Игровое имя:
Има

I

Молодой гражданин восставшего из пепла Второй Войны королевства с серьёзным задумчивым лицом пробирается сквозь ряды разномастных торговцев и лавочников в сторону Биржи на встречу с кланом Атал’Тэ, который известен прежде всего как важный банкирский дом. Ростовщики и собственники – вот кем они видятся каждому честному подданному талассийской короны и Имани, сын Вертранди Вейлина, всецело поддерживает данное мнение. Он бы давно отдал под стражу и суд королевского совета всех представителей данного рода, будь у него мало-мальские полномочия для совершение этого действа. Атал’Тэ грабят собственный народ и оставляют в дураках магистрат уже не первое десятилетие, ссужая то, что и без того принадлежит всему народу Кель’Таласа.

Но одно дело мнение и публичное порицание, другое – физическое недомогание и потребности. Имани был недоволен тем, что его послали на переговоры с алчными “грабителями”, и пытался выразить своё внутреннее буйство на лице – от того он и скорчил рожу первому попавшемуся ему на пути мальчишке, который то и дело пытался покорить магический заряд уличного фонаря своими врождёнными способностями.

На самом же деле ничего отрицательного эльф не испытывал. Дела в королевстве, кажется, начали налаживаться.

Единственное, что наводило тень сомнения и не давало покоя – слухи о ведущихся где-то на юге стычках с неизвестными силами. Но генерал Ветрокрылая никогда не подводила свой народ, поэтому Има, как и многие его соотечественники, просто верил в лучшее и надеялся на благоприятный исход.

Многие дома возвращают свои земли на границах с Зул’Аманом, вкладывая в них всё больше и больше капиталовложений, что не могло сказываться на казне магистрата, где Има (сокращённый вариант его полного имени, которым часто пользовался престарелый Вертранди, души не чающий в своём чаде) занимал должность секретаря префекта по делам земельных наделов южных владений. Место столь же почётное, как и ответственное. Магистры Солнечного Двора не прогадали, отдав эту должность серьёзному эльфу с не менее серьёзными намерениями, к тому же образованному в политических экономических делах.

До родового поместья Атал’Тэ ещё два квартала, есть время насладиться прекрасным запахом свежеиспеченного хлеба, аромат которого доносится из пекарни Ваиноса Тель’Вирина и манит к себе, есть время насладиться удивительным букетом белых орхидей, которые несутся в руках загорелого юнца на встречу не менее удивительной вазе, искусно созданной в мастерской уважаемых потомственных стеклодувов. Время ещё есть и торопиться некуда. Даже если и Атал’Тэ придётся подождать. Долголетнему и могущественному народу Кель’Дорай некуда спешить, впереди наверняка ещё блестящие тысячелетия славного города и его населения.

Следующая в очереди картина имеет совершенно противоположный полюс настроения – десятки беженцев, бредущие с сумками и грузами вглубь города. Уже несколько дней со всего королевства стекаются бедняги, которых Странники отправили в безопасное место против их воли. Имани хорошо знал, что после вторжений орочьих и тролльих орд армия не будет рисковать жизнями своих сограждан. Он понимал и принимал такое решение генерала Странников.

Вот и ворота поместья, и страж, предупреждённый о визите лица из Магистрата, и знамёна этого хоть и мерзкого, но очень древнего рода. Имани без особых задержек продвигается к главному залу, где собрались представители клана и прочие переговорщики. Речь идёт о крупном займе одной около-государственной ячейки, много цифр, много политики, мало совести – ничего необычного для Солнечного Двора. И, конечно, если переговоры провалятся, обвинение падёт на молодого секретаря.

А секретарь молодой. Возраст – вещь прихотливая и часто капризная без особых на то причин. Старики, окружающие Анастеарина, не дают пробиться к посту магистра ни одному молодому лицу, столетний служащий для них юный выскочка, не имеющий прав. Имани приложил массу усилий и стараний, чтобы просто получить возможность быть полезным для своего отчества.

Почему бюрократические недра? Почему не благородное братство Странников или почему не должность в Академии Фалтриена? Има и сам не знает. В какой-то момент он свернул не на ту улицу и всё завертелось само собой. Но его всё устраивало, он не мог представить ничего, что посмело бы нарушить идиллию в его мире, прекрасном, размеренном и спокойном.

Переговоры завершились, всё прошло удачно. Окрылённый успехом, эльф тут же сделал доклад о проделанной работе и вернулся в своё жилище, предвкушая завтрашние почести его персоны, новое звание и, конечно, премию.

Утро выдалось мрачное, Вечное Солнце скрылось за серыми тучами. Необычная суета и суматоха на улице выдавала нечто беспокойное. Через мгновение ворота открылись, и показавшиеся рейнджеры повалили дисциплинированным строем занимать позиции на городской стене.

Тут же появляется посланник из магистрата с новостями – соседнее королевство людей в лице армии живых мертвецов вторглось в земли Кель’Таласа, а ведёт это воинство любимый сын Лордерона – Артас Менетил. Всего за одну ночь не знающая усталости армия из гулей и поганищ захватила главную дорогу на Луносвет, разоряя всё на своём пути. По тревоге подняты все силы эльфийского народа, а генерал Сильвана уже ведёт бои с неприятелем на подступах к городу.

Весь мир рухнул за секунду, обнажив душу Имы врагу. Он опустел, до сих пор считая сказанное за злую шутку. Но ни зрение, ни слух его не подводили – армия готовится отражать удары осаждающих сил, а за горизонтом действительно слышатся какие-то не членораздельные звуки, ни на что не похожие.

День подходил к концу, и главная площадь была утеряна. Армия Кель’Таласа была разбита, баррикады разрушены, полководцы – убиты. Городское ополчение уже распалось на мелкие дроблённые группы, половина которых бежала на запад. Тёмная фигура, оседлавшая коня-скелета, торжественно въехала через главные врата некогда славной столицы Кель’Дорай, что ознаменовало победу сил армии Плети. Труповозки во время своего хода роняли гниющие под не щадящим солнцем тела, а вурдалаки без неведомого им стеснения набрасывались на торчащие кости и куски мяса. Они подчинялись только воле и приказам своего лидера, а того не волновали такие мелочи, как пропитание его подчинённых.

Всю ночь Имани со своей сестрой пробирался через запад города, который буквально в одно мгновение сравняли с землёй, оставляя пепелище и густой дым, который невозможно рассеять никаким ветром. Пейзаж укреплялся видом тысяч окровавленных трупов, до которых ещё не добрались голодные плотоядные твари. Неповторимое зрелище для любого глаза, живого и не живого.

В группе выживших не набиралось и дюжины эльфов. Один упал, и все поняли, что он скончался от полученных ран. Ни у кого не было сил, чтобы похоронить товарища. Все шли безмолвно через леса и горы, боясь лишним шумом навлечь на себя нежить. Никто не знал, что до них нет дела ни одной душе в округе, они поручены самому себе. Бродяжничеству, казалось, не будет конца, так как никто не чувствовал себя в безопасности. Долгое время путники бродили по лесам своего уже бывшего дома, пока не осели и не создали лагерь в одной из пограничных областей в очередных руинах дорожного святилища.

Прошли дни, недели, потом – месяцы. Сын Анастериана собрал сопротивление и выгнал армию нежити со своих земель, которые были не пригодны для жизни. Это все знали. Знали и так же, что сейчас на севере Восточных Королевств нет места, где было бы лучше.

Има, как и большинство беженцев, жил в пригороде, заняв полуразрушенный домик вместе со своей сестрой. В тяжелейшие времена они нашли утешения в половой связи, деля не только ложе, но и быт. Секрет, который никому не был нужен, но который хранился тщательней любого сокровища – для Имы только его любовь, истинная и запретная, была жива. Всё остальное – королевство, народ, нация – всё было растоптано. Предаваясь гедонистическому наслаждению, Син’дорай (так теперь звался этот народ эльфов) только и знал, что свою сестру и вино. Улыбчивое лицо и желание добиться чего-то для себя и своего отечества остались в руинах старого Луносвета, теперь это замкнутая личность, которая презирает свой образ жизни канализационной крысы.

II
Сутулую фигуру вели через длинный зал восстановленного дворца. Заседание суда было собрано на внеочередную встречу для обсуждения дела государственной измены. Два солдата из ополчения Похитителей Солнца небрежно толкнули закованную в магические кандалы
фигуру прямо на место подсудимого. Судьи Похитители Солнца и члены государственного совета, тоже Похитителей Солнца, одарили узника презренным взглядом, объявили о начале заседания и тут же начали перешёптываться между собой.

Имани Вейлин, осуждаемый за предательство королевства Кель’Талас и за связь с подданными принца Кель’таса, был задержан посреди званого вечера одной знатной фамилии. Известного во всём королевстве повара и кулинара арестовали пришедшие к власти Похитители Солнца и
без каких-либо церемоний сразу повели на суд. Как и членов любой оппозиции новой власти, его ждала участь быть сосланным в армию на Остров Грома.

Переполненный гневом, арестованный Син’дорай не слушал, что твердили о нём члены “уважаемого” суда новой формации, он знал, что занятие это бесполезное и что судьба подобных заседаний предрешена задолго до самого судебного акта. Большинство его знакомых уже было арестовано и либо томилось в застенках, либо было сослано в армию. Имани ждал прихода ненавистных ему солдат, он был готов ко всему, но только не к публичному аресту, тем более – на публике во время его работы.

Има представил застенки Похитителей Солнца, что было не сложно, ведь он не раз посещал казематы в моменты восстановления города. Не самое зловещее место, надо признать, но оно и не полно радужного веселья. Прихвостни нового вождя содержали здесь несколько десятков жизней – тех, кого нельзя было убить и держать на свободе: дети влиятельных аристократических домов, оппозиционеры, любые инакомыслящие – все они стали заложниками алчности слуг Гарроша Адского Крика.

А вот чёрный шипастый латный наплеч показался в проходе – заседание суда посетил один из наблюдателей Кор’Крона, что было неслыханной дерзостью для автономии эльфов – но это в прошлом. Сейчас орочьи стяги реют наряду со знаменем государства Син’дорай, именно Орда Гарроша – новый владелец города и его правитель, совершенно не имеющий на это прав, как и любой узурпатор.

Когда-то Имани с большим удовольствием воспринял изменения Орды и он был по настоящему счастлив, когда Луносвет стал частью этого военного образования. Вполне разумный выход, думалось Имани, ведь месть Альянсу и всему людскому роду невозможна без сильных союзников. Орда в те времена не посягала на автономию Кель’Таласа.

Эльфы Кель’Таласа обрели добрых соседей и верных соратников на поле боя, проникаясь уважением к новым традициям всех расы Орды. Но всё рухнуло в один момент. Вождю не нужно уважение, ему нужен животный страх.

Суд вынес приговор, эльфа из дворца сразу же отконвоировали в темницу, где он проведёт долгий месяц заточения, пока повстанческие силы во главе с Лор'темаром Тероном и Сильваной Ветрокрылой не ворвались в город и не свергли пособников Адского Крика. Все политические заключённые были освобождены немедленно, большая часть которых (включая Имани) тут же вошла в новый армейский корпус. Новообретённых добровольцев готовили к высадке в орочье государство Дуротар на войну с узурпатором Гаррошем. Впереди были месяцы войны в пустынных степях Калимдора, кульминацией которых стала Осада Оргриммара.

В момент окончательной победы над узурпатором Имани возвышается над трупом кор'кронца на пострадавшей крепостной стене Оргриммара, размышляя о судьбе его народа. Ему кажется, что тысячелетия процветания ещё впереди, но только уже не для народа Кель'Дорай, а для возродившихся из пепла Сынов Крови.

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток.

Я ознакомился с вашим творчеством. Создается впечатление, что вы добивались разрывного повествования, но при этом разделили творчество только на две части. Здесь было бы намного интереснее, если бы в качестве заглавий к отдельным отрывкам были какие-то цитаты самого персонажа, либо фразы других персонажей о самом эльфе, но да ладно.

Неожиданным был поворот плотских утех с сестрой, что вовсе никак не подразумевалось под описаниями жизни эльфа выше. Не скажу, что это плохо, но для этого должно было быть хорошее обоснование из прошлого, так как только из-за разрухи войны отдаться инцесту - сомнительно немного. Да и упоминание об этом вовсе стало промежуточным пунктом, что ли, в данном рассказе. Как никак, а это табу, и должна уж быть очень сильная привязанность к сестре, с которой мы вовсе не познакомились из повествования. Очень жаль.

Что же до остальных более значимых событий, то особо сильно придираться не буду. Описание ключевых моментов для народа эльфийского выполнено на адекватном уровне, знание лора присутствует, а также персонаж представляется, хоть и размытой тенью, но все же... У вас больше упор в повествовании именно не на самого персонажа ушел, а на образ жизни эльфов, на политику, на внутренние и внешние проблемы, на описание всеобщих массовых проблем, то тролли Зул'Амана, потом Плеть, а закончили вовсе Гаррошем.

В итоге, для персонажа "Има" я одобряю 4.5 уровня за данное творчество. Есть куда расти, но для первой пробы пера, наверное, не самое плохое, что могло выйти. Интересно было читать ваше представление о структурах эльфов.


С уважением,

Проверил(а):
「The Script」
Уровни выданы:
Да
11:31
20:44
625
Нет комментариев. Ваш будет первым!