Игровое имя:
Висент
Статус:
Жив(-а)
Раса:
Ворген
Народность:
Гилнеас
Пол:
Мужской
Возраст:
27
Особенности внешности:

"… Я позвонил за ней, и следующим днем мы разговорились. Чаепитие на несколько часов, все как положено. Я почувствовал себя очень неловко, когда первым делом она упомянула мои поседевшие пряди. Она из своей девичьей натуры похихикала и заявила, дескать мужчину года украшают, пока умственно он развивается. А как же я могу судить о себе? Едва не подавился и сменил тему..."

Чуть больше, чем четверть века прошло с того дня, как в семье Кромвеллов родился Висент. Он, можно сказать, был показательным примером того, как королевство Гилнеас позволяет преодолевать классовый барьер своим умом и амбициями. Сейчас, сквозь все пережитое, он как будто сходил с полотна фантаста. Когда Мэрилин заметила седую прядь, ему было всего двадцать три. Сейчас же, от былой смолы в волосах не осталось и следа. И когда доктор понял, что с проявлением возраста уже не справляется, он решил бросить естественности вызов, и сам окрасил всю оставшуюся шевелюру в серый цвет. Несомненно, это добавило ему шарма и повергло в шок окружающих дам, но сам он видел в подобном шаге только иронию. С того момента, возраст этого господина определить было невозможно. Черты лица то и дело выдавали его молодость, в то время как винтажная прическа и костюмы — старили. Сам он шутил в письме другу о том, что желает стереть в себе хоть какую-то образность. Висент утверждал, что большинство пожилых пациентов не доверяли ему исключительно от того, что он был молод и, по их мнению, априори неопытен. Окраска волос лишь подтвердила эту теорию.

Костюмы всегда были его страстью. Привитая родителями, обществом мода даже после их распада никуда не девалась. Висент все еще считает, что должен выглядеть строго и представительно. И пускай он стал с природной одним целым, людей и других пациентов он все же ее частью не считает.

«Абсурдно считать нас, существ разумных, частью природы. Я бы назвал нас инструментом, наблюдателями, вмешательством, но никогда бы не объединил. На то есть ряд причин и главная из них — хаотичность разума. В отличии от животных, которые мыслят инстинктами, мы наделены душой и порой самыми погаными мыслями. Ведь очень часто мы идем против природы ради низменных желаний. Еще чаще, мы придумываем парадигмы и правила, которые противоречат инстинктам и, как бы кому не хотелось, выбивают нас из природного цикла.

Я помню, как привел Альфреду достаточно простой пример. В лесах есть волчья стая, а в ней есть вожак. И вожак никто иной, как сильнейший. У них ведь нет иных мерил, и даже возраст, казалось, очевидная идея, не играет никакой роли. Достаточно посмотреть на дворян. Разодетые в шелка и все цвета палитры, очень часто немощные физически и слабы интеллектуально. Все, что делает их вожаками — власть, дарованная историей или обществом в тех или иных обстоятельствах. Чаще, конечно, ее заслуживают умом, но не сильно реже только тем, что умом ее заслужили родители.»

И сколько ты не будь знатоком и даже родственником природе, чтобы выжить в обществе людей или кого еще — необходимо следовать тем хорошим качествам, которые избраны этим самым обществом. Костюм — символ внешней собранности и состоятельности человека. Кто не может выглядеть представительно — не может представлять даже своих интересов. Чаще всего, Висент сочетает черный бархат с блестящим серебром, на светские мероприятия выбирая блеклые украшения, а на романтические — украшения пестрых цветов. Главной жемчужиной в образе для него служит галстук, начиная от узла и заканчивая узором. При встречах с пациентами он одевается максимально блекло, чтобы не отвлекать внимания на свою внешность. Он надевает очки не для того, чтобы казаться умнее или не из-за проблем со зрением, но чтобы объективно лучше видеть собеседника.

Доктор чувствует себя ужасно некомфортно с открытым торсом или ногами. Более того, ему нравится тепло, которое дарит ткань. Он находит в этом свой уют и пусть призрачную, но какую-то закрытость от общества, которое время от времени навевает тоску. Снизу всегда все черное — строгие сапоги с заклепками и брюки со стрелками. Будучи в игривом настроении, он позволяет себе надеть какой-нибудь несуразный пояс для пальто — темно синего или же бордового цвета. Такое случается очень редко.

И даже по ночам он не расстается с одеждой — спит всегда в пижаме иль ночнушке, всегда оставляя хотя бы одну свечу зажжённой.

"… Да, и впрямь забавно. Мэрелин так и не смогла смириться с этой привычкой. Я долго раздумывал над тем, почему мне дискомфортно спать в темноте и пришел таки к выводу. На природе меня освещает луна. Я вижу ее с любого ракурса, а дом как строение само по себе неестественное, а у меня, вероятно, есть необходимость видеть свет в пределах видимости. Вот, насколько забавным и каверзным может быть человеческий разум! ..."

Два с половиной века оставили на лице мужчины множество следов. Это и морщины, и складки на лбу, мешки под глазами от недосыпа. Все это делает образ более статным, но не отвращающим. Висент умудрился создать какой-то свой стиль, граничащий между естественностью и врачебной серостью, и этот вид воистину увлекает многих.

Отдельного внимания стоят и последствия Гилнеаской трагедии, в ходе которой Висент приобрел местами дикие черты. Уединившись с природой он подметил, как обильнее на его теле и лице растет волосяной покров, как порой глаза его выдают эмоции, которые он бы выдавать не предпочел. Новообретенная сила в руках, и голод в зубах манит и заставляет скромного доктора обрастать мускулатурой и рельефом.

«Никогда мне не приходилось восхищаться выразительностью и объективизации, и тем не менее, я принял в себя дикую кровь. Никого не виню, да и более того, даже благодарю судьбу за столь интересный подарок, но никогда я по своей воле не буду демонстрировать это, можно сказать, эго. Я не могу сказать, что оно мне отвратительно, иль же тяготит — мне просто не хотелось бы кого-нибудь напугать.»

Висент стал воргеном. Вполне очевидная для Гилнеасца участь. И если долгой истории становления найдется место позже, то сейчас стоит затронуть только облик. В нем доктор теряет всякую статность, и, что забавно, его искусственная седина обращается обратно в смолу. Навеянная обществом осанка ломается под грузом тела, но он все же пытается держать спину ровно. Ему приходится контролировать свой рот и не допускать оскала. Глаза же в этом виде часто бегают по собеседнику в поисках чего-то более интересного. Он теряет свою статность внешне, но разговор остается таким же доброжелательным и спокойным. Разница лишь в том, что в дикой оболочке такой тон требует усилия.

Особенности характера:

Висент прожил очень бурную, тяжелую и богатую на события и личностей жизнь. За свои двадцать семь лет он видел непозволительно много предательств, человеческих чувств и жизненной несправедливости. Воспитанные в нищете, возросший на своих амбициях и искренних чувствах, он переродился и стал воргеном весьма сложного характера.


Доброжелательность — качество, которое извечно воспитывается в докторах. Невозможно стать воистину хорошим специалистом, если хотя бы в глубине своей души не любить людей. Каким бы приверженцем науки он себя не представлял, самые яркие и интересные воспоминания с работы остались именно от общения с людьми. Часто они были немощными, еще чаще злыми и обездоленными, но Висент к каждому находил подход, улыбался и искреннее желал им благополучия. Ничего кроме масштабов и не изменилось.

Жестокость — качество, которые воспиталось тяжелой судьбой. Ушедший отец, который никогда его не любил, после и мать, отдавшая свою жизнь за павшее государство. Издевки в детстве, бессонные ночи на работе, неудачный брак и смерть друзей — все это копилось в Висенте годами, то и дело вырываясь наружу. Контролировать жестокость невозможно, лишь воспитывать более стойкий и смиренный взгляд на жизнь.

Холод — очередная издержка профессии. Страх крови, страх умалишенных, необдуманных и жестоких действий людей — качества, которые делают карьеру невозможной. Доктор, который боится сделать разрез на живом и увядающем теле никогда не продвинется дальше фельдшера. С ростом своей личности Висент понял, что холод нужен ему ровно также, как и доброжелательность. Его отсутствие — признак слабости и беззащитность в сложных жизненных ситуациях. Не один раз он принимал решения, которые приводили к смертям, и если бы не холод — он никогда бы не двинулся дальше.


Святость — духовность для Висента была всегда чем-то неопределенным. Здесь он всегда приводил в пример политику, в которой объективно нет правых и виноватых. Каждый конфликт — разность мнений и он, вопреки всякому желанию, не может этого избежать. Тем не менее, прожив достаточно долго среди ночных эльфов, он пришел к осознанию, что право то мнение, при котором большинству участников спора будет лучше.

Порок — Взращенное сложным детством качество. Висент в тайне желал величия и богатства. Он желал быть нужным своей женщине и радовался тому, что это происходит наяву. Убивая Ордынцев в войне, он искренне довольствовался их смертью, ведь считал, что делает это по справедливости. Висент часто выставлял себя в роли судьи тогда, когда по обе чаши весов стояли жизни других.

Безразличие — Эмоциональное выгорание в последствии последних событий проявили в нем и новое качество. Устав от войны, от вечных смертей дорогих себе личностей, он стал закрываться в себе и, как он сам называет это, отдыхать. В самом же деле, в Висенте прорастает некое безразличие ко всему, кроме природы, которая помогает ему успокоиться.


Алчность — несмотря на то, что в последнее время Висент отбросил материальные блага, он все еще жаден до знания, до уважения к себе и собственному весу в мире. Он стремится к открытиям и ревнует науку и силу тем, кого считает недостойным.

Щедрость — со стороны покажется, что для Кромвелла больше нет понятия материальных стремлений. Ему больше не нужен шелк и подкладка к пиджаку. Он довольствуется тем, что есть. Берет от жизни то, что требуется для развития, а излишки отдает тем, кто нуждается больше всего.

Отшельничество — третья сторона в этом круговороте помощи — природы. Время, которое он мог бы потратить на помощь кому-нибудь, он часто проводит наедине с собой и природой. Висент считает ее организмом, которому больше всего нужна забота. Ах, зачем же нужно золото, когда есть прекрасные хризантемы?


Прагматичность — столь малый возраст, но уже остывшая душа. Висента очень тяжело впечатлить. Он относится к любому событию как к связи более мелких явлений и ничему более. Общаясь со сложными людьми и нелюдьми всю свою жизнь, он все чаще приходит к выводу, что они не более, чем приведенные в движение шаблоны и архетипы.

Романтизм — и все же время от времени проявляются чувства. Что-то еще недоступное такому слабому и немощному человеку, как Висент. Он может встретить кого угодно и этот кто-то может просто запасть в сердце. Такому явлению не будет ни причин, ни следствия. Время от времени это происходит как по отношению к людям, так и по отношению к пейзажам, науке, и всему, что только попадается на глаза.

Бессилие — После осознания собственной несостоятельности и неправоты своих прагматичных мыслей, Кромвелл часто падает в апатию и с трудом выбирается из нее, внушая себе мысль о том, что он просто недостаточно опытен в жизни для понимания всех возможных явлений.


Огонь — как и любое живое и чувствующее существо, Висент способен проявлять гнев. Со своими новыми силами, эти проявления особо опасны и часто приводят к отвратительным на вид вещам. Во время возгорания своей души, он не замечает крови на руках, зубах, и тлеющей пустоты внутри.

Усталость — после одоления огня, часто наступает паралич. Кромвелл впадает в губящее осуждение себя. Цикл мыслей о своей ничтожности и отсутствию выдержки вгоняет его в депрессию и заставляет верить в то, что он не заслуживает тех сил, что имеет.

Цветение — в моменты штиля Висент прекрасно осознает, как стремительно он развивается. Духовно или телесно — не важно. Сам процесс познания нового, совершенствования своей души и все более уверенное понимание мира дарит ему приятный, осязаемый и сладкий покой. И в эти моменты к нему приходят силы жить дальше.

Мировоззрение:
Законопослушно-доброе
Класс:
Друид
Специализация:
Исцеление
Способности:

Магия Природы — первое из друидических искусств, которое познал Висент. Научный подход к жизни помог ему понять природу и, не без помощи своего дара, использовать его во благо союзникам. Доктор, что не удивительно, в основном пользуется этой магией для исцеления ран союзников, но может обрушить и гнев ее против тех, к кому настроен искренне враждебно.

Облик ворона — дарованный в Валь'шаре за строгость и расчетливость. Этот облик позволяет ему летать и наблюдать за происходящим. Часто он пользуется им для того, чтобы следить за окружающими, но не с корыстью, а с желанием понять их поступки и созерцать искренние эмоции, которые они никогда не покажут лицом к лицу. Когти этого ворона остры и в крайней необходимости он может использовать их для атаки. Ворона можно назвать эгом спокойствия и рассудительности. Неким перерождением холодного, врачебного видения мира в нечто метафизическое.

Облик волка — обратная, приобретенная от Гилнеаской трагедии сторона. Когда гнев застилает разум, а в глубине души просыпается необъятная злость, доктор способен принять облик внушительных размеров волка, безжалостно раздирающего врагов своими когтями. Возвращаясь в норму, Висент часто осуждает себя за сотворенное, но после приходит к мысли о том, что бесконтрольность в природе можно смело называть законом.

Навыки и профессии:

Традиционная медицина — не забыта и никогда не будет. Висент провел львиную долю своей жизни за учебниками, концептами, хирургическим столом и умалишенными пациентами. Пускай этот навык и не находит частого применения сейчас, но именно он помог друиду потрясающе разбираться в людях, в их действиях и различных душевных болях.

Алхимия — Производная медицины. Что же за доктор, который не может приготовить лекарство или успокоить своего пациента? Висент сильно продвинулся в этом навыке после обращения в друида. Сейчас это для него и хобби и приоритетное задание. Он больше не торгует зельями за деньги, отказавшись от материальных благ. Заветные микстуры жизни от него получают лишь близкие соратники.

Каллиграфия — Висент пишет очень много. Если раньше это были научные работы, то сейчас всевозможные письма друзьям и всем тем, кто дорог. Однажды Альфред научил его писать красиво. Прошло примерно пятнадцать лет и этот навык впал в автоматизм. Письмо воргена можно назвать произведением искусства, и он легко обращается с пером как в диком, так и в самом сознательном виде.

Вера:
Другое
Пояснение к верованиям:

Висент верит в природный баланс, при этом отделяет людей и всех живых существ от его части. Задачей друида, по его мнению, является именно соединение этих не сходящихся друг к другу явлений. Он обожает буйство природы, но также благодушие и пороки окружающих разумных существ.

Знание языков:
  • Всеобщий
  • Дарнасский
Род занятий:
Доктор
Хронология:

— ОНИ! Милый мальчик, они любят налево и направо болтать о том, как им сложно жить, какие ответственные решения им нужно принимать. Никогда не жившие в холоде и голоде! Да как они смеют, представляете? Один у нас тут выступал накануне на площади, а на карете какой подъехал-то!

Висент никогда не занимался благотворительностью. Это ключевой момент, который позволил ему на кульминации пути занять весомое в обществе место. Тем не менее, общаться с гранью социального дна ему приходилось достаточно часто. Он работал за большие гонорары, но в качестве исключения брал под свою опеку и совсем необеспеченных людей, которые заинтересовывали его интересным, доселе неизвестными диагнозами. Этот мужчина преклонных лет совсем потерял вид. В буквальном смысле, у него от болезни сердца перекосило все лицо, и доктор здесь изучал именно последствия, а не причину возникновения. Очередным вечером он сидел в кабинете за записями, а Марсель изливал ему душу. Поговорить же было не с кем — бабка уже как пять лет ушла в землю, а дети извечно заняты.

— Извольте, а чего болтал-то? — Доктор развивал эту беседу, и если честно для того, чтобы наблюдать за искаженной мимикой. Говорил он буднично, но часто отвлекался от бумаг на лицо больного.

— А я что, думается вам, слушал?! О войне, все хотят, чтобы мы им карманы набивали своей кровью! Я бы сплюнул, но у вас тут чисто, уж как...

В кабинете всегда было идеально чисто, но нельзя было назвать это порядком. Бумага комами расстилалась по столу, всей остальной мебели и даже по полу. Последний год Висент точно также ездил на карете, носил дорогие наручные часы, а пиджак его приобрел шелковую подкладку.

— А может денег хотел раздать, не думали?

— Да коль хотел бы раздать, так порвали бы, заразу, заживо!


Висент повидал оба края общества. Родился он в семье до безумия бедной и без единого шанса становления как личности. Матушка была очень строга, в то время как отец в свободное время пил, да и в целом никогда сына не любил. Так уж получилось, что раньше пили оба, а сынок стал всего-лишь выводом их хмельной страсти. Благо, государство все равно давало таким детям возможности. В школах учились дети разных сословий, и Висент закономерно оказался там нелюбимым. Он не мог позволить себе дорогие и чистые костюмы, ведь банально не умел стирать их сам, а мать не успевала из-за работы. Все было настолько плохо, что с взрослением мальчику даже пришлось донашивать старые вещи отца, из-за чего он окончательно вышел из моды. Ах, и сколько раз ему тогда били лицо и задирали… Сейчас, конечно, все это смешалось в одно «сложное детство».

Несмотря на строгость матери, она всегда с некой сакральной теплотой встречала избитого и мученного сына из школы. Именно в моменты столь тяжелые, она умудрялась проявлять такую дефицитную для мальчика любовь. Она воодушевляла его, говорила, что позже судьба точно расставит точки над i, и все негодяи получат по заслугам. Он слушал ее с серым трепетом, то и дело опуская глаза к грязному полу.

Сложная жизнь была в школе, но это ни в коем случае не помешало ему получить должного образования. А все от того, что учителя то, откровенно, никогда не были людьми богатыми, и наблюдая за таким ярким в проявлениях обществом как дети, они часто принимали сторону Кромвелла. Может быть, так они реализовывали хоть какую-то борьбу за справедливость, но скорее находили в мальчике самих себя много лет назад.

Все, что они могли ему предоставить — шанс выйти в люди. И если во время уроков Висенту едва давали момент для обучения, он часто оставался после уроков и беседовал с преподавателями один на один. Тогда он встретил первого, и, наверное, самого важного друга в своей жизни — Альфреда Бемида.

Учитель естествознания скорее был интересен мальчику как личность парадоксальная. Он был достаточно обеспечен — в наследство от отца ему досталась птицефабрика, которую он умудрился не пропить и не проиграть, а даже зарабатывать. Денег может и хватало бы ему для жизни, но человек был ученый и ему было жизненно важным общение и развитие самого себя. Альфред на персональных занятиях смог заинтересовать Кромвелла предметом. Он рассказывал обо всем и сразу — о ведьмах урожая, животных, видах леса, погоде, а любопытный Висент словно губка впитывал каждое слово.

Годы шли, дружба между учеником и учителем перерастала в почти семейные отношения. Висент стал часто помогать мужчине в работе, писал за него тексты и обучался каллиграфии.


Мальчик подрос и переехал к матери. Дело в том, что алкоголь таки взял отца, она осталась совсем одна, а работа на производстве отняла зрение и остаток силы в руках. Несмотря на все сложности, Висент всегда любил ее и ныне планировал заботиться до самого конца. С Альфредом в то время он общался исключительно по переписке. Ездить и пить не мог, ведь уже подрабатывал в ближайшем госпитале фельдшером. Работа была не пыльная, в основном это были первичные осмотры и консультации, после чего Висент совместно с опытными докторами принимал решение, есть ли шанс на излечение, или же нет. Тогда он научился принимать очень тяжелые решения и усвоил, пожалуй, самую главную идею в своей жизни.

«Смерть бесповоротна. И мы можем лишь отсрочить будущие, если изучим детали предыдущих»

На похороны он надел черный галстук, а на могилу положил хризантемы — ее любимые цветы. Перед смертью он часто читал ей различные бульварные романы, к которым она пытала страсть. Это занимало очень много времени, поэтому к моменту ее смерти он изрядно изголодался по медицине. Вернувшись в госпиталь и освободившись от тяготы семьи, Висент полностью погрузился в работу. Он параллельно получал образование уже у состоявшихся докторов, и его былое любопытство вспыхнуло вновь. Научных результатов долго ждать не пришлось — от экспериментов с переливанием крови до пересадки кожи — новоиспеченный доктор достигал успехов по всем направлениям. Он начал жить достойно, но так и не переехал из дома, в котором когда-то жила мать. Ему приходилось заниматься ее огромным гербарием по ночам. В глубине души Висент всегда был сентиментальным, и он не мог бросить цветы на произвол судьбы. Все изменилось, когда появилась Мэрилин Белл.

Висент давно перестал оплакивать мать. Он принял закономерность ее смерти и окунулся в работу. И все же что-то тяготило его сердца до момента, пока он не встретил Мэрилин. Красивая, статная, наследница титула, но вот незадача… Множество ножевых ранений. Она попала на стол именно к нему. и он не делал никаких ставок. Несколько операций, иллюзорных смертей и лужи крови. Отчего-то он запомнил тот день, как никакой другой. Позже, конечно, страх к подобным зрелищам навсегда усел в каменной выдержки, но Мэрилин была особой. Ее лицо пробуждало в нем чувства, но вместе с этим напоминало издевки из детства. Старшие доктор научили его избавляться от эмоций во время работы, и именно это спасло девушке жизнь.

Вернувшись на свет под его фонарем, она отчего-то расчувствовалась и была к нему безумно благодарна. Да и сам он к тем двадцати двум годам был мужчиной завидным, не бедный, интеллигентный и очень интересный. Решив проблемы со своими недоброжелателями, она стала то и дело заскакивать в госпиталь без видимой на то причины. Конечно, доктор понимал причину частых визитов девушки и, к счастью или сожалению, через время подчинился ее усилиям. Они зажили вместе, и Висент отчасти перенял дар ее богатства, но отныне материальное положение интересовало его куда меньше, чем наука. Он не становился навязчивым и не держал эти отношения ради благ.

Ее это и цепляло. То, что он, будучи не таким уж богатым и влиятельным, находил в жизни более интересные ценности и был искренне независим от общества. Получалась сцена, при которой всегда превозносимая дама оказывалась в плену своих чувств у простака, который просто читал много книг..

Она и сама начала навязываться. Он оставил дом матери и позволил хризантемам сгнить, переехав к ней и получив свой собственный кабинет. Теперь верные и благодарные пациенты обращались напрямую к доктору, минуя скотское обращение госпиталя к распределению бюджета. Он стал богаче и еще более независимее.

Здесь важно остановится и прояснить, что же в конечном счете привело к разводу. Мэрилин полюбила Висента за его холод и желание помогать людям без жажды справедливости и собственных благ. Она любила его за инициативность и любознательность, однако не могла дать ему ничего более, чем красоту цветов на своих шляпах и денег. И приняв ее дар, он не посчитал нужным отвечать ей и подчиняться, но только преуспел в своих начинаниях и вышел на совсем другой уровень. Мэрилин дала ему связь с аристократией, с более интересными и щедрыми пациентами, и он просто перестал в ней нуждаться. Она же, поняв, что более не имеет к нему никаких рычагов давления, сдалась в своих прытких попытках его подчинить.

Эти отношения продлились всего год, и разорвались они очень и очень вовремя. Благо, дети у этой пары так и не появились, а ее обиды были недостаточны для кровавой мести. Она писала.

"… Я больше не вижу на тебе лица. Раньше оно было худым и сильным, а теперь ты пополнен и стал зазнайкой. Я даже не знаю, о чем с тобой поговорить и как же нам быть дальше. До безумия полюбив однажды, я с каждым днем понимаю, как чувства угасают и ты становишься мне не более, чем личным врачом. Что же я сделала не так, что ты не смог ответить мне любовью?"

Висент имел очень внушительный, даже по меркам аристократов, капитал. Он хотел продать дом матери, но так и не осмелился на этот шаг. Разведясь с супругой, он купил поместье у стен, где и основал свой кабинет. Отныне он решил заняться экспериментальной медициной и написанием учебников для молодых. Принимал пациентов исключительно интересных для себя, изучая теперь их поведение и впитывая жизненную мудрость. Он стал жить для себя, но как жаль, что продлилось это недолго.

Политическая ситуация в Гилнеасе всегда была сложной, а Висент всю жизнь был от нее отвлечен. Сначала он едва ли обращал внимание на аристократов, ведь занимался стиркой своей одежды, а позже не обращал, потому что поставил в жизни высшую цель. Мэрилин бесконечно болтала о гражданской войне, патриотизме, Седогриве, но доктор пропускал такие разговоры мимо ушей. Так и было бы до конца его дней, если бы политика сама не постучала в дверь.

Проклятье воргенов изначально он рассматривал как новый вид мутации, и руки его опустились лишь с пониманием того, что это была древняя магия. Судьба усмехнулась над ним и тем, что он оказался подвержен этой болезни сам, и до последней минуты своей сознательности пытался лечить других и осознать болезнь как можно подробнее на себе. Но даже у такого сильного человека как Кромвелл, в одну минуту в руках пропадают силы. Дальше все было как в тумане, и до сих пор он не любит вспоминать тот год, когда скитался из клеток в цепи и обратно. Тогда он познакомился с ночными эльфами и они казались ему каким-то сверхъестественным спасением.

Жизнь перевернулась, поскольку наблюдатель и исследователь смерти оказался в цепях явления более опасного и неизведанного. Висент, в первую очередь понимал, что его знания это единица среди бесконечности всевозможных человеческих проблем. И когда эльфы помогли ему справится с проклятьем, он подошел к делу с возрожденным юношеским интересом.

Тут следует учесть, что будучи человеком грамотным, интеллигентным, доброжелательным и невластным, он очень легко нашел общий язык с эльфами. Так можно говорить как в буквальном, так и в переносном смысле. Мэрилин навсегда осталась в прошлом, картинкой и образом, погибшая под натиском плети, а он обрел новую жизнь.


«Я переродился и ради чего? Наверное, чтобы растить хризантемы.»

Так он начал один из, пожалуй, тысячи диалогов с Манрием. Становление воргеном, а после приобщение к обществу ночных эльфов, казалось, поменяло Висента кардинально. Первое время он был крайне сентиментальным, и среди многих новых длинноухих друзей, которые подобное ценили, он особо хорошо сдружился с Манрием. Это был эльф весьма грузный. Висент думал о том, что он ревнует природу к каждому, но с каждым новым днем общения понимал, что скорее друга преследует груз какой-то ответственности и беспокойства, нежели какая-то простая эмоция. В целом, за период своего перерождения, Висент сместился с традиционной медицины в психологию. Открыв для себя новый мир, он всячески пытался познать его, и тут, увы, не было никаких учебников. Время, проведенное у великого древа сейчас кажется ему сказкой, столь расплывчатой и доброй, что он не вспомнит оттуда никакой конкретики. Под влиянием Манрия, Висент бегло выучил Дарнаский язык и проникся природой. Раньше инструмент для поиска лекарств, а теперь отдельный, самый большой и сложный организм, который нуждается в лечении.

Метафизика — с долей пренебрежения он называл подобные учения в прошлом, а сейчас полностью проникся ими. Именно с Манрием они путешествовали по Калимдору, он изучал природу все еще своим научным методам, но позволял себе исход, при котором этот метод бессилен. И тогда он старался понять явление душой и, на удивление, это получалось. Висент стал все сильнее плавать в формулировках, а понятие «науки» у него размывалось. Не прошло и года, как уже без Манрия, но очень успешно и быстро ворген постигал друидизм. Его все так же не интересовала политика, ведь новое «увлечение» казалось куда существеннее и необузданее. Удивляло лишь то, что доктор не прощался со своей прошлой жизнью — он все еще поддерживал общение с Альфредом, который давно уж переехал в Штормград и жил там свою счастливую пенсию, обучая детей азам естествознания. Новоиспеченный друид всегда благодарил судьбу за то, что старика проклятье воргенов обошло стороной. Бывший преподаватель искреннее, порой даже до слез радости от писем гордился своим учеником и отвечал на каждое письмо.


Шли годы и события, которые доктор раньше оставил бы незамеченные, все сильнее его истязали. Он пробыл на Калимдоре аж до нового вторжения демонов, и отныне не мог запереться в кабинете. Он отправился в Валь'шару, где воссоединился с древними друидами и стал частью их армии. На тот момент Висент был подкован в новом «ремесле». Из пепла пережитых трагедий и новых знакомств родилась новая личность, которая была красивым и странным схождением былого доктора и нынешнего друида. Кромвеллу вернулась былая прагматичность и любознательность, заменив собой блаженность от неизведанного. Именно благодаря своему прошлому, он столь быстро стал весьма могущественным друидом, и именно на протяжении войны с демонами приобрел связь с дикими богами. Собственная природа дала прикоснуться ему к настоящей дикости и обрушивать против недоброжелателей когти, а после и Авиана одарила его вороний облик, знаменующий завсегдатаю строгость и расчетливость. Наконец, к своим двадцати шести годам Висент полностью, как казалось, реализовался как личность. И после падения Ксавия он решил отдохнуть и разобраться в себе.

Отдохнуть ему не дали, ведь прогремела весть о том, что то самое великое древо, служившее началом новой жизни Висента поглощено огнем. Под гнетом печали, он отправился защищать пепелище от Орды, впервые за все время приобретя к ним искреннюю ненависть. События дальше закрутились воронкой, не давая друиду шанса на отдых. Окончательным ударом для него стала смерть Манрия на Калимдоре. Доктор перегорел, опустил руки и до поры до времени скрылся в ветвях Калимдора в поисках успокоения...

«Я обещал, что приеду на твой юбилей, но сбыться сему не суждено. Мне правда очень тяжело после последних событий. Если раньше я просто закрывался в кабинете, то здесь, в извечных дождях и холоде можно закрыться только от самого себя. Я не могу этого допустить, а поэтому попытаюсь просто найти силы для дальнейшего пути. Попав в госпиталь, я был уверен, что смогу найти удовлетворения в своих научных свершениях, способах обойти смерть, но с каждым годом мне приходит понимание того, что смерть можно только принять как данное каждому из нас.» — письмо Альфреду.

Отношение:

Альянс — новые союзники. Столь аполитичные ворген так или иначе должен принять, что сотрудничество с Альянсом ему необходимо. Когда война встречает ослабленную душу на каждом шагу, обязательно нужен тот, за кого можно удержаться. Висент из своей натуры простил Альянсу пренебрежение Тельдрассилом, списывая это на разные культурные ценности, но и сотрудничество это он считает лишь вынужденным и временным. Людские города, без сомнения, красивы, но цветы подле них — вечны и никогда не ранят в спину.

Орда — дикари без каких-либо моральных ценностей. Висент никогда не задумывался, как и когда они появились на Азероте, чем они руководствуются, но повергнув огню уже второй по счету для Висента дом, они навсегда остались его врагами.

Ночные эльфы — спасение. Висент испытывает к ним уважение и трепет. Пускай у него мало близких среди этого народа, а единственный — Манрий, ввернулся в землю, Висент не сомневается, что именно в их обществе в конце концов найдет покой.

Гилнеас — старый и разрушенный дом. Когда-то ворген не видел жизни вне этих стен, и все его мироздание строилось на сценах и людях, что происходили внутри. Сейчас он понимает, что Гилнеас это не более, чем культурный пласт, и что остальной мир дал ему гораздо больше, чем родное государство. Висент с состраданием и любовью относится ко всем воргенам и людям Гилнеаса, но никогда не поставит себе цели в возвращении обратно.

Семейное положение:
Все сложно
Родственники:

Ламберт Кромвелл — отец. Погиб от пристрастия к алкоголю. К сожалению, это произошло в возрасте, когда Висент никак не мог на него повлиять. Откровенно говоря, он уже и не помнит облика отца. Прошло всего лишь семнадцать лет, но череда событий растягивает объективный срок в вечность впечатлений.

Элизабет Кромвелл — мать. Мертва, и благо погибла она естественной смертью. Усердная работа и сильный характер свели ее в могилу всего чуть раньше срока, когда это точно произошло бы естественным путем. На момент их брака с Ламбертом, она была на целых пятнадцать лет старше.

Альфред Бемида — жив. Удивительно, как старик неустанно тянет свой срок. Совсем недавно ему стукнуло семьдесят лет. Проклятье воргенов его не коснулось, и ныне он живет в Штормграде да все еще воспитывает детей. Это один из самых великодушных и умных людей по мнению Висента, пускай это лишь сохранившееся впечатление ребенка. Альфред стал для Висента вторым отцом и, вероятно, останется им до самой смерти.

Мэрилин Белл — Единственная супруга Висента. Она, по мнению друида, как и дала ему дорогу в жизнь, так и загубила в нем изначальную идею. Женщина, чьи цветы на шляпе он любил гораздо больше, чем человеческое нутро. Их отношения всегда были сложны и запутаны, но он даже рад тому, что развелся с ней до трагичных событий. Она осталась неопределенной иголкой в его сердце, что то и дело поворачивается острым концом прямо в душу. Старается не вспоминать.

Манрий Звездный Путь — мертв. В отличии от Мэрилин, Висент видел исключительно положительное влияние эльфа на свою личность. Именно Манрий позволил ему толком переродиться после всех сложностей, и именно его смерть стала сильным ударом для друида, заставив его на продолжительное время уйти в переосмысление бытия.

Питомцы:

Гроза — когда-то очень дорогой и престижный конь. Ее судьба Кромвеллу неизвестна, ведь он продал кобылу, как только съехал загород. Несмотря на это, образ лошади всплывает у него всякий раз при воспоминании прошлой жизни.

Активность:
Отыгрыш еще не начат
Дополнительные факты:
  • Персонаж — проба пера автора в ролевой игре
  • Автор ищет подходящий круг отыгрыша для персонажа
  • Автор ищет подходящий сюжет для отыгрыша персонажа
  • Персонажу необходима гильдия
  • Персонаж предназначен для социального отыгрыша
  • Персонаж предназначен для героического отыгрыша
Дополнительно:

Одним вечером я перечитал, наверное, все популярное творчество Чехова (в особенности связанное с бытом медиков), и у меня родилось это...

Главная идея анкеты в личностном развитии и духовном перерождении, поэтому тут нет конкретики где с кем и как дрался, какое оружие у него любимое и так далее...

Дописывал пьяный, потом перечитаю на ошибки

Морф облика ворона — ru.wowhead.com/npc=69349/темноглазый-ворон

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток! Ваша анкета была внимательно рассмотрена, по таким критериям, как содержательность, грамотность, логичность, и каноничность. И, на данный момент, получает вердикт одобрено. Далее я подробным образом распишу, какое впечатление на меня произвела прочитанная анкета, дабы обосновать принятое решение.

1. Содержательность. Я буду предельно честен сегодня и абсолютно беспристрастен, как, впрочем, и всегда. На меня произвела неизгладимое впечатление содержательность Вашей творческой работы. Дело даже не в том, что Вы написали много, что порадовало мою старую графоманскую душу. Дело в том, что Вы, при написании анкеты, уделили огромное внимание малейшим деталям при раскрытии внешнего облика и характера своего воргена. Благодаря этому очень легко закрыть глаза и воочию увидеть то, каким мужчиной является выходец из Гилнеаса. Совершенно особой похвалы заслуживает и написанная Вами Хронология. Она настолько интересна и объемна, что роднит Вашу анкету с полноценной квинтой. И это не минус. Напротив - огромнейший плюс. Благодаря великолепно расписанной Хронологии, у меня, как и у других читателей, появилась возможность изучить бэкграунд персонажа. Почувствовать его лучше. Понять, чем он живёт, и к чему стремится. И да. Я изменю себе, если не отмечу поистине великолепное оформление анкеты. Давненько мне уже не попадались на глаза столь приятные CSS. Наверное, я мечтатель, но я буду ждать, когда Вы напишите квенту на своего прекрасного персонажа. И буду надеяться, что именно мне выпадет честь её проверить.

2. Грамотность. У меня для Вас очень хорошие новости, уважаемый автор! Ваша анкета характеризуется высоким уровнем общей грамотности. Даже вездесущие опечатки, часто преследующие даже нас, рецензентов, в Вашей творческой работе практически отсутствуют. Благодаря этому анкету читать легко и приятно. И смысл, который Вы в неё вложили, легко усваивается. Исключительная грамотность написанной анкеты позволила мне поощрить Вас выдачей дополнительных уровней в качестве награды.

3. Логичность. Я тщательно изучал текст Вашей творческой работы, силясь обнаружить в нём логические провалы, способные поставить под сомнение возможность одобрения анкеты. И что же в итоге? Я оных, к счастью, не обнаружил. Несмотря на то, что черт характера у Вашего персонажа невероятно много, причины их развития расписаны. Да и взаимоотношения воргена с окружающим миром вполне себе адекватные. Единственное, к чему я мог бы придраться, так это к тому, как хирург смог самостоятельно оперировать в столь юном возрасте. Но не стал этого делать по весьма весомой причине. Обучение в средневековые времена существенно отличалось от обучения в нынешние. И никаких орденатур было просто не предусмотрено. Проявляешь таланты? Уверенно орудуешь скальпелем и зажимом? Оперируй, почему нет? Тем более во многих художественных произведениях жанра фэнтези встречаются довольно молодые врачи. И в среде литературных критиков это считается вполне себе нормальным.

4. Каноничность. Хочу Вас порадовать, уважаемый автор! Существование Вашего персонажа никоим образом не противоречит священным канонам нашей любимой Вселенной, World of Warcraft. Действительно, почему бы не существовать молодому выходцу из Гилнеаса, с не самой лёгкой судьбой? Вопреки расхожему мнению некоторых людей, наша любимая Вселенная не является благополучным, добрым миром, полным беззаботно порхающих бабочек. Если разбираться конкретно, то это самое настоящее темное фэнтези. И Ваш персонаж самым гармоничным образом вписывается в подобные реалии. Судя же по Вашему богатому ролевому опыту у меня нет даже капли сомнений в том, что Вы справитесь с возложенной на себя ролью. Реальных причин ставить крест на разработанной Вами концепции просто нет. Посему я с чистой совестью не стал этого делать.

На этом, кажется, всё. Если у Вас остались какие либо вопросы, касающиеся вынесенного вердикта, Вы всегда можете связаться со мной на сайте (https://rp-wow.ru/users/11652), или в Дискорде: Фалкрам#0927. Приятной игры на нашем ролевом проекте! И да прибудет с Вами вдохновение! Всегда. Что же касается награды за проделанную Вами работу, она выглядит следующим образом...

Уровни:

Висент 10

Другое:

- Персонажу с игромеханическим ником "Висент" одобрено использование морфа https://ru.wowhead.com/npc=69349/темноглазый-ворон



Бывают анкеты, которые, после проверки, навсегда остаются в памяти. Эта анкета, которую я сегодня проверил - бесспорно из разряда таких. Я рад, что мне выпала честь проверить её. Наверное, Висент, навсегда поселится в моём сердце. Я буду с огромным интересом наблюдать за развитием его истории. Кто то назовёт меня безнадёжным мечтателем, оторванным от реальности, но я буду мечтать о том, чтоб количество столь проработанных персонажей на нашем ролевом проекте неуклонно росло.

Проверил(а):
Фалкрам
Выдача (Опыт):
Да
+18
20:32
21:07
1021
Друид_не_гоблин
04:40
+1
Это ты так думаешь. На самом деле это хитрый план, и персонаж станет гоблином в ходе отыгрыша.
Гоблин-Гилнеасец
08:11
0
Практично. Когда не знаешь, как играть дальше своего персонажа, что перестал быть тебе интересен — изуродуй его, сделай гоблином, а лучше орком, а там уже и до гнома с манией к служению Святому Свету недалеко. nutjustice
08:12
0
Чел….
09:27
0
Вот за гнома сейчас обидно было…
08:42
+1
У вас доктор песчаную язву словил
Хороший врач. Исцелил мне климакс
08:59
0
Экспериментальная методика белый вином и любовными стихами…
Опять создаст персонажа которого броси, я тебе еще три года буду припоминать Кадирстраза и того парня с синдромом войда
11:35
0
Так я не закинул кадира, он в заморозке….мне нужно его переосмыслить
Мужик, как всегда круто