой и добавил более
снисходительным тоном. – Тут полно кораблей, уверен найдете себе место.

— А похоже, чтобы там было место? – ругнулся про себя. –
Слушай, когда все это закончится, ты будешь очень богатым человеком. Просто
сейчас я расплатиться не могу, так что…

— Слушай, дядя, ты веришь, что здесь когда-нибудь кто-нибудь
будет жить? Думаю, ты сам видел, что город превратился в один большой погост,
ну или в братскую могилу, как тебе удобнее. И не волнуйся, я и так уже очень
богатый человек, однако это не очень меня заботит в этот момент. У меня есть
свои обязательства, которые я должен соблюдать. – отодвинул Томаса деревянной
частью алебарды и тут же начал орать на кого-то другого, кто собирался
пробраться на борт.

Клэнси отошел назад, ибо уже назревала полноценная драка
между безоружной толпой и вооруженными до зубов наемниками, которые были готовы
убивать. А такое никогда хорошим не заканчивалось. Судорожно перебирая все
возможные варианты и пути, мужчина шагал из одной стороны причала в другой,
чтобы услышать о том, что больше мест нет, ищите другой корабль. А время тем
временем все шло, и с каждой минутой те суда где еще можно было разместиться,
заполнялись беженцами. Медленно и верно к сердцу начало подкрадываться
отчаяние, которое Томас так долго отгонял.

— Идите сюда, ну, чего там встали. – вдруг послышался окрик,
и обращались судя по всему к нашему герою. – Да-да, Вы. Идите сюда, места
маловато, но хоть живые останетесь. – гладко выбритый удалой молодец в коротких
штанах, белой рубахе и шпагой на боку, активно жестикулировал, подзывая к себе.
К себе на… одномачтовую лодку, которая была чуть побольше, чем обычная
рыбацкая. На ее фоне, выряженный как боевой морской волк, моряк, выглядел мягко
говоря неуместно, а то и вовсе глупо. Впрочем, выбирать не приходилось, и
Клэнси воспользовался той соломинкой, что ему предлагали, быстро перебежав по
шаткому трапу на борт.

— Спасибо… — растерянно сказал Томас, оглядывая пассажиров,
экипаж и где собственно можно расположиться. – Когда отплываем?

— Плавает говно, а корабли ходят. – многозначительно
поправил его «морской волк» и широко улыбнулся, демонстрируя множество зияющих
прорех в зубах. – Как только наберем столько сможем, так сразу скинем швартовы,
будь покоен, папаша. Мой «Неустрашимый» нас вмиг унесет, и не успеете глазом
моргнуть. А пока садитесь и не мешайте нам готовиться к походу.

— Да-да, конечно, простите. – ответил стандартным ответом,
когда считал собеседника полоумным, но честность была чревата серьезными
последствиями. Неустрашимый… Отлично, угодил на какой-то шлюп с кретином
владельцем, считающим свое плавающее недоразумение серьезным, возможно даже
боевым кораблем. Впрочем, выбора особо не оставалось, так что следовало уповать
только на удачу.



ГЛАВА 1

Дом, милый дом

В Штормграде уже был глубокий вечер. Шесть лет назад город
был разрушен, а сейчас он уже восстанавливался с неслыханной скоростью. За
длинным обеденным столом из темного дерева сидел мальчик лет семи, и молотил
ножками по воздуху, ибо стул для него был великоват, как, впрочем, и все
остальное перед ним. В комнате, а точнее будет сказать, в небольшой зале, царил
полумрак, хоть там и там стояли канделябры с зажжёнными свечами. На ребенке
была не дешево вышитая одежда, но в то же время и без лишней мишуры.
Простенькое подобие дворянского платья, если вам так угодно. Поймав на себе
суровый взгляд от мужчины напротив, малец тут же успокоился и просто уставился
на тарелку, на которой аппетитно расположились куски мяса вперемешку с какой-то
кашей и овощами. Может и не самое изысканное блюдо для самых искушенных
гурманов, однако паренек был голоден, как самый свирепый волк Элвиннского леса.
Однако он послушно ждал разрешения от родителя начать трапезу. Еще несколько
мучительных минут, и слуга, что до этого хлопотал на кухне, принес кувшин
молока, после чего поставил его на стол и скрылся так же быстро, как появился.
Отец лишь кивнул, и сложил руки в замок на столе. Наконец-то, можно было набить
брюхо! Но на самом деле было не все так просто. По обе стороны от тарелки, на
столе были разложены разнообразные столовые приборы, вроде ножей, вилок и
ложек, только разных форм и размеров.

— Нет. – сказал Томас, когда его сын взялся не за подходящий
столовый прибор. Когда выбрал другой, но тоже не верный, наклонился вперед и
треснул по ручонке Слейта. – Мы не играем в угадайку. Либо ешь, либо иди спать.
– и нахмурился. Сейчас, когда он подался вперед, можно было получше рассмотреть
лицо Клэнси старшего. Карие глаза, нос с горбинкой и, пожалуй, даже слишком
продолговатое лицо с острым подбородком, на которым имелась маленькая,
аккуратная бородка. Взгляд был все такой же живой и проницательный, каким
паренек его всегда помнил. Его сын не расплакался от удара по руке, из чего
можно сделать вывод, что тот уже давно воспитывался в строгости, вместо этого
он погрузился в размышления, какие только мог себе позволить ребенок, и не без
душевных терзаний наконец взял одну из вилок, которую считал нужной. Ударов или
порицаний не последовало, значит все было правильно. Мужчина же ничего не
сказал, просто сам приступил к еде, держа в одной руке вилку, а в другой нож,
аккуратно отрезая себе маленькие кусочки мяса и отправляя их в рот вместе с
гарниром.

После трапезы пора было отправляться почивать. Дом, а точнее
особняк был достаточно большой, чтобы в нем можно было запросто заплутать,
однако мальчик хорошо знал дорогу в свою комнату. Она была отделана, как и весь
остальной дом без большого изящества, но со вкусом. Гости со статусом могли
сразу понять, что хозяин дома деловой, состоятельный человек, а не бездельник,
который бесится с жиру. Раздевшись, и аккуратно сложив одежду на стульчике,
Слейт быстро забрался в кровать, под одеяло, словно то могло защитить от всех
монстров этого мира о которых он слышал. Даже от самых свирепых. В его комнате
до конца никогда не тушили свечи, зная, что мальчик боится темноты, и не
придавая этому особого значения. Однако для него самого, ночная тьма играла
более мистическую роль. Словно что-то осязаемое, оно медленно подползало к
кровати, медленно, но верно сгущаясь вокруг. Засыпая под одеялом, Клэнси
младший видел разные образы, которые он не мог себе даже представить. И мелодию
из различных, пугающих звуков. Или это просто он наслушался историй от всяких
дядек-служек? Кто знает. Однако Тьма всегда была рядом. Всегда.


На следующее утро солнечного дня, когда день кажется задался
особенно хорошим, и, казалось бы, можно было прогуляться по городу, поглазеть на
диковинки, ну или выйти за ворота и половить всякую мелкую живность в траве,
около главной дороги. Но у жизни были другие планы. Точнее у отца Слейта. Его
ребенка ждала целая орава учителей, репетиторов и других людей, которые должны
были заложить прочный фундамент знаний для будущего наследника рода Клэнси.
Здесь был и учитель точных наук, седовласый, пожилой джентльмен у которого был
особый талант усыплять юного ученика на своих уроках, он же преподавал всеобщий
и каллиграфию, потом был мужчина по моложе с очень забавной бородкой и
угольными волосами, и он играл в игрушечных солдатиков! Ну, не совсем играл. На
самом деле он объяснял основы тактики сражений, и заодно рассказывал о всех
важных географических расположениях, и даже про осадные машины. С ним было
довольно весело и увлекательно, пареньку очень нравилось! Из практических
занятий можно выделить уроки фехтования на мечах, которые никогда не давались
Слейту легко, а слегка пузатый, дядька-учитель, был из-за этого очень сердит и
иногда даже отборно ругался. Что еще? Уроки бальных танцев, дворцового этикета
и прочей дворянской культуры. Для высших сословий это просто на просто
жизненные необходимости.


Время шло, и под чутким и строгим отцовским надзором, Клэнси
младший начал приобретать определенную умственную форму, будто заботливый
гончар, окружающие направляли глину, из-за чего та образовывала ту или иную
утварь на усмотрение мастера. Хоть мальчик и не был гением, но у него были не
плохие задатки. Проблема в том, что он ни в чем особо не преуспевал, что
несколько напрягало его отца, который ждал себе достойную замену.

— Видишь ли, сынок, когда-нибудь этот дом и мое дело будут
принадлежать тебе. Я хочу, чтобы ты был к этому готов. Твоя мать бы гордилась
тобой. – молвил Томас Клэнси, и откинулся на спинку кресла, рассматривая
сынишку. Тот выглядел как совершенно обычный мальчуган для своего возраста,
который сидел на стуле перед ним, и с любопытством присущим всем детям,
рассматривал рабочий кабинет отца. Здесь было большое количество стеллажей с
книгами и свитками, а еще затейливо украшенная мебель и красивые картины на
стенах. Одна из них играла особую роль для Слейта, ибо на ней была изображена
его погибшая мать. На полотне была изображена женщина с богатом платье. Ее лицо
было с мягкими чертами, несколькими родинками, маленьким носиком и аккуратным
ртом. Она смотрела с этой картины на сына своими черными глазами с какой-то
печалью или тоской, от чего Слейт всегда чувствовал грусть, хотя совсем и не
знал эту женщину. – Жизнь жестока и часто отнимает у тебя то, что тебе дорого.
Но при этом важно сохранять самообладание, контроль над эмоциями и поступками.
– молвил мужчина, заметивший куда смотрел его сын. – Мы идем рука об руку со
Светом, но должны сами вершить свою судьбу, принимая порой сложные решения. –
он замолчал, тоже рассматривая женщину на картине.

— Почему ее убили чудовища? – вдруг поинтересовался ребенок,
тоненьким голоском.

— Видишь ли, некоторым существам, даже если они разумны как
мы, свойственна жестокость и кровожадность. Они не умеют ничего, кроме как
разрушать. – развел руками.

Парнишка опустил глаза в пол что-то обдумывая, а потом
заявил. – Я буду бороться с чудовищами, чтобы они больше не убили ничью маму. –
на его глазах выступили слезы от обиды и горечи, понимая, что одну маму он уже
никогда не спасет.

Томас моргнул и посмотрел на того, словно перед ним был
взрослый человек, который сделал серьезное заявление. – Тогда ты ступишь на
дорогу, с которой уже не сойти. Впрочем, стремление благородное. Однако стоит
четко проводить черту между банальной, слепой местью и справедливым
правосудием. Ты понял меня?

— Да, отец. – утер слезы, и шмыгнул носом, после чего
успокоился и спросил. – Мистер Шейн идет в лавку за едой, могу я сходить
с ним?

— Можешь, только ни на шаг от него не отходи. В этом городе
все еще есть свои чудовища. – придвинул кресло к столу, и принялся читать
какой-то документ, не обращая более внимания на Слейта, который тихо соскользнул
на пол с сидения, и осторожно, чтобы не мешать, вышел из помещения, дабы найти
нужного слугу.

Около полудня улицы Штормграда буквально дышали жизнью. На
торговой площади происходили целые столпотворения людей, которые хотели что-то
купить или продать. Без внимания не оставалась ни одна лавка, будь то целое
помещение с выложенными на прилавок товарами или простенькая повозка на улице с
набитым в нее обычно тем, что выращивают в земле. Солнце, стоявшее в зените, не
скупясь заливало всем своим светом, как бы подчеркивая эту из без того яркую
картину. Повсеместно звучали разные контрасты эмоций. От ругательств и плача,
до смеха и ликования. Все это на столько манило и дурманило голову, что малец
вроде Слейта запросто сможет стоять так весь день лишь разинув рот. Ох, а еще
же здесь бывают всякие диковинки, на такое точно стоит поглазеть, если у вас
есть свободное время, разумеется. Шейн тем временем приобрел своему юному
господину сочный пряник, который тот, однако не успел вкусить, ибо его внимание
привлекли несколько стражников, что проходили мимо. Прямо такие же, как его
миниатюрные солдатики дома. Проводив их взглядом, Клэнси младший заметил двух
других детей, которые были одеты куда хуже, чем он, намного хуже. Мешковатое
рванье на подтяжках. Это были девочка лет пяти, и мальчик, ровесник Слейта. Оба
чумазые и худые с жадностью разглядывающие вкусности, которые продавали купцы.
Наконец мальчонка вытащил за-за пояса маленький мешочек, а из него горсточку
монеток, на которые он купил два пряника, только поменьше чем у Слейта. Они
отошли чуть в сторонку, и сели на невысокую изгородь, как вдруг мальчонка
вырвал у рук из девочки ее лакомство, и с победоносным видом откусил. Та в свою
очередь сначала даже не поняла, что с ней так обошлись, и только похлопала
глазами. Когда жестокая правда все-таки опустилась на ребенка, как молот,
послышались всхлипы, и она уже готова была уже начать рыдать взахлеб, как вдруг
кто-то оказался рядом. Девочка, у которой к слову были черные, длинные волосы,
утерла слезы и увидела богато одетого паренька, который протягивал ей большой
пряник, который она, помедлив, робко взяла в руки и произнесла тихим голосом. –
Спасибо.

Ее, как можно думать брат, потому что они были довольно
похожи, даже перестал жевать и стыдливо опустил глаза на землю. Слейт
повернулся, и направился туда, где в последний раз был слуга его отца, но не
успел он преодолеть и половину пути, как кто-то схватил его за руку. Это
оказалась та самая девчушка, которая его куда-то повела c удивительной
для такой крохи скоростью. Проделав небольшое путешествие по городу, в том
числе не по знакомым для Клэнси младшего улицам, ребятишки забрались на участок
городской стены. Они уселись у одного из зубцов, и черноволосая не без труда
разломала лакомство на две половинки, и протянула одну Слейту, который конечно
смутился, но все-таки принял и надкусил.

— Тебя как звать? Я Кейт. Кейт Уилсон. – представилась, едва
прожевав кусок пряника. – Ты из этих… из богатых, да?

— Слейт Клэнси. – быстро представился наш герой, и пошаркал ботинком
по камню. – Я не знаю, наверное, да. – пожал плечами.

— Как не знаешь? – удивилась Кейт. – У тебя, наверное,
бо-о-ольшущий дом, куча дяденек и тетенек, которые все за тебя делают, а еще у
тебя куча всяких игрушек. – не без любопытства потрогала одежду собеседника,
словно даже та была какая-нибудь волшебная.

— Дом большой. – Клэнси младший перестал есть и стал крутить
еду в руках. – Но слуги за мной делают далеко не все. Еще приходится учиться
очень многому. И-и-и… я уже не маленький, чтобы в игрушки играть.

— Я тоже не маленькая. – бойко заявила девчонка, которая уже
умяла пряник. – Просто спросила, нельзя что-ли? А чему еще кроме как говорить
учиться? Писать разве что… только зачем. Так что лучше уходи из дома, и найди
какой-нибудь уютный амбар где можно ночевать.

— Сбегать из дома? – поджал губы, словно его оскорбили. –
Отец возлагает на меня большие надежды, и я не могу его подвести. – словно
заученной заранее фразой ответил. – За городом лучше не шастать, там много
монстров водится.

— Пф-ф-ф, а ты что, монстров всяких испугался? Ха-ха,
зайчишка-трусишка! – звонко рассмеялась.

— Ничего я не трусишка, просто я ответственный! –
рассердился тот.

— Еще какой трусишка! Бе-е-е. – высунула язык. – Ой, ты не
будешь доедать? – не дожидаясь ответа выхватила откусанный пряник из рук
Слейта, и дала деру, крикнув попутно. – Меня брат ждет, пока Слейт!

— Пока. – тихим голосом произнес. Только сейчас он начал
понимать, что оказался в незнакомом месте и далеко от мистера Шейна. Похоже
кто-то влип.

Сначала Клэнси младший конечно попытался найти путь домой
самостоятельно, но чем дальше он шел, тем более незнакомым казалась местность.
Солнце постепенно садилось, и чем темнее становилось на улице, тем тревожнее
становилось на сердце у мальчика. Боязнь ли — это наказания дома или может быть
что-то другое? К спине начало липнуть ощущение страха, и кожа предательски
покрылась мурашками. Очутившись в очередном новом… нет, это было знакомое
место. Огромное здание собора Света. Здесь бил красивый фонтан, а на лавочках
часто отдыхали люди. Но сейчас там был лишь один человек, который внимательно
рассматривал мальчика, а когда тот это заметил, поманил рукой к себе.

— Что-то ищешь? – мягким голосом сказал незнакомец. Судя по
всему, это был священнослужитель. На нем была простенькая белая роба с
золотистой окантовкой на рукавах. Внешне же трудно было определить его возраст.
Вроде молодое лицо, но уже покрытое глубокими морщинами и коротко стриженные
русые волосы. – Может могу чем-то помочь? Я брат Ниал из Собора Света. –
добродушно улыбнулся.

— По правде говоря я потерялся, сэр. – вздохнул мальчуган.
Почему-то смотря на собеседника, возникало чувство умиротворённости и тепла.
Хотелось просто устроиться рядом и посидеть. Даже кажется сама вечерняя тьма
расступилась в стороны вокруг нашей парочки. Или тут просто городские столбы
освещали получше, хм?

— Потерялся, и оказался тут. – мужчина задумался и потер
бороду. – Ну что же, давай тогда вернем тебя домой. – поднялся со скамейки и
сделал несколько шагов вперед. – Опиши ту улицу где живешь и свой дом, ну и
фамилию скажи, может знаю таких. А по дороге расскажешь, что с тобой
приключилось…

Пожалуй, самое страшное это не само наказание, а его
ожидание. Слейт стоял в отцовском кабинете, и теребил одну штанину от волнения.
Проводивший же лично до выхода жреца и поблагодаривший его, Клэнси старший
неспешно вернулся и уселся на свое кресло. Повисла тяжелая тишина, которая
казалось вот-вот придавит ребенка к полу. Наконец мужчина молвил. – Надеюсь не
нужно говорить, что ты поступил безответственно. Не смотря на этот акт…
альтруизма или, ты просто так подкупил сладостями тех детей, чтобы с ними
подружиться? Так или иначе, как ты считаешь, ты заслуживаешь быть наказанным
или нет?

— Да, сэр… — тихо ответил маленький дворянин. – Прошу
прощения, сэр.

— Хорошо, мужчина должен отвечать за свои поступки.
Извинения приняты. На кухне тебя ждут грязные горшки. Когда закончишь, можешь
идти спать. Свободен. – Томас принялся что-то писать, будто ничего и не
произошло. Однако, когда его сын выходил из помещения, он все-таки поднял
взгляд и вздохнул.




ГЛАВА 2

Тьма

— По городу ходят страшные слухи. Говорят, начинается новая
война. – наклонившись вперед, почти полушепотом сказал хозяин таверны, людям,
которые лишь хмурились и молча попивали из кружек. – Не нужно нам лезть в это,
говорю я. – в этот момент дверь на противоположном конце здания хлопнула, и
внутрь зашел какой-то парень. На нем был одет замшевый камзол, хорошо вышитые
штаны и кожаные туфли. Выглядел он разумеется в разы богаче, чем добрая половина
постояльцев. К нему тотчас устремилось много оценивающих взглядов, и повисла
тишина, которая через пару мгновений сменилась на привычный громкий гул от
разговоров и музыки.

Слейт постоял еще немного на входе, пристально озираясь, и
когда наконец он заметил нужного ему человека, быстрыми размеренными шагами
направился к нему, пока не достиг столика стоявшего поодаль от других. За ним
сидел мужчина лет сорока, может чуть старше, в простой, но аккуратной одежке. Перед
ним стояла выпивка, но судя по всему он даже к ней не притронулся, лишь нервно
крутил в руках трубку для курения. – Сэмюэл Уиллард, я полагаю? – незнакомец
вздрогнул.

— Ах, мистер Слейт. Рад с Вами наконец познакомиться. –
прокуренным голосом сообщил, и чуть привстал, протягивая ладонь для рукопожатия.
Клэнси младший без особой уверенности, но все-таки пожал
руку собеседника, и присел на стул, напротив. Оба человека чуть склонились
вперед, чтобы лучше слышать друг друга, и из-за свечи, горевшей на столе, можно
было получше рассмотреть их лица. Молодой дворянин был крепко сложенным юношей,
а на его лице уже появилась щетина. Не смотря на свои шестнадцать лет, он
выглядел примерно на два года старше. По внешности же нельзя было сказать
что-то с уверенностью. Не особо красивый, разве что. Карие глаза, которыми он
сейчас внимательно смотрел на Самюэла, тонкие выразительные губы и русые
волосы, собранные в хвост на затылке. Мужчина
напротив же имел лицо, усеянное морщинами и родинками, подчеркивающие его
возраст. Голова почти полностью лысая, взгляд несколько отсутствующий. Он
нервно покусывал губы, явно что-то обдумывая.

— Вы меня не знаете, да и не должны, наверное. Но я служил
вашей семье достаточно долго, и хотел лично увидеть Вас. Прошу прощения за не
слишком удачно выбранное место, но… — Сэмюэль все-таки сделал добрый глоток
какого-то алкоголя из кружки, и вытерев губы, продолжил. – Вы очень похожи на
нее. На свою мать, имею ввиду.

У сидевшего до этого Слейта, который только пытался понять,
что от него хотят, брови буквально поползли на лоб. – Так Вы знали ее? – громче
чем нужно воскликнул парень, и тут же осмотрелся с опаской. Но похоже, что
никто не обратил внимания. Понизив голос, он сказал. – Прошу, расскажите о ней
что знаете. Мой отец постоянно уходит от ответов, давая лишь смутное описание.
Может хотите пойти в наш дом, и что-нибудь поесть?

— Ох, нет-нет, спасибо за доброту. Мне и здесь вполне не
плохо. Да и Томаса Клэнси я не очень привечаю, если честно признаться, без
обид. – сделал еще глоток. – Что не сказать о мисс Рэйчел, Вашей матери. Она и
взяла мена на работу, когда я был в отчаянном положении. Несмотря на то, что
она была внешне очень хрупкая и кроткая, в ней таились такая доброта и
милосердие, даже к тем, кто их не заслуживал. Светлая была женщина. – вместе с
рассказом можно было наблюдать удивительную палитру эмоций, которые сменялись
одна за другой. Казалось Сэм переживал все события заново воочию. – Могла взять
за руку, и немножко улыбнуться, заглянув в глаза и все обиды, печали… злость,
мигом пропадали. С ее уходом в этом мире стало заметно темнее.

Юноша внимательно слушал, могло даже показаться, что он
забывал дышать. Когда поток слов иссяк он покачал головой. – Жалко, что мне не
довелось узнать ее. Проклятые орки, чтобы им пусто было. – и замолчал, крепко
сжимая кулаки.

— Да, тот день никогда не выйдет из моей головы. Нужно было
не слушать Вашего отца, и идти искать ее. Если бы только я нашел в себе
храбрость.

— О чем это Вы говорите? – парень склонил голову чуть на
бок.

— Он не рассказывал, верно? Я бы на его месте тоже не стал.
– Сэм горько усмехнулся. – Когда мы спасались, сначала должны были найти мисс
Клэнси, а потом уже продвигаться в порт. И когда мы были уже близко к тому
месту, где она должна быть, раздались звуки боя… точнее сказать резни, и в тот
момент Томас похоронил ее. Я видел это в его взгляде. – убрав трубку в
нагрудный кармашек, мужчина начал подниматься. – Ладно, что уж прошлое
ворошить, уже ничего не изменишь. Ваш отец не плохой, однако его мышление
иногда пугает холодным расчетом. Нельзя так с людьми, нельзя. Хотя кто я такой,
чтобы так рассуждать. Пойду уже, наверное, и так уже Вас утомил, да лишнего
сболтнул. – с этими словами, не дожидаясь ответа, быстро направился на выход.
Скрипнула дверь, и Сэмюэль растворился в потемках.

Расчет. Холодный расчет. Это крутилось в голове подростка,
который пребывал в некотором шоке от услышанного. Собственный отец добровольно оставил
его мать умирать, и эта постоянная подготовка к будущему, к замене. Он
относился к Слейту не как к сыну, а как к какому-то долгосрочному договору или
к выгодной сделке. Испытывал ли они любовь вообще? Хоть какие-то чувства? В
этот момент мир перевернулся не с ног на голову, а наоборот. Все встало на свои
места. Преисполненный мрачной решимости, Клэнси младший покинул таверну, на
встречу вечерней тьме.


— Значит он выжил. Поразительно. – Томас отложил бумаги в
сторону, и сложил руки в замок возле лица. Он что-то обдумывал, в очередной раз
отстранившись от происходящего. В кабинете свечи горели в основном только у его
стола, отбрасывая чудные тени на стены, которые казалось то и дело оживали.

— И что? Это все, что ты можешь сказать? – рассказавший о
недавних событиях юноша повысил тон, обращаясь невообразимо дерзко. Он был явно
разозлен и разочарован. – Как ты мог оставить ее там? Она ждала тебя, и
надеялась, что ты ее спасешь! Ты трус! Даже не признался мне в этом! – выпалил
так быстро, что пришлось отдышаться.

— Прикуси язык, молодой человек. – в свою очередь повысил
голос мужчина. – У меня хватило ума не рисковать твоей жизнью. Чего бы я добился,
если бы я поддался чувствам, а? Убавь свое детское чувство справедливости, и
отправляйся спать.

— Не рисковал моей жизнью, чтобы сохранить наследника своего
дела? Ты отметаешь со своего пути всех, кто не входит в твои планы! – не
унимался Слейт. – Я никогда не прощу тебя за то, что ты оставил маму умирать,
никогда!

— Я уже сказал тебе идти спать, что не понятного? – Томас
взял одну из книг, что лежали у него на столе, и открыв на нужной странице,
принялся читать. Но резкие движения выдавали его раздражение и злость. Когда
гулки шаги подростка удалились и дверь громко хлопнула, он поднял глаза на
картину жены, сам не зная зачем. Искал поддержки в ее взгляде или осуждения?

Дальше наперекор всему, возможно даже судьбе, но самое
главное отцу, Слейт начал быть полной своей противоположностью. Из прилежного,
внимательного ученика, он превратился в безответственного неуча, который
выводит из себя своей учителей, либо вообще не посещает занятия. Из доброго,
вежливого и скромного переобулся в какого-то несуразного, безалаберного
прохиндея. Чтобы отомстить, он поддался таким порокам как гордыня, похоть и
алчность. Сначала все было для того, чтобы задеть единственного человека, но
внезапно все вышеперечисленное стало повседневностью. Почти каждый слуга в доме
страдал от выходок этого юнца. В доме не осталось ни одной молоденькой
служанки, под юбкой у которой он бы не побывал. Не насильно, конечно, а скорее
пользуясь женской робостью, страхом перед власть имущими или просто обещая
драгоценные побрякушки. Логично, что и компанию юнец нашел себе подходящую.
Тоже сыновья богатой знати и купцов, которые упивались богатством родителей и
не имели никаких принципов. С такими конечно нужно было утверждать свой статус
негодяя, совершая, да что уж тут кривить совестью, мерзкие поступки. Злило ли
это Томаса? О да, он был не в себе, и это подстегивало эго Слейта как ни что
больше. Ссоры с отцом, нездоровая любовь к алкоголю и женщинам, азартные игры и
хамское отношение к окружающим, именно так теперь выглядела повседневность Клэнси
младшего. В таком ключе прошло несколько месяцев, пока это все не достигло свое
апогея.


Так одним теплым вечером, компания из семи молоденьких
ублюдков праздно шаталась по Штормграду, перед этим покинув очередную питейную
и напоровшись там на драку. Почти у всех в руке было по бутылке алкоголя, а у
некоторых даже самокрутки с табаком в зубах. Кто-то кричал, кто-то громко
смеялся, кто-то горячо спорил. Кутеж шел полным ходом, иными словами.

— Ай да в бордель по девкам! – предложил толстоватый,
низенький, кудрявый паренек в вышитом золотом платье, уже запачканным пятнами
от вина.

— А ты за своим пузом вообще свой член видишь?! – воскликнул другой, черноволосый, достаточно
высокий по сравнению с другими. Он очень любил шутить над остальными, но, когда
его доводили, начинал забавно заикаться.

После небольшой, но громкой перебранки, раздался сухой,
властный голос. – Девки это дело хорошее, но зачем для этого куда-то идти?
Сейчас по пути найдем кого-нибудь. – сначала все смолкли, прислушиваясь, а
затем раздались одобрительные возгласы.

Слейт нахмурился. Говорящим был Говард, рыжеволосый с
треугольным лицом и большими зелеными глазами. Он появился в их компании из
ниоткуда и быстро завоевал роль лидера. Жестокий, беспринципный, хитрый и
лживый, вертел людьми как хотел, добиваясь того, чтобы они делали то, что хочет
он. Всегда выходящий победителем, не терпел отказа и неподчинения. Почти сразу
у него появился зуб на Клэнси младшего. Возможно потому, что тот не слишком
подчинялся или тут было что-то еще? Размышления прервал чей-то сдавленный писк.
Его издала девушка, которая попала в объятия рыжего. Он зажал ей рот ладонью и
крепко ухватил за талию. Как бы она не дергалась и не сопротивлялась, не могла
никак вырваться. Она была чуть помладше их, но у нее уже сформировалась не
плохая фигурка с определенными привлекательными формами. Невзрачное,
незамысловатое клетчатое платье не могло скрыть это, хотя должно было, похоже
именно с этой целью оно и носилось. Длинные, красивые черные волос, а лицо… Слейт
ахнул. Это была Кейт! Та девочка с братом, которой он дал свой пряник. После
того случая, юный дворянин видел девушку часто, ибо ее взяла к себе работать
местная булочница. Он даже разговаривал с ней как-то, всего ничего, буквально
парой слов перекинулись, но все же. Словно цветок, она расцветала год за годом,
и сейчас этот цветок хотели сорвать. Звук, рвущийся одежды, более громкие
приглушенные девичьи возгласы. Вот она уже на лопатках на холодной, грязной
мостовой, смотрит с мольбой прямо в глаза Клэнси, который пребывал в каком-то
трансе, он переживал какое-то дежавю. Когда Говард уже расстегивал штаны, и
готовился к соитию, его взял кто-то за воротник, и не успел он обернуться, как
оказался откинутым в сторону на добрых футов пять. Он быстро поднялся на ноги,
обнаружив Слейта, который помогал девушке встать. Другие подростки только
переглядывались, похоже по чьему-то авторитету и гордости только что был
нанесен серьезный удар, и они внимательно следили за развитием событий.
Уверенной походкой рыжий направился к парочке, и со всей силы нанес удар
кулаком по голове обидчика. Тот не успел среагировать, и рухнул на бок,
прикрываясь руками. Говард нагнулся над ним, не обращая никакого внимания на
девушку, которая ринулась наутек и поднес кинжал к горлу Клэнси младшего, после
чего произнес. – Через пол часа за городом, ты знаешь где. Не забудь меч. Если
не придешь, то твою подружку найдут мертвую, усек? – после этого он разогнулся
и злорадно усмехнулся. – Нас ждет то еще зрелище, парни! Пойдем, мне следует
зайти кое-куда. – и оставив бывшего товарища на земле, компания направилась по
соседней улочке, опять нестерпимо шумя. Уже начинало светлеть, Слейт поднялся
на ноги, и стал озираться по сторонам в некоторой растерянности. Он выглядел
сбитым с толку, словно получил пощечину, которая его отрезвила. Потрогав ушиб
на голове, юноша побрел домой, чтобы взять оружие.


Дорога к нужной лесной полянке не заняла много времени.
Минув городские ворота, и пройдя некоторое время среди стволов вековых
деревьев, подросток достиг места встречи. Говард уже был там с обнаженным мечом
наголо. Тут и там стояли юноши в богатой одежде, не только по знакомой нам
компании. Крича и улюлюкая они не слишком-то отличались от простолюдинов,
ожидая кровавого зрелища. Слейта слегка пошатывало от распитой ранее выпивки, и
голова еще трещала достаточно сильно, однако он вышел вперед, и встал напротив
соперника, обнажая клинок и отбрасывая ножны в сторону на траву.

— Деремся до первой крови! – громко воскликнул рыжий, подняв
оружие вверх. Толпа встретила его слова громкими криками. – Ты всегда был
слабой размазней, Клэнси, как бы ты не старался прикидываться одним из нас.
Говорят, что и семья твоя беднеет с каждым днем, но не бойся, мы подадим
милостыню, когда вы будете просить ее в рваной одежде на земле! – вокруг раздались
одобряющие возгласы и смех.

Клэнси же ничего не ответил. Ему было не тягаться в
красноречии с оппонентом, и нужно было просто встретить свою судьбу. Будучи не
самым искусным фехтовальщиком из своих сверстников, Слейт не слишком рассчитывал
на победу, но сдаваться просто так тоже не собирался. Дуэлянты заняли боевые
стойки, и спустя несколько секунд скрестили оружие. По началу они просто
обменивались ударами, прощупывая друг друга. Потом каждый начинал постепенно
наседать, заставляя другого уходить в оборону, и так меняясь по очереди. Здесь
не было виртуозных пируэтов или других красивых финтов. Каждый полагался в
основном на грубую силу вкупе с парой-тройкой приемов, которым их обучили
наставники. Сталь неугомонно звенела о сталь, но Говард явно было сильнее,
ловчее и выносливее. Постепенно Клэнси стал сдавать позиции, переходя только в оборону.
Пот обильно тек по лицу, то и дело норовя попасть в глаза, грудь вздымалась и
опускалась, а сердце колотило так громко, что казалось его звук могли услышать
все вокруг. Удар, еще удар, подсечка и юноша повалился на землю, выронив
оружие. Противник оказался сразу рядом, победно уперев сапог в грудь
поверженного и хищно скалясь. Он тоже изрядно вымотался, однако сейчас был его
триумф. – До первой крови, не так ли? – процедил рыжий, и провел острым клинком
по груди Слей, разрезая одежду и оставляя порез на плоти. Слейт сжал зубы, и
протяжно зарычал, пытаясь вырваться от жгучей боли. – Помни свое место, мешок с
дерьмом. Убирайся в свою халупу, и доживай последние дни роскоши. Я и мои
друзья будем очень злы, если опять увидим тебя. – громко выговорил Говард, и
убрал ногу с оппонента, после чего взял у кого-то свои ножны и направился прочь
со всеми своими подпевалами. – Идем в таверну, я угощаю, аха-ха!

И вот за короткий промежуток времени, Клэнси младший опять
втоптан в грязь, унижен и лишен друзей. Хотя каких друзей? Они всего-лишь
делали вид дружбы, но на самом деле просто терпели его из-за денег и статуса. Тем
не менее горечь поражения все равно была, однако… Кейт, хотя бы ей ничего
теперь не грозит. Чуть приподнявшись и присев, Слейт осмотрел свою рану и
зашипел, когда слегка прикоснулся к ней. Рубашка уже пропиталась свежей кровью.
Стоило вернуться домой и дать обработать увечье. Со злостью швырнув меч подальше
в траву, подросток встал на ноги и медленно побрел обратно в город.


Снова кабинет, в котором стоит почти гробовая тишина. Клэнси
младший чуть подергивает штанину от волнения. Он совершенно запутался. В своей
погоне за местью он зашел слишком далеко, свернул не на ту дорожку. Сколько
людей из-за него пострадало? А если бы Говард надругался над Кейт? Нет, этого
бы Слейт себе никогда не простил. Его отец в это время все так же невозмутимо
восседал на своем кресле. В последнее время Томас почти не покидал дом, его
лицо осунулось, под глазами появились заметные мешки. Тем не менее, выглядел
человек собранным и проницательным. Сейчас он что-то старательно начал выводить
на пергаменте пером, то и дело макая его в чернила, послышался характерный скрип.
Кажется, время остановилось, поймав двоих людей в какую-то ловушку
бесконечности. Но вот наконец Томас завершил письмо, плотно свернул пергамент,
и поставил на него фамильную печать, после чего посмотрел на сына, который
выглядел… одним словом жалко. Рваная, грязная одежда, заляпанная в крови. От
него ощутимо несло алкогольным перегаром. – С завтрашнего утра ты поступаешь на
службу в армию Штормграда. – вкрадчиво, без всякой злорадности сказал Томас. –
Гарнизон у Западного Ручья твой новый дом, как минимум на несколько лет. А там
посмотрим, встанут ли у тебя мозги на место. Если останешься жив, разумеется. –
он замолчал, по видимому собираясь вернуться к своим делам, считая что разговор
окончен.

— А… армия? – ошарашенно выговорил Слейт. Это было для него
полной неожиданностью. Он был весьма юн для такого, хоть и выглядел внешне так,
что мог сойти за примерно девятнадцатилетнего. – Но я же…

— Ты же что? – не дал говорить родитель, переходя на
раздраженно-поучительный тон. – Еще не закончил строить из себя жертву?
Посмотри в кого ты превратился. И все это собственными руками. Все уже устали
от твоих повседневных выходок. – Клэнси старший облизнул пересохшие губы. –
Дисциплина и жесткие условия жизни пойдут тебе на пользу. А теперь мне нужно
работать, ты знаешь где дверь. – и вернулся к своим бумажкам, нещадно ими
шелестя.

Слейт постоял еще какое-то время, окончательно трезвея и
переваривая услышанную информацию. Он когда-то конечно представлял себе военную
карьеру, но точно не в таком возрасте и не в виде рядового. По началу хотелось
горячо возразить отцу, мол, он совсем с ума сошел что-ли. Но эти слова застряли
комом в горле. Перед глазами снова Кейт в разорванной одежде на земле, и ее
взгляд. Тот момент, когда она поняла, что Слейт в компании тех уродов. Уродов…
как-будто он сам сильно лучше. Что же, скорее всего он действительно заслужил
такое жестокое наказание. Как бы все не пытались романтизировать образ солдата,
но в суровой реальности это была очень опасная и суровая служба. Что же, значит
нужно было просто откинуться и плыть по течению. Юноша молча развернулся, и
вышел, направляясь в свою комнату. Он скинул с себя туфли и одежду, швырнув ее
куда-то в угол, все равно ее можно было выкидывать, после чего рухнул на
кровать, и погрузился в беспамятный сон.

Комната плотно залита темнотой. Глубокая ночь, тишина. Слейт почувствовал, что
не один. Он раскрыл глаза, осматривая комнату. В душу постепенно закрадывался
липкий сгусток ужаса. На одной из стен была тень. Человеческая тень. Какое-то
время она не шевелилась, но потом поплыла вперед, пока наконец снова не
остановилась и не отделилась от стены. Полностью сотканная из мрака фигура не
спеша направилась прямо к кровати с юношей. Клэнси младший хотел закричать, но
не смог, как и даже пошевелиться. Он мог только моргать и двигать глазами. Тем
временем существо вплотную подошло к кровати и остановилось, просто наблюдая.
Наш герой испытывал на столько сильный страх, что на глазах выступили слезы. Он
крепко закрыл очи, не в силах больше смотреть, и в надежде что оно уйдет. Но
ощущение чужого присутствия было еще долго. Наконец Слейт смог двигаться, и
открыв глаза он никого не обнаружил. Последние часы до рассвета он провел
плотно закутавшись в одеяло, прямо как в детстве.




ГЛАВА 3

Братство героев

Деревянная повозка с запряженной лошадью поскрипывая катила
по мощенной загородной дороге, усеянной хлипкими деревянными заборчиками по
бокам. Подстриженный во имя нового начала коротко-коротко Слейт, восседал на
бортике, держа у ног небольшой мешочек с вещами первой необходимости. На юноше
была простая, можно даже сказать крестьянская одежда с заплатками в нескольких
местах. Лошадью управлял один из слуг, тоже одетый максимально просто. Лишнее
внимание было не к чему, иначе у сослуживцев могли появиться не приятные
вопросы, а может даже и претензии. Кучер натянул вожжи, и лошадка остановилось.
– Пора. – кивнул тот. – Доброй службы, мистер Слейт.

— И тебе не хворать. Не серчай, если обидел, когда. –
по-простому ответил Клэнси, и похлопав того по плечу, спрыгнул на землю,
перехватив мешок поудобнее и закинув его на плечо. До гарнизона было как рукой
подать, и лучше было дойти до него пешком. Лошадь тем временем развернулась
вместе с грузом, и направилась обратно по дороге. Ну что же, вот оно. Может
рвануть в лес, и попробовать найти себя где-нибудь подальше от Штормграда?
Тряхнув головой, юноша отогнал такие мысли и пружинистой походкой направился к
своей судьбе, пытаясь как-то подавить волнение. Но это было весьма непросто.
Покидание родного гнезда это вам знаете-ли не шутки. Оставалось только
положиться на весь накопленный опыт и знания. А остальное уже в руках судьбы.
Хотя эта стерва очень уж любит поворачиваться спиной ко всем, ровно, как и
госпожа удача. Тем временем из-за деревьев уже показались верхушки башен
величественного форта, и послышались окрики солдат, и приглушенные звуки
беготни. Разволновавшись еще больше под порцией новых впечатлений, Слейт
наконец достиг поворота дороги, который увлекал к новому месту службы,
собственно самого гарнизона. Тут и там сновали люди в доспехах и накидках со
львом. Все были чем-то заняты. Одни тренировались с манекенами, другие
участвовали в полноценных спаррингах, были и такие, кто просто занимался
физическими упражнениями. Это все делалось конечно под присмотром сержантов,
которые не лезли в карман за крепким словцом. Так, как они называли своих
подчиненных… Клэнси даже не предполагал, что из брани можно скомпилировать
такие названия. Постояв какое-то время, лишь завороженно наблюдая, наш герой
все-таки решил действовать, посему прошел чуть вперед, ища бы кого-то к кому
можно обратиться. У самого форпоста стоял часовой, но его похоже отчитывал
кто-то вышестоящий по званию, яростно жестикулируя. Собственно, можно было
конечно подождать, но мимо как раз проходил какой-то солдат оголенный по пояс.
Он был весь взмокший от пота и тяжело дышал. Слейт похлопал его по плечу, и
выпалил. – Здарова, дружище! Я служить пришел, не подскажешь к кому мне нужно?
– вытащил из мешка пергамент с печатью, и помахал им, демонстрируя.

Солдат остановился и повернулся к подошедшему на пятке,
после чего пошевелил красивыми усами. По его суровому лицу в шрамах можно было
понять, что это скорее всего не обычный рядовой. Вдруг он выхватил письмо из
рук Клэнси, и сорвав печать стал читать. У того аж рот приоткрылся от такой
наглости, но не успел юноша ничего произнести, как как военный заговорил. – Гм,
значит прибыло пополнение. Ну что же, значит добро пожаловать в шестой взвод,
рядовой. – утер пот с лица, и пристально рассмотрел собеседника, словно
запоминая, после чего кивнул и представился. – Сержант Блэквуд, шестой взвод.
Пойдем подберем тебе доспех.

— Э-э-э, ага. – неопределенно мотнул головой Слейт, и не
переставая озираться пошел за мужчиной в здание гарнизона. Здесь было чуть
прохладнее, чем на улице. Оказавшись в арсенале, Клэнси получил там униформу в
виде уставного поддоспешника и накидки, меч, щит и собственно сам доспех. Держа
перед собой весь груз, да и то с трудом, кое-как дошел до казармы в
сопровождении Блэквуда. – Ну что же, узнаешь у ребят какая койка свободная и
вещи куда-нибудь приткнешь. – после чего отправился по делам.

— Откуда будешь? – спросил один голос. – Не местный, сразу
видно. – заявил другой. На стульях за маленьким столиком сидела парочка солдат,
которая до этого что-то делала, но теперь все внимание переключила на новичка.
– Да вон там падай.

— Из столицы. – коротко ответил Клэнси, и положил вещи на
указанную койку, после чего стал переодеваться в полученную одежду. – Меня
зовут Слейт.

— О, городской! А мы тут с ферм, значится. Я Мартин. –
представился молодой человек лет двадцати с простой, ничем не примечательной
внешностью. Разве что у него были короткие, кучерявые волосы золотистого цвета,
что придавало ему определенного шарма. – А это Стен. – указал на мужчину
постарше. Он выглядел покрепче Мартина, а его лицо было с ярко выраженными
скулами, квадратной формы. Стен только кивнул, и продолжил скручивать что-то на
столе, что скорее всего было самокрутками. – Ну чего, нарядился там уже? Вон,
там стойка для доспехов в углу, туда може…

Не успел он договорить, как в казарменное помещение, как
яростный порыв ветра, ворвался сержант Блэквуд, и начал говорить повышенным,
командным голосом. – Внимание, солдаты! Через пять минут построение взвода
перед гарнизоном в полной выкладке. Рядовой Мартин, оповести остальных, и
проследи чтобы никто не опоздал. – и развернувшись, ушел, не дожидаясь ответа.

— Э-э-э, сэр, есть сэр! – вдогонку запоздало крикнул Мартин,
и вздохнул. – Ну что, пойду искать этих кретинов. Новичок, одевай доспех и Стен
тебе покажет где мы строимся обычно. – тоже вышел из помещения.

— Кхм, хорошо. – Слейт стал пытаться одеть латы, однако у
него решительно ничего не выходило. Какие-то непонятные крепления, шнурки… кто
это вообще придумал? Благо, что другой солдат помог новобранцу одеться, хоть
это и заняло много времени. Когда они рысцой выбежали из форта, взвод уже
похоже в полном составе стоял в две шеренги по десять человек. Перед ними
расхаживал Блэквуд, который резко повернулся к опоздавшим и впялился в них
взглядом. – Бегом, блядь! – крикнул он.

— Сэр, разрешите встать в строй! – приложил ладонь к виску
Стен.

— Я, по-моему, четко сказал, что у вас пять минут! Или вы
глухие?! – заорал сержант.

— Помогал рядовому Слейту с формой одежды, сэр! – выпалил
солдат.

— Меня это ебать не должно. Встать в строй! – Блэквуда
тяжело было узнать. Не сказать, чтобы он отличался хорошими манерами при первой
встрече, однако тогда он казался очень спокойным. Слейт бегом последовал за
Стеном, и занял указанное место в первой шеренге.

— Становись. – скомандовал сержант. – Равняйсь! Отставить. Равняйсь!
Смирно. – Блэквуд прошелся вдоль шеренги, смотря каждому подчиненному в лицо. –
И так, дамочки. Кто-то из вас служит уже несколько месяцев, а кто-то прибыл
только на днях. – начал вещать тот. – Никто не должен ждать никаких поблажек.
Вас будут кормить, одевать и платить жалованье. И вы должны выкладываться
полностью, не отлынивая. Запомните, ваши задницы теперь в моих руках. Вам это
понятно?!

— Сэр, так точно, сэр! – прозвучало почти хором в ответ.

— Я не слышу!

— СЭР, ТАК ТОЧНО, СЭР! – во всю глотку заорала солдатня.

Собственно, Слейт просто старался повторять со всеми,
испытывая смешанные эмоции, одновременно находясь «не в своей тарелке» но
чувствуя себя частью какого-то механизма в роли обычной шестеренки. Доспех
чувствовался тяжелым, и не удобным, сковывающим движения, и тело под ним быстро
потело, начинало чесаться. Приходилось смерено терпеть. После пылкой речи, сержант
отправил подчиненных наматывать круги по лесу, в латах и с оружием. Не прошло и
пяти минуты, как легкие уже болели, словно их жгло изнутри. Добрая часть взвода
замедлила темп, но бежавший рядом как ни в чем не бывало Блэквуд подгонял и не
разрешал отдыхать. Далее шла импровизированная полоса препятствий в виде
труднопроходимой местности. Высокая трава, густые, колючие кусты, вязкая почва…
кажется здесь было все. – Хороший солдат, ловкий солдат! – наставлял сержант,
когда солдаты прорывались через препятствия и забирались на крутые пригорки,
помогая друг другу. Наконец все повалились на землю в одну кучу, пытаясь
отдышаться. – Хороший солдат, выносливый солдат! Разрешения отдыхать не было! –
пнул ближайшего солдата, коим оказался Клэнси, по металлической заднице. –
Встать, и за мной бего-о-ом, марш! – кряхтя как старики, люди поднялись на
ноги, и безумная беготня продолжилась. Когда же конец? – крутилось в голове,
наверное, каждого. Трудно сказать, сколько времени прошло, но ребята наконец
добежали обратно до гарнизона, взмыленные как кони. Ноги подгибались, и многие
спотыкались через каждый шаг. Но не Блэквуд, разумеется, который делал почти
все тоже самое, что и остальные. Он конечно тоже запыхался, и вспотел, но это
было на столько мелочно по сравнению с другими… — У вас двадцать минут на обед,
потом построение перед гарнизоном! Время пошло. – скомандовал он, и вся орава
поплелась в столовую. Здесь уже были и другие солдаты, которые смотрели на
шестой взвод с какой-то жалостью. Слейт уселся с краю, и посмотрел на кашу с
куском хлеба, которую ему нужно было съесть. Зачерпнув ложку, он поднес ее ко
рту, и начал жевать. Но еда просто не лезла в горло. Желудок сжался как кулак.
Похоже аналогичное было у большинства других товарищей нашего героя. Все просто
пытались насладиться теми жалкими минутами отдыха, что у них были, после чего
потихоньку побрели обратно на место построения. Как выяснилось, это было только
начало ада. Спарринги с боевым оружием по началу казались легким, просто основы
фехтования. Покалечить друг друга все равно было невозможно, ибо тренировались
так же в броне. Но когда Блэквуд посмотрел кто на что способен, начались уже
настоящие упражнения. Сержант расхаживал между тренирующимися парами солдат, и
поучительным тоном объяснял, как, что и почему. Клэнси, конечно, показывал
более продвинутое знание техники владения мечом, полагаясь, как и на умение,
так и на грубую силу. И это не осталось незамеченным.

— Не похоже, чтобы ты был из тех, кто выращивал овощи или
фрукты на ферме. – молвил сержант, когда на небольшом перерыве он подозвал к
себе Слейта. – И так, скажи мне, как ты оказался в армии, да еще и в рядовом
составе?

— Сэр, я… — наш юный солдат был немного сбит толку от
поведения собеседника. То он орал и матерился на добрую половину Элвиннского
леса, то разговаривал спокойно, в свободной манере речи.

— Забудем на время о званиях. – нахмурился тот. — Говори
свободно.

Клэнси молча уставился в одну точку, собираясь с мыслями. –
Мой отец действительно богатый человек. Он и отправил меня сюда, потому что…
мой образ жизни оставлял желать лучшего, если в двух словах. Это проблема? –
взглянул на мужчину.

— Вот оно как, хм, интересно. Не проблема, но широко
распространятся об этом не стоит. Эти ребята не плохие, но людям свойственно
относиться как минимум с подозрением к тем, кто от них как-то отличается. –
сложив руки за спиной, осмотрел своих подчиненных, и командным голосом
обратился к ним. – Я не понял, какого хера вы все еще сидите? Отдых закончился
ровно минуту назад. Оторвали свои задницы от земли и приняли вертикальное
положение! День только начался. – на самом деле уже вечерело, но сержант
кажется не шутил, и гонял взвод до темноты. Когда же он отпустил их идти спать,
люди шагали словно пьяные калеки, то и дело хватаясь за стены. Кажется, Блэквуд
каплю переусердствовал. Конечно, никто не ожидал, что будет легко, но черт! Только
парни поснимали броню, так без сил попадали на свои койки, как убитые,
моментально засыпая. А ведь этой был только первый день из многих…



— Затрахал уже этот сержант! Сколько можно? – утром громко
заявил Брен, один из солдат шестого взвода, правда после этого с опаской
посмотрел на вход в казарменное помещение. Ему никто не ответил, ибо он просто
озвучил общие мысли за последние недели. Он оглядел своих товарищей по оружию,
что занимались подготовкой формы одежды, стирая и разглаживая ее, что было обще
любимым занятием, ибо не требовалось пробегать целые мили в полной выкладке или
заниматься физическими упражнениями до потери сознания. И последнее – не шутка.
Более тихим голосом Брен добавил. – Ай да ему как-нибудь нагадим, а? Ну, чтобы
знал наших.

— Угомонись уже, и лучше накидку постирай иди, а то всем же
влетит из-за тебя. – Гринфилд, старше всех остальных, и видимо из-за этого
такой ворчливый, как всегда рассуждал здраво. У него было забавное произношение
всеобщего, однако никто смеяться над ним не спешил. Разве что подшутить
по-доброму. – Все, что не убивает, делает нас сильнее.

— Не убивает, как же… Мы из последних сил держимся. Ну,
скажи Клэнси! – в поисках поддержки обратился к нашему юнцу, который был тоже
занят чисткой одежды, сидя над деревянной бадьей.

— Сержант крутой. Но мы круче. – Слейт улыбнулся. Он
разговаривал уже по-простецки, без всякого стеснения.

— О-о-о, вот это дело грит! – смеясь крикнул Мартин, толкая
локтем в бок Стена, который в свою очередь лишь кивал, хмурясь.

Солдаты вернулись к своему занятию, почти не отвлекаясь, как
плутоватый Брен со смазливым личиком, снова заговорил. – На днях же все в
увольнение идут, а? Слейт, ты надеюсь хоть созрел для этого, ну? Сколько можно
здесь торчать, стухнешь скоро. Есть у меня пара сладеньких дамочек на примете,
я не жадный, с тобой поделюсь. – рассмеялся, довольный своей подколкой.
— На самом деле, айда с нами. – внезапно поддержал того
Мартин, отложив щетку в сторону. – Поедим нормальной еды, выпьем пива,
отдохнем. Даже старик с нами ходит, видимо больше никто не может его терпеть…
а-а-аха-ха! – расхохотался, когда прилетела мокрая ветошь в лицо от Гринфилда.
– Шучу-шучу, я! Пощады!

— Может и схожу, только на спиртное налегать не буду, в свое
время хватило. – капитулировал юноша, разведя руки в стороны, мол сдаюсь.
Уговаривать долго не пришлось, это да. Просто киснуть в гарнизоне, когда есть
редкая возможность выбраться наружу это действительно как-то глупо.



На рассвете, с утра пораньше, компания из пяти человек,
одетая в обычную одежду, весело шла по лесу, делясь впечатлениями о службе и
планами на отдых. Кто-то предлагал просто напиться в таверне, кто-то предлагал
погулять в порту, спрашивая моряков о том, что они видели в своих странствиях.
– Вот накоплю денег на службе, и будет у меня своя ферма. Найму работников и
буду выращивать что-нибудь, не решил еще что. А на такого завидного мужика
столько невест налетит, выбирай не хочу! Там семья, детишки, спокойная мирная
жизнь… — мечтательно рассказывал Мартин. – А вы чем после службы займетесь? Не
собираетесь же полностью отдаваться ей, правда?

— Конечно, тебе же нужен кто-то, кто проследит, чтобы ты не
проиграл все заработанное или не проел в ближайшем кабаке! – толкнул того Брен,
и подмигнул. – Не волнуйся, я прикрою тебя.

— Куплю жене пару новых платьев, игрушек детям и может в дом
что-нибудь. – хмуро молвил Стен, затягиваясь дымящей самокруткой.

— Должно быть дорогие платья и игрушки, старина. Денег то
прилично можно скопить.

— Да нет, я отправляю и так большую часть семье. А то, что
скоплю… на что хватит на то и хватит. – в очередной раз выдохнул облачко дыма.

— Сяду на корабль которой отвезет меня подальше, чтобы не
видеть больше ваших рож. – проворчал Гринфилд, когда все обратили на него свои
взоры. И что-то пробубнив под нос, добавил. – Да не знаю я, имп подери, чего
пристали. Сначала дожить надо, а потом уже праздновать. Ну, может и правда в
путешествие какое-нибудь отправлюсь, мир посмотрю.

— Фига старик чего выдал! – выпалил Брен, создавая волну
смеху и получив шуточный подзатыльник от Грина.

— Я тоже об этом особо не думал. – пожал плечами Слейт. –
Поживем, увидим.

— Ох, ну видали? У нас еще один пожилой человек появился.

— Да иди ты! – еще один шуточный подзатыльник, только теперь
от Клэнси.

Ведя подобные диалоги в непринужденном ключе, вся ватага
примерно к полудню, а может чуть позже, достигла Штормграда, чтобы быть
встреченными целым отдельным миром, который словно спрятался, затаился за
городскими стенами. На торговой площади ребят окружили всевозможные торговцы,
чуявшие в них потенциальных покупателей, а также женщины весьма доступного
вида, которые звали в какие-то очередные злачные места, дабы «отдохнуть».
Несколько чумазых мальчишек предлагали почистить обувь за каких-то жалких два
медяка. Выдержав все испытания с достоинством, солдатня завалилась в трактир,
где заказала себе по кружке местного пива. Только Слейт ограничился каким-то
соком, из-за чего в его адрес прозвучало несколько шуток про нетрадиционную
ориентацию.

— Ну что, народ, есть одна интересная задумка. – заговорщицки
подмигнул Мартин, и чуть склонился вперед над столом. – Вам понравится, обещаю!

— Ять, надеюсь ты не на свадьбу нас какую потащишь? Я же
одет не по случаю! Наверняка там будет симпатичная подружка невесты… — начал
было Брен.

— Да ну вас. – простоватый Мартин обычно все принимал близко
к сердцу.

— Пойдем сходим, раз он так загорелся. – вмешался Грин. –
Может чего путное, все лучше, чем все увольнение проводить здесь и на дне
стакана.

На том и порешили, отправляясь в путь из таверны.
Преодолевая тернистый путь по городским улочкам, грязным и обветшалым, так и по
приличным, через подозрительных личностей, которые недобро глазели из
подворотен, наконец компания оказалась перед зданием выложенным из камня и с незатейливыми
дымоходами выходящими из крыши. Из двери словно по команде с грохотом
выпорхнула полноватая женщина лет тридцати с лишним в наряде, который едва-едва
сдерживал ее увесистый бюст, а на сколько широкий был вырез декольте, ух… — Ой,
ну что же вы встали, проходите-проходите, будьте как дома, господа. – мягко
проворковала она, буквально заталкивая здоровых мужиков в дом. – Мистер Мартин,
я помню, что Вы предупреждали на счет друзей! Все готово в лучшем виде,
поднимайтесь на второй этаж.

— Эт что, бордель? – тихонько спросил Брен, и получил
очередной подзатыльник, но на этот раз от Мартина. – А чего? – так и не услышав
ответа, что-то ворча, он начал подниматься за остальными по лестнице.
Друзья зашли в комнату, и очутились в достаточно большом
помещении. Стены здесь были выложены в виде красивой, затейливой мозаике,
изображавшей бурные реки и рассекающие морские глади корабли, разнообразных
морских обитателей и женщин, раздетых по пояс, а вместо ног у них были рыбьи
хвосты. Ну что за диво!

— Раздевайтесь, чего встали, рты поразевали? У-у-ух,
деревня! – осуждающе послышалось от Мартина, который уже скинул обувь, и теперь
снимал верхнюю одежду.

— Ты чего, нас мыться притащил? И даже без женщин? – Брен
выглядел сбитым столку.

— А чего тебе женщины? Без них вообще что-нибудь можешь
делать? – махнул на него рукой тот. – Не просто мыться, а очищать тело и душу.
Это тебе не холодной водой в гарнизоне обливаться.

Собственно, раз пришли, то уходить было глупо. Скептично
переглянувшись, четверо остальных людей, тоже начали раздеваться, пока не остались
только в том, в чем мать родила. Тем временем помещение медленно начало
заполняться горячим паром, из стоявших у стены бочек, в которых судя по всему
было горячая вода. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что в других трех
бочках напротив, была наоборот холодная вода. Взяв по бадье, наши герои начали
наполнять их ведрами, добавляя воды из бочек, делая температуру на столько
горячую, на сколько их тела могли выдержать. Из местного арсенала так же были
реквизированы щетки и куски мыла, которыми мужчины собственно и начали активно
пользоваться. Если раньше царила относительная тишина с полусонными
разговорами, то теперь даже хозяйка слегка заглянула, чтобы выяснить причину
оглушительного шума. Из помещения доносился звук яростного трения щеток об тела,
громкие обливания целыми литрами воды и заливистый смех.

— Слейт, будь другом, потри спинку! – попросил того Мартин.
Здесь не было ничего зазорного, все свои, поэтому Клэнси не стал отказываться.
Рука с щеткой легла на широкую спину, на которой уже начал угадываться рельеф
от физических упражнений и нагрузок. – Да не боись, не протрешь до дырки,
нажимай сильнее! – юнец принялся тереть с такой силой, которую только мог
приложить к этому занятию, подходя даже с большим энтузиазмом, чем следовало
бы. – Выше, выше! О-о-о, теперь правее, хорошо пошло! – хозяин спины то и дело
шипел и охал от наслаждения, еще бы, такое не каждый день бывает. Когда дело
было сделано, люди поменялись местами, и Мартин принялся тереть с такой силой,
что ему пришлось придерживать Слейта, обхватив его талию, а то тот то и дело
чуть не падал. Остальные из компании последовали их примеру, как следует
полируя друг другу спину, так тщательно, как только могли. Вдруг раздался
громкий щелчок, и Мартин ахнул, выгнувшись вперед и ненароком прижимаясь к
стоящему перед ним Слейту. Оглянувшись, можно было увидеть по-злодейски
смеющегося Брена, который создал самое ужасное оружие, которое только придумало
человечество – смотанное, мокрое полотенце. Его последствия, это большое
красное пятно на заднице Мартина. Переглянувшись, компания понимала, что уже
ничего не будет, как прежде. Война грянула, как снег в солнечный, летний день.
Каждый бросился за полотенцем, которым предстояло драться, и скоро яростное,
громкое щелканье просто не стихало в этом царстве боли и страдания. Не осталось
задницы, которая бы не пострадала от жгучей боли. Под крики, которые чаще всего
начинались – Да я тебе, блядь, сейчас… — и дикий хохот граничивший с диким
безумием кровожадных монстров, люди закружились в диком танце и иногда даже
беге от друг друга, не щадя пятые точки врагов и не колеблясь. Даже владелица
сего места не рискнула больше заходить, думая, что там открылся портал в ад,
или что-то на вроде того. Скоро задницы и бедра друзей оказались полностью
красные, и им пришлось идти в рукопашную, борясь за свою честь на мокром,
горячем полу. В этот момент Клэнси почувствовал, что он дома. В том плане, что
он с правильными людьми и на своем месте. Ребята, резвящиеся вокруг него, были
простоватыми, почти бесхитростными и без особого образования, но в них не было
того дерьма как в прошлой компании. Они были… настоящими? Без всяких лицемерных
масок и ударов друг другу в спину.

Уверенная до этого в себе женщина, с робостью испуганной
зверушки, приняла плату и уже одетые люди высыпали на улицу, то и дело потирая
болящие пятые точки и смеясь. Теперь никто не сомневался, что оно того стоило.
Мало того, что хорошенько отмылись, так еще и отвели душу. Иногда очень нужно
дать волю эмоциям, выплеснуть всю усталость, злость и горесть, сделав
что-нибудь эдакое, в рамках разумного, конечно. Пошатавшись еще по городу,
отведав сладостей и другой вкусной еды, пришла пора возвращаться на место
службы. Никто особо не рвался назад, но все понимали, что это их долг. Чтобы
простые люди могли вести спокойную повседневную жизнь кому-то приходилось
охранять их покой, истребляя тварей и охраняя как земли, так и границы
королевства.



— Прошло четыре месяца. – громко объявил сержант,
прохаживаясь взад-вперед перед построенным перед гарнизоном взводом. В его
раскатистом голосе была нотка ощутимого разочарования. – Четыре месяца, как
ваши задницы попали ко мне в руки. Я готовил вас как мог, и хоть считаю, что
этого времени недостаточно, командование направляет нас в Приозерье, чтобы
выследить и уничтожить бандитов, которые повадились нападать на путников, и что
важнее, на поставки лесозаготовок, что подрывает экономику нашего королевства.
– несколько человек особо рвущихся в бой стали что-то с радостью шептать друг
другу. – Отставить разговоры! Так вот, собирайте свое походное снаряжение и
выступаем. Не нужно принимать это все как легкую прогулочку. В качестве
поддержки с нами отправится маг. Паттон, подойдите! – стоявший до этого где-то
сбоку с отсутствующим видом, человек в красноватых одеждах неспешно подошел к
сержанту, и встал рядом с ним. На нем была роба с капюшоном, а на лбу
красовался обруч с камнями. На вид ему было около сорока. Короткая бородка
обрамляла лицо, и доходила ровно до висков. Волос у него не было. Черные глаза
мага поочередно изучили каждого солдата перед собой, но не найдя ничего
интересного, обратились куда-то к небу, видимо найдя то зрелище куда заманчивее.
Тем временем Блэквуд продолжал. – Относитесь к нему уважительно, хоть он и не
занимает никакой позиции в военной иерархии. У вас есть пять минут на сборы.
Вольно, разойтись!

— Что думаете? Неужели что-то более серьезное, чем кучка
голожопых, голодных земледельцев, которые остались без урожая? – уже в казарме
спросил Мартин у друзей.

— Хер его знает. Одно понятно, что ручки придется запачкать.
– Гринфилд пытался с большим упорством запихать пожитки для лагеря в мешок, но
никак не получалось. – Да что за паскудство такое. А маг… не доверяю я им. Люди
которые одним щелчком пальцев могут уничтожить наш отряд, это неправильно.

— Не волнуйся, старик, мы будем следить за ним. – подмигнул
Брен. – Ну чего у тебя там? Давай это я возьму, и это. Все равно места много. А
то ты тут накопил барахла, словно какая-нибудь мадам. – Грин поворчал, но
отказываться от помощи не стал.

Поход в Красногорье не занял много времени, ибо взвод шел в
удвоенном темпе, можно сказать бегом. Маг же ехал рядом на лошадке, и
безучастно поглядывал по сторонам. Сержант приказал разбить лагерь близ
Приозерья, выставив часовых, пока тот ходил в город, чтобы получить актуальную
информацию. Лежаки на земле, три костра вот и весь походный солдатский быт.
Провизии взятой собой в мешках, должно было хватить с натяжкой на неделю.
Овощи, мерзко выглядящая каша, сухари и несколько полосок солонины. Так же
имелись бурдюки с питьевой воды и фляги с дешевым вином, дабы дезинфицировать
воду, набранную из источников, в которых может быть инфекция. Человек в красной
робе сидел поодаль ото всех, и призвав магический источник света, что-то читал.

Пока заняться было нечем, к нему решил подойти наш герой. – Кхм, приветствую,
мистер Паттон. Не помешаю?

Маг без удовольствия оторвался от внушительного вида книги,
и медленно повернул голову к говорящему, сверля того взглядом. – Что-то хотели,
рядовой? Слейт Клэнси, верно?

— Откуда Вы меня знаете? – удивился тот, присел рядышком на
траву.

Паттон покачал головой и прикрыл книгу, оставив на нужной
странице закладку, коей служила ленточка, выходившая из корешка. – Если
внимательно слушать, то можно многое узнать. Попробуйте как-нибудь на досуге. Но
полагаю, что Вы пришли не за советами, так что мой вопрос остается в силе.

— Просто хотел узнать о Вас побольше. Откуда Вы и какой
магией владеете? Как Вы нам поможете в бою? – поинтересовался Слейт.

— Просто, да ничего не просто. Достаточно знать, что я могу
убивать врагов… наших врагов на расстоянии. – губы Паттона растянулись в каком-то
подобии вежливой улыбки, и на мгновение могло показаться, что в его зрачках
заплясали языки огня. Наверное, какие-то игры разума! – Вы очень любознательны
для обычного солдафона, которых не учат думать, только выполнять приказы. –
сухо произнес тот. – А знают ли товарищи о Вашем прошлом, Клэнси?

— Они знают достаточно, чтобы сражаться со мной плечом к
плечу, мистер. – в голосе сквозила горечь и злость. Слейт недоумевал от
осведомленности мага.

— Отличные слова. – Паттон сложил руки на книге и сложил
пальцы в замок. – Тоже самое распространяется на меня. И да, надеюсь Вы быстро
бегаете.

— Не понял, о чем Вы?

— Ну, как о чем? Как ваш взвод будет искать тех лиходеев? Прочесывая
примерную местность наугад, разумеется. А тяжеловооруженные пехотинцы точно не
останутся незамеченными. Ваши враги не глухие, и тоже выставляют часовых. Так
могу сказать то, что с большей вероятностью они побегут от вас так, что пятки
будут сверкать, сомневаюсь, что догоните. Только если они совсем глупы и
безрассудны, то вступят с армейским подразделением в бой, заведомо обреченный
для них. – замолчал, наблюдая за реакцией собеседника с той же вежливой
улыбочкой.

— Звучит вполне логично. – согласился солдат. – И что Вы
предлагаете? Наверное, есть какой-то план получше, можете предложить его
сержанту.

— Вот еще. – Паттон фыркнул, пренебрежительно махнув
ладонью, словно отгоняя надоедливых насекомых. – Ваш сержант никогда не примет
от меня помощь. Самоуверенный истукан, который думает, что он лучше всех все
знает. Вот пусть расхлебывает то, что заварит, а я лишь буду стоять в сторонке
и смотреть за его неудачами. – под конец речи, лицо мага исказилось в
неприкрытой ненависти и отвращении, впрочем, он быстро взял себя в руки, и
принял доброжелательный вид, будто ничего и не было.

— Зря Вы так. Блэквуд хоть и… весьма упертый человек, но не
плохой и хочет, как лучше. – возразил Клэнси.

— Какая разница какой он? Его задача выполнять свою работу с
максимальной отдачей. – облизнул губы, и стал вкрадчиво объяснять. – Дай
маленькому ребенку котенка и оставь с ним наедине на пять минут. Когда ты
вернешься, что у животного будут выдавлены глаза, сломаны лапы и шея. Разве
ребенок плохой? Он просто хотел посмотреть, что будет. Хотел, как лучше.
Сравнение несколько грубое, но я полагаю, что суть ясна.

— Не судите людей слишком строго. Никто не идеален. – Слейт
поднялся на ноги, и кивнул. – Мы покараем мерзавцев.

— Покараем. – задумчиво повторил Паттон, внимательно смотря
на собеседника, после чего открыл книгу и молвил. – А теперь прошу простить,
мне нужно заниматься. – покосился на уходящего Клэнси, который что-то буркнул
на прощание.


На следующее утро произошло то, что предсказывал маг.
Сержант Блэквуд растянул взвод цепью, десять футов между каждым человеком, и
отправил искать разбойников. Клэнси было не по себе от такого, но он держал все
в голове, уверенно шагая вперед. Он был на левой стороне, почти в конце. По
левую руку цепь замыкали Мартин, Стен, Брен и Гринфилд, которые сосредоточенно
смотрели перед собой, ожидая какой-нибудь подлянки. Неподалеку, позади, на
всеобщее удивление шел маг. Неужели он проникся к Слейту симпатией? Или тут
было что-то другое? Вел он себя беспечно, словно вышел в лес послушать пение
птичек, которые внезапно вспорхнули впереди, неподалеку. Чуть приглядевшись,
можно было увидеть несколько людей, которые удирали в противоположном
направлении. – Вот они! За ними! – крикнул кто-то. Второй раз повторять не
требовалось. По крайней мере те солдаты, что были рядом со Слейтом, бросились в
погоню, как и он сам. Сердце бешено забилось в груди, и казалось, что ноги сами
несли его вперед. Впереди проносились деревья, заросли и большие валуны.
Взобравшись на очередной пригорок, Клэнси остановился, чтобы перевести дыхание
и осмотреться. Убегающих он потерял несколько минут назад, как и остальные,
которыми оказались его друзья и еще трое солдат из взвода. Остальные видимо
отстали. – Сюда, быстрее, если хотите их поймать! – на бегу крикнул маг,
который пронесся мимо отдыхающей группы. Все были в некоем замешательстве,
однако побежали за ним, петляя между начавшихся внезапно гор. В представшей
впереди скале оказался зияющий проход, какая-то старая шахта, похоже. Паттон
сидел возле входа, и пытался отдышаться. Он просто указал пальцем на вход
подбегающей солдатне, не в силах ничего сказать. Однако прибывшим тоже нужна
была минутка для отдыха.

— Давайте, сейчас мы их догоним, вперед! – внезапно поднялся
на ноги мужчина в робе, который решил покомандовать.

— Э-э-э, нужно подождать остальных, все равно они никуда не
денутся. – заметил Мартин.

— Денутся, еще как денутся, мой друг с фермерских полей. –
огрызнулся маг. – Ты знаешь сколько ходов в этом месте? Если в этой шахте и нет
выхода, то они могут в ней месяцами от вас прятаться. Но я больше уверен, что
второй выход все-таки есть, не просто так они сюда бежали.

— Он прав, нельзя их упустить. Сколько жизней загубили эти
мрази. Нельзя им дать уйти безнаказанными. Тогда кровь следующих убитых ими
будет на наших руках. – вмешавшись в разговор, горячо заявил Клэнси. – Кто
хочет покарать мерзавцев идем с нами, а остальные могут остаться и ждать
сержанта с остатком взвода.

Преисполненные решимости поймать или убить преступников,
девять человек зашли в темное лоно. Благо, идущий позади всех маг, сотворил
магический свет, который освещал путь почти всей колонне. Приходилось идти по
одному человеку, больше здесь не могло развернуться физически. Длинный коридор
несколько раз петлял, но на удивление пока не разветвлялся. Спустя
продолжительное количество время ходьбы, туннель стал медленно расширяться, пока
солдаты не оказались в просторной секции, размером примерно с четыре больших
комнаты. Здесь была куча всякого хлама, брошенного шахтерами. Вагонетки, как
пустые, так и заполненные камнем, стулья, столы, какие-то фрагменты истлевшей
одежды, кирки… В общем куча всякой всячины. Видимо тут располагалось что-то
вроде центра, откуда шли туннели в разные стороны.

— Отлично, а теперь куда? – тихо озвучил общую мысль Брен.

— Нужно подумать. – отозвался маг, посмотрев на каждый темный
проход, после чего нагнулся над пыльной картой, что лежала на столе, и сдув
слой пыли с нее, принялся увлеченно изучать.

Клэнси прохаживался по помещению, крепко сжимая меч и щит.
Эта темнота в туннелях действовала ему на нервы. Казалось, что из нее на него
кто-то смотрел. Почти физический ощутимый взгляд. Невольно вспомнилось то
существо из тьмы, которое он видел, и юноша поежился. Страх медленно стал
закрадываться в душу. Что-то шевельнулось в одном из проходов. Неужели
мерещится? Не успел Слейт поразмыслить, как из трех проходов, одним за другим
стали выскакивать люди в разношерстной одежде и с оружием, начиная от мечей,
заканчивая копьями и топорами. Не то, чтобы они застали солдат врасплох, но
явно испугали. Раздались звуки схватки. Враги все пребывали и пребывали. На
вскидку можно было сказать, что их было больше двух дюжин. Не смотря на
подготовку и умения Штормградских солдат, бандиты брали вверх числом. На
каждого наседало двое, а то и трое мерзавцев. Послышались чьи-то вскрики, на
землю упал сначала один лиходей, проткнутый мечом, а потом и второй. Но у всего
есть своя цена. Шестой взвод тоже начал нести первые потери. Мартина окружили,
повалили на землю и хладнокровно закололи. Ему на выручку было бросился Стен,
но только для того, чтобы нарваться на вражеское копье, пробившее ему голову
через прорезь шлема. Еще несколько солдат пало от рук разбойников, которых за
это время тоже поубавилось. Паттон тем временем испускал столпы пламени,
буквально выжигая врагов. К общему запаху крови, пота и стали, прибавился еще и
тошнотворный запах горелого человеческого мяса. Слейт тем временем дрался с
двумя бандитами, которые были вооружены топорами. Нашему герою ничего не
оставалось, только прикрываться щитом от нескончаемого потока ударов. Рука уже
онемела, и Клэнси ее не чувствовал. Казалось вот-вот, и они повалят его на
землю, но видимо противники выдохлись, и замедлили темп. Подгадав промежуток,
парень открылся, резко ткнул мечом вперед, который встретил мягкую, живую
плоть, после чего сразу закрылся. Один из нападавших с протяжным стоном упал на
землю. Теперь можно было посвободнее потанцевать со вторым, который видимо не
хило так наложил в штаны. Увернувшись от нескольких неумелых ударов, Слейт
прыгнул в бок и резким ударом отрубил руку врагу, от чего тот заорал. Второй
удар, который выпустил ему внутренности, слегка успокоил бандита, и он, выпучив
глаза от удивления, упал на колени и медленно завалился на бок. Клэнси быстро
оглянулся, чтобы обнаружить жалкий остаток их отряда из уже трех человек.
Паттон, Гринфилд и еще один солдат, кажется его звали Шеллс, добивали остатки
бандитов. Да, те были повержены, но какая была цена? Мартин, Брен, Стен, Грэм и
Лоуренс были мертвы, или тяжело ранены. На глазах Слейта наворачивались слезы.
Зачем он послушал мага? Не поддержи он его идею, сейчас бы все были живы. Но
кажется было рано радоваться о победе, и горевать о павших. Из проходов
выскочили еще шестеро разбойников, которые были одеты побогаче, на них уже были
какие-то доспехи, в основном поношенные кожаные нагрудники и ржавые кольчуги,
но все же. На головах у нескольких красовались шлемы с рогами. Они не стали
нападать, лишь окружили сбившихся в кучу остатки военных. Тут из одного из
проходов, согнувшись в три погибели, вышел здоровый детина в стальном доспехе,
без шлема. Его лысую голову венчали шрамы, собственно, которые были и на его
уродливом лице с приплюснутым широким носом, словно пятачок свиньи. Он окинул
поле брани и присвистнул. — Бля-я-я-ядь,
опять людей набирать несколько месяцев. Ну что вы за уебки такие? – В одной
руке у него была здоровая секира, а второй он держал увесистый мешок, набитый
чем-то. – Бросайте железяки на землю, и может оставим вас в живых. – хохотнул,
аутентично прихрюкнув. – Нет? Ну, ребята, кончайте долбоебов.

Схватка завязалась с новой силой, но теперь приходилось
драться с врагами посильнее, и в более хорошей экипировке. На Слейта бежало два
разбойника, один из которых воспламенился по пути и пытаясь потухнуть стал кататься
по земле, однако больше он так и не поднялся. Второй лиходей с разбега влетел с
удара ноги в щит солдата, выбив тот из руки, и чуть не повалив самого Клэнси на
землю. Меч против меча, сталь против стали. Почему-то сразу вспомнился тот
богатенький рыжий урод Ховард, и их дуэль. Но здесь поражение означало смерть,
а не просто позор. Оппоненты стали обмениваться ударами, по началу дерясь на
равных. Однако бандит полагался больше на грубую силу, нежели на технику, и в
этом была его ошибка. Да, он заставил Слейта уйти в защиту, но его силы таяли,
в то время, как противник лишь уходил в сторону от ударов и без особых проблем
парировал. Где-то позади послышался звук, с которым сталь входит в плоть, а
затем сдавленный вскрик Шеллса. Один удачный финт, и у врага Клэнси вылетел меч
из рук. Удар последовавший за этим, лишил жизни ублюдка. С «элитой» разбойников
было покончено, не без помощи Паттона, конечно. Он пускал в ход свои самые
смертоносные заклинания.

Главарь, видимо приметивший мага, рыча направился к нему, чтобы
расправиться, заодно добить двух солдат. Первым путь ему преградил Слейт.
Громадина оказалась в разы быстрее, чем рассчитывал наш герой, и получил
сокрушительный удар по голове секирой, и упал на землю с раной на голове.
Раненый в бок Гринфилд с яростным криком бросился на врага, и после короткой
стычки его голова отлетела в сторону. Здоровяк победоносно перехватил
окровавленное оружие, и уже было шагнул к прислонившемуся к стене магу, который
из последних сил что-то шептал, и даже делал какие-то пассы руками. Стало
жарко. Точнее, наступающему врагу стало. Но нет, это не последствия драки.
Броня за считанные мгновения стала буквально плавиться, прожигая плоть человека
через одежду. Заревев, тот попытался снять с себя все, но сделал только хуже,
обжигая руки. В конце концов, даже одежда загорелась, и страшно крича,
громадина рухнул на землю и через какое-то время затих.

Паттон отдохнул пару минут, и утер пот со лба. Эта потасовка
отняла у него много сил. Слишком много сил. Осмотревшись, он заметил, что
никого больше не осталось. Все лежали мертвые, скорее всего. Поднявшись, и
пройдя чуть-чуть вперед, обойдя несколько трупов, маг наклонился к мешку,
который сжимала обугленная ладонь главаря, и не без труда вырвал его. В нем он
покопался, перебирая награбленное, пока не извлек на свет книгу, и довольно
хмыкнул, быстро перелистывая страницы. С виду она была достаточно древней.

— Ты… знал… — прохрипел кто-то из груды трупов. Паттон
напрягся, готовя боевые заклинания к бою, но вскоре расслабился, узнав голос,
лишь мрачно смотря в сторону говорившего. Слет подполз чуть ближе, чтобы видеть
лицо мага и добавил. – Тебе нужна была книга, верно? И бандиты бы никуда не
сбежали.

— Вообще-то не только книга, а еще время. Сбежать может и не
сбежали, но искать их в этих туннелях неделями или месяцами, мне не доставило
бы никакого удовольствия. – ответил маг, без тени сомнения или сожаления.
Сейчас только не хватало этой его улыбочки, но благо он догадался воздержаться
от нее. – Заметь, каждый получил что хотел. Ты свою… справедливость. Ну что до
твоих мертвых товарищей, на войне всегда есть жертвы, даже если это война
против преступников.

— Ты засра… — из последних попытался сказать, но голова
Слейта упала на землю, и он вырубился, похоже. Вообще ему сильно повезло. Секира
пробила шлем, и совсем немного зашла в плоть. Скорее всего у парня было
сотрясение.

— Ну-ну, лежи отдыхай, вот так. А я пойду позову на помощь.
– не удержавшись от улыбки, маг пошатываясь побрел на выход из шахты.




ГЛАВА 4

Свет


Потолок казармы и унылые, казалось сжимавшие пространство
вокруг стены. Именно это наблюдал выживший солдат, лежа на своей койке в
гарнизоне с перемотанной головой. Время от времени к Слейту подходили
сослуживцы, чтобы спросить о его самочувствии и просто перекинуться словцом.
Приходил даже сержант Блэквуд. Никто не считал его виноватым в чужих смертях,
разве что только одним из глупцов, которые маленькой кучкой решили перебить
целую шайку бандитов. И тут, пожалуй, можно было вздохнуть спокойно… но нет.
Клэнси страдал от одного из самых страшных осуждений – собственного. Временами
ему казалось, что это был лишь страшный сон, и друзья вот-вот придут в казарму,
весело что-то обсуждая и в шутку ругаясь. Но к сожалению, правда была в том,
что они мертвы. Ах тот роковой день. Если бы все сложилось иначе… Слова мага
так и крутились в голове. – Каждый получил что хотел. Ты – свою справедливость.
– солдат поднялся с койки, и нашел сержанта. У того он отпросился сходить в
город. Блэквуд не возражал.

На самом деле хотелось просто прогуляться, забыть на
мгновение о армии, сослуживцах… Ноги сами донесли Слейта до знакомого здания с
вывеской, на которой была изображена буханка хлеба. Внутри стоял
соответствующий запах мучных изделий от которых ломился прилавок. Чего здесь
только не было. Лепешки, булки, пироги из самых обычных. Было и такое, что наш
герой видел первый раз в жизни. Но из людей никого не было, только в задней
комнате слышались звуки возни, а потом голос взрослой женщины. – Покупатели
пожаловали, не слышала? Иди обслужи, милая.

Вышедшая к Клэнси девушка старательно вытирала руки об
передник, и не сразу взглянула на гостя. Когда же она подняла глаза, то
буквально ахнула. – Слейт! – она подошла ближе и улыбнулась, не теряя тревоги
на лице. – Что с тобой стряслось?

— Долгая история. Просто хотелось проведать тебя. Все
нормально? – юноша выпрямился.

— Все хорошо. Я тебя так и не поблагодарила за тот случай.
Ты спас меня. – ее личико на миг потемнело, но вскоре снова обрело окрас
озорства и веселья. – Не хочешь прогуляться, когда я закончу здесь? – лучезарно
улыбнулась.

— Я не хороший человек. Не тот, что тебе нужен. – в лоб
ответил Слейт, который был явно подавленном состоянии.

— Конечно ты хороший, что за глупости. – удивилась та. – Все
мы сбиваемся с пути время от времени. Нет ничего стыдного в том, чтобы
заблудиться и затем снова найти правильную дорогу.

— Заблудился. – задумчиво повторил за ней парень, и
направился к выходу быстрым шагом, говоря через плечо. – Нужно идти, прости.
Проведаю тебя позже, хорошо?

Собор Света представлял собой грандиозное строение, острые
шпили которого возвышались над городом. Белоснежные стены могли буквально
ослеплять в светлое время суток. Объятый непонятным волнением, Клэнси стоял возле
фонтана, где когда-то он нашел своего спасителя, который отвел мальчишку домой.
Казалось, раньше он просто не замечал этого великолепия, хотя отец водил его на
вечерние проповеди. Слейт помедлил, и направился ко входу, поднимаясь по
ступеням. Внутри Собор был на удивление не богат, как могло бы показаться
снаружи. Да, архитектура все еще впечатляла, но никаких излишеств в мебели или
одеждах жрецов не было. Сейчас здесь было достаточно пусто. Лишь служители
Света хлопотали за повседневными обязанностями. Усевшись на одну из пустых
лавок в главной зале, парень мысленно обратился к высшей силе, вопрошая ее о
том, что терзало его душу и разум и может быть ждал в ответ просто прощения.
Проходящий рядом пожилой мужчина в белоснежной робе остановился, и медленно
приблизился к юноше, после чего кашлянул в кулак и молвил. – Ничего, если я
присяду?

Клэнси встрепенулся, словно испуганный олень, увидевший охотников в лесу, но
вежливым тоном ответил. – Да, конечно, присаживайтесь.
— Благодарю. – старик покряхтел, и сел на скамейку, после
чего повисла тишина. Казалось, что он сам стал беззвучно молиться, однако
мягкий, можно даже сказать ласковый голос жреца сказал. – Я знал, что рано или
поздно ты найдешь свой путь домой. – и усмехнулся.

Паренек с удивлением посмотрел на собеседника. – Неужели это
Вы? Но как… как вы меня узнали?

— Хм, ну тут дело скорее не в обычной памяти, а в том, что
чувствуешь, когда видишь того или иного человека. – Ниал, точнее брат Ниал,
сильно постарел. У Слейта почему-то отчетливо отложилось его лицо, когда
встретил его в детстве. Теперь его сложно было узнать. Но от него по-прежнему
шли ощутимые волны спокойствия, доброты и умиротворения. – Кажется, ты опять
потерян, напуган и чувствуешь вину, или я ошибаюсь?

— Из-за моего желания отомстить отцу, пострадало много
невинных людей. – голова Клэнси сокрушенно рухнула. – А позже из-за юношеского,
обостренного чувства справедливости погибли мои сослуживцы, мои друзья. У них
были свои семьи, планы, мечты и желания, а я… — слезы начали капать с
подбородка парня. – Я…

— Тише-тише, мальчик мой. – жрец приобнял Слейта, и тот
уперся лицом в его плечо, содрогаясь от рыданий в робу священнослужителя.
Наконец он смог по-настоящему излить свое горе. – Всем людям свойственно
ошибаться. Даже самые праведные из нас порой оступаются. Главное то, что ты
усвоил урок и стал двигаться дальше, творя благие дела. И в первую очередь,
сделай самое сложное. Прости самого себя.

Юноша, кажется, наконец успокоился и отстранился от жреца,
вытирая глаза. – Простите, я… не знаю, что на меня нашло.

— У тебя светлая душа, Клэнси. – серьезным, можно даже
сказать официальным голосом стал говорить брат Ниал. – Тебе нужно обуять
страсти, что бушуют в ней и направить силы в правильное русло. Служение Свету
отлично бы этому поспособствовало. – он улыбнулся.

— Я не вижу себя в роли жреца. Последнее время живу только
по военному укладу. Я солдат, а не проповедник. – покачал головой.

— Скажи, что ты чувствуешь, будучи здесь? – Ниал обвел
жестком руки главный зал Собора.

Слейт ответил не сразу. Он вытянул голову вперед, словно
прислушиваясь и закрыл глаза. Посидев так около минуты, он шумно втянул воздух
носом и выдохнул, после чего молвил. – Спокойствие, мир… и надежду.

Жрец широко улыбнулся и довольно кивнул. – Лучше и не
скажешь. Слуга Света должен нести эти чувства каждому существу, в котором есть
частица Света, если оно того хочет и не злое, разумеется. В эти темные времена
нам больше всего не хватает спокойствия, мира и надежды. Но делать это не
обязательно будучи жрецом. Ты слышал о воителях Света, что крушат зло и несут
исцеление страждущим?

— Слышал, но для меня это что-то очень высокое,
непостижимое. – ответствовал Клэнси. – Хотя то, что Вы описали… про то, чтобы
помогать другим, это мне нравится! Все лучше, чем тухнуть в гарнизоне и на
маршах.

— То, чем занимаются солдаты Штормграда, не менее важно, чем
что-либо другое. – поучительно возразил Ниал. — И даже служители Света, не
бросаются сломя голову действовать. Нужно все взвешивать в голове, прежде чем
рубить с плеча. Мудрый слуга Света знает, где нужно помочь, а где научить.
Уметь различить настоящее зло, которые нужно уничтожить от того, что можно
исправить. Проявлять сострадание там, где это нужно, и так далее.

— Вряд ли у меня получится. – заключил Слейт. – То, что Вы
описали под силу лишь взрослым мужчинам. А я лишь ребенок.

— Сейчас не получится, это правда. Но ты юн и полон энергии.
Самое лучшее время, чтобы разобраться в том, кто ты на самом деле и что хочешь,
а также понять философию Света.

— Мне нужно подумать об этом, не могу дать ответ сразу.

— Хм. — старик задумался и сказал. – Давай знаешь, как
сделаем? Продолжай свою службу в армии, но заглядывай сюда ко мне время от
времени, когда будет возможность. А там уже посмотрим.

— Хорошо, я приду. Обязательно приду. – кивнул Клэнси. – Не
против, если я тут еще немного посижу?

— Конечно, конечно. – жрец поднялся на ноги, и отправился по
своим делам, оставляя Слейта в одиночестве. У юноши были смешанные чувства.
Саму его душу и естество тянуло под эти своды, и здесь они нашли умиротворение,
поддержку и любовь. Но с другой стороны, вступив в ряды духовенства, значило
получить большую ответственность на свои плечи и большие возможности помогать
людям, карать зло и восстанавливать справедливость. Справедливость… Она несла с
собой неудачи Клэнси, однако крепко сидела в его сознании.




Служба в Штормградской армии продолжилась. Здесь была и
обычная рутина, и мелкие стычки с бандитами и гноллами. Слейт участвовал даже в
нескольких достаточно крупных сражениях против орков. Описывать сие не имеет
большого смысла, стоит просто сказать, что парень в боях не особо отличился. Он
выжил, и это уже достижение для обычного солдата. Клэнси зачерпнул столько
вражеской крови, сколько мог удержать, но он стал понимать, что это не решение
всех проблем вокруг. Юноша чаще навещал старого жреца в Штормграде, и
разговаривал с ним по душам, делясь тревогами, желаниями и надеждами, а иногда
просто молча слушал рассказы собеседника, которые уносили его в другое время, к
другим людям, слушая о их бедах и радостях, о победах и поражениях. Все это
давало пищу для размышлений. Прошло три года с того момента, как желторотый
Слейт появился у порога гарнизона, и теперь он покидал его навсегда, в возрасте
девятнадцати лет. Поселившись в аббатстве Североземья, Клэнси стал постигать учения
и догматы Света, попутно размышляя о мире и своем месте в нем, проводя целые
дни за медитациями. Скоро три добродетели Света стали его жизненным кодексом и
кредо.



Разорвав все связи с внешним миром, будь то отец или Кейт,
юноша совершенствовался не только духовно. Он продолжал тренировки, как
физическое развитие, так и практику с оружием, а также прилежно читал хроники о
ушедших королях, полководцах и героях. Не стоит скрывать, что из-за ходящих
слухов о новом зле, Слейту хотелось несколько раз все взять и бросить, дабы
отправиться для сражения с общим врагом. Однако это был уже не тот импульсивный
юноша, который легко поддавался эмоциям. Нужно было быть готовым к той ноше,
что он хотел взять на себя, ту ответственность, быть достойным. В таком ключе
прошло еще четыре года.


Мужчина с аккуратно подстриженной бородкой, и длинными
волосами, собранными в хвост у шеи, аккуратно переворачивал ветхие страницы
древней книги. В библиотеке аббатства царила тишина, позволяющая людям спокойно
заниматься чтением. Но тут позади послышались шаги, которым Слейт не придал
особого значения, но они приближались и приближались, пока наконец на плечо не
легла чья-то морщинистая рука, а знакомый голос не произнес. – Приветствую
тебя, друг мой. – голос принадлежал

— Ниал! – Клэнси отложил книгу, и приобнял своего друга и
наставника.

— И я рад тебя видеть. – жрец был уже не такой энергичный,
как раньше, было видно, как годы брали свое, тем не менее на покой он видимо
еще не собирался. – Время пришло, мальчик мой. Через два дня состоится твое
помазание в паладины. – он присел рядышком и посмотрел на подопечного.

Глаза молодого человека было загорелись от радости, но потом
он лишь покачал головой. – Не знаю, мне кажется, что я не достоин принять такую
честь.

Жрец лишь одобрительно кивнул. – Слова настоящего воина
Света. Никто из нас не достоин благодати Света, ибо люди не совершенны, но Свет
любит нас такими, какие мы есть. – он похлопал ученика по плечу, и продолжил
серьезным тоном. – Когда ты пройдешь
помазание, ты предстанешь перед самим лордом Тирионом Фордрингом. Если он
одобрит, ты станешь рыцарем Серебряного Авангарда, и отправишься в далекий
Нордскол вместе своими будущими собратьями по ордену, чтобы остановить
проклятую нежить, именуемую Плетью и их союзников. Это будет долгий, тяжелый
путь, но я уверен, что ты пройдешь его с достоинством. Но сначала сосредоточься
на том, что ждет тебя в ближайшем будущем. Подготовься, как следует.




Холод. Нестерпимый холод, который нес ветер, пробирающий до
самых костей. Три десятка всадников, закованных в латы двигалось через снежную
пустыню. Рассмотреть что-то в десяти футах от себя было решительно невозможно
из-за валящего снега. Не смотря на все это, путники медленно, но продвигались
вперед. Клэнси ехал почти в хвосте. Он со своими братьями по ордену направлялся
в ближайший лагерь Серебряного Авангарда в качестве подкрепления. Ободряюще
похлопав свою лошадь по шее, молодой человек обратился к теплым воспоминаниям,
которые были способны согреть даже в такое ненастье. Посвящение в паладины,
личная встреча с Тирионом Фордрингом. Пожалуй, лучшие моменты жизни, которые
только можно представить. Слейт знал какой силе он служит, и какую цель
преследует. Его вера крепка как сталь. Размышления прервали чьи-то крики и
громкое ржание лошадей. Приглядевшись, можно было увидеть, как с двух сторон на
всадников выскакивают какие-то фигуры… нежить! Молот, который вручили Слейту на
помазании тут же оказался в него руках. Пришпорив лошадь, паладин поскакал на
помощь остальным рыцарям. Массивное оружие поднималось и опускалось, громя
ненавистных вурдалаков и скелетов, и казалось святое воинство одерживает
победу, но врагам не было числа. Они наступали и наступали, медленно, но верно
окружая людей. И хоть те бились храбро, умело и пускали в ход магию Света, но
один за другим, паладины стали погибать. Послышались чьи-то вопли, предсмертное
лошадиное ржание. Кольцо почти сжалось, но был еще путь для отступления, однако
молодой рыцарь отринул эту мысль, продолжая сражаться. На поле боя появились новые
враги – здоровенные скелеты в рогатых шлемах, фрагментах шипастой брони и с
массивными булавами. Под удар одной из таких тварей и угодил наш герой, а
точнее его лошадь. Ее вместе с всадником буквально смело, отбросив в сторону на
несколько футов. Когда Клэнси очнулся, он лежал на земле под небольшим слоем
снега. Конечности еле-еле чувствовались от холода, но он все-таки поднялся на
ноги и повертел головой в своем армэ. Местность выглядела почти мирно, если не
приглядываться, чтобы заметить погребенных под снегом тела людей, лошадей и
кости покойных ныне живых мертвецов. Не найдя нигде своего боевого молота,
который видимо вылетел у него из рук при падении, Слейт медленно побрел среди
тел, проверяя, может кто-то еще остался жив. По пути он снял с чьей-то лошади
ножны с полуторным мечом, ибо мертвым он ни к чему, а ему самому защищаться
чем-то надо было. Так и не найдя выживших паладинов, рыцарь побрел через пургу
по примерному направлению, где должен был быть лагерь Авангарда. Клэнси
чувствовал, как замерзает и каждый шаг давался с большим трудом. Уже готовый
упасть, он из последних сил все шел и шел, практически потеряв чувство
направления и времени. Сбоку послышался протяжный волчий вой. Отлично, этого
еще не хватало. Тем не менее чувство опасности подстегнуло человека двигаться
дальше. Пройдя примерно два десятка ярдов, Слейт покосился в ту сторону откуда
ранее слышался вой. Через снежную пелену ничего не было видать… пока из нее не
вышел волк. При чем крупных размеров, с большими нижними клыками. Вышел и
просто сел на задницу, смотря на рыцаря странными, разумными глазами, после
чего поднялся, развернулся и начал уходить, но все-таки повернул голову назад,
мол, идешь? Больше почти замерзшему насмерть паладину делать было нечего, кроме
как довериться какому-то животному, которое скорее всего конечно не было
животным вовсе, но все равно данная авантюра была сомнительна. После
непродолжительной ходьбы, волк привел человека к небольшой пещере, которая по
иронии могла легко оказаться волчьим логовом с кучей голодных животных внутри. Однако
приблизившись оказалось, что у входа был импровизированный, плотный навес из
веток, который почти не пропускал внутрь снег и ветер. Клэнси отодвинул его,
желая войти, но первый протиснулся волчара, чуть не сбив человека с ног. Внутри
действительно оказалось вполне уютно. Пройдя чуть глубже можно было обнаружить
потрескивающий, небольшой костер и кучку хвороста рядом с ним. Так же тут
имелся лежак чудного вида и вещи, напоминавшие на первый взгляд безделушки. Слейт
сразу же почти что прилип к огню, подбросив в него хвороста. В пещере стало
заметно теплее. С пояса так же была снята походная фляга с горячительным
напитком внутри, а из поясных сумок паладин вытащил твердые, как камень
сухарики, которые стал есть, запивая. Волк, который сидел поодаль и смотрел на
все это непотребство, лишь склонил морду набок. – Будешь? – протянул тому
сухарик Слейт. – Ну, не хочешь как хочешь. – продолжил трапезу.

— Сам жри свои сухари. – послышалось на всеобщем, грубым,
басистым голосом, оттуда где сидело животное. Рыцарь даже подавился и сразу
схватился за оружие. К нему уже подходил здоровый орк, одетый в различные
шкуры. – Не бойся, тебе здесь ничего не угрожает. Если бы я хотел убить тебя,
то сделал бы это давно.

— Я… спасибо за помощь. Но почему? Почему ты помог? – не
понимающе вопросил тот.

— У нас одинаковый враг, тебе этого недостаточно? –
зеленокожий прошел мимо, и стал собирать тем самые «безделушки», как окрестил
их Клэнси. – Теперь, когда я утолил твое любопытство, ответь мне, ты готов идти
спасать своих друзей?

— Друзей? – резко подорвался рыцарь. – Кто-то из паладинов
Серебряного Авангарда выжил? Но как? Где?

— Слишком много вопросов. – собрав вещи, подошел к костру и
взглянул на человека. – Один из твоих соплеменников заигрался с мертвыми, и по
его указке, твои выжившие друзья теперь у него. Исчерпывающий ответ? Думаю, да.

— Я готов выступать хоть сейчас. – Слейт проверил как
выходит подобранный меч из ножен. – Но на нас напала целая армия нежити, мы
справимся вдвоем? Если мы погибнем, то мои братья из ордена никогда не узнают
об этом некроманте, и что за участь постигла отряд.

— Он потерял бдительность, и в этом его слабость. Нежить в
основном рассредоточена в лиге от логова. – зеленокожий направился к выходу. –
Некромант не держит долго живыми своих пленников. Ты не успеешь сбегать к своим
за армией. Решаться нужно сейчас. – и отодвинув прикрытие, вышел наружу.

Выбора не было, нужно было спасать своих собратьев.
Опустошив флягу с алкоголем до конца, чтобы согреться, паладин тоже покинул
пещеру. Орк в форме волка уже отошел на футов пять от укрытия, и обнюхивал
землю, подогнув одну переднюю лапу. Вскоре странная компания отправилась
рассекать снежные волны в это бескрайнее белое море, чтобы через какое-то время
прийти к другой, очень похожей пещере. Оказавшись внутри, человек начал
отряхаться, а орк уже успел обратиться из формы волка. – А где враги? Некромант
на столько беспечен, что даже на входе охрану не держит? – спросил рыцарь.

— Это не парадный вход. – коротко ответил орк, осторожно
начиная спускаться вниз, в глубь пещеры. – Про этот ход он даже не знает. Так
что у нас будет эффект внезапности. – он задумался, и добавил. – Хотя, если ты
будешь и дальше так грохотать своими железками, то не будет.

— Ничего не могу поделать, извини. – Клэнси пытался издавать
как можно меньше шума, но получалось у него это не очень. Спускаться вдвоем в
темное лоно оказалось не так страшно, как если бы Слейт был один. Вскоре они
оказались в коридорах тускло освещенными факелами. На пути иногда встречались
какие-то полуразваленные мертвецы, которые на столько вяло реагировали на
гостей, что орк расправлялся с ними без особых усилий, обычно разбивая
трухлявые тела об ближайшую стену. Узкий проход закончился, и путники ступили в
широкие залы, обставленные столами со всевозможными склянками, в которых судя
по всему были химикаты, или что-то подобное, а также здесь имелась обычная
мебель и даже несколько картин в качестве декора. На одной из них был изображен
человеческий череп у рта которого была музыкальная труба. Страшно. Кто только
додумался до такого? Впрочем, задаваться такими вопросами можно было позже.
Сейчас хозяина не было дома, или он был в другой части своих владений, и этим
следовало воспользоваться. Следующая зала видимо была мастерской безумного
гения. Здесь располагались столы на которых лежали расчлененные тела людей,
дворфов и даже орков. Думается, не нужно говорить, что воняло соответствующе.

— Свет милостивый, что за чудовище могло такое сотворить! –
воскликнул паладин, который был весьма впечатлен таким зрелищем.

— Эй, кто там? Помогите! Мы здесь! – послышался чей-то крик
о помощи чуть дальше. Это оказались паладины, которых утащила нежить в лапы к
своему хозяину. Они сидели в толстых клетках с замками, а из одежды на них было
только то, что они носили под доспехом.

— Скажи своим друзьям, чтобы заткнулись, если не хотят
привлечь сюда всю чертову нежить с округи! – прорычал орк Слейту.

— Тише-тише, сейчас мы вас освободим! – поспешил успокоить
пленников наш герой, подбегая к клеткам.

— Быстрее, он может скоро вернуться! – торопил их одноглазый
мужчина, которого звали кажется Скотт.

Не найдя решения лучше, Клэнси попытался разрубить цепь
ударом меча, однако пара-тройка ударов ничего не дали. После этого паладин попробовал
просто сбить замок рукоятью меча. Это все действо производило на свет просто
оглушительный шум.

Орку ничего не оставалось, как недовольно рычать, и
откидывать в сторону живых мертвецов, которые пришли на громкие звуки. Но все
это в конце концов окупилось, и шестеро освобожденных паладинов толпились около
клеток, благодарно хлопая Слейта по спине и по плечам.

— Так-так-так, и что это вы тут устроили? – прокаркала
горбатая фигура в темном балахоне, которая стояла неподалеку и сердито
наблюдала за сим действием. – Кто вам позволял освобождать моих подопытных, а?
Я вас спрашиваю!

Орк хотел было уже броситься на врага, как вперед вышел
Клэнси, и поднял оружие вверх, громким голосом начав говорить. – Сдавайся и
тебя ждет справедливый суд за то, что ты творил здесь, либо прими смерть от
моей руки!

Некромант зашелся в мерзком смехе, который то и дело
превращался в кашель. На человеке был капюшон, так что его лица было не
разглядеть. Наконец он успокоился, словно поняв, что это была не шутка. –
Серьезно? Кем ты себя возомнил? Кто тебе дал право судить других?

Слейт сделал шаг, и чуть склонившись, сказал
угрожающим, тихим голосом. – Я и есть Справедливость. – и бросился на врага, но
путь к тому преградила толпа мертвецов, что высыпала отовсюду. Даже лежащие на
столах трупы начали подниматься.

— Тьху, опять какие-то пафосные шуты сюда забрались. Ну
ладно, когда мои тру… кхм… слуги с вами закончат, я вернусь, а пока счастливо
оставаться. – с этими словами, злодей поспешил скрыться, в то время как нежить
все прибывали и прибывала. Конечно, она выглядела не особо грозной. В основном
это были и вовсе безоружные трупы, а иногда попадались скелетики с ржавыми
мечами. Но их всех было так много, что они словно бурлящие морские воды могли
поглотить незваных гостей.

— Вперед, нужно догнать его! – заревел орк и было бросился в
погоню, прорываясь сквозь мертвецов.

— Стой, мои братья безоружны и не смогут выбраться сами. –
остановил его Слейт, криком вдогонку. – Если мы уйдем, то они погибнут! – с
этими словами клинок паладина превратил ближайшего скелета в груду костей.

Здоровяк остановился, и с яростью посмотрел на говорившего
рыцаря, и кажется готов был уже разразится проклятиями и ругательствами. — За
мной, и не отставайте, розовокожие. – лишь со злобной горечью прорычал орк, и
повел всю ватагу людей на выход. Клэнси же скакал вокруг кучи безоружных
паладинов, и убивал нежить, которая стремилась их схватить. Люди выглядели
замерзшими и усталыми, но бежали изо всех сил. По пути Слейт снял один из
факелов со стены, и швырнул его в стол с реагентами, часть из которых тут же
вспыхнула, создавая внушительных размеров огонь. Им занялась ближайшая мебель,
и даже мертвецы.

— Надеюсь это его достаточно разозлит. – процедил сквозь
зубы паладин. Бешенная игра в салочки с мертвецами продолжалась. На обратном
пути их было в разы больше. Они буквально заполонили узкие проходы. Благо орк
словно таран сметал всех на пути, расчищая дорогу остальным, а Слейт прикрывал
тыл процессии. Где-то сверху наконец замаячил выход и в воздухе закружились
снежные хлопья. Толпа поднялась по камням и вывалила из пещеры, позволив себе
на минуту остановиться, чтобы перевести дыхание.

— Доведу до вашего лагеря, и там наши дороги разойдутся. –
заявил зеленокожий, который был явно разозлен тем, что ему пришлось упустить
добычу. Было видно, что мертвецы поранили его, но не серьезно. – За мной

Кое-как, из последних сил они добрались до лагеря
Серебряного Авангарда, где на встречу тут же выскочили часовые, которые помогли
спасенным людям добраться до теплых коек и еды. Больше ничего не угрожало их
жизни, и можно было наконец вздохнуть спокойно, ибо весь путь они буквально
проделали бегом, ожидая погони и подстегиваемые объятиями холодной смерти. –
Теперь он заляжет на дно, а потом через какое-то время найдет новое место, где
можно предаваться безумным экспериментам. В итоге причинит столько же зла, если
не больше. Надеюсь ты доволен. – произнес орк. – Мои сородичи были бы готовы
погибнуть во имя общего блага.

— Зато я не готов жертвовать другими. Если мы будем
отправлять друг друга умирать на алтарь победы, то чем мы будем лучше того,
кого ты так хотел остановить? Мы сделали все правильно. Спасибо, что помог
спасти моих братьев, без тебя я бы никогда не справился. Я в долгу перед тобой.
– Клэнси с почтением отвесил поклон собеседнику.

— Война не выигрывается с помощью благородства, рыцарства и
любезностей. – тот фыркнул, но посмотрел на Слейта… с уважением? Или так только
показалось? – Если хочешь отплатить долг, то сделай одолжение, впредь не
путайся у меня под ногами. – крупный волк засеменил прочь от лагеря.

— Храни тебя Свет. – тихо сказал паладин, разворачиваясь и
заходя в лагерь своего ордена. Одна битва была выиграна, но война была только
впереди. Долгая, кровопролитная война, унесшая жизни многих хороших людей.
Серебряный Авангард постепенно прорубался вперед, вместе с силами Альянса и
Орды. Пожалуй, Слейт повидал много смертей и битв, даже слишком много.
Постепенно в меру жизнерадостный и веселый юноша превратился в угрюмого,
нелюдимого мужчину, который устал терять друзей в очередной бойне, и поэтому
замкнулся в себе, больше времени посвящая горячим молитвами Свету, прося его избавить
Азерот от зла. Но дальше ждала битва у Врат Гнева. Кто будет прежним собой
после такого зрелища? Слишком много жестокости, смертей и боли вокруг для
одного человека, природе которого чуждо такое количество насилия. Так же наш
герой пытался попасть в Пепельный союз, чтобы внести свою лепту и свергнуть
предателя. Однако несмотря на то, что Слейт являлся хорошим мечником и умелым
паладином, его талантов не хватило, чтобы встать в одном ряду с лучшими из
лучших. В конце концов Король Лич был повержен, и казалось война закончилась,
но только не для Клэнси. Он буквально жил ей долгие месяцы, засыпая в полном
обмундировании, ожидая очередного нападения каких-нибудь гигантских жуков. К
слову, чтобы бороться с этими тварями, паладин вооружился цвайхандером, который
носит с собой до сих пор. Это массивное, большое оружие могло использоваться
практически как обычный меч, или как копье, что было особенно удобно против
громадных врагов. Но что-то мы отвлеклись, не правда ли? А до ушей всех дошли
слухи о Катаклизме, что затронул большую часть Азерота. Говорили, что даже
дракон напал на Штомрград! Могло ли оставить это равнодушным нашего героя?
Конечно же нет. Путь Серебряного Авангарда лежал в Чумные Земли, но Клэнси
попросил Тириона Фордринга позволения остаться на территории родного
королевства, чтобы помочь тому отправиться от ран и той нечисти, что хлынула
после катастрофы. Верховного лорда уговаривать не пришлось, ибо он видел, как
болела душа у паладина из-за того, что стало с его родиной и он дал разрешение
вместе со своим благословением.



ЭПИЛОГ

Возвращение


Кулак в перчатке окованной сталью с грохотом опустился три
раза на дверь, но никто не спешил ее открывать. Клэнси стоял перед маленьким
одноэтажным домиком в Златоземье. Осмотревшись, рыцарь хотел было уже обойти
здание и заглянуть в окна, как вдруг замочная скважина жалобно заскрипела, и
деревянная дверь отворилась. На пороге стоял лысеющий мужчина, который строгим
голосом поинтересовался. – Чем могу помочь, сэр?..

— Я пришел навестить своего отца. Он тут? – рыцарь стоял в
латном облачении кроме шлема, который был пристегнут к его поясу.

— Минутку. – прошелестел тот, и скрылся в другой комнате.
Видимо это был слуга. Вскоре он вернулся и молвил. – Проходите, он ожидает Вас.

Встреча с прошлым требовала куда больше смелости, чем думал
Клэнси младший, в начале. Наконец решившись, он глубоко вздохнул и зашел
внутрь, направляясь в нужную комнату. За спиной хлопнула входная дверь. Слейт
оказался в помещении, утонувшем в полумраке из-за плотно занавешенных окон. В
воздухе стоял специфичный запах лекарств. На небольшой кровати, под двумя
одеялами лежал сморщенный старик, в котором с трудом угадывался Томас Клэнси. –
Это ты, Слейт? – его голос тоже претерпел изменения, потеряв былые властные
интонации и силу. Томас попытался приподняться на локтях, но рухнул обратно на
подушку. Паладин остановился посреди комнаты, переживая бурю эмоций, но почти
сразу взял себя в руки и поспешил подойти к кровати. Присев на одно колено,
рыцарь снял перчатки, и взял ладонь отца двумя руками.

— Я здесь. – выдавил из себя Клэнси младший, чувствуя, как в
горле образуется ком.

— Сынок мой, это правда ты? – глаза старика увлажнились, и
слезы потекли по его щекам. – Родной мой, как же давно я тебя потерял. Какой же
я был глупец… Каждый день пытался убедить себя, что переживу разлуку с тобой,
но она терзала меня все сильнее и сильнее. Какой ты стал… — Томас слегка
дотронулся до щеки сына. – Ты, наверное, до сих пор зол на меня? Из-за матери,
из-за отправки в армию… ох, как же горд и эгоистичен я был, что не смог просто
поговорить с собственным ребенком…

— Я не держу зла на тебя. – поспешил успокоить того Слейт, и
улыбнулся, чувствуя, как слезы стекают по его щекам. – И я тоже скучал по тебе.
– боль пронзила сердце рыцаря. Он понимал, что по сути находится сейчас у
смертного одра единственного родного человека на всем свете. Никто не вернет им
годы, что они провели в разлуке. Оставалось довольствоваться тем, что было.

— Спасибо, что нашел силы проявить милосердие. – тот наконец
с облегчением откинул голову назад, и вздохнул. – Ты знаешь, у меня есть для
тебя подарки. Там, отодвинь шторку. – указал на стену которую скрывала ткань.

Слейт выполнил просьбу, и его взору предстала стойка с
великолепной стальной броней и длинной юбкой с разрезом спереди. Она была
покрыта позолотой, а шлем и наплечники венчали декоративные крылья, которые
время от времени излучали мягкий свет. – Это… слишком дорогой подарок. Спасибо,
конечно… но не нужно было. – ахнул тот.

— Ты заслуживаешь его, я это вижу теперь воочию. Благо брат
Ниал подсказал мне твои размеры, чтобы кузнец подогнал все как надо. Тем более,
можешь считать теперь это семейной реликвией, ибо больше у нас ничего не
осталось.

— А что случилось с нашим домом? Со всем остальным, что
было? – с тревогой отозвался Клэнси младший.

— Ну, видишь-ли, если не вдаваться в финансовые подробности,
меня начали вытеснять с рынка, а потом захворал и как-то все… Я понимал к чему
все идет, поэтому продал дом почти со всем имуществом… кроме картины с Рэйчел,
твоей матерью. Она сейчас хранится в хороших условиях в городском банке на нашу
фамилию. Так вот, на полученные деньги приобрел этот домик, чтобы дожить
последние дни. А остальные деньги сослужили вот такую службу. В местной конюшне
тебя ждет конь по имени Персик. Молодой, норовистый и с характером, прямо как
его хозяин. Это настоящий боевой конь. Обучен, чтобы на нем сражались. Никогда
тебя не предаст. – Томас умиротворенно улыбнулся. – Что-то я устал. Посидишь,
пока я не засну?

Рыцарь с немалым удивлением выслушал про второй отцовский
дар, и хотел было опять возразить, но решил не мучать старика, который просто
хотел сделать ему приятное, и хоть как-то позаботиться о нем. Подойдя к
кровати, он опять взял руку Клэнси старшего, и начал напевать мелодию, простую,
но завораживающую своими мотивами, мелодию способную успокоить чужие тревоги.
Такую обычно напевают матери своим детям перед сном. Томас Клэнси мирно спал, и
рядом был его сын, который нашел дорогу домой.



Лошадь с седельными сумками на крупе и с всадником в седле,
бодро вышагивала по сельской дороге, поднимая столпы пыли и брызгая сырой
почвой. Одетый в подаренный отцом доспех, Слейт покачивался из стороны в
сторону в такт ходьбы животного. Погруженный в свои думы, он размышлял над
последними пережитыми событиями, стараясь принять их и сосредоточиться на своем
долге. Небесное светило уже почти скрылось, предвещая наступление темноты,
которую так любят всевозможные монстры. Словно в знак этого, где-то из леса
раздался протяжный вой, заставивший рыцаря прийти в себя, и внимательно следить
за окрестностями, чтобы не быть настигнутым врасплох. — Тпру-у-у-у. –
послышался приглушенный голос из-под шлема. Конь не сразу, но замедлил шаг, а
потом вовсе остановился, повернув голову в бок и посмотрев на человека. –
Молодец, мальчик. – сказал тот, растерянно потрепав жеребца по гриве и
осматриваясь по сторонам. Вскоре удостоверившись в чем-то, мотнул головой и
пустился галопом дальше по дороге. Тропа начала сужаться и подниматься вверх,
на холм. Только сейчас можно было как следует осмотреть окружающий их лес.
Деревья болезненно скорчились, рисуя для впечатлительных путников пугающие
силуэты чудовищ. Там и тут загорались яркие огоньки чьих-то не слишком добрых
глаз. Опять послышались завывания никак не похожие на волчьи, скорее кто-то
невыносимо страдал, ища только быстрой смерти в этой неприглядной земле, по
которой извивались толстые корни, словно гигантские змеи. Кажется, само зло
сгущалось в этом месте, и кому, если не праведному воину Свету, выступить
против него? Кому как не Слейту, сразиться с чудищами, чтобы больше никто не
остался без мамы?

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток.

Изначально хотел бы выразить благодарность за ваш труд и то, что вы в публичный доступ выложили ваше творчество, которое читать хоть и по времени было весьма долго, но абсолютно того стоило. С уверенностью могу сказать, что за последнее время это весьма целостный и сформированный рассказ о персонаже, где вплетается и хороший литературный стиль, и история, и события, которые повлияли на становление персонажа тем, кто он есть. Мало того, так и описания чуть ли не каждого персонажа, что фигурировал в рассказе, присутствует, а это создает более четкую картину в голове у читателя о том, что конкретно происходит, когда, при каких обстоятельствах. Единственное, что мне не понравилось очень, так это оформление. Сам текст оборван по краю из-за переноса из ворда, наверное, что не придает хорошо вида для такой хорошей квенты в целом.

В целом, чтобы без лишних дальнейших слов, то одобрено полностью.

"Клэнси" +15 уровней.

Проверил(а):
「The Script」
Уровни выданы:
Да
16:41
12:15
516
Нет комментариев. Ваш будет первым!