Игровое имя:
Эльдрис

Эльдрис бесцельно бродила по руинам Эльдре’Таласа, осматривая полуразрушенные своды, стены и заваленные улочки. Волшебница лишь изредка останавливалась, вспоминая о днях, когда она была счастлива; днях, когда та, кто стал самым близким и родным существом, была жива и разделяла все памятные мгновения, происходящие в жизни Эльдрис. Порванные гобелены, замшелые камни — всё это напоминало о былом величии калдорай, что было утеряно. Волшебница продолжала свой путь сквозь заросшие дворы и
коридоры, не боясь духов, которые, кстати, не нападали неё, лишь провожая
фигуру эльфийки тоскливым взглядом.
Боль. Обида. Гнев. Ненависть.
Всё это переполняло эльфийку, но её разум был так же холоден, как и прежде. Эльдрис продвигалась вперёд, оставляя за собой иней, который был новинкой для здешней каменной клади. Семя сомнения и страха взрастают в сердце волшебницы, подрывая уверенность в себе и своих действиях. Каждый шаг даётся всё труднее и труднее, словно что-то не пускает её вперёд...
Эльдрис останавливается, поднимая свой взор на небо, видневшееся через разрушенные своды прекрасной залы, где раньше кипела жизнь. Такое красивое чёрное небо, полное красками звёзд. В этот момент Эльдрис поняла, насколько та несчастна и одинока, словно вселенная указала ей на это, выстроив картину из небесных светил. Одиночество — то, что съедает эльфийку изнутри. Волшебница падает ниц на колени, продолжая рассматривать бесчисленное множество звёзд. «Альдиэль» — это имя разносится по чертогам разума высокорожденной, заставляя ту вспомнить о той, кто могла утешить её в любую минуту. Но сейчас — она абсолютно одна. Одна против всего мира. Одна против всей вселенной...
Тень Луны утирает слезы, встряхнув шёлковым рукавом — ледяные сосульки вонзаются в каменную кладку, расколов её. Волшебница опирается о посох, вставая во весь рост. Эльдрис ненавидела. Эльдрис ненавидела Кирин-Тор, лишившего её нового дома и места в мире. Эльдрис ненавидела Урзогу, причастную к тому, кем она стала сейчас. Эльдрис ненавидела весь мир, словно он виноват в тех бедах, которые преследуют высокорожденную:

— Тысячи лет я отвергала своё наследие, лишь храня
память, но сейчас… пора воспрять ото сна! — прорычала эльфийка, вонзив посох в камень, сопровождая сие действо взрывом тайной энергии, который раскатился по всей зале, поднимая ввысь мелкие объекты. Высокорожденная воспарила над землёй, мастерски управляя арканой, которая прошла сквозь её тело, словно пробудив в ней что-то, вызвав ярость… ярость высокорожденной. Эльфийка совершает плавное движение вверх, наплавляя потоки арканы ввысь, заставляя мельчайшие частицы принять свой первозданный облик. Потолок обрастает разноцветным витражом, на которым
изображено величие Азшары, каменная кладь становится ровной и гладкой, а гобелены развиваются в такт движениям Эльдрис.
Торжество перерождения длилось недолго, и витраж трескается, осыпаясь на плитку, которая обращается в пыль, как империя всеми любимой королевы. Высокорожденная аккуратно спускается на землю, лишь смиренно опуская взгляд.
— Я отомщу Легиону… Я отомщу Азшаре...
Я отомщу всей Вселенной, что встанет на
моём пути… И я отомщу тебе, мама, — сквозь зубы прорычала эльфийка, устремляя свой взор куда-то в сторону левой
руки.
— О, я и не сомневаюсь в твоих силах, Эльдрис, но прибереги их на потом, — сказала тень, сверкнув своими глазами, выйдя из-за тёмной арки — это была высокорожденная, мать Эльдрис, Айльленриэль Тень Луны.
— Ты думала, что я забыла? Прочь, ведьма! Ты оскверняешь светлую память о нашем
народе своим существованием, — Эльдрис продолжала презрительно смотреть на свою мать.
— Ох… Как грубо! Ты меня обижаешь, Эльдрис, и тебя бы стоило наказать, -
сказала эльфийка, нахмурив белоснежные брови ещё сильнее, — но я пришла не за этим, моя дорогая...
— Ты думаешь, что я стану слушать твои россказни? Я знаю все твои уловки,
мерзкая тварь! — прорычала эльфийка, уже развернувшись к своей матери, перебив ту на полуслове.
— Эльдрис, послушай меня! Я пришла не за тем, чтобы расправиться с той, которую я породила с десяток тысяч лет назад; c той, которую я обучала магическому искусству; с той, которая была брошена всеми. Я не могу оставить тебя одну, Эльдрис, — сказала высокорождённая, с грохотом стягивая латные перчатки и элементы брони со своего тела, оставляя лишь одеяние.
Айльленриэль робко ступает вперёд, держа свою осанку. Её лицо оставалось холодным и спокойным, ни одна морщинка не проявлялась на лице древней высокорожденной. Эльдрис же, одолеваемая гневом и яростью, готовилась использовать разрушительный арсенал своих заклинаний, дабы положить конец битве, начатой десяток тысяч лет назад. Мать и дочь. Лёд и пламя. Старшая Тень Луны, не отступая, попыталась воззвать к самой Эльдрис, спрятанной за толстой стеной эмоций и переживаний:
— Эльдрис, дочь моя, выслушай меня… — Айльленриэль была прервана резким звуком, который прокатился по всему забытому городу, — Кажется, мы не одни, — высокорожденная, как и её дочь, устремила взгляд в конец длинного зала, где образовался широкий изумрудный овал с разверзшимся жерлом демонической энергии посередине. Видимо, по ту сторону появившегося портала кто-то уловил высокие магические колебания и мощный всплеск тайной магии в Эльдре’Таласе, вызванным «перерождением» Эльдрис. В атмосфере города словно что-то изменилось – чародейское нутро ощутило смрад льющейся скверны. Из тёмного жерла демонического портала возникла, громко топая тяжёлыми раздвоенными копытами, могучая фигура эредара, быстро уцепившая взглядом двух высокорожденных. За ним вышли другие демоны – шестёрки разных видов и форм. Они лишь ждали приказа своего владыки.
— Кого я вижу! — ухмыльнулся демон, изобразив ядовитую улыбку на истерзанном скверной лице. — Юродивая мать, которая оставила своего отпрыска на волю судьбы, и дочь, страдающая от беспощадного максимализма. Как трогательно! Ну, Эльдрис, и как ты себя чувствуешь после позорного вылета из рядов «защитников» Азерота? — эредар закатился смехом, обнажив свои острые клыки, способные раскусить плоть как нож способен разрезать масло.
— Сгинь, копытное! — выпалила Айльленриэль охотнику на магов, покрытого уродливыми красными наростами, между которыми виднелись прожилки скверны. — Убирайся отсюда, даю тебе последний шанс.
— Как грубо с вашей стороны, — цыкнул эредар и наигранно покачал головой, якобы расстроенный, — Я вижу, на что вы способны и хочу предло… — эредар был прерван встречными заклятиями высокорожденных, которые проревели в воздухе, яростным гулом прокатившись по всем руинам Забытого Города, словно сигнал тревоги. – Аргх! ОГОНЬ! — охотник на магов взмахнул дланью, заключённой в латную перчатку, на конце которой имелся сгусток энергии скверны.

Демоны вместе с их лидером по команде бросились вперёд. В ход шли сгустки Скверны, огненные шары огромной разрушительной мощи и силы, от которых страдала и искривлялась сама ткань реальности. Айльленриэль, совместно со своей дочерью, создала маленький купол, который в последний момент укрыл их от плотного обстрела могущественными заклинаниями. Эльдрис понимала, что против пехоты демонов и в особенности гончих скверны – самого страшного врага для мага – им не выстоять вдвоём, а купол матери, под плотным напором демонической магии, обрушившейся, словно смертоносный ливень, уже начинал трескаться как старое стекло. Эльфийка быстро произвела заклинание телепортации, и две фигуры резко исчезли вместе с куполом, исчезнув в едком пламени и осколках мраморного покрытия пола, разлетающихся по сторонам. Охотник на магов громко зарычал, а затем испустил полный гнева рёв, едва обе высокорожденные скрылись с его зорких горящих пламенем Скверны глаз. От гнева он раздавил могучим копытом мелкого беса, трущегося рядом и непонимающе зыркая по сторонам в поисках цели. Вытерев об пол останки демона, он выпалил:
— Найти их, доставить мне живыми! — затем развернулся обратно к порталу и поспешил удалиться, добавив: — Но не обязательно невредимыми.
Псари кивнули владыке, гончие злобно зарычали, стражи Скверны поправили секиры в руках. Все демоны стали быстро разбредаться по извивающимся коридорам Забытого Города в поисках своей жертвы. Две высокорожденные оказались в палатах Эльдре’Таласа, где некогда отдыхали архивариусы, библиотекари, летописцы и писари. Они дали себе время недолго отдышаться. Мать Эльдрис не была готова к столь жёсткой встречи и сильному напору. Её купол едва не порушился, но удержание его отняло у высокорожденной
слишком много сил. Их острый эльфийский слух уловил движение где-то поблизости, и Айльленриэль с тяжким вздохом пошла на незапланированные меры, быстро сообразив ситуацию. Коснувшись затылка отвернувшейся к источнику звука дочери, она одним верным импульсом заставила эльфийку свалиться с ног, едва та успела распахнуть удивлённо глаза и раскрыть рот.
— Это для твоего же блага, — с неподдельной грустью сказала Айльленриэль, и по её щеке скатилась настоящая слеза – слеза материнской горечи и печали. Женщина подхватила свою дочь под руки, не дав её телу грубо свалиться на пол, — Ты всегда была неугомонной и той ещё дрянной девчонкой… Но ты ещё не готова встретить такого опасного противника. Не сейчас.
Айльленриэль ощущала, как слабость окутывает её. Голова кружилась, в желудке чувствовалось жжение, перед глазами всё словно плыло. Её сил хватит лишь на одно заклятие. Заклятие, которое спасёт лишь одного. И она выбрала спасти свою дочь. Старшая высокорожденная прижала эльфийку крепко к своей материнской груди, тяжело дыша, не желая отпускать её – больше нет. Закрыв глаза, она тихо прошептала дочери на ухо:
— Прощай, Эльдрис…
Высокорожденная услышала громкий хлопок и рассеивающийся звук. Руки резко потеряли тяжесть тела дочери, а затем беспомощно повисли вниз. Открыв очи, она узрела, что стоит посреди жилого квартала совсем одна. Айльленриэль перенесла Эльдрис подальше от этого места, дабы встретиться с демоном лицом к лицу. Она знала, что девчонка не уйдёт сама. Она будет сражаться – и проиграет. Айльленриэль не могла допустить этого. Но спася дочь,
сдаваться без боя она не собиралась. Пусть умрёт, но с достоинством и высоко поднятой головой, как истинный высокорожденный! И осознанием того, что смогла спасти Её. Звуки топающих стражей Скверны были слышны уже так близко, когда Айльленриэль вспыхнула
последним арканным сиянием…
Эльдрис очнулась лишь к утру, полностью восстановив свои силы.
— Мама, — произнесла высокорождённая, опираясь о посох, который, казалось, был уничтожен, но неведомым образом оказался подле неё. Волшебница продолжала смотреть на руины Эльдре’Таласа, где кое-где виднелись огни арканы и скверны.

Смирение. Прощение. Надежда.

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Это выглядит очень странно. Честно. Сама ситуация, вторжение демонов, и всё то, что последовало потом. Это очень, очень странно, в каждой своей детали. Но жертва матери ради дочери, это мило.
Одобрено, +4 уровня на персонажа Эльдрис.

Проверил(а):
Герцог Гаварский
Уровни выданы:
Да
01:40
16:15
944
12:18
+3
Прочитала. Хорошая небольшая квента, молодец)
13:43
+3
И тебе мур, киця: З
Душевненько!
13:43
+3
Ой, мур тебе: З