Пролог


Небольшой чертог даларанской академии был освещен тусклым светом, едва ли не гаснущим от малейших порывов сквозняка. Восковые свечи, стоявшие на столе и окружающие лазурный гадальный шар, и без внешних факторов практически отслужили своё, освещая последние рукописи чародея. Стены помещения были украшены знаменами ордена и старыми подлинниками картин, отражающих самые значимые события последних десятилетий. Немериан, обычно одаряющий окружение абсолютно равнодушным взглядом, сидел в деревянном кресле перед сферой совершенно поникший, явно омраченный увиденным. Его тусклые голубые глаза спешно метались от магического прибора к монолитной металлической маске, правый глаз которой был окружен символикой Кирин-Тора. Шиадаль был рад, что никто не видел его таким — беспомощным и потерянным, поддавшимся чувствам.


Часть I: «Желание»


Улицы города магократов были полны жизни, явно отличающейся от происходящего в других уголках Азерота: радостные группы чародеев-неофитов, успешно прошедших один из этапов своего становления магам, безобидные заклинания, чарующие своей красотой и простотой, а так же вполне добродушные торговцы магическими безделушками и реагентами, оказавшиеся здесь проездом в своем бесконечном странствии. Немериан же лицезрел происходящее сквозь чистейшее окно академии, оттягивая уголки губ в слабую улыбку. Это были времена, когда окрепший эльф еще мог проявлять эмоции, но уже обнаруживший в себе дар к ясновиденью и нестерпимую тягу к сарказму. После нескольких минут ожидания, Шиадаль наконец ощутил присутствие той, кого ждал — несколько более взрослой эльфийки, приставленной к ведуну наставником. От одного взгляда на светловолосую игривую даму, маг мгновенно загорался желанием и трепетал, словно маленький мальчик. Стараясь не выдавать свою увлеченность, он знал наверняка, что однажды научится вести себя более подобающе и завоюет её симпатию.

Феалор, магистр трансмутации и эвокации, по поведению больше походила на добродушную адептку, что при ходьбе едва ли не танцевала, подогревая почитателей беглым взглядом больших глаз. Но только наиболее близкие знали, что истинная натура эльфийки была куда более серьезной, если даже не отпугивающей.

Немериан проследовал за магистром к небольшому саду с выложенной камнем круглой площадкой в самом его сердцу. Цель этого урока была ясна ему и без предварительных лекций — приспособить владение иллюзией к боевым условиям. Феалор шла впереди, а затем подготавливала площадку, создавая защитные круги. Шиадаль не обгонял её и старался держаться позади, нагло любуясь её изящной фигурой. Вряд ли для женщины это было секретом, но знание она не выдавала, заканчивая свою работу. По завершению подготовки, маги встали в круги на разных концах площадки лицом друг к другу.

— Надеюсь, ты подготовился к занятию и сможешь хоть как-то меня удивить?

Шиадаль учтиво кивнул, расплывшись в хитрой ухмылке и убрал левую руку за спину — подход эльфа к магии был больше похож на фехтование и вторую руку он применял только при крайней необходимости.

Бой начался крайне насыщенным: Немериан атаковал магистра огненными стрелами, большая часть из которых была иллюзиями, как и сам маг — эльф сразу же сокрыл себя невидимостью и вышел из круга, нарушая нормы безопасности. Пока проекция занимала Феалор, ученик медленно шел к ней по дуге. Магистр же с насмешкой защищалась, отвлеченная своей напыщенностью. Когда ясновидец случайно уловил мысль наставницы о намерении телепортироваться, он уже сплетал заклятье и за долю секунды до скачка окутал женщину арканной цепью, от чего та смогла перенестись лишь в центр площадки, где рухнула побежденной. Проекция начала медленно растворяться, избавляя магов от уставшего и даже жалкого образа. Шиадаль же медленно вышагивал к наставнику, явно довольный своей победой — но более всего он был доволен оголенным бедром Феалор, которая была скована в двусмысленной позе.

Эльфийка не издала даже писка, лишь на мгновение слабо улыбнулась — может, это было восхищение учеником? А может и что-то совсем другое. Она самостоятельно избавилась от оков и грациозно поднялась, поправляя платье.

— Крайне недурно — редко ученикам хватает фантазии и дерзости, чтобы покинуть защитный круг и совершить такую издевку.

Немериан поклонился, усвоив для себя, что магу не стоит извиняться даже за самую грубую выходку, если она пойдет на пользу. Он держался статно, скрестив руки за спиной и стараясь смотреть Феалор в глаза, едва ли сдерживая жар в груди.

— Тебя оценили по праву и верно подметили, что один талант может затмить посредственную эвокацию. Но и её мы со временем приведем в порядок.

Магистр прошла мимо Шиадаль, наигранно оголяя шею от волос. Эльф чуть ли не простонал от желания, когда момент был испорчен спешно пришедшим и запыхающимся магом:

— Кель’Талас пал…


Ясновидец был полностью разбит и сжимал в руке практически опустошенную бутыль красного вина, раскинувшись на мятой постели в комнате даларанской таверны. В городе было довольно много высших эльфов и для них этот день стал траурным несмотря на то, что они заранее посвятили всю свою жизнь Кирин-Тору.

Немериан невольно прокручивал в мыслях самые различные воспоминания о родине, сомневаясь в потребности сделать еще глоток алкоголя. Быть может, он бы и не раздумывал, если бы это была первая бутылка. От крайне опрятного юноши он пришел к крайности жалкого существования и не знал, в чем еще искать утешение.

дверь комнаты медленно открылась — вошла Феалор, приятно благоухая фиалками. Она закрыла за собой дверь, а запах её ощущался даже притупленным сознанием Шиадаль, рецепторы которого раздирало вино. Магистр не выглядела омраченной — на её лице лишь сострадательная улыбка и влажные глаза, больше отражающие переизбыток любовных чувств. Это была далеко не первая их встреча, но только сейчас маг понял, что может на что-то расчитывать, а из-за алкоголя был готов что-то сделать. Возможно, женщина могла стать лучшим утешением.

Они молчали: Немериан сел, ощущая жар во всём теле, а эльфийка по девичьи медленно и призывно шагала к постели, развязывая корсет. Этот вечер многое значил для обоих, а акт любви вполне мог исцелить полученные душевные раны. Они не считали время — просто не могли вырваться из бущующего течения чувств и ласки.


Часть II: «Жертва»


После осквернения эльфийских земель Артас устремился к Даларану и орден знал об этом, стремительно подготавливая оборону. От праздных улиц и беззаботных волшебников больше ничего не осталось — лишь нагнетающая атмосфера и чародеи, полные решимости дать отпор врагу.

Немериан от части забыл про угрозу, всюду следуя за любовницей. Он был готов к битве, как и много раз до этого, но теперь боялся за её безопасность, хоть Феалор и была гораздо опытнее во многих аспектах. Армия принца-предателя уже была под стенами города, готовая ворваться внутрь игнорируя мощное заклятье Антонидоса. Как и при любой обороне дома, защитников раздирали страх и ярость. Ярость, подобная хищнику, загнанному в своё же логово. Отступать было некуда, а давать слабину критически неприемлимо. Шиадаль уже не любовался фигурой магистра, лишь хотел не терять её запах, её сильную ауру. За последние дни он даже безвольно отрекся от присущих ему дурных качеств, которые у некоторых вызывали восхищение и гармонично дополняли его образ.

Осада началась. Отряд, к которому был приставлен ведун, оборонял одну из улиц, ведущих к самому сердцу Даларана. Было тяжело слышать звуки боя и наблюдать пожар на первом рубеже, оставаясь безучастным. Феалор же сохраняла спокойствие и взяла любовника за руку. Она выглядела крайне спокойной, хоть и не такой игривой, как раньше. Словно магистр знала, чем всё кончится и это явно был счастливый конец. Шиадаль же не хватало собранности, чтобы воспользоваться даром и увидеть хоть что-нибудь полезное.

Враг приближался, с особой жестокостью расправляясь со вставшими на пути магами. Плеть не оставляла за собой трупы — лишь пепелище и реки крови, словно саранча собирая урожай. Когда сражение дошло до рубежа отряда Немериана, чародеи приняли его с должной выдержкой и мастерством, словно позабыв про сомнения. Пока Феалор была рядом, эльф словно не чувствовал страх и полностью отдался магии во всех её проявлениях. Он атаковал, защищался, обманывал наступающие орды мертвецов иллюзии и, казалось, понял, что значит быть настоящим магом — не только соответствовать распространенному поведению и проводить исследования, а чувствовать магию как продолжение самого себя. Слиться с ней, ощущая каждую крупицу силы и направлять её, контролируя движения каждого завитка энергии. Шиадаль боролся отчаянно, не замечая собственного несовершенства в некоторых проявлениях. Сражался, пока не выбился из сил сам и не начали отступать боевые маги. Даже магистр Феалор уже не могла перевесить чашу весов, извергая на нежить потоки невероятно яркого пламени. Что почувствовал в этот момент ясновидец? Страх. Боязнь лишиться самого последнего и, конечно же, любимой женщины, с которой он наконец сблизился. Решимость сменилась смятением, а пальцы и голос дрожали, не позволяя приложить остатки сил к созданию заклинания.

Защитники пустились в бегство. Точнее, остатки от отряда боевых магов, которые уже не были способны на что-то иное. Магистр схватила эльфа за руку и стремительно побежала, волоча растерянного юношу за собой. Они миновали узкие закоулки и забаррикадированные торговые лавки в отчаяной попытке скрыться и переждать осаду. Немериан хотел вновь оказаться в комнате трактира. Пусть он и ощутил бы переживания за родину, но смог бы вновь прикоснуться к Феалор и отдаться страсти, не опасаясь за её жизнь. Через некоторое время Шиадаль бежал без помощи, частично приведя сознание в порядок. Потеряв счет времени, они наконец оказались в небольшом дворике меж трех торговых домов. Небо было объято гарью, а всё пространство оглушительно наполнилось жалобными криками и воплями упырей. Но они остались наедине — вновь. Немериан обнял эльфийку, совершенно не понимая, что делать теперь, когда всё окончательно потеряно. Феалор обняла его в ответ, но не так крепко, как могла. Маги стояли так не больше минуты, чувствуя эмоции друг-друга как нечто неделимое. Стояли, пока их уголок спокойствия не нарушил пронзительный свист, за которым последовала яркая ядовитая вспышка. Пространство раскололось грубым демоническим порталом, сквозь который протиснулся трехметровый повелитель ужаса. Это был не первый демон в жизни Шиадаль — ясновидца до сих пор использовали в ордене для их поиска.

Эльф оттолкнул возлюбленную, не осознавая, зачем сделал это и что может противопоставить демону. Дрожащими пальцами сплетая чародейскую стрелу, он даже не успел выпустить её — Феалор толкнула юношу и тот упал в портал, бросая последний взгляд на женщину. Он оказался в роще за стенами города, где они провели самый первый урок. В голове ясновидца навсегда отпечатались девичье лицо магистра и отсутствие страха и горечи, которые он ощутил в её последнем прикосновении.


Часть III: «Личность»


Город медленно восстанавливался, всем видом давая понять, что в его кладке навсегда останутся воспоминания о пережитых трагедиях. В центре Даларана уже стоял мемориал, усыпанный цветами среди руин. Каждый день Шиадаль приходил к нему, надеясь когда-нибудь не увидеть в списке имя Феалор. Магистр Феалор Янтарный Всплеск. Каждая минута после тех роковых событий делала эльфа черствым, отгоняя его чувства к самому краю души и заполняя сердце равнодушием. За минувшее время Немериан отточил свои навыки и загорелся жаждой мести, окончательно не переменив свою личность. Из неуверенного юнца он восстал знатоком своего дела, заслужив признание многих членов ордена.

Закатные лучи вяло обливали Даларан последними крупицами света, а эльф всё бродил по разрушенному саду, то и дело пиная куски камней на тренировочной площадке. Его одиночество было нарушено появлением статного седого мага, совершенно равнодушно смотрящего на действия ясновидца.

— Немериан.

— Мастер.

Чародеи учтиво кивнули друг-другу, после чего человек продолжил говорить.

— Твои исследования оказались верны и мы действительно обнаружили присутствие чернокнижника в Альтераке. Однако, найти его убежище не удалось.

— Если вы не будете возражать, я бы хотел лично заняться этим. Мне несколько проблематично выполнять поручения с кем-то…

Не дав эльфу закончить, мастер пару раз одобрительно кивнул и сказал:

— Хорошо, но нескольких боевых магов я всё же оставлю в горах для крайней необходимости. Пойми и ты меня — одаренные ясновидцы обнаруживаются в Кирин-Торе крайне редко.

Они говорили еще какое-то время, но в их диалоге не было ничего важного. Шиадаль сторонился общения по душам, а человек безуспешно пытался его подбодрить. Эльф собирался начать приготовления к новому дню, чтобы отыскать убежище врага и встретиться с ним, находясь при ясном рассудке.

Следующее утро оказалось единственным за длительный срок, когда Немериан не возложил цветы к монолиту с именем своей Феалор. Он даже не вспомнил про неё, полностью отдавая себя заданию. Путь до Альтерака был спешным, как и очертание примерного района расположения укрытия. Ясновидец использовал заклинания уже более четко, не прибегая к фолианту с заметками — его память развилась и структурировалась. Всё шло куда легче, чем можно было ожидать и через пол дня поисков он наконец оказался в ущелье. В тупике. Промозглый ветер уже осточертел ему, потому Шиадаль был крайне рад, что остаточный след скверны привел его к конечной точке. Развеяв иллюзию, он осторожно прошел в пещеру и крайне внимательно всматривался вперед. Убежище было освещено жаровнями, причем довольно хорошо. Эльф был убежден, что чувствует что-то крайне знакомое. Когда он вышел в широкий зал пещеры, то окончательно убедился в этом.

Среди пентаграмм и ритуального барахла стояла женщина. Невероятно красивая и грациозная, моментами проявляющая двусмысленные жесты. Символ ордена на металлической маске Немериана стал слабо отдавать фиолетовым. Он знал, кто перед ним и что она на самом деле представляет, но никак не мог избавиться от противоречивых мыслей.

— Я наблюдала за тобой, любовь моя. Каждый день с момента нашей разлуки.

Тяжело сглотнув слюну, маг медленно двинулся ей на встречу. Его сердце буквально вырывалось из груди, наполняя душу прежним жаром, который она не ощущала уже давно. Шиадаль был растерян и даже не думал атаковать Феалор. Он желал её, со страстью изучая каждый изгиб тела, ядовито-зеленые глаза и прорези в платье. Она стала идти ему на встречу, снимая с плеч лямки и частично оголяя грудь. Соединившись в единое они стали ласкать друг-друга: Немериан сжал её достаточно сильно, перемещая руки от груди к ягодицам, а Феалор сняла с него маску и стала целовать в шею, жадно прильнув к плоти. После нескольких прикосновений Шиадаль ощутил приток дара. Уловил за секунду множество фрагментов своих и её воспоминаний, с трудом смог составить из них что-то внятное. Рука эльфа поднялась к лицу женщины, перейдя в нежное прикосновение.

— Ты ведь еще тогда предала идеалы ордена…

Феалор опешила, с тоской заглянув в глаза любовника. Страсть мага сменилась гневом и длань его разгорелась ярким пламенем. Он схватил её за лицо, сжигая плоть и волосы. Пещера утонула в жалобном крике, а эльфийка была с силой брошена на пол и ничего не могла противопоставить такой выходке. Немериан знал, что она правда его любила, но от этого лишь еще больше наполнился гневом.

— Я долго мучал себя вопросом — почему она не телепортировалась вместе со мной? У неё наверняка была такая возможность. Зачем вступать в заранее проигранный бой с демоном? А боя даже не было…

Шиадаль вознес над Феалор руку. Бросив последний взгляд на её изуродованное лицо, маг окутал женщину ярким потоком пламени и ждал, пока от тела останутся лишь угли.


Эпилог


Аэп Шиадаль медленно ходил по площадке в саду, осматривая нескольких подопечных боевых магов. Его руки были скрещены за спиной, а взгляд крайне равнодушен — образ под стать хорошему наставнику. Он не проявлял заботы и не давал поблажек — лишь в очередной раз давил на больные места каждого, стараясь изменить их личности. Среди магов была одна девушка: юная высшая эльфийка, крайне тоскливая и измученная. Немериан любил прибегать к иллюзии и тешить себя образом Феалор, что никак не уходил из памяти, даже когда маг стал своей практически полной противоположностью. На площадку через сад вышел молодой маг, явно решивший доложить о чем-то:

— Мастер Шиадаль!

— Да?..

— Больше никогда я не позволю своим чувствам затмить ясность моего рассудка...

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:
+9 уровней от Иллюзии.
Уровни выданы:
Не положено
19:34
13:36
473
Нет комментариев. Ваш будет первым!