Игровое имя:
Кеман

Пролог

Солнце уже садилось за разноцветные крыши кварталов Штормграда. Стража держала посты, слегка зевая и ожидая скорой пересменки. Некоторые из лавок закрывались, иные же только собирались, обслуживая последних посетителей, многие из которых торопились по домам. В главные ворота въезжали торговые повозки и прибывшие из Златоземья всадники из тех, кто решил не оставаться на ночь в «Гордости Льва», а поскорее добраться до столицы, найдя ночлег в городских тавернах.

В одной из таких таверн веселились и отдыхали те, для кого закат ещё не означал конец дня. Менестрель, милая слепая девушка, сидела в углу, мелодично перебирая струны и запевая песню о двух друзьях и разбойниках, которую слушали сидевшие поблизости бритые мордобои, уже упитые в хлам. Здоровые, грозные, они иногда сопели, и восхищались игрой барда, раскидываясь комплиментами и сантиментами, вызванными избытком эля в их желудках. За другими столиками сидели персонажи всех мастей. Вон в углу, в тени, примостился щуплый и нервный тип с козлиной бородкой и бегающим взглядом. Кто его знает, может он барыга, может информатор, а может и вовсе отец семерых детей, пугливо вспоминающий, что ожидает его дома. За столом у камина сидят дворфы, громко празднуя удачную сделку их кузницы со стражей. Гогоча, они шутят и радуются, проливая эль мимо рта по густым бородам. А за стойкой, что накрыли лишь ради них, сидела компания, с которой мило беседовала хозяйка заведения, Розария Винсент. Их было четверо, и они вели крайне интересную беседу...

— Пойду скажу, чтобы нам ещё бочонок эля принесли, — сказала Роза, мелодичным приятным голосом и направилась в сторону кухни, откуда всегда исходил весьма приятный запах еды. То и дело оттуда доносились голоса шеф-повара, что умело командовал на кухне, порой были слышны хохот и шутки официантов. Хозяйка крикнула в дверной проём про эль и, улыбаясь, вернулась на своё место. — Сейчас принесут. Я ничего тут не упустила?

— Пока ничего, — ответила ей невысокая девушка. С виду она была весьма собой хороша, аккуратное лицо, большие карие глаза, курносый носик и пухлые алые губки, которые, наверно, манили всех присутствующих мужчин. Волосы были стрижены в стиле каре и имели тёмно-малиновый цвет, а одета она была в чудесное платье из угольного шелка. Эту красавицу звали Шарлотта, а для друзей просто Лотти. Девушка не обращала внимания ни на кого, кроме своих друзей, спокойно попивая эль.

— Да уж. Сегодня, конечно, многовато народу, — подметил спокойно, словно не ощущая никаких эмоций, черноволосый мужчина, который сидел рядом с Лотти. Его лицо было слегка бледноватым, впрочем, как и всегда. Рядом с ним стоял клинок в ножнах из темной кожи, прошитый плетёной алой веревкой, а сам он был одет в белую рубашку и алый жилет, на котором были ремни для крепления оружия. Мужчина, которого, к слову, звали Кеман, пил из кружки эль, смешанный с водкой, потому что обычный эль его не брал из-за особенности организма, а ему хотелось немного веселья и хмеля в голове. Несмотря на кажущееся безразличие ко всему, Кеман изредка поглядывал на Шарлотту, которая была ему симпатична.

— Это точно, — сказала та, отпив ещё эля. — Рози, это у тебя так частенько бывает? — просила она у подруги.

— Нет, что ты. — мило улыбаясь ответила Роза. — Видимо, наплыв людей в город. Вот и много. А у меня все комнаты уже заняты. Хм… — призадумалась она на мгновение, постучав пальцем по столу. — Может у Алана попросить ещё одну таверну?

— Кхм, — чуть поперхнулась Лотти, — кхе-кхе, ты бы с этой то управилась. Куда ж тебе ещё одну то?

— И то верно, — ответила Роза, подгоняя немного официантов, что стояли у кухни. — Быстрее, быстрее. Ох, мне кажется, они порой настолько ленивы…

-Так уволь их, пропади они в бездне, — усмехнулась Лотти, показав белые зубки. — Не убудет. Ещё найдутся люди, которые захотят РАБОТАТЬ! — последние слова, Лот сказала нарочно громче. Официантки с некой злобой глянули на Шарлотту, но не став ничего отвечать, быстренько шмыгнули на кухню, за очередным заказом.

— Шарлотта… — пригрозила пальцем Роза и покачала головой.

— Что? Я лишь хотела тебе помочь, — театрально удивилась девушка и широко улыбнулась.

— Не женщина, а банши во плоти, — Слегка улыбнулся Кеман, адресуя данный странный комплимент Лотти. — Им ещё моя работа не снилась. Сходи они на неё хоть раз, и любая другая показалась бы им чудесной и самой лучшей. Хотя меня моё дело устраивает.

Кем допил кружку и обновил её содержимое, влив две части эля и одну часть крепкого алкоголя. Шарлотта звонко рассмеялась, слегка толкнув Кемана.

— Ну ты и шутник. Скажешь тоже. Кстати. Было что интересного может, на твоей чудной работе? — Лотти продолжала улыбаться, сверкая глазами на мужчину рядом.

— О, а вот и эль, — выпрямилась Роза. — Как раз вовремя. М, принесите ещё нам что-то для закуски… Может крабов? — повернула голову к друзьям.

— Не откажусь, — коротко ответила Лотти, выпрямив спину.

Желтоглазый крепкий мужчина, что сидел с ними за столом, тихо наблюдал за беседой двух девушек и Кемана, лениво пожевывая кусок вяленой оленины. Доран, а именно так звали мужчину, не был настроен на разговор, но ему явно нравилось слушать товарищей, ведь иначе он уже отправился бы спать. Рядом с Дораном сидела Кельвия, чьё милое белоснежное личико было усеяно россыпью веснушек, словно звёздное небо. Девушка уже слегка захмелела от эля и смотрела на друзей безразличным взором небесно-голубых глаз, вяло попивая остатки напитка из кружки и иногда убирая прядь соломенных волос с лица.

— Крабы. Хм… Это как минимум интересно и занятно, особенно под эль, — Кеман сделал пару небольших глотков из кружки, слегка поморщившись. Обычно он не выпивал, но сейчас они собрались все вместе, он выполнил неплохой контракт на охоту, да ещё и Розария угощает. Тут грех отказаться, а он и не отказывается. — Да, Лотти, ты там что про мою работу спрашивала? Я же вроде уже рассказывал, чем занимаюсь, — Мужчина, видимо, немного не понял смысла вопроса из-за хмеля, что уже ударил в голову.

— Я помню. Охотишься на тварей всяких. — Из кухни принесли большой поднос с крабами и поставили в центре стола. Девушка потянулась за одним и принялась его разбирать дабы добраться до сочного мяса. — Ну а всё-таки… Была же хоть какая-то интересная история. На тебе вон сколько шрамов… — Шарлотта на этих словах застыла и, несколько смутившись, улыбнулась, чуть опустив глаза.

— Ааа… Интересная история?.. Их много. Правда я помню всего несколько лет из своей жизни, возможно историй было бы больше. Тебе с чего начать? — Кеман знал, что на его лице всего два шрама. Но да, Лотти лично видела остальные. От этой мысли он слегка улыбнулся, особенно видя смущение в глазах девушки.

— Ой, давай… эмм… — Лотти жевала добытое мясо. Старалась не поднимать своего взгляда на мужчину. В её голове вдруг всплыло воспоминание о вечере, проведенном с ним. От чего, щеки мага вспыхнули ещё сильнее. Она вздохнула и покрутила в руке клешню. — Давай с того, что помнишь, прямо сначала. Может в процессе рассказа, ещё что-то вспомнится из далёкого прошлого...

Розария, видя смущение своей подруги, только улыбнулась. Сама же облокотилась на стол,
принимаясь слушать истории.

— Интересно послушать, — промолвила она, переведя взгляд с Шарлотты на Кемана.
— Стало быть сначала, — мужчина вздохнул и закурил трубку, выпустив колечко сизого дыма вверх. — Ну что-ж...

Кеман погрузился в воспоминания.



Глава 1: Тело на берегу

Бес побери, как же все тело болит. Не ноет, не стонет, а именно боль больше похожа была на крик, полный злобы и отчаяния. Очень трудно пошевелиться, да и от слабости не очень хочется. В голове пусто, словно дырявой бочке. Кто я?.. Где я?.. Ну на первый вопрос мой разум услужливо подсказал слово. «Кеман». Стало быть, это моё имя. Уже что-то. Да и овощем, который не может вспомнить ни слова, я тоже не стал. Я знаю, что такое тело, имя, руки… На теле моём доспех. Но мозг выдавал мне только подобные понятия, начисто игнорируя мои мольбы раскрыть мне моё прошлое. Накативший сперва приступ паники я, кое-как смог побороть. Мне нужно было думать и желательно спокойно. Я пытался ощутить стук сердца и смог поймать его ритм. Бившееся сперва, словно мышь, пойманная в банку, оно стало успокаиваться, а с ним и я. Я лежал, это точно, под спиной ощущалась мягкая, слегка неровная почва. И тут ко мне пришло понимание, что я в полной тишине, а вокруг меня непроглядная темнота, или… Глаза, да. Я попробовал открыть их. Мне с трудом, но удалось это сделать, после чего я увидел размытые большие звёзды надо мной.

Звёзды слегка плыли перед глазами, а в голове возникали созвездия и их названия. Откуда я их знаю? Но странно то, что небосвод над моей головой не имел на своём тёмном куполе ни одного сочетания звёзд, что картинками появлялись в моих мыслях. Или я их просто не помнил? Зараза, как же все расплывается перед глазами. Я попытался сосредоточиться и сфокусировать взгляд, и внезапно осознал, что небо скрыто тёмными тучами, а то, что я принял за сияющие звёзды, это глаза. И вместе с осознанием этого, ко мне постепенно стал возвращаться слух и я начал различать звуки. На меня смотрели эльфы, о чем-то говоря между собой. Ни слова не понятно, но речь была очень красивой, мелодичной и переливчатой. Я пытался вымолвить хоть слово, но вместо этого издал что-то, похожее на смесь писка и хрипа. Я не мог пошевелиться, даже повернуть голову нормально. Всё, что я мог видеть, это небо, кроны деревьев и лица тех, кто стоял ко мне ближе всего.

Один из эльфов, закончил разговор с другими, словно подведя итог, после чего склонился надо мной, расстегивая ремни на моём доспехе. Расстегнув их, он стал снимать нагрудник. И в этот момент я понял, что боль, которую я чувствовал, просто лёжа, когда очнулся, на земле, ничто, по сравнению с той, что пришла сейчас. Я стиснул зубы, издавая нечто, напоминающее рычание, с ужасом глядя, как за снятой частью нагрудника, что калдорай держал в руках, тянется какая-то гадкая и вязкая то ли слизь, то ли… Но я не смог закончить эту мысль. Боль вновь накрыла меня с головой, и я провалился в темноту небытия, потеряв сознание.

Очнулся я, чувствуя, как моей груди касается что-то прохладное и вязкое. Я хотел было отдёрнуться, но ослабшее и явно израненное тело не дало мне этого сделать. Я открыл глаза и понял, что лежу на кровати в окружении резных деревянных стен. Рядом сидела девушка, стройная и грациозная, одетая в тёмное платье с вышивкой в виде листьев. В одной руке она держала мисочку с какой-то мазью, а другой рукой осторожно наносила её на тело. Там где мазь касалась кожи, боль унималась.

— Ч… Что… Случилось? — Выдавил я из себя слова. Глаза девушки сперва округлились, может от неожиданности, а может от того, что мой голос напоминал сипение раненого зверя. Эльфийка вздохнула, сказав что-то на своем витиеватом языке, наверно выругалась. После чего продолжила наносить мазь.

— Ты ранен, — с лёгким акцентом сказала она, не отрываясь от своего дела. — Тебя решили исцелить за твою помощь.

— Нэ… На… Кхе, кхе! — От хрипоты в голосе я закашлялся, и девушка, отставив мазь в сторону, поднесла к моим губам плошку с водой, которую взяла с тумбы, помогая сделать пару глотков. После этого стало чуть легче, ощущение комка, раздирающего горло, пропало, и я, хоть и слабость давала о себе знать, смог хотя бы внятно говорить. — Наверное это… Хорошо… А что за помощь?

Калдорай странно посмотрела на меня, словно удивляясь моему вопросу. Она поставила плошку с водой и миску с мазью на столик, наводя небольшой порядок.

— Не помнишь? А имя хоть можешь вспомнить? — Спросила эльфийка, сев рядом с моей кроватью и глядя прямо на меня своими пронзительными сияющими глазами, в её мимике угадывалось лёгкое любопытство к странному человеку, что раненым лежал перед ней. Вокруг глаз у девушки был красивый узор, клиньями уходящий над бровями и по щекам. Её черты лица были нежными и утонченными, пряди жемчужных волос спадали на плечи, и я невольно застыл, не сводя с неё взгляда. Меня завораживали её глаза, её непривычная красота, ну а что я могу поделать, если девушка и правда выглядела чудесно.

— Кеман. Вроде… — Неуверенно ответил я, когда лёгкое секундное оцепенение спало с меня. Как же я, наверное, нелепо выглядел.

— Ну хорошо. Это хоть что-то, ты именно этим именем и представился, когда пришел в Лор'Данел, — удовлетворённо кивнула эльфийка. — Моё имя Дентария. Скажи, Кеман. Ты можешь вспомнить, откуда ты к нам прибыл? Может близких, родных, их лица или имена?

Я принялся искать в памяти хоть что-то, погружаясь в самые глубины этого тёмного лабиринта, но тщетно, не мог вспомнить никого, не то что из родных, даже знакомых. Правда, в моей голове всплывали названия необычных трав, порошков и различных флаконов. Всплывали страшные лики зверей и чудовищ, некоторые были живыми, некоторые были похожи на зарисовки в дневнике. Но откуда я их знал? Где я их видел? И зачем я это знал? На это я не мог найти ответа, копаясь в своём разуме, словно нищий, уронивший серебряную монету в помои и жаждущий её достать.

— Видимо нет, — сказала Дентария, видя моё выражение лица. Я вздохнул и подтвердил её догадку, сказав, что не могу вспомнить никого. Девушка встала, поправив ладонями платье, после чего сказала. — Тебе нужно отдохнуть, тогда лечение поможет тебе быстрее. Сейчас я смешаю тебе травы, чтобы ты мог спокойно заснуть. Ты прибыл к нам, чтобы помочь с напастью. После того, как Аубердин был разрушен Катаклизмом, а земля в Тёмных берегах пошла трещинами, нам нужна была помощь того, кто смог бы эффективно содействовать нам в борьбе с разбушевавшимися элементалями. На наш зов явился ты и ещё пара человек. Вы взяли на себя разные задания и двое других погибли, не справившись, — эльфийка печально вздохнула, подходя к стеллажу со множеством полок. — А ты смог не только выжить, но и разделаться с порождениями стихий, как и было условлено. Меня ещё поразила твоя интересная особенность…

Эльфийка достала с полки пучки трав, смешивая их в миске. А в моей голове назойливыми мухами крутились названия тех, что она взяла, и их пропорции для напитка, который девушка принялась готовить, словно я готовил когда-то его сам, и заучивал всё это настолько, что даже из памяти такие знания вымести невозможно. Также я ясно представлял себе самые различные виды элементалей, но совершенно не мог вспомнить, как сражался с ними. Это оставляло для меня гораздо больше вопросов, нежели ответов, но я обязательно постараюсь найти на них ответ, пообещал я себе.

— Какую особенность? -спросил я девушку, явно надеясь найти какую-нибудь зацепку для своей памяти.

— Ты был слишком сдержан, — ответила калдорай, заваривая травы. — Это было несколько удивительно. Ты не высказывал эмоций ни мимикой, ни словом. Говорил коротко, лишь по делу. Узнал о противнике и о награде. И ничего лишнего, словно ты уже делал так добрую сотню раз. Но мы обсудим всё это завтра, как раз тебе станет немного легче, и боль немного уйдёт.

Когда Дентария закончила с приготовлением настоя, то помогла мне сделать пару глотков, поднеся напиток к губам и слегка приподняв мне голову. Так и не вспомнивший, кто я и откуда, я погрузился с головой в тёплый обволакивающий сон....


***

Кеман, прервав рассказ, сделал ещё пару глотков своего эля с водкой, после чего потянулся за крабом, разделывая его ногу и отправляя в рот куски ароматного парящего мяса.

— Ого. — удивилась Шарлотта, позабыв даже про краба в руках. — А я всё думала, откуда ж у тебя на груди такой… — маг резко замолчала, опять опустив глаза. Принялась быстро отщипывать кусочки мяса и поедать, дабы просто закрыть себе рот.

Роза, снова обратив внимание на подругу, громко рассмеялась.

— Никогда не видела тебя, насто-о-о-лько смущённой, Шарлотта. Да ты ли это? — Розария выпрямилась, сверля светящимися глазами подругу.

— Замолчи. — только и смогла тихо ответить Лот, зыркнув на подругу из-под лба. Получилось немного резко и грубо, но это было так не похоже, на ту Шарлотту, которую знали чета Винсентов. Хозяйка таверны искренне удивлялась поведению и реакции подруги. Но в душе радовалась.

— Мда-а-а. — протянула Розария. — Потрепало тебя тогда. Это счастье, что ты вспомнил своё имя. И меня удивляет то, что ты помнил всё чему научился. Наш разум, порой, преподносит нам странные сюрпризы. — Роза снова облокотилась на стол, пристально наблюдая за Кеманом.

— Меня и самого это удивляет, но оно и к лучшему, наверное. — Сказал Кем Розарии, но улыбнувшись Шарлотте. Лотти, подняв глаза, увидела что мужчина улыбался ей. Опять смутилась и чуть вспылив только и выдала:

— Что? В чём дело? — глаза её чуть округлились, от чего девушка стала ещё милее и забавнее. — Что вы на меня так смотрите?

— Да нет, ничего такого. — ответила Роза, переводя взгляд снова на подругу. — Просто уже и не помню, когда в последний раз видела тебя в таком смятении. — Роза снова улыбнулась и повернулась к Кеману. — А дальше то, что было? Ты хоть что-то ещё вспомнил, когда валялся у эльфов? Думаю, пролежал ты там достаточно, с такими-то ранениями.

— Нет, ни капли из прошлого, хотя, — сказал мужчина. — Когда я проснулся...


Глава 2: Лор'Данел

Следующий день наступил совершенно незаметно, словно я закрыл глаза, а когда открыл, было уже светло. Я проснулся под пение птиц и лёгкий, пахнущий морем, бриз. Дентария уже была здесь, и было не понятно, провела она ночь в моей комнате или недавно пришла. Боль не покинула тело, но стала легче, и более терпимой. Дышать также стало более свободней. На груди под слоем мази и повязки, я чувствовал, как постепенно стягивается кожа. Хотя я и не помнил, что бы мне накладывали эту самую повязку. Видимо Дентария, позаботилась об этом, когда я уснул, дабы не усугублять своё состояние во время сна. Эльфийка заметила, что я открыл глаза и смотрю на нее.

— Ишну-ала, — сказала девушка, взяв ту самую мисочку с мазью и ножницы, подходя ко мне.

— А? Что это значит? – спросил я с любопытством. Мне очень нравился эльфийский язык, особенно его звучание.

Дентария улыбнулась и села рядом с моей кроватью. Разрезав ножницами повязку, чтобы не тревожить меня, она снова принялась наносить мазь на раны.

— Это переводится, как пожелание блага. Ну или просто приветствие, — мягко ответила девушка, и звонко рассмеялась с моей попытки повторить приветствие. – Не так. Нужно немного мягче.

Я повторил мягче, вызвав милую улыбку на милом лице калдорай. Она нанесла мазь и объяснила мне ещё несколько общих фраз, таких, как прощание, интерес к чему-то, ответы на простые вопросы, вроде «да», «нет», «не знаю», «не понимаю». Такой импровизированный урок, мне, честно говоря, понравился. Она хорошо объясняла, когда у меня не получалось произнести то или иное слово. Говорила спокойно и с терпением, за что я был ей благодарен, поскольку я даже не знал, был знаком мне этот язык ранние или нет. Мы говорили буквально ни о чем, ведь я не мог рассказать о себе. От самой эльфийки я узнал, что моим заданием было отправиться на юг Тёмных Берегов и разобраться с элементалями огня. Как она рассказала, я справился с заданием, но меня нашли на поляне в километре от того места, где бушевало ожившее пламя. У меня обожжена грудь, плечо и бедро. А ещё я получил удар по затылку, разбив его. Вздохнув, девушка добавила, что я чудом остался в живых, после чего помогла мне попить и съесть незатейливый обед. Еда оказалась вкусной, если я и ел что-то из этого раньше, то познавать вкусы заново, как-то было интересно. В какой-то степени, я чувствовал себя ребёнком, которого учат говорить и показывают что-то новое. Хоть боль ещё и полностью меня не покинула, я с удовольствием съел всё что предложила мне Дентария. Я чётко понимал то, что мне необходимо восстанавливать свои силы, да и раны будут заживать лучше. Когда я понял, эльфийка убрала посуду и помогла немного приподняться. Я, скривившись, всё же сумел сесть на постели. Девушка убрала остатки повязки и наложила новую. Поправив мои подушки, она помогла снова мне лечь, и мы продолжили с ней свой разговор ни о чём.

Так прошла пара недель. День за днём мы разговаривали, я спрашивал о моих ранах, о языке, о ней. От некоторых вопросов эльфийка уходила, но на большинство отвечала, особенно на вопросы о языке. Ей, видимо, было интересно обучать человека, а мой опустошенный потерей воспоминаний мозг жаждал заполниться информацией. В наших беседах мы смогли выяснить, что у меня сохранились заученные когда-то знания о травах и алхимии, а также внушительный бестиарий с мельчайшими подробностями. В итоге наше обучение стало взаимным, ведь я, как оказалось, знал такие реагенты и эликсиры, о которых Дентария лишь мельком читала в книгах, а то и вовсе не слышала. Я рассказывал ей, описывая вид и свойства в мельчайших подробностях. Также я вспомнил сами рецепты этих эликсиров и рассказывал эльфийка, после чего, она, как я заметил, записывала их. А лечение тем временем давало плоды, и вскоре я уже мог сидеть без чей-либо помощи и боли, а позже и ходить.

Я очень переживал, что буду обузой. Потому, когда лечение ещё не было окончено, но я мог уже более-менее хорошо двигаться, я сказал моей целительнице, что не могу сидеть без дела. Дентария подумала и для начала попросила помочь ей с уборкой, аргументируя это тем, что для какой-то более тяжёлой помощи я пока слишком слаб.

— Я наведу порядок в комнате, а ты можешь закрепить сохранившиеся воспоминания и навыки, наведя порядок в шкафу с реагентами, хорошо? – спросила эльфийка, улыбнувшись своей очаровательной улыбкой. И я само собой согласился, ибо безумно жаждал хоть какой-то деятельности. С уборкой мы справились довольно быстро. Я перебрал все травы и порошки, идеально разложив их по свойствам, но так, чтобы рядом не находились те, смешение которых может привести к плохим результатам. Оценив мою работу, девушка была крайне довольна, после чего предложила мне небольшую прогулку, на которую я с радостью согласился. Задание хоть и не было особо тяжёлым для меня, но всё пришлось потрудиться и вспомнить. Голова после такой зарядки немного гудела, так что предложению о прогулке я очень был рад.

Когда мы вышли на улицу, я был восхищён тем, что видел. Красивая эльфийская деревушка Лор'Данел встретила меня своим таинственным и простым великолепием. Дома из резного дерева, имевшие тёмные стены и синеватые крыши, украшенные золотистыми узорами. В кустах и листве деревьев сновали светлячки, озаряя кроны мягким и сказочным светом. Вокруг царило спокойствие, но Дентария рассказала, что так не везде. Большая часть Тёмных Берегов была изранена Катаклизмом и там сейчас крайне опасно и неспокойно. Мы продолжали беседу, в которой эльфийка старалась вплетать во всеобщий язык свой, витиеватый и красивый эльфийский, чтобы я мог понимать, как строятся более сложные фразы. За эти недели я уже мог более-менее понимать о чём разговаривали жители этой деревни, во всяком случае улавливал те простые слова, которым меня научила Дентария. По-своему старался общаться с другими эльфами. Были и казусные моменты, когда я неправильно произнося какое-то слово, вызывал волну смеха. Но вызванный мной смех не был злым, скорее им было забавно наблюдать за моими стараниями. Хотя, были и такие, кто не особо был рад моему пребыванию в их деревне.

Проходил день за днём. Моё тело всё лучше восстанавливалось, и я мог помогать жителям Лор'Данела в тяжёлой работе. На данном этапе лечения, такую работу я воспринимал как тренировку. Пока я лежал силы мои немного поубавились и теперь их надо было восстанавливать. Со временем Дентария принесла мне мой обожжённый доспех и меч. Когда у меня было время, я тренировался с мечом. С одной стороны, это было довольно легко, тело словно помнило движения, неожиданные, резкие и плавные, противоречащие друг другу, хаотичные, но явно идеально отточенные. А с другой – состояние тела таки порой подводило ещё. Кожа на ранах ещё тянула и немного зудела. Движения, которые я хотел сделать и помнил, как их делать, сбивались, от чего я терял ритм. Эльфийка иногда наблюдала за подобными тренировками, подмечая, что мой стиль крайне необычен и интересен, и она ещё не видела подобных движений.

Так пролетели ещё несколько недель, в работе, лечении и тренировках. Движения, что раньше не получались, стали чётче и легче. Меч снова стал скользить с той же простотой и лёгкостью, что и раньше. Я был полезен, и эльфы, кроме Дентарии, которые сперва относились ко мне с лёгким пренебрежением, вскоре стали заводить со мной беседы, словно привыкнув, что с ними живёт человек. Слово, за словом, разговор, за разговором, я находил интересные темы для разговора, всегда старался слушать собеседников, ведь во мне бурлил буквально детский интерес. И многим этот интерес нравился, они стали видеть во мне неплохого помощника и прекрасного собеседника.

А в один день случилась беда...


***

Во время рассказа Кенама, в таверну вдруг зашли два человека. Один был худощав, со светлыми, короткими волосами, что были потрёпаны, а торжественный наряд, что надет на мужчине, был мятым, как и сам хозяин одежды. Рядом с ним, а вернее поддерживал первого, дабы тот не упал, был, по всей видимости, приятелем. Этот человек был также худ, но высок. Длинные каштановые волосы были спрятаны под тёмно-зеленой треуголкой, которая, так же скрывала часть лица. Эта пара довольно быстро прошла к одному из только что освободившемуся столику.

Кеман, прервав свой рассказ, проводил взглядом пару, быстро оценивая их в голове, после чего залпом осушил кружку. Кружка же не долго пустовала, ибо мужчина наполнил её, но на этот раз просто элем. А тем временем Кельвия немного задремала пока слушала рассказ Кемана, но резкий шум от двух вошедших людей разбудил её. Она резко подняла голову со стола, держа кружку эля в руке и провела взглядом мужчин. На щеке остался небольшой красный след, который она потерла рукой, после чего перевела взгляд на Кемана и всё ещё немного сонным и подвыпитым голосом произнесла:

— Продолжим рассказ, — после чего снова положила голову на стол, но пыталась держать глаза открытыми.

— А под мою историю неплохо спится, да? — Усмехнулся Кем, глядя на помятую обладательницу веснушек.

— Слишком интересно, это как истории, которые рассказывает мама по вечерам… — ответила Кель холодным, но сонным голосом, уставившись на парочку, только недавно севшую за освободившийся столик. Доран же, был погружён в свои мысли, но тем не менее внимательно слушал историю Кемана.

— Не думаю, что мама, своим детишкам, именно такие истории рассказывает на ночь. — Успокоившись за время рассказа мужчины, Лотти, посмотрела на девушку и приподняла бровь. За время вечера она уже потрошила второго краба и попивала эль. Правда уже не решалась больше подливать его, так как чувствовала, что скоро придёт к той же грани, что и Кель. Боялась упасть лицом на стол и вообще, упасть лицом перед друзьями. Она внимательно слушала Кемана, ловя каждое его слово. И с каждым разом, ей самой казалось, что она всё больше и больше увлекается им.

Роза сидела напротив и усмехалась, когда оглядывала своих друзей. Будучи в странствиях со своим мужем, она понимала, что ей так давно не хватало таких вот посиделок. Именно в этот момент, хотя мужа пока рядом не было, она чувствовала, что находится в семье. Шум в таверне, голоса друзей. Всё в этот момент приносило ей радость и тепло на сердце. Она старалась сейчас меньше говорить, чтобы не спугнуть это хрупкое состояние.

Огонь потрескивал в камине. Голоса кругом становились всё громче. Кто-то хохотал, кто-то даже плакал, вспоминая грустные истории. Охрана заметно скучала у двери, так как все вели себя более-менее прилично. И в целом, в таверне витала добродушная атмосфера и четверо друзей, вместе с хозяйкой таверны, продолжали свой разговор.

— Ну что-ж, тогда продолжу. Беда пришла одним вечером… — Продолжил повествование Кем.


Глава 3: По следу

В тот вечер было прохладно. Я сидел за столом и делал записи в дневнике, который начал вести. Свет лампы был мягким и успокаивающим, раны уже стали шрамами, но головные боли всё ещё не отпускали меня. Я старался зарисовывать и записывать те знания, что у меня сохранились: знания о травах и различных тварях. Выходило достаточно неплохо. Я мог передать довольно точный вид своим зарисовкам и описаниям к ним. В этом моя память меня не подводила. В тот момент, когда я заканчивал зарисовывать кадгаров ус, в комнату вошла Дентария. Её глаза блестели крупицами слез, что скатывались по её узорам, оставляя влажные полосы на щеках. Она, скорее всего, думала, что я занимаюсь тренировкой, которую я в этот день решил пропустить, и не ожидала меня увидеть. Эльфийка удивлённо уставилась на меня и тут же отвернулась, пряча слезы, а я встал, подходя с ней.

— Что случилось? – Спросил я девушку, используя для этого дарнасский язык. – Кто тебя обидел, Дентария?

Калдорай утерла слезы со щёк, однако скоро они вновь стали влажными от слёз. Она повернулась, вздохнув пытаясь успокоиться.

— Не обидели. Сальман пропал, и я не нахожу себе места. – Слегка всхлипнув, сказала эльфийка.

— А Сальман это...? – Я задавал вопрос осторожно, потому что не знал, о ком идёт речь. Девушка подняла на меня взор сияющих глаз и тяжко вздохнула, снова утирая слёзы.

— Это гиппогриф. Я вырастила его совсем маленького, он был для меня верным другом, родным для меня существом. А сегодня он словно озверел, разломал своё гнездо, разметал обломки по округу, бился и кричал. А после улетел, и я… Я даже не знаю, как это случилось, как найти его и чем помочь… И не могу понять, из-за чего так сильно изменилось его поведение.

Уже не сдерживаясь, Дентария уткнулась в моё плечо и расплакалась. Я приобнял девушку, которая сперва была для меня симпатична, но после столько проведённого вместе времени вызывала во мне чувства, похожие на братские. И я чувствовал, что был просто обязан помочь ей. В моей голове кружились мысли, подобно стае всполошенных птиц. Что я знаю о гиппогрифах? Сколько бы я не перебирал своих воспоминаний об этих существах, я не вспомнил упоминаний о подобном поведении. Гиппогрифы – это хищники, да… Но существа эти гордые, величественные и умные. А в случае эльфийки, такое существо ещё и верное. Отчего же такая перемена поведение?

— Если мы не попробуем найти его, то и не найдём. – Сказал я, после чего встал и подошёл к столу, заваривая травяной чай для эльфийки. Та, печально и отрывисто вздыхая, кивнула, вновь пытаясь утереть не останавливающиеся слезы. – Сейчас попьешь чай, слегка успокоишься, и мы пойдем искать твоего друга, хорошо?

— Хорошо… Только зайдём, посмотрим для тебя какой-нибудь плотный жилет и сапоги. Чтобы… ну… Мало ли, что может случиться. – Девушка приняла из моих рук горячий ароматный чай, делая небольшой глоток. Когда её чашка опустела, мы покинули дом, выходя в прохладу вечера и направились к местному кожевнику.

Жилет, который для меня подобрали, оказался очень удобным. Тёмно-бордовый, с прочными ремнями, позволяющими пристегнуть ножны за спину. Сапоги с плотным голенищем, но не стесняющие движения также сели на ногу идеально. Робота мастера была просто превосходна, что очень восхищало меня. Вещи были, как будто под меня специально сделаны. А ещё, Дентария подарила мне прочный, тёплый, но лёгкий плащ с капюшоном. После того, как я закончил затягивать ремешки сапог и жилета, мы, взяв с собой фонари отправились к месту, где гиппогрифа видели в последний раз.

Место выглядело ужасно, словно здесь прошёлся ураган. Повсюду лежали разбитые доски, которые покрывали глубокие следы от когтей. По округе были разбросаны потерянные зверем перья, отливающие лазурью, в некоторых местах были кровавые пятна. Видимо, бедное животное, беснуясь, поранилось, орошая алой влагой доски, землю и стволы ближайших деревьев. Я стал внимательнее осматривать гнездовье, и нашел мягкую круглую выемку, покрытую соломой, веточками и пухом.

— Это ведь для яиц, разве нет? – спросил я у эльфийки, указав на находку. Когда девушка увидела это, то слезы вновь заблестели в её глазах.

— Тут были яйца, и они пропали, вокруг нет ни скорлупок, ничего. Я даже не заметила этого, – расплакалась калдорай, но быстро успокоилась, а слёзы сменились злостью. – Кто-то украл их под шум, но кто это мог быть?

Не ответив, я стал осматривать землю вокруг, освещая её фонарём и небезуспешно. После нескольких минут поисков, среди обломков и борозд, оставленных гиппогрифом, я нашел странный отпечаток копыта. Он не принадлежал ни гиппогрифу, ни оленям, что водились в лесах. Поискав подольше, я нашел ещё следы, и такие же, и иные, тоже от копыт, но меньше. Я изучил их, сопоставляя с своими знаниями, и вскоре пришел к выводу.

— Сатир. – Я встал, повернувшись к эльфийке. На её лице возникло недоумение и ненависть.

— Ч… что?! – запылала гневом девушка, сжимая руки в кулачки.

— Это был сатир. Судя по следам, он был не один. С ним были бесы. Или грелли. Они не слишком отличаются, но учитывая, что это сатир, то я склоняюсь к греллям. Судя по следам, они забрали яйца гиппогрифа, но… яйца не были причиной бешенства зверя. Здесь что-то другое. Когда мы найдем сатира, узнаем, что случилось с яйцами и твоим другом.
— Да я разорву эту грязную тварь на части! Ты сможешь его найти? – Проговорила сквозь зубы озлобленная Дентария.

— Я постараюсь, — ответил я и снова принялся изучать следы, чтобы понять направление.
Судя по следам, сатир с компанией торопился. Об этом говорило расстояние между следами и их смазанность, показывающая, что он бежал. Но мы с девушкой упорно шли по пятам, не сбиваясь, выслеживая их. Благо, фонари нам в этом помогали. Эльфийка приободрились, глядя на то, как я уверенно следую зацепкам.

— Ты похож на лиса… чем-то… — сказала Дентария, на что я лишь слегка улыбнулся, продолжая двигаться вперёд. Следы вывели нас к скалам и внезапно закончились, однако я смог заприметить тропинку по уступам и камням, скрывающуюся за водопадом.

— Думаю, нам туда, — указал я наверх. – Держись немного позади, мало ли что.

Дентария кивнула, но все же достала из ножен длинный и изящный кинжал, готовая постоять за себя, если придётся. Мы поднялись по тропе и обнаружили за водопадом пещеру, тускло освещенную кристаллами. Тихо двигаясь, мы вошли в нее и с лёгким шелестом мой клинок покинул ножны.

Первым на нашем пути встретился грелль, что-то ковырявший в своде пещеры. Он умер быстро, не успев даже понять, что произошло. Резкий и короткий взмах клинка заставил голову создания покинуть тело, и мы двинулись дальше. Но к нашему несчастью нас заметил второй и, громко что-то вереща, убежал в глубь пещеры, скрывшись за поворотом. Значит тихо не выйдет, промелькнула в моей голове мысль, и я ухватил клинок покрепче, уверенно шагнув туда, куда ускакал грелль. Там нас уже ждали. Мелкие вопящие существа кинулись на нас, но я, закружились в смертоносном вихре, задевал тварей мечом, иные же, кого не коснулся мой клинок, прорывались к Дентарии, порываясь порвать на клочки её платье и её саму. Но эльфийка успешно отбивалась от демонов, ловко вонзая кинжал в их тела. Но всё же, эти мелкие твари, оставили на нас свои следы. Один из них, прошёлся по моему лицу когтями, оставив два неглубоких следа, у эльфийки всё-таки был немного изодрах рукав и край платья. А в целом, девушка особо не пострадала. Её навыки владения оружием, возможно и не были на высоте, но далеко не уступали тем воительницам, что были в деревне. Вскоре мы остались одни в тишине, которую нарушало лишь наше дыхание, капавшая вода и тихий жалобный писк. Писк? Мы с девушкой переглянулись, и, поняв друг друга без слов, двинулись на звук. Это пищали детёныши гиппогрифа, которые, видимо, успели вылупиться.

Стоило нам сунуться за очередной поворот, как я резко отшатнулся назад, прикрывая рукой Дентарию, а в полуметре от меня в стену, где я стоял секунду назад, врезался темный сгусток энергии, оставивший на стене выбоину. Мелкая крошка камней полетела в нас, отчего я прикрыл рукой глаза, а Дентария чуть пригнулась.

— Думаете, что сможете мне помешать? – Раздался резкий неприятный, блеющий голос, и в стену ударила ещё одна стрела тьмы. – Не выйдет! Я похороню вас в пещерах, а пока вас хватятся, меня уже тут не будет.

Мы присели за камнями, скрываясь от взора сатира. Я с усердием пытался вспомнить… Думай, голова, думай… Что я помню о сатирах? Чёрт, надо было думать об этом раньше… Сатиры, эти искажённые пародии на ночных эльфов, убивают ради удовольствия. Они не думают ни о чём, кроме как о страданиях их жертв. Сатиры всегда настроены агрессивно. С теми, кто посягает на их территорию, сатиры играют в кошки-мышки, развлекаясь с нарушителями до кульминационного момента, когда кошка, наконец, вонзает свои когти. Но здесь подобное ему будет сложно провернуть, он оказался в тупике, и мы загнали его в угол. Но и он загнал нас, ведь если мы отступим, то эта тварь уйдет…


***

Доран, словно вышедший из подобия транса, повернулся к рассказчику.

— Извини, что перебиваю, но не мог бы ты дать свой дневник? Хочется еще раз взглянуть на тех существ, что ты повидал. — Спросил парниша.

— А? — Прервал Кем рассказ. — Да не вопрос, держи. — Мужчина вытащил из сумки толстый дневник, оббитый зеленоватого цвета кожей с узором в виде листьев на обложке. Сам же Кеман сделал несколько глотков, чтобы увлажнить горло. Доран же, взяв дневник, начал его листать, внимательно изучая страницы и тихонько попивая эль.

— Быть может и меня ждут такие существа или даже что-то крупнее… — задумчиво сказал он.

— Все возможно, — ответил Кеман, отправляя в рот кусок остывшего крабового мяса и запивая элем. — Так на чем я остановился?

— На том, что вы загнали этого мерзкого сатира в тупик. — Ответила Роза.

— Да. И что же дальше то было? — спохватилась Лотти. — Хотя… Коль ты тут сидишь, то видимо эта тварь подохла. — Лот отправила в рот очередной кусочек мяса краба. Она в этот момент наслаждалась, что мясом, что рассказом. Больше всего на свете она любила послушать чьи-то интересные байки и дары моря. Особенно крабов. Шарлотта была благодарна Розе за столь любимое угощение. — А что же тогда с тем гиппоргифом и малышами?

— Ну проще будет по порядку. Мы стояли в пещере, думая, как нам быть… — Продолжил рассказ Кеман.


Глава 4: Черный Лис

— У меня есть мысль… — Прошептал я Дентарии. – Правда это будет рискованно. Сможешь занять этого ублюдка на минутку?

Эльфийка кивнула. Я быстро сунулся вперёд, после чего увернулся, от ожидаемо пролетевшего в мою сторону сгустка тьмы, запущенного гадким сатиром. Это дало ему понять, что мы никуда не собираемся уходить, и это выигрывало нам немного времени, которое нужно для моего безумного плана. Дентария принялась яростно ругать сатира на дарнасском, пока я бесшумно двинулся назад по коридору. Мы, конечно, могли бы вернутся в деревню за подмогой, или по крайней мере, я мог бы отправить эльфийку одну, но было рискованно, да и слишком долго идти за подмогой. Поэтому, я отбросил эту идею, тем более у меня есть тот, кто мне поможет. В темноте коридора я нашел один из трупов греллей, тот, что был меньше всех изуродован битвой. Это был один из тех, что напали на эльфийку и были убиты ее кинжалом. Я схватил труп с собой, благо из-за размера весил он относительно немного, и понес его назад, к калдорай и сатиру. Девушка удивлённо посмотрела на меня, не понимая, что происходит. Я подошёл ближе к девушке, по пути пригибаясь, чтобы не поймать очередной заряд от сатира.

— Ты сможешь метнуть свой кинжал, когда я попрошу? – Тихо спросил я. Дентария ответила, что попытается, хотя у нее может и не получиться. – Ничего. Главное сам факт неожиданности.

Я отстегнул плащ и, накинув его на свой меч, плавно выставил вперед. В плащ спустя секунду прилетела стрела тьмы, и в этот же момент я выглянул за угол, глядя туда, откуда прилетали эти заклинания. Тропа в пещере шла вниз, полукругом, а внизу был грот, в котором стояли клетки с маленькими гиппогрифами, валялся всякий хлам и стоял сатир. Его искаженное гримасой лицо смотрело прямо на меня. Он был примерно в метрах двадцати пяти — тридцати, на сколько я мог судить и был загнан в угол. Также, сатир совершил большую ошибку, ведь снова принялся плести стрелу тьмы, которая так и не нашла цель. А ошибка сатира была в том, что он не двигался по этому гроту. Совсем. Он стоял на одном месте и не делал ни шага в сторону. Это дало мне шанс, и я улыбнулся ему.

— Так, сейчас не пугайся того, что я сделаю. Когда я скажу «Давай!», ты должна будешь высунуться и бросить свой кинжал туда, откуда прилетают стрелы тьмы. Не глядя, главное сам факт броска в сторону цели. – Я вздохнул, после чего на секунду выглянул, спровоцировав сатира выпустить ещё одно заклинание, после чего набрал в лёгкие побольше воздуха и издал громкий протяжный вопль, который эхом отражался от стенок грота и тоннелей.

Я резким скачком выпрыгнул вперёд и, хорошенько размахнувшись, запустил труп грелля прямо в сатира, не останавливая бега вперёд. Сатир, который хотел было взять меня целью, от неожиданности прервал своё заклинание, отскакивая в сторону от летевшего в него трупа.

— Давай! Правее! – Крикнул я эльфийке, после чего возобновил свой вопль, дезориентируя тем самым врага. Дентария выскочила из-за угла, ей хватило секунды, чтобы понять, где ее цель, и метнуть кинжал. Оружие полетело просто замечательно, прямо в сатира, который готовил ещё одно заклинание. Мой план шел прекрасно, сатир заметил кинжал, и вновь увернулся, прервав заклинание. Нас разделяло совсем немного.

— Он в центре зала, залейте его стрелами! – Совершенно уверено крикнул я. Сатир совсем растерялся и сделал рывок к своду, по которому шла тропинка. В этот момент я резко развернулся, прыгнул, сокращая оставшееся, между нами, расстояние и вонзил клинок в плечо сатира. Тот заблеял и началась битва. Мой клинок сражался против его острых и прочных когтей. Сатир ловко уворачивался и уходил от моих ударов, тут же контратакуя когтями. Но всё же, спустя нескольких секунд боя он обзавелся несколькими порезами, а я получил три раны на плече от его когтей. В этот момент Дентария сделала потрясающую вещь, что спасла меня, от очередного удара его когтей. Она прочитала заклинание на эльфийской языке и с ее ладошки сорвался яркий сгусток Света, ударивший прямо в морду сатира, отвлеченного битвой со мной. Рогатый взревел, ослеплённый и обожжённый заклинанием, и я, недолго думая, рубанул его под колени, разрубив связки и уложив на землю. После чего резким ударом в сердце прикончил ублюдка.

Тяжело дыша, я стоял над телом поверженного врага. По моей руке с плеча текла кровь. Дентария спустилась по тропе ко мне, подошла ближе осмотрев рану. От прикосновения, я немного зашипел, но стиснув зубы, дал осмотреть себя. Удар от когтей был к счастью не сильно глубоким. Во всяком случае, связки небыли повреждены. При себе у нас не было ничего, так что эльфийка, подняв свой кинжал с пола, где происходила битва, отрезав от подола своего платья полоску ткани, перевязала мне рану. Вскоре кровь перестала течь, но шевелить особо рукой было немного опасно, кровь могла пуститься вновь.

Мы с девушкой вскрыли клетки, выпуская на волю малышей. Те, вереницей, словно мы были их мамами, последовали за нами, тихо попискивая и хлопая маленькими крылышками. Пока мы были ещё внутри, я обратил внимание, что стену грота покрывали символы, но они не были закончены. Память услужливо подсказала, что это незавершённый ритуал осквернения, который сатир хотел провести на бедных детенышах, но не успел, потому что ему помешали мы. Держа эту мысль в голове, я забрал с шеи сатира амулет, чтобы изучить его позже, и мы, в сопровождении маленьких гиппогрифов, покинули злосчастные пещеры.

— Одно дело сделано. – заключит я в итоге, выходя из пещеры, под лунный свет. – Теперь нужно отыскать твоего Сальмана и помочь ему. — мы дошли до водопада в котором я умылся и сделал пару глотков, промыв горло. Прохладная горная вода прекрасно освежала после короткой, но утомительной битвы с сатиром.

— И где ты хочешь его искать? Да и как помочь, если мы не знаем, что с ним случилось? – Спросила эльфийка, окружённая милыми детёнышами, что пищали у её ног и щипали за обрезанный подол платья. Я спустился по тропе и сел на камень, потирая пальцами глаза.

— Когда гиппогриф бесновался, то был ранен. – хрипло сказал я, сидя в раздумьях и вспоминая что с ним произошло. – Могу постараться найти следы его крови и перьев, но для этого у нас есть два варианта. Первый безопасный, но долгий. Это эликсир снозрения, он позволит мне отыскать гиппогрифа, не приближаясь к нему физически, узнать его состояние и оценить риски. Но, во-первых, этот эликсир долго готовится, ты сама знаешь… — я посмотрел на эльфийка, что слушала меня, полностью сосредоточившись. – А, во-вторых, зверь может сменить местоположение, когда мы отправимся за ним. И там, где я его отыщу, его уже не будет.

— А что за второй вариант? – Обеспокоено спросила Дентария, сев прямо на траву и поглаживая пищащих вокруг нее детёнышей.

— Второй вариант – это эликсир «Зоркий глаз». Но несколько изменённый, с добавлением в него могильного моха. Все ингредиенты есть у тебя на полке, а готовится он всего полчаса. Только он несколько ядовит, — я вздохнул и с улыбкой посмотрел на эльфийку. – Но это не страшно. С его помощью я смогу отследить гиппогрифа по мельчайшим следам. И мне по душе именно этот вариант, так быстрее.

– Если ты уверен в этом… – всё же с неким беспокойством сказала Дантрия, но вскоре кивнула головой, давая понять, что она согласна.

Калдорай не стала дальше спорить, и мы отправились в Лор'Латил, дабы отвести малышей к укротительнице гиппогрифов и приготовить эликсир. Прибыв в деревню, нас встретили удивлённые лица жителей, которые смотрели на нас, человека и эльфийку, немного раненых и ободранных, да ещё и в окружении маленьких детенышей. Подобное зрелище не было чем-то обыденным, и нас тут же стали расспрашивать, что случилось, но не успел я открыть рот, как Дентария сказала, что расскажет всё позже, а сейчас у нас важное дело. Мы поднялись наверх и принялись готовить зелье. Оно было довольно простым, если иметь под рукой ингредиенты. Я говорил эльфийке что делать, и пока сам занимался одним ингредиентом, вторым занималась Дантрия. Две части сока кисейницы нужно смешать с растертой терошишкой, после чего немного нагреть на огне. На этом этапе я взял буквально несколько крошек могильного моха и добавил в эликсир, перелив получившуюся жидкость в фиал и слегка перемешивая её, пока ставшая однородной жидкость не приобрела оранжевый цвет.

— А зачем ты добавил могильный мох, зная, что он ядовит? – спросила эльфийка поглядывая на финал в моих пальцах. В её глазах читалось лёгкое беспокойство и любопытство.

— Он усиливает эффект любых зелий, изменяющих физическое восприятие. – Объяснил я. Когда фиал остыл до комнатной температуры, я, посмотрев на девушку и улыбнувшись, словно приободряя её, осушил эликсир до дна. Какое бы любопытство не преодолевало девушку, всё же она ойкнула прикрывая рот рукой и с беспокойством наблюдала за мной, готовая в любую секунду кинуться мне на помощь. Сперва не происходило ничего, но затем в моём желудке стал раздуваться уголёк, сначала согревающий, но постепенно все сильнее и сильнее обжигающий меня изнутри. В один момент этот комок жара как будто лопнул, распространяя жар по венам, которые в этот момент стали видны темными дорожками под побледневшей кожей. После этого жжение стало переползать по венам в одну точку… в глаза, которые мне пришлось зажмурить, стиснув зубы, чтобы хоть как-то вытерпеть ту трансформацию, которую проделывало со мной зелье. Когда я открыл их, то на Дентарию уставилась яркая, слегка сияющая голубая радужка, которую, подобно клинья, пересекали узкие зрачки. Всё вокруг стало для меня крайне необычным. Детали, на которых я сосредотачивал мысли, становились чётче, словно выделяясь, а всё остальное в этот момент становилось размытым.

— Ну точно чёрный лис… —только и пробормотала девушка, не сводя с меня глаз, на что я, не сдержавшись, хохотнул, разряжая обстановку. Она, переволновавшись, также звонко рассмеялась.

— Ну что ж. Идём, найдем твоего верного друга. – Сказал я, выдохнув. Эльфийка кивнула и пошла вслед за мной. Мы прибыли к тому месту, где всё началось, и я сосредоточился на крови зверя и его перьях. Словно дикий зверь, я подметил направление куда именно двигался гиппогриф, роняя мелкие капельки алой влаги на землю, обмазывая стволы деревьев и единичные пёрышки, раскиданные по его пути. Не задумываясь, я двинулся по этим меткам, буквально читая, что происходило. Вот он взмыл в высь, ударяясь об один из стволов дерева, пропорол крону и спикировал вниз. Дальше зверь петлял по чаще, ломая ветки и кусты, после чего сделал крюк, ещё один, зигзагом бесновался по чаще. Я не видел ничего, кроме следа, моим периферийным зрением была Дентария, и я ей доверял, продолжая двигаться, будто ищейка или… как уже сказала девушка, как лис, идущий по следу своей добычи.

Наши поиски затянулись примерно до часа, И мы нашли гиппогрифа лежащего в кустах, обессиленного и израненного. Увидев нас, зверь издал пронзительный, но угасающий из-за слабости клекот. Когти его передних лап вздрагивали, сжимая землю и траву. Хоть он был уже без сил, он всячески давал понять нам, что если мы приблизимся к нему, то он найдёт в себе силы нас убить.

— Тише, Сальман, брат мой, это я… — спокойно и с ноткой нежности говорила эльфийка на своем языке, успокаивая зверя. В глазах гиппогрифа было узнавание и верность, которую моментально застилали ярость и боль… боль и…

— Дентария! Осторожно! – вскрикнул я, останавливая девушку. – Я кажется знаю, что с ним. Сатир наложил на беднягу проклятье. Проклятье Агонии. Поэтому Сальман так вёл себя, ему было мучительно больно, он бился и метался, пытаясь избавиться от боли, а та не утихала, а напротив становилась лишь сильнее. – Я достал амулет, снятый с убитого сатира. И теперь до меня доходил смысл, зачем и для чего он использовался.

— Как же нам быть? В Лор'Латиле нет никого, кто мог бы хотя бы попытаться снять проклятие… — Девушка была подавлена, видя ослабленного мучениями друга.

— Ошибаешься. Я думаю, что могу попытаться. – тихо добавил я.

Сальман внезапно опустил голову на землю и перестал двигаться, закрыв глаза. Лишь когти на его лапах все ещё постепенно вздрагивали и давали нам понять, что зверь всё ещё жив. Дентария испугалась, и меня тоже охватило беспокойство за бедное животное. Мы поняли, что его всё-таки можно не опасаться и медленно приблизились. После осмотра ослабшего гиппогрифа, мы, с облегчением вздохнули, ведь он ещё дышал. Проклятье, доставив зверю невообразимые мучения, рассеялось само, но тот чудом выжил, не погибнув от боли, что нарастала с неистовой силой.

Эльфийка осталась рядом со своим другом, пока я искал в лесу необходимые травы. Под одним деревом примостился златошип, прекрасно. На пригорке я смог отыскать магорозу, на которой был почти раскрытый бутон. Ну а найти листья среброцвета было легче всего. Вернувшись к эльфийке, мы вместе смогли измельчить магорозу и добыть сок из среброцвета, влив полученное в клюв гиппогрифа, унимая отстатки боли и облегчая раны, которые зверь нанёс себе. Златошип же был превращен мной в порошок при помощи камней. Смешав его с водой, я получил сильно пахнущую жидкость, которую Дентария осторожно поднесла к морде животного, приводя его в сознание.

Вскоре зверь, хоть и с трудом, но мог передвигаться. И мы, неспеша, ведя Сальмана, вернулись в Лор'Латил, где Дентария хорошо его накормила, а заодно и рассказала обо всем, что произошло, жителям деревни. Не забыла она и упомянуть то интересное прозвище, что дала мне, а дальше произошло весьма странное, но приятное для меня событие. Эльфы стали расходиться по своим делам, выслушав историю моей подруги. Однако перед этим каждый уходящий приветливо касался моего плеча со словами «Элун-Адоре, Черный Лис!». Так я получил свое второе имя, которое, к слову, мне пришлось по вкусу.

После этого происшествия мне выделили маленький домик, сказав, что если у меня нет прошлого, то за свои заслуги, уважение и почтение к природе и помощи эльфам я могу остаться, и обрести настоящее в Лор'Латиле. Я был и не против. Я спокойно прожил полтора месяца, без всяких происшествий. Участвовал в жизни эльфов, а они в свою очередь участвовали в моей. Мы просто спокойно жили, но однажды, снова произошло нечто невообразимое...

***

Кеман поперхнулся, обрывая рассказ. Он откашлялся, ударив себя пару раз кулаком в грудь, после чего сделал пару глотков из кружки.

— Ну, ну… — Лотти постучала по спине Кема, хотя её удары для него, особо полезными не были. — Только не вздумай тут так позорно умереть. — Усмехнулась она, одарив его своим взглядом.

— Да-а-а, — протянула Роза. — Я думаю, нам пора немного прерваться. Эй! Элиза!

— Да, госпожа. — к столику подбежала одна из служанок. — Что-то принести?

— Да. Передай шефу, что бы он приготовил нам горячий суп. Небольшой котелок можно и сюда принести. Позаботься про подставку. М-м-м… Ещё… — призадумалась Роза. — Ещё, скажи, чтобы подали ещё эля. И вторым блюдом пусть будет рагу. Что бы особо не заморачиваться. Давай, двигай на кухню.

Официантка поклонилась и шмыгнула на кухню, передавая заказ повару. Тем временем к столу принесли ещё небольшой бочонок эля и подставку для котелка.

— Отлично. — кивнула Роза. — Скоро поедим.

— Полностью, кхм, согласен. — Проговорил откашлявшийся охотник и посмотрел на Лотти с улыбкой. — Не дождешься, чтобы я так помер. А вот суп, это прекрасная идея, горяченькое сейчас самое то. Поработал языком, можно и ложкой поработать, а уже потом и продолжить, если вы ещё не заскучали.

Лотти, хоть и немного смущаясь, но всё же сделала то, что порывалась сделать уже половину вечера. Привстав со своего места, она приобняла Кема за плечи, наклонившись нежно его поцеловала и после вернулась на своё место, сгорая всё-таки со стыда, за свой поступок. Сердце в груди девушки колотилось настолько, что готово было выпрыгнуть. Она сделала вдох-выдох и отпила из кружки. Кеман был удивлен и польщён таким поступком, да и в целом доволен. Роза, заметив всё это, всё так же молчала. Но глаза её сверкали, поскольку она была
очень рада за подругу. «Возможно… Характер Шарлотты всё-таки изменится немного. И она станет менее взбалмошной» — пронеслось в голове у Розарии...


Глава 5: Последние огни Башал'Арана

А вечер и дальше тёк своим чередом. Солнце уже скрылось за горизонтом, погрузив Штормград в ночную темноту. По всему городу зажглись фонари и постепенно начала царить ночная жизнь. Людей особо меньше на улице не стало, а в таверне всё так же было шумно. Кто-то уходил, кто-то приходил, а кто-то и вовсе не думал двигаться с места, продолжая своё веселье. А тем временем за столик компании официантка принесла котелок с супом, другая же девушка, следуя за первой, несла в руках миски и приборы. Поставив всё на стол те с поклоном удалились. Роза же, как и подобает хозяйке, разлила по мискам суп и передала всё сидящим за столом.

— Ну-с, пора немножко взбодриться. Супчик немного острый, так что осторожно. — усмехнулась она и принялась кушать свою порцию. Розария точно знала, какой именно суп приготовил шеф-повар.

Кеман с удовольствием запустил ложку в суп. После долгих рассказов тянуло подкрепиться чем-то горячим, а суп, который, к слову, был крайне неплох, подходил для этих целей лучше всего.

— Хозяйка, супец просто превосходен. — В своей безэмоциональной манере похвалил талант повара охотник.

— Я обязательно это передам шефу, — Роза довольно улыбнулась. Она сама любила этот суп и была очень довольна тем, что повар знал этот рецепт и готовил, когда Роза хотела, даже без напоминания названия.

— Угу. Такой… с огоньком. — подхватила Лотти. Она опять не поднимала глаз на Кемана, смущаясь ещё немного. Ну… или это уже сам острый суп придал девушке румянца.

А Доран и Кельвия, тем временем, хоть и сидели полвечера, почти ничего не говоря, так же были благодарны хозяйке за еду. Парень, отложив в сторону дневник Кема, кивнул головой и принялся за еду. Девушка, сидящая рядом с ним, мерно ковыряла в миске ложкой, и, казалось, думала о чём-то своём, время от времени переводя взгляд на Дорана. А когда тот поднял глаза и их взгляды встретились, Кель густо покраснела и опустив свой взор сама принялась кушать.

— От чего покраснела, Кельвия? — Хоть Доран и видел её чувства стеснения, ему был весьма интересен её ответ.

— Просто тут… Немного жарковато. — Она ляпнула первое, что пришло ей на ум, хотя и понимала свои глупые отмазки, после чего продолжила ковырять еду ложкой, поглядывая на Дорана.

— Жарковато? Разве? — Переспросил парень, не торопясь возвращаться к еде и смотря на девушку.

Кеман с улыбкой наблюдал за скромной парочкой, доедая вкусный и горячий суп. Это было довольно занимательно. Охотник, насмотревшись на смущённую Кельвию и любопытного Дорана, подвинул стул прямо к Лотти, чтобы быть ближе к приятной для него девушке.

— Ты ведь не против? — Спокойно спросил Кеман раскрасневшуюся Шарлотту, слегка улыбнувшись.

— Я… — подняла глаза девушка, увидев, что мужчина совсем рядом и запнулась — Эм… Нет, — взяв себя в руки, ответила Лот и улыбнулась. — Совсем не против. Мне приятна твоя компания.

Неловкость и смущение отпустило Шарлотту, и она уже спокойно продолжила ужинать в близкой компании охотника. Кем же удовлетворительно кивнул, наливая в кружку пенящийся эль.

В таверне мерно продолжался шум, менестрель продолжала играть приятные слуху мелодии, официанты сновали между столиков, а посетители, коих ещё не убавилось, отдыхали на свой лад. Кельвия сделала немного смущенное лицо, поджав ноги под себя и посмотрела на Дорана.

— Да, тут жарко… — Её щеки немного покраснели, хотя из-за веснушек это было видно довольно слабо. Она посмотрела на пару на противоположной части стола и еще больше прижалась к стулу, совсем смутившись.

— Так может чего-нибудь прохладительного? — С улыбкой спросил Доран, обратившись к Розарии, но слегка пододвинувшись к Кельвии, словно уже знал ответ смущённой девушки.

— Конечно, — ответила Роза парню и подозвав к себе официантку, тихо сказала что-то, после чего та мигом убежала на кухню, и спустя несколько минут принесла большой графин с лимонадом, а ещё через некоторое время в зал принесли рагу и пустой котелок убрали. Стол немного освободился и было видно всех собеседников.

— Ну, теперь можно, неспеша наслаждаться этим блюдом и слушать продолжение истории — расслабившись и откинувшись на спинку стула, произнесла Роза.

— А на чем я закончил рассказ? — поинтересовался Кем, совершенно потеряв нить своего повествования из-за всей этой лёгкой романтики, царящей за их столиком.

— Ты рассказал про спасённого гиппогрифа… И что ты прожил больше месяца в спокойствии… — тихо и неспеша говорила Лотти посматривая на мужчину, — А дальше? Что-то случилось же, да?

— Ох, гиппогриф и сатир оказались совсем цветочками, как выяснилось потом. — Покачал головой охотник, отпив эль. — Был довольно погожий денёк, и мы с Дентарией отдыхали, обсуждая свойства различных трав. Но наш отдых был недолгим...


***

Тогда, в тот день, мы с ней решили заготовить трав и реагентов, которые собрали за последнее время. Эльфийка аккуратно отрезала листочки и соцветия, а я, тем временем, или развешивал их под потолком, для просушки и их позднего использования, или же оставлял в банках, залитых маслом или спиртом, чтобы жидкость впитала свойства растений. Высушенные же растения можно было применить, как в отварах, так и измельчить в порошок и в дальнейшем уже использовать его. Для нас это было довольно интересное и расслабляющее занятие. Мы иногда дурачились и шутили, будто малые дети, ни дать ни взять, старшая сестра и младший брат. Помню, как на одну из её шуток я показал девушке язык, в который тут же прилетел кусочек призрачного гриба, и калдорай со смехом смотрела, как я стоял с высунутым и парализованным языком. За что ей в ответ незамедлительно прилетела тряпка, которой я вытирал остатки порошка из солнечника. Когда девушка сняла тряпку, настала моя очередь смеяться, что было весьма сложно с парализованным то языком, ведь лицо девушки было покрыто маленькими точками, словно веснушками, с той лишь разницей, что её «веснушки» источали мягкий желтоватый свет. В общем два травника развлекались и отдыхали, как могли. Но отдых наш прервал внезапный стук и не дожидаясь ответа в дом зашла следом девушка-следопыт. Она обеспокоенно смотрела на нас, и не успела ещё сказать и слова, как мы уже поняли, что что-то не так. Мы с Дентарией знали этого следопыта, звали её Глинда. Быстро приведя себя в порядок, мы были готовы выслушать то, что скажет нам хорошая знакомая.

— Ишну-Ала. Мне очень нужна ваша помощь, у нас неприятности, — сказала Глинда нам, а после повернулась к Дентарии и добавила. – Настало время остановиться и задуматься о нашей жизни.

Следопыт села, тяжко вздохнув, за стол. Мы с «сестрой» сели рядом с ней, и я поспешил налить им ароматный чай из трав, который мы с Дентарией часто пили.

— О чём это ты? – спросил я, подавая Глинде кружку и думая над её странными словами.

— Отныне мы смертные, как бы нам не хотелось обратного. И мы заслуживаем нового места в этом мире и его истории. А для этого нужно поставить точку в прошлом. – Следопыт, взяв чашку, сделала глоток, продолжив объяснение для меня. – Если следовать по дороге на юг, можно увидеть руины. Некогда это место звалось Башал'Аран, там жили наши предки. А теперь… — Глинда вздохнула. — Теперь там обитают лишь их проклятые души. Я не хотела бы такой участи после смерти, никто не хотел бы. Потому мы обязаны прекратить их страдания. Их манят и удерживают зажжённые некогда на руинах огни. Так доложили разведчики. Их нужно погасить. Туда отправилась Ария, но от неё долго не было никаких вестей. Я хочу отправиться за ней, но мне нужна помощь и поддержка. Поскольку я не знаю, что меня ждет. И найду ли я там Арию ещё живой.

— Конечно! – Почти одновременно сказали мы с Дентарией, после чего я добавил. – Мы обязательно поможем тебе.

— Я рада это слышать, Кеман. — сказала Глинда. – Тогда мы с Дентарией подготовим масло для оружия, неупокоенные души могут быть агрессивны. Да… Тебя также просил зайти Кириллиан. Когда он узнал, зачем я ищу вас, он сказал, что у него для тебя будет просьба. Таким грустным я его давно не видела. Думаю, тебе стоит поспешить к нему.

— Да, конечно. Тогда сейчас же я и пойду. – ответил я, уже застегивая свой жилет.

Выйдя из дома, я вдохнул свежий морской воздух. Мы раньше уже общались с Кириллианом. Он рассказывал мне, что его постигла крайне печальная судьба. Эльф давно жил в одиночестве, я слышал об этом, но никогда не спрашивал почему. Оказалось, что его возлюбленная погибла. Да ещё и Катаклизм разрушил его родной Аубердин. Сам же он во время катастрофы был сильно ранен и до сих пор так до конца не оправился. Интересно, в чём заключалась суть его просьбы? С этими мыслями я быстрым шагом дошел до его дома.

— Как же хорошо, что ты пришел! – С порога встретил меня эльф. Когда я вошёл к нему, то застал его у окна и тот явно меня ожидал, слегка нервничая. Выглядел эльф крайне обеспокоенным, да что уж там, бедняга был почти на грани отчаяния. В его лице я увидел глубокую печаль, перемешанную со страхом и болью — Башал'Аран, там она… Она мучится, я видел её… А я не могу…

— Подожди, я не понимаю. – Я мягко прервал Кириллиана. – Объясни пожалуйста чуть внятнее.

— Когда я был на руинах, — Вздохнул бедняга. – Там я увидел скитающуюся душу Анайи, моей любимой. Я должен был освободить её, но не смог… Мне не хватало сил. И смелости… Кеман, вы идете туда, я знаю! Прошу тебя! Даруй ей покой…

— Конечно. Я помогу ей, обещаю. – Я положил руку на плечо Кириллиана, успокаивая его. Тот описал мне, как выглядел призрак его возлюбленной, и сказал, что на её шее было ожерелье с подвеской, которое он когда-то ей дарил. Снаружи меня позвали Глинда и Дентария, и я, попрощавшись с эльфом, пошел на улицу.

Дента протянула мне мой клинок, который она уже смазала маслом из печаль-травы. Такое оружие помогает лучше противостоять призракам и душам, разрубая их, словно они из плоти. Оружие калдорай также были покрыты им, и мы, проверив все ещё раз, выдвинулись в путь. 

Наша дорога была недолгой. Вскоре мы увидели величественные руины высокорожденных, за которыми бушевал огромный вихрь. Он не представлял из себя угрозы, если к нему не приближаться близко, и был остаточным явлением буйства стихий. Около руин, облокотившись на дерево, сидела Ария, она была раненой и уставшей. Но к нашему облегчению раны оказались не серьезны, и девушка уже успела обработать их сама. Когда приветствия и беспокойства остались позади, то мы расспросили эльфийку, что же тут произошло и что происходит на руинах.

— Я старалась, но это невыносимо сложно. Руины полнятся страдающими душами, они не позволяют пройти… — Опустила голову Ария. – Я пробовала пробиться к огням силой, но с каждым ударом моя решимость слабела, и мне пришлось отступить. Я очень рада, что вы пришли на подмогу.

Я слушал следопыта внимательно, но позже, меня отвлекла некая тень, я поднял голову и в этот момент, недалеко от нас я увидел силуэт. Это была полупрозрачная девушка, которая неспешно плыла над землёй, двигаясь в нашу сторону. Все мы среагировали моментально, достав своё оружие. Медленно двинувшись к призраку, я увидел, что это Анайя, ведь именно такой её и описал Кириллиан. И на шее призрака виднелось то самое ожерелье, сомнений не оставалось. Пока я пытался понять, как ей помочь, призрак вдруг закричал и кинулся на меня, намереваясь атаковать, но мои инстинкты взяли верх. Меч описал дугу и, смазанный маслом, с лёгкостью полоснул неупокоенную по груди, после чего вошёл в её живот остриём. Призрак закричал и через мгновение застыл, а на глазах у Анайи появились слезы.

— Наконец-то моя душа найдет покой… О, дорогой мой Кириллиан… — Дух погибшей эльфийки распался в пыль, которую развеяло по ветру, а на траву упало ожерелье с подвеской.

— Отдам его бедняге. Он должен знать, что его любимую теперь ничто не тревожит. – Я поднял подвеску, спрятав её в карман желета и повернулся к девушкам, встретив их одобрение. – Что-ж. Пора положить конец мучениям бедных душ. 

Руины что стояли перед нами, были темным и мрачным отголоском прошлого. Даже отсюда были слышны тихие стоны и шелест. Можно было увидеть также, как синеватые туманные сущности быстро рассекают руины, пролетая над землёй. Руины были перед нами. А мы стояли перед ними, неся благородную цель. Мы были готовы…

***

Пока Кеман, прервавшись, отпил с кружки, Лотти с большим интересом смотрела на него, позабыв о еде, что стояла перед ней. Рагу понемногу остывало, а глаза девушки расширились и с губ сорвался встревоженный вздох, когда Кеман говорил, что ему пришлось убить дух возлюбленной того эльфа. Когда же мужчина прервался, она подалась чуть вперёд к нему, положив руку на его предплечье и выпалила:

— Ну, а дальше то что? Вам пришлось все руины зачищать?

— Тише, Лот — успокаивающе сказала Роза, — ты сейчас прям как ребёнок. Как будто никогда не видела призраков и не имела дело с ними.

— Видела и имела, — ответила Лотти чуть повернувшись к подруге. — Но… Он же так интересно рассказывает. — Усмехнулась та и вновь повернулась к Кему. — Ну, что же там дальше то было?

— Пришлось зачищать не все руины, что не может не радовать, — Кем приобнял Шарлотту. — Но было не просто…

***

Башал'Аран внушал нам чувство тревоги, нагнетая своей мрачностью, чему только способствовали нависшие над нами тучи, закрывшие и без того клонящееся к закату солнце. Ария положила стрелу на тетиву, готовая открыть огонь в любой момент, а мы же покрепче сжали свои мечи. Глинда объяснила суть того, что нам предстояло сделать, и, казалось бы, всё было просто. Нужно было лишь подняться наверх, в руины. И там, на холме, стояла чаша с пылающим в ней магическим пламенем. Нам прекрасно было видно её мистическое свечение даже отсюда, но это было просто лишь на первый взгляд. Стоило нам только войти в некогда величественный город высокорожденных и сделать несколько шагов во двор, как пред нами тут же появилась мерцающая синим фигура, которая издавала тихий и жалобный стон. Фигура была похожа на человеческую, однако у нее не было видно лица, которое словно было скрыто тенью, опадающей с капюшона. Призрак был одет в лохмотья, оборванные снизу и на рукавах, а сами руки были похожи на голый прозрачный скелет, на концах пальцев которого были острые кости. Мы незамедлительно отреагировали, а неупокоенный дух завыл, кинувшись в нашу сторону и разбиваясь об удар моего клинка.

Мы немного успокоились, но зря, со стороны руин к нам мчался ещё один дух, который встретился со стрелой Арии, а следом ещё один, которого сразили Дентария и Глинда. Постепенно отбиваясь от наступающих временами измученных душ, мы подбирались к сияющей чаше, однако нас и там уже ждали. И если голубоватые призраки, что атаковали нас периодически, не представляли особой опасности для нашей группы, то те, кого мы встретили у жаровни, отличались многократно. Длинные платья покрывали женские худощавые фигуры, парящие над землёй. Они медленно колыхались, а их обрывки словно растворялись в полумраке пасмурного дня. Своими чертами это определенно были эльфийки, тогда, в далёком прошлом, но не теперь. Сейчас же лица их были исхудавшими и осунувшимися. Некогда прекрасные и длинные волосы были спутанными и выцветшими. Призраки были словно погружены в воду, волосы их мерно покачивались в такт движениям лохмотьев, а руками неупокоенные души обнимали свои плечи, как будто пытаясь успокоить себя, утешить. Они действительно были лишь тенями прошлого, что теперь поглотило боль и отчаяние, от постоянного зова силы вокруг. Но когда мы приблизились, то эти эфемерные девушки стали двигаться, сперва медленно, а затем быстрее, движения их были ломаные и неестественные, словно для того, чтобы хоть немного сместить часть тела, призраку приходилось ломать все кости. Глаза же их раскрылись, запылалав ярко алым огнем, в котором виднелась безумная смесь ярости и скорби. Их было пятеро… появилась шестая, затем ещё одна. Когда я их увидел, то в голове всплыло только одно слово. «Банши»… И в этот момент призраки закричали.

Волосы их взметнулись вверх, буквально встав дыбом, топорщась в разные стороны. Банши раскинули руки, кисти которых имели непропорционально длинные узловатые пальцы, увенчанные огромными и явно острыми когтями. Души некогда эльфийских дев открывали огромные рты, украшенные более длинными, нежели у обычных калдорай, клыками. Издавая пронзительную смесь крика и воя, буквально сбивавший с ног и сводящий с ума. Они ринулись к нам, стремясь нанести удар когтями-бритвами и забрать нас с собой, в своё зловещее существование. Мы с Дентарией, приходя в себя от оглушительного крика, к счастью, успели увернуться от этой атаки, а Ария даже успела запустить стрелу одной из неупокоенных прямо в голову. Но вот Глинда успела лишь закрыться от удара, отчего её браслет на руке лопнул под натиском когтей, а под ним появились капли крови, благо порез был неглубоким. Я замахнулся клинком, нанося волнообразный удар снизу вверх и разрубая одну из тварей вдоль, после чего мой меч описал пирует и полетел во вторую, но вместо того, чтобы рассечь её призрачную плоть, напоролся на когти, отскакивая и уходя в сторону. Ответный удар не заставил себя ждать, и коготь банши распорол мне бровь, чудом не лишив меня глаза. Я ловко ушел в сторону от следующего удара, кровь из раны заливала мой глаз, мешая обзору, но я все же видел, как ещё одного призрака сразили Глинда и Ария. Отбив удар смертоносных когтей, я контратаковал, намереваясь лишить духа головы, однако лишь срезал прядь волос, которая, даже отделенная от головы, висела в воздухе. Я вновь приготовился к удару, но внезапно все банши замерли, а после рассыпались белым пеплом, не оставляя после себя ни следа. В удивлении я застыл на месте и осмотрелся. И увидел Дентарию, которая призывала тусклый, похожий на лунный, свет на жаровню. Этот свет впитал сияние пламени и исчез. Последний огонь Башал'Арана наконец-то погас, даровав этим несчастным душам долгожданный мир и покой.

Когда мы вернулись в Лор'Латил, я зашёл к Кириллиану и отдал ему подвеску его возлюбленной. Эльф долго смотрел на неё, а после перевел взгляд на меня.

— Благодарю тебя, — севшим голосом сказал он. – Знаешь… Может было бы лучше, если бы я сам это сделал… Но даже после стольких тысячелетий… Нет. Я не смог бы поднять на нее руку.

— Теперь она обрела покой. – Ответил я, искренне сочувствуя его горю.

— Прости, но… Пожалуйста, оставь меня. Мне нужно побыть наедине… Вместе с моим горем…

Эльф отвернулся к окну, пряча слезы скорби. А я понимающе промолчал, покинув его дом.

После этого случая, в деревне много ещё чего произошло. Малфурион, верховный друид, смог усмирить тот огромный вихрь, что мы видели из руин Башал'Арана. На юге Темных Берегов было сражение с ордынским гарнизоном, укрепившемся в тех землях. Я бился за Лор'Данел вместе с изящными следопытами ночных эльфов, плечом к плечу с Арией и Глиндой. К счастью, тогда нам на подмогу пришло подкрепление из Дарнаса с их смертоносными часовыми и яростными неудержимыми воргенами. Поначалу я опасался их, ведь из недр памяти мне явились картины ужасных тварей, зверей, хитрых и опасных, но яростно убивающих без сострадания. Эти же воргены в корне отличались от тех, что знал я, они оказались беженцами королевства Гилнеас, и калдорай помогли им усмирить зверя внутри себя. Они стали верными союзниками в борьбе за Тёмные берега, в которой мы смогли одержать победу, уничтожив угрозу орды. Но, как оказалось, главная опасность для Темных Берегов таилась на севере, и в определенный час дала о себе знать…

***

Кеман тяжко вздохнул, ковыряя ложкой рагу, к которому так и не притронулся.

— От чего вздыхаешь, Кеман, что аж к рагу не прикоснулся? — Спросил было Доран, переведя взгляд.

— Да просто воспоминания накатили не совсем приятные. Даже правильнее было бы сказать, что совсем неприятные… — Охотник плеснул в эль крепкого алкоголя и осушил кружку залпом.

— Мда-а-а… — вздохнула Шарлотта, что подвинула свой стул совсем близко к Кему и сидела почти вплотную к нему. — Видимо вам совсем там тяжко пришлось.

Девушка уже не пила. От чего хмель из её головы постепенно начал улетучиваться. Она приходила в себя, но отстраняться от мужчины уже не собиралась. Ей была приятна его компания, да и набралась-таки смелости, и решила не стесняться того, что чувствует к нему, да и скрывать то нечего было. Все всё уже давно понимали, что именно происходит между ними.

— Не утомили вас ещё мои истории? — Кеман обновил содержимое кружки.

— Нет, милый, — ласково и тепло ответила Лотти, улыбнувшись ему, — совсем не утомили.

— Совершенно нет. — Тихо добавил Доран.

— Я тоже, да и Кель, я думаю, так же не против, — ответила Роза, переводя взгляд на Кельвию. — Правда, милая?

Девушка сперва не ответила, словно не услышала вопроса. Она пристально разглядывала рагу, не сводя с него взгляда. В таверне, тем временем, поубавилось посетителей, но было все ещё довольно людно.

— А? Нет, не утомили. — Наконец-то ответила на вопрос, Кель, выходя из своих мыслей, после чего снова перевела глаза на Дорана, и, увидев, что он смотрит на неё, опустила голову на стол, отодвинув миску с едой от себя.

— Ты что-то совсем девчушку засмущал, Доран. — С улыбкой подметил охотник, на что парень слегка улыбнулся, сказав:

— Знать бы еще чем… — Он призадумался на минуту, после чего пододвинулся к Кельвии и с улыбкой сказал. — Чего стесняемся?

Девушка же приподняла голову, не зная, что сказать, немного открыв рот. Она сидела так секунд пять, после чего произнесла:

— Ээээ… Я просто не выспалась, вот и кружу в своих мыслях, возможно это выглядит странно со стороны.

— Вот оно как. — Улыбка парня стала чуть шире.

— Ну что-ж. Если моя болтовня никого не утомила, то я тогда расскажу, что было потом. — Кеман сделал глоток из кружки и продолжил свой рассказ.


Глава 6: Смерть и Сумрак

Итак… В Лор'Латил прибыло много беженцев из Гилнеаса, для помощи эльфам, что решили отдать им долг за спасение. Некоторые из них были подвержены проклятью воргенов, но могли сдерживать ярость внутри них, оставаясь в здравом уме, когда превращались в зверя. Иные же гилнеасцы были простыми людьми, коих не коснулось проклятье. Возможно, на мне сказалось общение с калдорай, которые чтили природу и всё, что их окружало, ведя размеренную жизнь и не беря лишнего. Но люди и их уклад жизни казались мне чем-то таким, что не вызывало во мне никаких эмоций. Они словно были чужими для меня, как и их культура и ценности. Оттого моё, поначалу оживлённое с ними общение стало более сухим и пустым. Странно, но у людей подобная интонация вызывала недоумение и лёгкое опасение, ведь они не понимали, что было у меня на уме и чем вызвана такая перемена в манере общения. В их глазах, как дошли до меня слухи, я был суровым воином, охотником, что шел к цели. Жители Гилнеаса, что были в Лор'Латиле, слышали истории обо мне и о моём лечении. Они начали думать, что элементали, особое лечение и прочее закалило и изменило меня настолько, что я почти потерял эмоции. Что-ж… Мы с Дентарией вечерами смеялись над этим, а порой шутили и веселились вчетвером, когда к нам присоединялись Глинда и Ария. Даже Кириллиан, не отошедший до конца от своего горя, улыбался, слушая байки про Чёрного Лиса, воина без души. Мне понравился подобный образ, и за некоторое время я выработал в себе способность подавлять эмоции в присутствии незнакомцев или малознакомых людей.

Но это люди, с ними куда проще. А вот воргены Гилнеаса вызывали во мне особую смесь лёгкого опасения и уважения. Будучи одержимы зверем в их телах, они были ближе к природе и пониманию её сути, но при этом в бою были неудержимы и свирепы. Сочетание настолько же восхитительное, насколько и опасное. Они во многом помогали эльфам, восстанавливая баланс на Тёмных Берегах, и я с охотой помогал им в этом. Иногда один, а иногда и в компании моих хороших спутниц и друзей. Я мог бы рассказать ещё много историй которые нас постигли. О том, как мы спасли племя фулборгов от осквернения, о той же битве с ордой на севере Тёмных Берегов. Многие из воргенов, да и я тоже, получили благословение одного из великих духов этих лесов, пройдя их испытание. Кстати, мне досталась битва с духом леопарда, в которой я смог одержать верх и получить касание природы. Но все эти проблемы, фулборги и орда, оказались мелочью…

В тот день всё небо было затянуто тучами и весь день лил дождь без остановки. Мы собрались дома, я, Дентария и Глинда.

— Я несколько беспокоюсь. Ария ушла в патруль два дня назад. – Тревожно сказала следопыт. – Я могла бы подумать, что она просто разбила небольшой лагерь, чтобы скрыться от дождя, но… Это на неё так не похоже. В любом случае она бы уже послала весть о себе.

— Да, — согласился я. — Чтобы её остановил дождь… Да её и буря не сдержит.

— А куда она пошла в патруль? — Дентария повернулась к Глинде, согревая ладони о чашку горячего чая.

— На север, обследовать племя фулборгов, что было осквернено, а ещё разведать руины около разлома. Но не думаю, что могли бы возникнуть серьёзные проблемы, она довольно таки опытный следопыт. Я в ней не сомневаюсь.

Мы замолчали, погружённые каждый в свои мысли, но все наотрез не хотели верить, что с девушкой что-то могло приключится. Минуты раздумий тянулись под шум капель, что барабанили по крышам, нарушая внезапно повисшую тишину. Я встал и, сняв со стены плащ, накинул его на плечи, повернулся к друзьям. Глинда уже поправляла форму, а Дентария застегивала ножны со своим клинком.

— Ты мыслишь в хорошем ключе, — следопыт затянула ремни на доспехе. — Дождь не помеха, а если мы зазря волновались, то потом вместе и посмеёмся. Но нужно отыскать Арию.

Мы выдвинулись из дома, накинув капюшоны, что вкупе с плащами хорошо защищали нас от непогоды. Наш путь лежал на север, куда мы незамедлительно и отправились. Благо Глинда знала маршрут патруля своей подруги, и мы следовали ровно по нему. Сперва дорога вывела нас к деревне фулборгов, где мы узнали, что следопыт навещала их ещё вчера и двинулась к побережью, как только покинула деревню. Поблагодарив жителей, мы продолжили поиски в указанном направлении, но следов не обнаружили. Сделав крюк по побережью, мы вышли к дороге, что проходила по тёмным берегам, и двинулись в сторону разлома, уходя всё севернее от Лор'Латила.

Внезапно перед нами на дорогу выскочил огромный зверь, преграждая нам путь. Сперва мы, испугавшись, обнажили оружие, но нас остановила следопыт, подняв руку вверх и медленно приближаясь к животному, коим оказался мокрый с головы до кончика хвоста саблезуб. Глинда подошла к нему, и он уткнулся лбом в её ладонь.

— Это Лунохвост, саблезуб Арии, — обернулась эльфийка к нам.

— Тогда, где же хозяйка?

Саблезуб словно пытался вести нас за собой, торопясь и волнуясь, время от времени рыча, и мы последовали за нашим спутником, уходя в глубь леса сквозь пелену дождя. Глубоко в чаще сквозь ливень мы увидели нечто, похожее на каменный стол. «Нет…» На столе кто-то лежал. «Это не она…» Рука свисала со стола, тело было безжизненным. «Это не может быть она, нет!» У нас в головах кружились одни и те же мысли и надежды. Но… мы ошиблись. Стол стоял недалеко от разрушенного Катаклизмом поселения. Он был «украшен» крюками, цепями и символами. И, к нашему ужасу и горю, тело что лежало на нём, таки принадлежало Арии. Она была прикована к нему, на её теле были ровные порезы, словно тот, кто убил нашу подругу, хотел выпустить из девушки всю кровь…

Мы медленно подошли к этому чудовищному сооружению из камня, освободили тело от цепей и положили его на землю. Лунохвост подошёл к хозяйке, подталкивая её лбом, пытаясь разбудить… Но он тоже понимал, что девушка, увы, уже мертва. Дождь прятал слезы Дентарии и Глинды, когда саблезуб поднял голову к небу, издавая рык, полный боли, скорби и ярости. И в этот момент в темноте руин кто-то зашевелился. Это был человек, он был одет в грязный черный наряд, а лицо его было сокрыто капюшоном. В руке он сжимал кинжал, медленно приближаясь на звук саблезуба. Человек поднял руку, в которой, даже в сумраке можно было увидеть это, уже было сгущалась тьма. Глинда оказалась быстрее, заметив действие незнакомца, и в считанные секунды тот упал, когда стрела следопыта пронзила его голову. Мы не знали, сколько противников нас ожидало, а потому, поспешили удалиться. Я успел обыскать тело человека и забрал бумаги и оружие. Мы положили тело Арии на Лунохвоста и поспешили в Лор'Латил.

***

Кеман потёр глаза, словно избавляясь от образов, что дали ему воспоминания, после чего осушил кружку.

— Всё в порядке? — Роза взволновано глянула на Кема, после столь грустной истории. Шарлотта же, сидя рядом и обнимая руку мужчины, тихо всхлипнула и поникла.

— Да, просто… Ария была хорошим другом. – глухо ответил Кем.

— Хороший друг, говоришь? Тогда я могу понять тебя. – сказал Доран, после недолгих раздумий над услышанным.

— Каждому из нас, в жизни приходится кого-то терять, — тихо произнесла Лотти, не поднимая головы и немного сжимая пальцы на руке Кемана. Тон её голоса сел, уже не походил на тот весёлый или смущенный что был раньше. На девушку нахлынули слёзы, а сама она во время рассказа сидящего рядом с ней мужчины, погрузилась в собственные воспоминания.

Вечер же за окном плавно перетёк в ночь. Уже было достаточно поздно, но друзья всё ещё сидели за столом, слушая историю Кемана. Людей в таверне не становилось особо меньше. Кто-то уходил, но всё ещё были и те, кому была охота выпить и отдохнуть после долго рабочего дня. Шум и гам наполнил зал снова, когда вошла группа дворфов, явно чем-то довольна. Заняв самый большой стол в зале, они громко смеялись. Можно было услышать, как один из них хвастался недавней потасовкой и что тот, успел намять бока какому-то чудиле, что посмел напасть на него по дороге в Штормград. Кто-то рассказывал об удачной сделке, а кто-то говорил про новые рецепты что сумел добыть. За одним из дальних столиков, недалеко от входа, сидел человек в одиночестве и куря трубку просто слушал песни Мелоди, которая до сих пор играла, прерываясь только на то, чтобы промочить горло и немного отдохнуть. Ночная жизнь в городе началась и была не менее живой, чем днём. Со стола, где сидели друзья, давно убрали все остатки еды. Позже Роза распорядилась, что бы подали всё-таки чай и десерты. Вечер интересных историй… всё ещё продолжался…

— Но, как бы то ни было, у нас выдался шанс узнать всю правду об убийстве и отомстить. — Кеман допил содержимое кружки и продолжил. — Мы прибыли в поселок вместе с телом Арии, чтобы достойно проводить её в последний путь..

***

Проводить Арию собрались все: люди, воргены, эльфы. Многие знали её и скорбели о её смерти. Когда церемония была окончена, мы стали разбираться, как это произошло, и кто был виновен в гибели нашей подруги. Кинжал, что я забрал с тела в черном балахоне, был самым обычным, без следов каких либо чар на нём. Хороший металл и прекрасная заточка. У меня было желание вонзить этот нож в сердце любого, кто участвовал в убийстве, но внешне моё лицо было суровым и безразличным, хоть и чувства во мне бушевали не хуже того вихря, что успокаивал Марфурион. Бумаги же, что мы нашли, были написаны на неизвестном языке, который невозможно было прочесть. Документы были украшены странной и жуткой эмблемой молота, окружённого зловещей тёмной аурой, расходящейся острыми шипами вокруг него.

Мы обсудили наши дальнейшие действия и решили не медлить. Все, кто хотел мести, безопасности и справедливости отправились с нами, ведомые Дентарией и Глиндой, что взяли на себя лидерство. Мы выдвинулись к тем злополучным руинам, где нашли Арию. Прибыв туда мы видели, что везде были видны выкованные из черного металла такие же символы молота, что и на бумагах. Вокруг было тихо, но мы не стали церемониться. Вышибая двери полуразрушенных зданий, мы врывались внутрь, и находили их, эту заразу, что поселилась в сердце Тёмных Берегов. Люди, гномы, дворфы, облаченный в черные одеяния, пытались сражаться, застигнутые врасплох, хотя они должны были знать, что мы придём, им об этом должен был сказать труп убитого в ту ночь Глиндой. Эти выродки обладали тёмной магией, вызывая боль и страхи в тех, с кем сражались, пытаясь сокрушить нас тьмой. Но наша ярость была сильнее, и противники умирали, говоря, что становятся жертвой для тьмы, что умирают за культ, умирают за Сумеречный Молот и это была для них честь. Вот что это был за символ. Эти убийцы, оказывается, безумные культисты, что преследуют свои цели. Но какие? Мы узнали очень скоро об одной из целей, как и о том, что культ был всё таки готов к нашему приходу.

Тёмные маги Сумеречного Молота, как оказалось, смогли подчинить своей тёмной воле элементалей воды и воздуха. На старых развалинах началась настоящая буря из потоков осквернённой тьмой воды и ветра, но у нас выходило оттеснять культистов и бушующих духов стихии к берегу, убивая первых и заставляя развоплощаться вторых И хоть они и наносили серьезные раны, но никто из наших товарищей к счастью не погиб.

— Поздно! – Крикнул один из культистов. – Душ наших жертв достаточно, а наша кровь лишь поможет освободиться Эфериону!

С этими словами культист вонзил кинжал себе в грудь, что повторили и остальные терпящие поражение в этой битве. Когда мы взглянули на причал, что остался на руинах, то испытали невообразимый ужас. На причале висела сфера, будто сотканная из тьмы, а от нее отходили потоки тёмной энергии, материализуя огромного элементаля бурь.

Он выглядел устрашающе, огромные доспехи из причудливого металла, среди которых бушевали потоки живого ветра и мерцали вспышки молний. Он был похож на латного воина, и сходство это укрепляла спиралью изогнутая булава и щит в «руках» этого порождения стихий. Он призрачно переливался, ещё не до конца явившись в наш материальный мир.

Не помня себя, я рванулся к этой сфере, сделав то, что в этот момент показалось мне самым разумным. Я поднял свой меч и резко опустил, разрубая шар пополам, и высвобождая его энергию, которая откинула меня с такой силой, что я кубарем полетел по доскам полуразрушенного причала, слыша неприятный хруст. Я лежал на земле, всё тело ныло, видимо, падая, я ушиб конечности и сломал ребра, но хоть шея была цела, голову я сумел повернуть, которая также раскалывалась и была явно разбита. Я увидел, как из лопнувшей сферы вылетают лазурно-синие сгустки, принимая прозрачные очертания фигур. Одна из них подошла ко мне, и на мои глаза навернулись слезы, ведь в ней я увидел Арию.

— Спасибо… — Прошелестел её дух, подобно листве в кронах деревьев. – Нужно помочь им… Ослабить порождение.

Ария присоединилась к другим освобожденным душам, ослабевая элементаля. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание, это бегущих в атаку товарищей и испуганное лицо Дентарии перед собой.

Моя история в Лор'Латиле вновь вернулась к тому, с чего началась. Я лежал в кровати с переломами, а моя подруга, которую, как и события, я, к счастью, помнил, ухаживала за мной, исцеляя и докладывая новости. Культисты, как оказалось, забрались ещё дальше, и там была целая бойня, в которой участвовали древни, изумрудный дракон и аватара древнего и тёмного существа. Но это уже была не моя битва, и, к моей великой радости, Дентария тоже не приняла в ней участия, решив, что лучше останется исцелять раненых в Лор'Латиле.

***

— Позже, вместе с беженцами из Гилнеаса, я решил отправиться в Штормград. Уже поздно, но я обязательно расскажу вам ещё множество историй. Я бывал и тут, и в джунглях Тернистой долины, и в Пылающих степях. Даже на Пандарии успел побывать. Но сейчас, если вы не против, я бы отправился спать. — Кеман улыбнулся. К концу рассказа было уже за полночь.

— А можно… — тихо спросила Лотти пока Кеман поднимался со своего места. – Я пойду с тобой?

— Я не против, — улыбнулся Кеман.

Шарлотта, улыбнувшись в ответ последовала за своим другом. Взглядом их молча проводила хозяйка таверны, так же вставая со своего места. — Вам бы так же пойти и отдохнуть, — обратилась она к ещё одной парочке сидящей за столом. Улыбнулась, глядя на смущенный вид Кельвии и слегка улыбающегося Дорана, развернулась и ушла на кухню, вслед за своими работницами уже на ходу отдавая распоряжения. Отдых для Розы был ценным подарком. Но прежде чем пойти отдыхать, она хотела убедится, что на кухне всё в порядке. Ночь в городе продолжалась… Как и шум в таверне.

И возможно, мы ещё услышим что-то. Но это… уже другая история.


Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток, Барбарис. Я ознакомилась с вашей квентой и выношу следующий вердикт - одобрено, +11 к уровню персонажу с ником Кеман.


Вот это действительно очень хорошая квента, отлично раскрывающая столь харизматичного персонажа с необыкновенной судьбой. Мне было очень приятно и интересно узнать о его прошлом, о том, что всё же случилось на Тёмных Берегах с ним, и как же он смог получить ценное доверие ночных эльфов. Данная квента даёт подробное дополнение к анкете на персонажа, показывая весь продуманный образ. По сравнению с прошлой вашей квентой, Барбарис, эта является неким самородком. Прогресс вашего написания заметен, с этим я вас поздравляю.


Сама квента имеет два параллельно идущих сюжета - прошлого и настоящего. И оба они украшены яркими моментами, харизмой персонажей и довольно трогающими моментами. Однако в чем-то оба переплетаются - должно быть, в крепкой и бескорыстной дружбе. Безусловно, это творчество отложится в моей памяти, а значит писали его вы точно не зря. Надеюсь, что и другие читатели оценят его по достоинству.


Желаю приятной игры!

Проверил(а):
Катя-Катерина ♡
Уровни выданы:
Да
20:08
10:47
1559
18:42
+4
Большое спасибо Лиессе, ДаркинЛорду и Кориазе за прекрасный отыгрыш своих персонажей в дискорде для этой работы. Ваши диалоги в таверне вышли прекрасно, на мой взгляд. Отдельное спасибо еще раз Кори, за твою помощь в редакции, ты умничка!)
19:40
+2
Ой… Засмущал совсем)) blush
21:10
+3
11:13
+2
11:54
+3
История получилась весьма интересная, даже что-то, ностальгировать начала по временам Каты))) эх
… Как по мне, читается легко) так что, большой объем текста не смущает)) Так что, кхм…
«Глашатай вышел на улицу, прокашлялся и обьвил звучным голосом: Приглашаем всех желающих, посетить нашу таверну и послушать увлекательную историю про охотника на чудищ, потерявший память и проживший некоторое время в поселении эльфов. Что же с ним там случилось? Прошу господа.
Он открыл дверь в таверну и поклонившись, пригласил жителей нашего мира, в тёплый зал заведения и неимоверную атмосферу» wink
12:07
+1
Топовый коммент))))
14:04
+1
Прости барбарис, но мне лень читать, давай в другой раз
15:30
+1
Рецензия прямо греет душу)))
12:58
+2
Давно не читал таких квент
Достойно, как говорится
13:08
+1
Спасибо)
14:29
+3
Хорошее чтиво на работе, автор
Шик
Шикарная квента Ван лав