Астериан — это довольно старый дракон, а посему, когда разглядываешь его, то в глаза сразу бросается вечно ухмыляющаяся, объятая языками пламени и тёмной энергией морда, чем-то отдалённо напоминающая змеиную. Она такая же вытянутая, с острыми скулами, продолговатым лбом и ярко горящими хладным пламенем очами — именно они укрепляют этот змеиный образ. На его челюсти так же можно заметить огромную пластину из элементия, которая стала украшать лик Астериана совсем недавно, а если быть точнее, то после одной грандиозной битвы с синим левиафаном и красным змеем — небо, пламя и кровь, вот что творилось тогда в небесах, пропитанных пеплом и снегом. Сама челюсть у чёрного змея довольно большая, что позволяет ему заглатывать свою пищу и не пережёвывать. Однако дракон редко прибегает к таким извращениям, он скорее любитель медленно пожирать свой корм, пересчитывая каждое рёбрышко поверженного противника. Из украшений на морде имеются: Два длинных светло-серых рога. Острые и чуть-чуть закрученные на конце, они практически не повреждены, лишь мелкие царапины украшают их, и это говорит о том, что Астериан не привык проигрывать в бою, раз до сих пор хранит их в определённом покое, чем большинство его воинственных сородичей с обломанными как минимум на половину.

Если заглянуть ещё глубже, то можно заметить, как тонкая пелена ромбовидной чешуи слегка разрывается, а сквозь неё видны небольшие иголочки — ещё по одному прорезающемуся рогу с каждой из сторон. Сами по себе они завёрнуты в некое подобие стального шёлка и лишь наконечник искрится чёрной чешуёй с ухоженными лавовыми сгустками. Если говорить о схожести, то более всего они напоминают бычьи.

Если спуститься от глаз ниже, то можно заметить, что вместо кончика носа, как это бывает у людей, у него находится совсем маленький рог. Когда дракон выдыхает знойный дым из своих ноздрей, то этот рог загорается блекло-оранжевым цветом, проявляя свои лавовые «вены» окружающим. Впрочем, возгорается и не только он, а вся его морда, которую не захватил в тиски массивный доспех. Кстати о тисках. Если челюсть Астериана скованна, то пасть и зубы обладают куда большей свободой. Потемневшие от долгих столетий, они ещё не потеряли былой хватки и остроты, да и сами, впрочем, выглядят довольно приемлемо, ибо лишь в некоторых местах видны небольшие потёртости и дырки. Язык Астериана тоже очень важная часть — раздвоенный и с двумя небольшими колечками на левой стороне, похоже жизнь среди людей, а особенно их мода, привили в драконе чувство прекрасного. По крайней мере так думает лично Астериан.

Теперь, пожалуй, перейдём к самой всеобъемлющей части любого дракона, к его чешуе. Астериан имеет довольно толстую чешую ромбовидной формы, гладкая и даже слегка склизкая по краям. В прорезях между чешуйками можно заметить линии, которые по своей структуре более всего напоминают вены в человеческом теле. Эти полосы излучают пламя — настоящую жидкую лаву, бегущую по его телу то в одну сторону, то в другую. На верхней кромке цвет чешуи имеет более грубый и тёмный оттенок, когда как всё ближе к животу и доспеху из элементия, чешуя начинает отдавать всё более светлыми тонами, доходящими до вполне себе мягкого цвета тучи. Когда Астериан выпускает из своей пасти пламя, такие места нагреваются особенно сильно, позволяя посмотреть чуть дальше и увидеть очертания костей и пламени внутри дракона. На шее кожные пластины особенно тонкие, посему имеют даже подобие пламенных дырочек, с вытекающей из них огненной энергии. Но что до его живота? К счастью или к сожалению, там у дракона находится довольно объёмная пластина из элементия, которая сдерживает его ужасные раны. Они конечно не настолько ужасны как у его отца, Нелтариона, но к превеликому удовольствию самого Астериана, они не будут мозолить глаза его собратьям или верным солдатикам в лице сумеречной стаи, лишний раз напоминая о том, что даже Чёрный Ужас способен на проигрыш.

Астерис Тёмная Звезда – божество атлетического телосложения с лёгкой худобой, что сошло с гобеленов Кель'Таласа – абсолютная холодность и отстранённая невозмутимость, равномерность и эльфийская грация движений. Как и подобает статусу — обладатель угловатых форм держится высокомерно: льдистая вежливость, прямая осанка, вскинутый подбородок, гордо расставленные острые плечи, тонкая девичья талия, выставленные ключицы и сложенные в замок за спиной пальцы, истерзанные царапинами и мозолями, прекрасно подходят для того, чтобы удерживать холодное оружие. Аккуратно подстриженные чёрные ногти на его пальцах скрывают засохшую кровь и фрагменты кожи. Высокий рост (191 см) и богоподобное телосложение позволяют идеально заполнять пространство, сливаться с интерьерами, царственно садиться в роскошные диваны или прятаться в полуденном снегу забитых людьми улиц. Словно облачный день Луносвета, бесконечно унылый, не требующий к себе повышенного внимания и, потому, так незаметно ускользаем. Астериса, как и всех предков высшего народа, отличают божественные постулаты о красоте: гордый обладатель узоров из выступающих тёмных вен, причудливо окружающих всё тело. Они скрываются под бледной, как мел, кожей, сухой, склонной к раздражениям и покраснениям. При всём довольно высоком росте, достаточно легкий — весит 77 кг ввиду ускоренного драконьего метаболизма — растолстеть не сможет, даже если будет целыми днями ничего не делать и при этом объедаться как култирасец. От природы — чистый эктоморф.

Будучи посвящённым в тёмные практики, Астерис имеет довольно знаковую внешность: особенно сильно выделяются огненно-янтарные, тяжёлые и миндалевидные, точно свинцовые грозовые облака Чёрной Империи, с пурпурной дымкой – глаза. Взгляд – иногда стервозно-прищуренным, но чаще он напоминает идеальную морскую гладь в безоблачный день – настолько спокоен, непроницаем, без видимой хаотичности эмоций. Привычка смотреть куда-то в сторону, порой добавляет его образу божественной кротости самой Азшары. Остальные черты под стать самым древним изображениям Дат'Ремара — лицо правильной овальной формы, все в его лике гармонично сочетается: от правильной формы эльфийских ушных раковин, до тонкой и ровной полоски сухих губ, уголки которых как правило, высокомерно опущены. Художественно пропорциональный нос – тонкий, прямой, слегка взлетающий кончиком вверх, более, чем того требует понятие об идеале. Надбровные дуги не тяжелые, однако тёмные, не слишком широкие, но длинные брови низко опущены к глубоко посаженым и широко расправленным витиеватым грифоновым ресницам. Линия высоких скул кажется излишне острой, а обилие мелких мимических морщин, затаившихся во внешних уголках глаз и губ, говорят об уходящей молодости. Обладатель широкого лба. Подбородок — выступающий, особо узковатый и колкий.

Волосы у Астериса «цвета тусклого серебра», длинной примерно до плеч, постоянно находящиеся в правильном, так сказать, творческом беспорядке, придавая ему вид уставшего профессора. К тому же шевелюра Астериса практически не видела ножниц: он позволяет своим светлым локонам, почти без пигмента, расти так, как им вздумается. Лишь в редких случаях, когда некоторые волоски начинают мешать, лезут в глаза и уши, Астерис аккуратно отрезает их лезвием. При общей статичности, эльф крови, однако, никак не может долго сидеть на одном месте, не двигая ногой или же, не перебирая монетки в кармане. Имеет несколько устойчивых привычек, к примеру, в задумчивости переплетает пальцы и хрустит ими, касается ладонью подбородка и поглаживает его. По шее и запястьям течёт цепкий аромат цветочного мускуса. Голос в половую принадлежность не вносит особенной определённости — низкий для женщины, высокий для мужчины, иными словами — нейтральный во всех аспектах, с едва слышным придыханием и лишней театральностью.

• Обладает человеческим обличием молодого знатного юноши из Кул-Тираса; Манфред Фон Эшфорд

Истинная сущность Астериана, вне сомнений — зло. И нет, не то зло из страшных сказок и легенд для непослушных детей, где ужасные чёрные змеи спускаются с гор и нападают на деревни, сжигая всё дотла, потому что дети плохо себя вели — нет. Астериан — это то зло, которое является необходимой реакцией на иное, клубящееся в воздухе и восхваляемое людьми как Свет. Астериан с маниакальной уверенностью считает, что он есть спаситель своей стаи, именно от того самого зла, что озаряет своим касанием миры. В глубине души он даже полагает, что делает всё правильно и что смертные должны благодарить его за быструю и лёгкую смерть в пламени, а не в иллюзиях Света. «Ударили по одной щеке? Ударь в ответ! Ударь так, чтобы ударивший тебя уже не поднялся! Жестокость – пусть порождает еще большую жестокость, столь сильную, что после неё не должно оставаться выживших! Я дал приказ уничтожить сотню, чтобы спасти одно чёрное яйцо? Сжечь всё дотла! Детей, стариков, женщин, мужчин – без разбору, это – просто сотня, кости которой лягут в основу выживания нашего вида. Цель оправдывает средства. Ложь, подтасовка фактов, преувеличение и преуменьшение, сокрытие части правды – это будет милосердием с нашей стороны по отношению к смертным, так совершите все эти деяния, братья и сёстры мои». И это лишь одна из многих речей, кои выплёскивал верный генерал своего владыки и отца Смертокрыла… Верный и потерявший всё — Астериан, второе имя которого — Война. Именно там он чувствует себя как рыба в воде. Жесток, даже кровожаден, считает, что семена сомнений следует выжигать на корню. Астериан уверен, что война, это не то место, где можно проявлять мягкость, иначе из игрока ты быстро превратишься в фигуру. Но что касается самих военных действий, то здесь он определённо нечто большее, чем просто мясник или рубака. Есть существа, которые, даже не пройдя горнила множества битв, не прочитав труды младших полководцев, тем не менее, словно созданы для сражений, как лютня создана для музыки. И Астериан определённо из таких. Он не будет лишний раз прибегать к переговорам, но на поле боя, вместо того, чтобы просто броситься в лобовую атаку, предпочтёт использовать засады, яды, ловушки и другие менее благородные методы ведения войны. Скульптор смотрит на глыбу мрамора и видит в ней статую, а дракон, окидывая взглядом поле боя — видит путь к победе.

Астериан – безэмоциональный и спокойный маэстро тёмных практик, заслуживший любовь и уважение среди вестников сумерек своими достижениями в сфере Бездны и общих концепций волшебства. Достигать своих целей, не наделав при этом огромного количества врагов – это Астериан всегда умел. Умел правильно рассчитывать, чем можно и нужно пожертвовать, а что лучше хранить при себе как зеницу ока. Жизнь среди Луносветской знати научила контролировать свои эмоции и вовремя выдавать необходимые. Надо улыбнуться? Нет ничего проще – вот вам ослепительная великосветская улыбка обаятельного син'дорай. Разочарование, грусть, удивление, возмущение – маска за маской, успевай только следить за сменой. Окончательно потеряв голову в омуте Тьмы, Астерис принялся воспитывать в себе: сдержанность, педантичность, собранность, хладнокровие. Младшие обычно сравнивают его со скальпелем; им кажется, что он не испытывает эмоций, только ровная гладь непоколебимого спокойствия, равнодушия и репетиционного совершенства движений. Аккуратность мимики, медленная, но уверенная походка, мягкость и размеренность, всплески чувств похоронены глубоко внутри. Говорит мало, ясно и продуманно, без единого лишнего звука или слова. Ещё дракон испытывает острую потребность во что бы то ни стало владеть если не ситуацией, то хотя бы информацией. Посему очень дотошен, а детализирование окружающей среды уже давно вошло в привычку. Это совершенно нормально для дракона – заранее разузнать о существе, с которым, скажем, должна состояться встреча, всё и даже больше, вплоть до любимого блюда и цвета.

Астериан – прирождённый интриган, способный соорудить гармоничный образ величественного существа с серьёзными намерениями. Умело сплетает разговоры об искусстве и науке, последних политических сводках Азерота. Такая чрезвычайная осведомленность в делах государств и такой откровенно поддельный интерес к участникам политической арены. Иллюзия вельможи, которая весьма вежлива к нынешним владыкам. Иллюзия, что способна учтиво наклонить голову и холодно пропеть – «милорд» и всякие подобного рода: «Ваше превосходительство, Ваше высочество, Ваше святейшество». «Пустые фразы» – устало вздыхает голос в голове, осознавая всю никчемность младших интриг. И так каждый раз – инфантильная типичность смертного сознания сводит с ума. Тогда, растворяя свой разум в пустоте магических средств и в кровавых изысках, Астериан очищает их омерзительные отзвуки спасительным забытьем, стирая все грани реальности. В радостях жизни Астерис себе никогда не отказывал, а потому относится к алкоголю и другим пристрастиям, более чем положительно. Вино, ром, эль, а порой и живая энергия — помогают настроиться на расслабленное состояние, релаксировать и отвлечь свои мысли, но в меру.

Только наедине со своей реальностью лед его души трескается, просыпается тёплая нежность дракона, свернувшегося кольцом вокруг своей стаи. Днями и ночами Астериан готов слушать проклятое эхо Ксал'атат и копаться в полусгнивших записях древних высокорожденных, рисковать жизнью в тёмных изысканиях и зверски истязать младших для того, чтобы найти ответы, которые помогут ему многократно возвыситься над смертными; увидеть стены Вселенной. Поставленные цели обязывают вести дела жестко и решительно. У Астериана есть крепкий внутренний стержень. Он не привык уступать или прогибаться. Умеет быть непредвзятым, когда дело касается чего-то важного. Не стесняется выдвигать свои мысли или высказываться против, если считает, что кто-то «важный» поступает неправильно или не учитывает какие-то важные нюансы, предсказанные Тьмой заранее. Тёмное искусство всегда было дуально для Астериса – именно из-за тёмных сил он стал подвержен утрате близких, однако из-за той же Тьмы, он неспособен окончательно перейти на сторону хаоса, поскольку выставленные ею приоритеты – поиск всех Истин; саморазвитие и желание привносить новое, быть двигателем прогресса, а не бездумного хаоса, выработали в нём совершенно новую, богоподобную личность. Из-за этого он никуда не спешит и никуда не опаздывает; не придаёт времени столь большой важности, как это делают младшие.

Хотя Астериан черств ко всем «младшим» и лишен способности их понять, он падок на интересные беседы и тех, кто может их поддержать. Философские вопросы, терзающие дракона, носят вполне очевидный мрачный оттенок. Однако он никогда не откажется от разговора, если найдет собеседника достаточно интеллектуальным и достойным. По сути, то самое любопытство и непреодолимое желание узнавать новое, сыграли важную роль в жизни Астериана и его отношении к Азероту в целом. Тьма помогла ему во многом прозреть, в том числе и в отношении младших: ныне он считает их несдержанными, подверженными зависти и алчности, существами с нескончаемыми амбициями, вечной неудовлетворенностью и жаждой крови. Не то чтобы Астерис ненавидит их, скорее испытывает своеобразное сочувствие и не осознаёт цены их жизни – «Мне всегда было сложно смотреть на младших по-настоящему. Нет, не скажу, что они вызывают злобу, просто… они молоды и своевольны. Словно я есть центр вселенной, а вокруг меня лишь звёзды. Я буду вечно, а они исчезнут».

Прежде, чем рассматривать мощь этого древнего левиафана, главное понять одно, что если его судьба это разрушение, то внутренний интерес — изменение. По своей натуре он амбициозный революционер, который не принимает сложившиеся устои и тщательно меняет их — даже в таком понятии как магия. Именно поэтому многие стандартные заклинания, которые знают большинство неофитов, адептов и уже опытных магистров, Астериан тщательно видоизменяет и подминает под себя — вечный экспериментатор, пытающийся добиться абсолютного успеха абсолютно во всём. Наделённый недюжинным талантом, Чёрный Ужас – прирождённый чародей. С раннего детства ему нравились магические упражнения, обязательные для детей его касты. В обращении с маной, сплетением заклинаний, управлении земной тверди и в других дисциплинах, призванных сделать из маленького змея дракона, он всегда был лучшим, или, по крайней мере, одним из лучших среди своих сверстников. Повзрослев, Астериан принял участие в нескольких стычках, где показал не только превосходное владение магическим ремеслом, но и способность вдохновлять и вести за собой низшие организмы. Тренируя свой дух на протяжении многих столетий, Астериан обучался под присмотром древних потомков тех монахов, что ещё на заре Империи Азшары начали упражняться в управлении раскалённой лавой, которая вырывалась из недр бесчисленных океанических вулканов.

Его стремление сражаться с более сильными противниками и получать удовольствие от битв породил его главный учитель — Эленвен, некогда приближенная к Азшаре дева, которая сгинула в пучинах Войны Древних. Астериан предпочитает исключительно дальнобойные заклятия — огня и чистой арканы; но несмотря на это, его разум хранит концепции хладных рун и шоковых касаний. Не сказать, что дракон достиг пика мастерства, однако его искусный контроль необузданных потоков магии, их концентрация в собственных дланях и перенаправление на физический объект — вводит юных неофитов в немой шок. Вторая ось магической природы Астериана — трансмутация и иллюзия — всегда являлись основой и самым значимым общим волшебным искусством, позволяющим дракону адаптироваться ко многим биологическим и социальным воздействиям внешней среды, истинно — настоящая кладезь знаний для любого волшебника. Но лично для Астериана, трансмутация и иллюзия — это в первую очередь дисциплина и наука магического постижения, всецело посвящённая управлению времени и изменению реальности в глазах других смертных. Будучи созданием проклятой крови, Астериан демонстрирует свой необъятный талант в сплетении заклинаний этих школ: с лёгкостью фантазирует в чужом сознании, формируя в его глазах лживые образы, а так же без особой сложности открывает мощные порталы и трансформирует оболочку младшего во что-то комичное, например, в курицу. Отточив за долгую жизнь свои магические навыки практически до автоматизма, Астериан на сегодняшний день — занимается анализом и изучением новаторских теорий в сфере волшебства, пишет статьи и проводит нелегальные в Азероте эксперименты, осваивая все новые и новые грани дара Титанов.

Скачок и телепортация — способности, позволяющие чародею не только быстро пересекать огромные расстояния, но и безопасно для себя уходить с поля боя или и вовсе вступать в сражение с ошеломляющей скоростью. Дальность скачков сильно ограничено — полем зрения. Но вот телепортация не имеет границ, так как дракон был почти во всех уголках этой необъятной планеты и может совершить телепортацию в любой регион, за исключением, разве что Пандарии и Расколотых Островов.

Барьеры и щиты — способность, позволяющая дракону окружать себя огромным куполом, который защищает его от большинства физических и магических атак. Щиты — прекрасный способ для гибридного боя — меча и магии. Астериан образует на своей длани эфемерный светло-голубой сгусток, который способен отразить удар меча или даже булавы.

Сила пламени — способность, которую Астериан использует для преображения большинства своих заклинаний арканы. Все его атакующие заклинания как правило принимают вид очень едкого оранжевого пламени, подобно тому, что жидкими сгустками плавает внутри его тушки. Даже в плане арканы дракон не отходит от своей природы — пламени и разрушения.

Порча Бездны распространилась по разуму чёрного змея целым ворохом паразитических мириад в эпоху до эры войн. Виновником столь губительной метаморфозы стал отец — Нелтарион, бросивший свою кровь и плоть во власть Бога Глубин. После осознания своей тёмной и хаотической природы, дракону так и не удалось совладать с вырвавшимися наружу эмоциями, в первую очередь — негативными. Натиск паразитических миазм захлестнул сознание доселе нетронутого Бездной дракона. С пониманием своей новой сути, Астериан начал осваивать всё новые и новые грани Силы Всех Истин. Целые тысячелетия дракон был под властью этой дурманящей сознание энергии, которая с каждым днём раскрывала ему свои самые потаённые секреты, недоступные обычным практикантам столь опасного искусства. Хотя со временем Астериану всё-таки удалось освободиться от полного контроля, но это, надо сказать, в первую очередь, заслуга его таинственной музы, вместилище которой — кинжал, что режет судьбы смертных, играет на струнах их душ. Кинжал помог своему воздыхателю разорвать порочную связь с Заразителем, навсегда повернув его к истинному лику Бесконечной Тьмы. После смены Хозяина подход Астериана к изучению Бездны кардинально изменился. Раньше он действовал исключительно с позиции — я хочу. Дракон желал исполнения собственной воли, он был полностью уверен, что его заклинания получатся. Им правили эмоции и интуиция, которые ещё больше разъедали его душу, парализуя тенями последние крупицы разумности. Он перестал углубляться в тонкости символизма источника своей силы, он полностью полагался на собственные ощущения, собственное восприятие мира и свои желания, которые ему диктовали извне. С помощью Ксал'атат он узрел новую позицию — это необходимо. Используя такой подход, он больше руководствуется тем, что ему нужно получить результат в создании порчи или тёмного заклинания. Это значит, что сейчас для успешного использования Бездны ему необходима цель, ну или хотя бы мечта. Она может быть любой, а временами и идти вопреки желаниям самого Астериана. В его текущем подходе очень важна концентрация, чистый разум, минимум эмоций и непоколебимая воля; всё это защищает его от тлетворного порабощения энергией, ведь ныне он хозяин, а не наоборот.

Поднятие Нежити — способность, которая является основополагающей в личной коллекции Астериана. Для дракона его уровня не составляет проблем — провести ритуал для поднятия довольно мощной нежити или же, не прибегая к сложной концепции заклинаний такого рода, просто уничтожить пару живых существ и сделать всё грубо, призвав лишь обычный мусор в лице скелетов. Из интересных собственных разработок, можно, пожалуй, выделить то, что дракон любит лично конструировать свою нежить с помощью тёмных сил — подобно тому, как это делают с поганищами. Самым любимым его инструментом определённо считается чешуя — он обожает создавать огромных рыбообразных существ, которые чем-то отдалённо напоминают безликих.

Луч опустошения — способность, которой обладают многие практиканты тёмных сил, а особенно чёрные драконы, что стали неотрывно связаны с такой энергией как Бездна. Астериан способен высасывать из врага жизненную энергию и опустошать его ману. Стоит ему выпустить из своей длани или пасти тёмно-пурпурный луч, то его жертве сильно не поздоровится. Утрата нескольких десятков лет жизни — это лишь малая часть того, что оставит после себя воздействие опустошающей энергии… Иногда даже не знаешь что лучше — умереть или выжить и жить в мучениях.

Пламя бездны — способность, которая по своей структуре кажется очень примитивной. Ведь для дракона нет ничего проще, чем извергнуть на своего противника сгусток пламени, а в случае Астериана — тёмного огня, имеющего фиолетовый оттенок и пропитанный смешанной энергией Бездны с обычным едким пламенем. Это пламя способно не только сжигать обычных смертных, но и наносить непоправимый вред всему материальному, в особенности природе. После соприкосновения с такой силой, дерево на прожженной поляне ещё долго не сможет взойти.

Разлом бездны — способность, которая позволяет чародею изменять саму материю и раскрывать в ней червоточину, что засасывает несчастного в неизведанные пучины бездны. Это, пожалуй, одно из самых страшных заклинаний которое только можно применить. При правильном использовании эта способность не оставляет шансов даже дракону, какой бы стаи он не был.

Особо важно будет так же упомянуть и тёмный шаманизм — одна из веток развития, которую избрал Астериан, а вкупе с природным обладанием земной твердью, этот аспект силы у него вышел особенно могучим.

Аура огня — способность, которой Астериан стал обладать после своего «возрождения». Его по праву можно назвать пламенной батарейкой, а порывы эпохальных огненных сгустков вокруг него — прямое этому подтверждение. Таким образом, дракон обладает могущественной аурой и в случае урона от физического или магического воздействия, незамедлительно реагирует на источник раздражения — сквозь клапаны в броне выходит пламя, сжигая всё вокруг дракона. Это происходит на абсолютном автомате, не требуется даже концентрация, но это может сыграть и плохую шутку, ведь раз Астериан не контролирует это в полной мере, огненные волны могут причинить вред тому, кого, казалось бы, достаточно просто напугать, а не калечить. Иногда у дракона просыпается даже паранойя. В своих кошмарах он не раз наблюдал, как гоблины отлавливали его и использовали в своих мерзких замыслах и изобретениях…

Кровь дракона — врождённый талант Астериана. У дракона очень хорошо развит слуховой аппарат и обоняние, от чего он не любит злоупотреблять спиртными напитками и парфюмерией, а так же ценит места обитания с толстыми стенами, лишая себя прелестной возможности слушать семейные сцены смертных, которые вполне могут соревноваться с театральными постановками и пением прославленных менестрелей. Видит в темноте очень хорошо, может спокойно пройтись по ночному кварталу и не запнуться. Обладает отличной памятью, особенно слуховой и обонятельной. Кроме всего прочего, Астериан силён, вынослив и ловок – ему не составит труда взобраться на дерево или крышу, таща на себе мешок той же муки. Пройтись по узкой доске, перекинутой меж соседними домами или спать на толстой ветви дуба и не свалиться в процессе — свои облики Астериан знает довольно хорошо, любит их и умеет с ними договариваться.


Последствия порчи; мигрень — негативное последствие порчи, доставляющее в прямом смысле куда больше головной боли, нежели какая-то аура или метаморфозные заражения. Шепот Бога Глубин оставил свои миазмы внутри сознания древнего дракона, которые обычно находятся в спящем состоянии, однако стоит только погоде измениться, мигрени сразу же активизируются, мучая Астериана до тех пор, пока он не выпьет особую настойку из водорослей. Первые два года после «облучения» дракону пришлось провести в абсолютном затворничестве, вплоть до того момента, пока голоса не стихли и пока сам змей не смог изготовить спасительное зелье. Поэтому змеиный чародей стал интересоваться не только алхимией и природными стихиями, побуждая внутри себя способности к тёмному шаманизму, но и развивать природный талант к прорицанию, чтобы контролировать возможность оказаться под внезапно начавшимся ливнем — ведь воспоминания о невыносимой головной боли в первые годы болезни, когда доступ к чудотворному лекарству отсутствовал, всё ещё отбиваются кошмарным грохотом в его разуме.

Дуэлянт — Дракон предпочитает свой особый боевой стиль — точные, выверенные движения хищника. Выпад — и клинок проклятого входит в зазор между пластинами доспеха, поражая уязвимые точки противника. Отклонение на полшага, чтобы оружие врага прошло в паре сантиметров от груди Астериса. Полшага, не больше — молниеносное парирование — а затем остриё впивается в шею противника. Этой технике он научился у могущественных рыцарей Кель'Таласа. Особенность этого стиля заключается не столько в точных и выверенных взмахах клинка, сколько в использовании меча и драконьих рефлексах одновременно, и философии техники – это не стиль массивного паладина или грубого иллидари, это техника проклятого дракона: в бою Астерис постоянно находится в плавном танце, грамотно совмещая заклинания и контратаки с акробатическими приёмами.

Целитель — Хорошо знаком с большей частью животных и растений Азерота. Может вспомнить в каком регионе кто водится, чем питается, как выглядит. Отлично разбирается в большинстве имеющихся целебных и вредоносных растениях, ягодах и травах. Способен относительно легко отличать одно от другого и опираясь на знания, может из нужных ингредиентов сделать хорошую микстуру, не требующую редких растений и королевской лаборатории. К тому же, Астериан существо довольно древнее, а поэтому знает смертные оболочки достаточно хорошо, чтобы если потребуется, оказать себе или кому-то ещё, первую, а возможно и более специализированную, медицинскую помощь. У дракона более чем достаточно опыта, чтобы очищать, зашивать или прижигать раны; чтобы правильно закреплять кости или работать с лезвием и настойками на большой глубине смертного тела.

Географ — Достаточно хорошо знает все открытые материки, помнит большую часть городов, не считая малоизвестных и деревень. Идеально знаком с Нордсколом, Восточными Королевствами, Калимдором, Кул-Тирасом и Зандаларом. Дракон самостоятельно изучал карты и книги до и после своего перерождения. Он чувствует земную твердь как никто другой и даже если в Азероте есть ещё какой-то неизведанный материк, Астериан чувствует его, где-то там вдали, но чувствует. Из-за этого ему не раз снились кошмары, что где-то вдали есть острова, на которых его собратья всё ещё охраняют Азерот, где они верны глупой клятве.

Архитектор — Прекрасно разбирается в архитектуре всех эльфов, хорошо знаком с зодчеством людей. Знает особенности возведения зданий в тот или иной период, их типы и общую историю. По внешнему виду здания способен определить, когда и кем оно было построено. Может видеть общие, понятные каждому архитектору секреты зданий. Всё-таки его связь с землёй плавно перетекает в интересы.

Творец — Разбирается в использовании глины для художественной лепки. Легко может изготовить фигурки животных, людей, оружие, часть доспехов и даже драконов. Немного знаком с литературой и стихосложением современных поэтов. Умеет рисовать, но чаще всего предпочитает откровенные картины. Это, пожалуй, можно назвать огромной странностью в таком древнем драконе.

Садовник — Ещё будучи молодым драконом, выучил десяток практик и теорий сохранения жизни большинства корешков и цветов. А методом проб и ошибок, было замечено, что Астериан способен использовать эти методы очень эффективно, даже лучше, чем некоторые придворные садовники. Предпочитает лаванду, пионы, фиалку, мак и тюльпаны.
Война, голод, болезни — это всё лишь части сладкого шепота, который они даруют из под толщи зыбучего песка, белоснежного снега и мутного моря. Его уши могли бы увядать под их возгласом целую вечность. Однако, подобная им, но не скрывающаяся под покровами различных физических материй, смогла загнать дракона в очередную ловушку хитросплетённых замыслов и лжи. В тенях они величали её как — Ксал'атат. Их речи были тише, чем обычно. В их речах чувствовалась довольно слабая концентрация того яда, что они обычно несли в разум Астериана — они были пропитаны страхом. Каким-то первородным опасением перед этой, казалось бы букашкой. Дракон же увидел в ней то, чего ранее и сам страшился — будущего. Ему понравилось это ощущение. Ему захотелось ещё.
Наркотик.

" — Это Война, мой милый Астериан. Ты должен выбрать лишь одного..."
Её слова всё равно не дают ответа.

Эта фраза из раза в раз врезалась в разум древнего исполина. Он заучил её до дыр. Повторял утром, днём, ночью. Повторял во снах. Владыкам это не нравилось — они заставляли его забыть, но разум дракона не увядал. Казалось, что их хватка усилилась. Казалось, что с потерей Богини в Грим Батоле, Астериан упадёт в пучину сомнений и отринет ложный выбор. Но так лишь — казалось.

Он врастает в пепелище. Ему становится холодно. Ему становится страшно.
Он потерял отца. Он потерял супругу. Он потерял Богиню?
Нет, он выбрал её тогда. Он её пешка — или король.

После падения Смертокрыла и Сумеречного Молота, дракон вновь вернул в своё сознание те мысли, которые Н'Зот, как и остальные Владыки, пытались всеми силами изничтожить. Астериан всё чаще стал задумываться о том, мертва ли она, возможно ли вообще убить её? Он слышал отголоски И'Шараджа и К'Туна. Возможно он сможет услышать её сладкую речь ещё раз? Астериан обезумел от одной лишь мысли об этом. Он обязательно отыщет свою госпожу, чтобы вновь взглянуть на неё, чтобы вновь услышать её, и чтобы на этот раз присягнуть ей на верность. Ведь она — его выбор.

" — Так твой выбор пал на меня? Как необычно… Но, впрочем, не стану отказывать себе в удовольствии."

Змея сворачивается кольцами в бездушном пространстве Запредельной Тьмы.
Её поцелуй. Бездны или самой Ксал'атат.
Она и есть его — вера.

О том, какими языками владеет Астериан, пожалуй, можно сказать очень и очень многое. Начнём же по порядку. Сразу понятно, что любой старый дракон владеет как минимум тремя языками —титанский, драконий и всеобщий. Один достался как дар, второй считается родным, а третий, его просто невозможно не знать.

Астериан не был бы собой, если бы знал только их. Имея в своём кармане такую изюминку как «долголетие», он ещё до перерождения, выучил основные и самые ходовые на тот момент языки: наречие троллей, а чуть позже дарнасский. Из последнего в будущем вытекли ещё два языка, которые изучить к слову было очень легко. Один, стал первым после дарнасского, когда как другой самым последним, который только выучил дракон — талассийский и шалассийский. Эти языки, были выучены за счёт интереса самого дракона, а следующие, более грубые и неприятные чёрному исполину на слух, скорее из реалий нужды, дабы лучше вертеться в политических реалиях Азерота — дворфийский, орочий, гномский и гоблинский.

И конечно же венцом всего является — Шат'яр. Именно этот язык пришёл к дракону вместе с пагубной порчей, помутившей его рассудок.

Абагарлас — длинное копьё, олицетворяющее красоту эльфийского искусства и жестокость драконьего сердца. Лезвие выполнено из твёрдого, зачарованного сплава назжатарской стали, позволяющей пропускать через себя энергию владельца, образуя её ворохом пламени по всей плоскости острия. Само по себе лезвие вытянуто, обладает парными долами и ажурным эльфийским эскизом, гранёным и сверкающим в темноте. Магия проходимая через форму копья заряжает симметричные руны, сокрытые под элегантной тёмной тканью, обволакивающей твёрдое древко копья. У лезвия расположен черничный кристалл овальной формы, пурпур которого искрящимся светом вырывается в физическую плоскость бытия, как только сталь начинает проводить через себя энергию.

Орудие пламени Абагарлас было искусно заколдовано древним драконом, и его главное предназначение — ловить в плен души смертных. Огненные всполохи извергаемые лезвием повергают противника, после чего встроенный в лезвие черничный кристалл довершает тёмное таинство, пожирая душу несчастного.

По всей плоскости Абагарласа вырезан следующий текст на драконьем наречии: Пламенный Ловец Душ — не признаёт ни корон, ни скипетров. Он желает достичь плоды неизменных стремлений. И ни один смертный не может целиком постичь его последовательность. Они видят исключительно края — правду одной фундаментальности. Лишь для немногих Истина станет тонким лучиком понимания Бесконечной Кривой в разыгравшемся театре противостояний.


Бала'Риэль — мифический посох, буквально собранный по кусочкам из древних артефактов Ульдума. Бала'Риэль является основным оружием Астериана. Посох имеет вид длинного витиеватого древка из обсидиана, пропитанного потоком тёмной энергии, которая по сути служит каркасом этого орудия. Древко переплетает пурпурная ткань, а так же ободки из зачарованного элементия, который удерживает энергию Бездны внутри посоха. Обсидиановая рукоять прямоугольной формы заканчивается в форме двух витиеватых наконечников, заточенных до бритвенной остроты. Наконечники выполняют роль лезвия. Навершие посоха представляет из себя округлую конструкцию с вытянутыми обсидиановыми клинками. В центре остроконечного посоха расположен округлый кристалл тёмно-синего цвета. В злотворном кристалле заключена сущность гигантской паучихи из тлеющих земель и дракона пустоты, которые подпитывают своими проклятыми душами это орудие, направляют энергию Бездны в нужное русло.

Изначально посох был обнаружен Двором Хаоса, группой тёмных культистов во главе с эфириалом Бездны, грабившими гробницы в Ульдуме. Когда эфириал и его группа оказались окружены рамкахенами, он применил свое новое оружие, поставив врага на колени мощными заклятиями скипетра. И пока рамкахены стояли на коленях, один из Двора Хаоса воскликнул: «В этом посохе сила Богов! Они преклоняют колени перед тобой!»

Невероятно тщеславный Неймон силой забрал это оружие у эфириала Бездны, представляющего загадочный Дом Хаоса. Эльфу Бездны удалось доработать находку, превратив посох невероятный силы в орудие контроля, способное подчинять неокрепший или тёмный разум. После смерти эльфа, посох попал к его наследнику, магу по имени Фатирин, а тот в свою очередь продал древнюю находку лорду со змеиными глазами, как, впрочем, и все оставшиеся от учителя вещи.


Шар Памяти — Небольшой хрустальный шар, который может спокойно поместиться в небольшой сумке. Эта сфера сделана из прочного, расписанного узорами хрусталя, закаленного дыханием чного дракона Тенебрия. Имеет мутноватый фиолетовый цвет, внутри сфера наполнена пурпурным маревом. Разбить этот предмет путём физического воздействия невозможно, а только лишь с помощью магии высокого уровня, желательно той же, что участвовала в создании, а именно — Бездной. Сфера способна вбирать любые воспоминания своего хозяина и хранить их столько, сколько потребуется. Ещё этот артефакт способен устанавливать телепатическую связь на довольно дальние расстояния, а за счёт тёмного происхождения — и вторгаться в сны смертных. Владелец может самолично сконструировать кошмары и образы в разуме мухи, что попалась в липкую сеть, или же дать ей утешение и наоборот озарить спокойствием, смешанным с ложными иллюзиями. Применений у этого артефакта огромное множество, но главное помнить — предмет завязан на разуме, и это надо сказать, опасная смесь, ведь никогда не знаешь, что будет с сознанием при постоянном использовании столь мощной сферы. Неопытный маг может и вовсе л ишить себя разума, став безвольным овощем —поэтому нужно тысячу раз подумать, прежде чем брать в руки этот хрусталь. Столь могущественный артефакт попал в руки дракона так же, как и Бала'Риэль — благодаря магу по имени Фатирин, к которому змей сумел найти подход.

«Шар Памяти был создан из двоих, чьи энергии слились воедино в первых формах значений, и те, в свою очередь, создали из хрусталя то, что было в их способностях; относитесь к артефакту в этом контексте и вы научитесь применять его. Попытки же объяснить природу Шара Памяти без подобных аналогий тщетны, и к тому же, их легко принять слишком буквально.» — вырезано по всей плоскости шара.


Отцовская Диадема — Обсидиановая диадема с величественным драгоценным бриллиантом в центре, окрашенным в пурпурный из-за пагубного влияния Бездны — Зу'ур. Отцовская Диадема — предположительно древняя реликвия высокорожденных, созданная ещё во время первой войны с Пылающим Легионом. Какими бы не были мифы о создании этого аксессуара, очевиден факт: артефакт тесно связан с родом чёрных драконов и по всей видимости является вместилищем их воли. Искажение диадемы потребовало от дракона огромных усилий. Астериан тратил целые недели на начертание глифов и подготовку заклинаний, которые как он полагал, усилят и обезопасят диадему. И змей был прав — тёмная энергия теперь не паразитирует в хаотичном бреду, а полностью подконтрольна своему владельцу.

«На лбу драконьего дитя был Нориа'Нарнал, мерцающий янтарными змеиными огнями давних божественных обещаний рода чёрных драконов. Никто не осмелился дотронуться до проклятой диадемы, когда она взошла по ступеням костей и крови, и положила Старшего-Над-Смертными на трон, где он заговорил: — Диадема от моего Отца, сделанная с любовью к Последовательности.»


Сумеречный Гримуар — потёртая магическая книга, написанная самыми высокопоставленными духовниками Сумеречного Молота. Этот фолиант, как и прочие книги сумеречного культа, отличается декоративно-аскетичной обложкой. У данного гримуара она обтянута кожей скота и пурпурной тканью. В середине она украшена прочным барельефом в виде аметиста, от которого в стороны отходят витиеватые щупальца, оплетая всю плоскость обложки. Страницы книги местами жухлые, пожелтевшие и даже рваные, однако каждая буква нанесённая на них отчётливо выделяется, загораясь пурпурным маревом во время чтения.

Книгу переполняют исключительно искажённые запретные знания, многочисленные заметки сумеречного духовенства: как поразить организм смертного губительной порчей, сколько энергии требуется вылупившемуся из яйца сумеречному дракончику, какие ритуалы способны продлить жизнь. Но кроме самых примитивных, по крайней мере для древних драконов знаний, там содержатся подробные пути, переходы и премифические разломы связи с Сумеречным Измерением.

"— Я перерождаюсь. Благословение вечной юности, возложенное на меня чёрной дланью моего отца Нелтариона оставляет меня. Я не буду спорить с неизбежностью. Я не подведу его надежды и не позволю красным, синим, зелёным и бронзовым тварям даже в теории соперничать с нами. Я с гордостью называю себя одним из последних ткачей твоей воли, отец, и полагаю, что мой долг и священное право — научить сородичей, злобных, но глупых щенков, уму-разуму. Вы рядитесь в шелка, прячетесь среди смертных, но всё равно проигрываете. Азерот — ваша ловушка, а разрушение — ваше спасение."

Он был рождён в обсидиане — яйцо треснуло — он был тем самым чудом, великим плодом от не менее великолепного Нелтариона и одной из его супруг, одной из тех, что была безымянна на страницах истории и умерла в муках, не выдержав акта насилия, после рождения Вестника Древних Богов. Прозрел юный дракончик примерно через две недели после того, как вылупился. Сначала кушал то, что ему оттягивали старшие, потом — начал кушать то, что сам смог поймать в песках и лесах. Его детство нельзя окрасить особыми красками. Слушался старших. Учился летать. Испробовал первые заклятия тайной магии. Изредка охотился, но только когда был голоден, в ином случае предпочитал не вредить балансу жизни в Азерот.



Посреди бескрайнего пламени и камня, возвышались столбы, удерживающие это священное место. Лишь они были видны во всей этой темноте, средь некогда светлого мира. Когда-то вселенная пестрила яркими красками, а Азерот напоминал надежду в слоновой кости, обитель доброго волшебника. Теперь же краски засохли, а кость раскололась из-за бесконечных войн. И сейчас, вокруг неё копошились существа, терявшие своё доброе начало, но даже сейчас, потемневшие и грязные они были полны какого-то жалкого величия. На многие мили вокруг не было ничего, лишь пустота и шепот, призывающие их к незамедлительным действиям. Но даже те рано или поздно должны были быть заглушены под напором волн пламени. Когда-то тёплого и дающего надежду — а теперь лишь поедающего земную твердь.



Лишь когда солнце где-то там зашло за горизонт, отец — Смертокрыл, протянул сыну лапу, чёрную, искрящуюся надеждой и янтарным свечением. Обезображенную на первый взгляд, но такую желанную и манящую. Астериану казалось, что всё вдруг стало как прежде: морские млекопитающие низвергнут фонтаны, а суда благополучно вернуться к берегам морской державы. Но этого не происходило. Мудрый отец, теперь же скорее Вестник Древних Богов не стал настаивать, но лишь пока, ибо время ещё не подошло к нужной точке — разумное принятие грядущего лучше, чем пустой акт насилия и наставления на этот путь. Всё-таки род чёрных драконов должен быть един в этом нескончаемом потоке грядущего Часа Сумерек.



Астериан, как и другие чёрные драконы, сделал свой выбор. Ещё будучи совсем молодым, он, уже успел перенять от отца тёмное начало и следовал только его виткам. Он чувствовал эту силу, этот манящий шепот… Всё было предрешено и во Тьме послышался глас: Лживая королева, что в будущем вернётся, дабы стать послушной пешкой в затопленном городе — падёт… Изумрудное пламя не прощает ошибок, даже Тьма страшится его… Он возвестит всех о Сумерках, он использует то, что можно увидеть лишь в глазах… Ведь глаза — это зеркало души…



"— Как легко пал ваш род, одолеваемые голодом и бессилием. Пойдёмте за мной. Ибо там покоится возможность всё исправить, ваш последний шанс в ожидании которого вы и жили. Вы знаете, что будет, если откажетесь подчиняться моей воле. Вы обрекаете своих детей и себя на бесславную смерть. Единственный выход избежать этого — переродиться и стать частью грядущего — ваше потомство изменится и будет жить, но только в объятиях новой Эры, Час которой возвестит мой отец — Смертокрыл," — речь Астериана другим драконам в Храме Драконьего Покоя, после того как Нелтарион изничтожил стаю Малигоса. В этот момент Астериан выступал в роли вестника воли своего отца — его верным дипломатом.

… И в мире запылало пламя, и пал наш гордый род....

Как-то раз забрел в капкан
Огромный чёрный ящер.
Он был зол, он был растерян
И до конца не понимал.

Кто же всё это затеял?
Кто механизм этот собрал?
В тот же миг из-за кустов,
Вышло десять троллей.

Все с двуручными мечами,
С рюкзаками за плечами.
Набросились на жертву махом,
Но грозный змей одним лишь взмахом
Отправил к Лоа аж двоих.

Спустя час жестокой схватки,
Когда предсмертный стон притих.
Отразивший все нападки,
Чёрный змей в века утих.

Древняя легенда-песня троллей. Она повествует о том, что нападать на чёрного дракона в ближнем бою крайне бессмысленно, даже если это десять Зандаларских чемпионов, а враг в ловушке.

Быть защитником Азерот — подразумевает постоянную работу, в особенности — постоянное наблюдение. Именно эти слова заиграли у Астериана в голове, когда он, только что вернувшись из храма, ступил на обугленную землю. Дракон только сейчас осознал, что отдался безумию и влиянию Древних Богов, впрочем, как и вся его стая. Но, а что до других драконов? Алекстразы, Изеры, Малигоса? Эти имена уже ничего не значили — новоявленный эгоизм затмил разум юного дракона. Он вернулся из Храма и возвестил народ о войне, что будет длиться тысячелетия. После этого, другие драконы чёрной стаи взглянули на него по-новому — как на могучее существо. Чешуя стала откалываться и мелкие частицы пламени стали клубиться в его жилах, выходить наружу в виде тёмных сгустков. Его глаза загорелись пламенем вселенной — самого космоса, а крылья подняли огромную тушку вверх. Астериан пролетел над лесом — кроны деревьев начали обугливаться. Исходившие от него пламенные импульсы дали понять — он теперь опасен, для жизни, для природы и для самого себя. Одно радовало — сын был так похож на отца, его ждала великая судьба — отныне он стал генералом и заснул великим сном, прячась и скрываясь от мести драконов.

Выживание стало для Астериана основополагающей задачей — впервые Чёрный Ужас обратился в смертное существо, а именно в новоявленных миру кель'дорай — Астерис. Долгое время дракон скрывался в стенах юного Луносвета. К счастью зрелый дракон был не один, с ним бок о бок шла Инестрия — его верная супруга. Жар между этими драконами возник в безумии — в безудержной страсти от разрушений и убийств, они были первенцами в грядущей войны — божественные сосуды, наполненные ядом. Сетуя на испорченный сон, Астериан приоткрыл рот и осознал — теперь ему придётся прятаться в этих шелках не одно столетие — как крысе в бочке, но для выживания он будет ждать, он древний дракон и он всё вытерпит. Смерть — ничто. Возрождение станет разрушением, но оно ли это? Настоящий ли Вестник придёт на замену первенцу-левиафану? Дракон не знает…

— Когда посещаешь зал сумерек, то сразу начинаешь заполняться первыми сгустками всезнания. Ловушка скрывается только если ступить направо, и вы знаете это до такой степени, что иногда пурпурные огни потухают даже в глазах Астериана.

— Что если бы я не родился? Тогда мир был бы населён бесконечной жизнью и всепоглощающим Светом? Мы — Вестники Разрушения, высочайшая проба подвластна нам: первые дети, рождённые в пламени их шепота, но уже успевшие предвидеть грядущее. В любом случае все мы упадём вниз по раскалённому временному тоннелю — за пределы этой вселенной — в Бездну.

Работал на кухне эльф-поварёнок
Вел себя ладно, словно котёнок.
Резал в салат: овощи, фрукты;
Помогал заготавливать морепродукты.

Однажды таверну посетить решил критик,
Известный был эльф, вкусовой аналитик.
Пришел он инкогнито, лицо тряпкой скрывая,
Заказ принимать пошла старуха седая.

Отведав всех блюд, он был восхищен,
Изумительный вкус в еде заточён.
Такого блаженства давно не вкушал,
Повар заслуживал море похвал.

Критик в восторге всё суетился,
Встретиться с поваром он напросился.
Хвалил его громко, осыпал комплиментами,
Да и вовсе пестрил в тот момент сантиментами

Как вдруг, в один прекрасный миг,
Ужас с жаждою критика настиг.
На подносе у мимо пробежавшего малого
Белого порошка лежало немного.

"- Впервые услышав эту песенку, я задался вопросом «А откуда мы знаем, что тот наркотик подмешивался в еду?». На что караванщик поведал мне о существовании такого сорта наркотика, который поначалу вызывает гиперактивность и чувство воодушевления, но потом, спустя некоторое время, употребившего охватывает паника и жажда. Я был поражен тем, насколько не очевидно эта информация была завуалирована… Ну и конечно же зрачкам моего извозчика. Клянусь, я видел эти змеиные зрачки во тьме и ту ухмылку… Персона оказалось интересной, а интервью с ней выйдет ещё более интересное." — беседа некогда популярного журналиста из Кель'Таласа с Астерианом, который притворяясь караванщиком, покидал со своей супругой королевство кель'дорай, попутно, с плутовским азартом, отвечая на вопросы эльфа.Как стало ясно — дракон скрывался в Кель'Таласе очень долгое время, а что самое интересное, он придумал одну хитрую схему — работал поваром в одном из самых премиальных мест Луносвета и подсыпал в свою же яду страшный наркотик. Журналисту же он поведал лишь половину — наркотик вызывал сильное привыкание, сводил жертву с ума, но даже это был не конец. С таким исходом Астериана бы легко нашли, но к превеликому счастью, его супруга смогла устроиться знахаркой — поначалу её называли шарлатанкой, ибо как она заявляла — не использует магию. Но когда от тёмной порчи, смешанной с наркотиком, не помогали силы чародеев, то все эти непутёвые господа приходили к Инестрии. Она преображала их — видоизменяла душу и клеила к тем новую природу. Эльфы постепенно возвращались в былое состояние, но мрак в их душе остался вечным. Даже сейчас Астериан с гордостью считает, что глупое решение эльфов связанное с избранием пути принца Келя, есть ничто иное как влияние того самого дурмана, пронёсшегося через многие века.


Но даже такой умной схеме рано или поздно приходит конец — не став дожидаться барабанного рока судьбы, те покинули королевство — до тёмных времён осталось недолго. Силы обоих крепчали с каждым днём. Ещё наступит то время, когда дракон вернётся в обитель эльфийского царства. Его будет ждать венец магистрата и перо учёного. Будущие скитания отразятся на бумаге в виде толстых энциклопедий. Судьба его крепко связана с расовой антропологией. Судьба Астериса.

Многие века дракон со своей супругой скитались в Восточных Королевствах и за их пределами. Он видел, как возводятся новые Империи, а затем так же быстро гаснут… Место в этом мире ему было найти крайне трудно, ведь для всех кроме чёрных собратьев, он был чужим. Его жизнь была наполнена путешествиями и обучением, особенно ему интересны представители человеческого рода, кои стали для него хорошими учителями, ибо, не смотря на величие эльфов в магии, люди были тоже весьма и весьма сильны — она была дарована им от эльфов, а Астериан, под личиной человека, лишь укреплял свои знания на основе исследования смертных. Было примечательно и то, что и именно с людьми, Астериану, устанавливать контакт было тяжелее всего. Дракон по сей день не совсем понимает, какая причина послужила таким трудностям. Люди всегда казались ему странными, от этого и привлекательными — сегодня они поступают так, завтра иначе — в их крови жидкий хаос, в сознании ещё более ужасный — настоящее зло, которое рано или поздно разрушит мир вместо самого дракона, именно таких мыслей и придерживался Астериан.

— Для обычных людей, чёрные драконы, есть неоспоримая и грандиозная демонстрация могущества и злобы, которые по правде говоря нелепы, и лишь немногие называют их непостижимым ключом к вратам разрушения. Но истинной является лишь понимание грядущего — перестройка материального, позволяющая существовать вне двойственности, антитезиса и Света. Когда все глаза откроются, последняя Свеча затухнет.

Полторы тысячи лет прошли крайне быстро, но, важно отметить, что это лишь краткий миг в жизни Астериана. За это время он повидал и чудеса, и пережил горести, и понял, какова его истинная цель — наблюдение и выжидание момента для нового наступления. Его отец всегда был примером для уже зрелого дракона, а по сей день этот пример только закрепился в сердце Чёрного Ужаса. Года подошли к тому моменту, когда горести вновь начали осыпаться на чёрную макушку. Он наблюдал и чувствовал боль… Она была дарована глубоко из-под земли, из толщи льда и снега, и даже из морских глубин, а хуже всего они чувствовали где-то на юге, в песке… Шепот призывал его, показывал видения, как ульи силитидов расползаются по миру, нужно лишь принять приглашение в грядущей войне… И дракон принял его, но не для того, чтобы стать пешкой в игре Древних, а для того, чтобы познать сильные и слабые стороны своих врагов — калдорай и драконов. Первая война Зыбучих Песков стала отличным учителем для дракона — он выучил тактику, а главное понял главную слабость смертных созданий — надежду и любовь. Эти ниточки стали основополагающими в предстоящих интригах Чёрного Змея.

Следующее событие, стало первым за многие века в которых поучаствовал Астериан, и которое по праву можно назвать историческим — Война Трёх Молотов. Обернувшись после долгих познаний в новый облик — дворфа чёрного железа, Астериан, тем самым, выбрал сторону в этом конфликте. В этот момент дракон оставил даже свою супругу, ибо его сердце покорила та, что уже посеяла смуту в сердце Модгуд. Ксал'атат — величайшее из некогда живущих оружие и одновременно создание, настоящая богиня, именно так считал Астериан, когда узрел этот кинжал в руках мнимой повелительницы-дворфийки. В этот момент дракон даже смог уловить едва ощутимый возглас в своей голове — краткую фразу, обломившуюся на полуслове. Ксал'атат сводила его с ума — сейчас и навсегда. Астериан стал выжидать момента — он возжелал заполучить Богиню в своё личное пользование.

И вот великий шанс предстал перед драконом. Прячась в тенях и наблюдая, он лицезрел, как Модгуд осквернила Грим Батол с помощью кинжала, тем самым освободив зловещие тени, что клубились в мрачных стенах этой крепости. Но так просто всё закончится не могло, пусть Модгуд и была величественной колдуньей, в самый решающий момент, когда ей потребовалось защитится, Ксал'атат испарилась — в её руках больше не было Богини. В этот момент Астериан взвыл от ужаса, пронося свой жуткий вопль по каждому закоулку Грим Батола — в этот момент дворфы убедились, что крепость теперь и вправду проклята. Гнев дракона был велик, он считал, что бездарная дворфийка применила какой-то лживый фокус и растворила Богиню. Дракон. Астериан с ненавистью наблюдал за нарастающим конфликтом, а к этому времени его супруга уже успела присоединится к нему. И лишь когда владыка огня Рагнарос проявил себя, устроив первый для Восточных Королевств Катаклизм, Чёрный Ужас вылетел вместе со своей супругой — кровь и пламя. Эти минуты, часы и дни не были подвластны времени или взгляду драконов. Монстр, летая сквозь настоящие тучи дыма и пламени, сжигал своих врагов, сжигал проклятых дворфов, которые забрали у него самую желанную прелесть в его жизни. С этого момента Астериан и прославился — дворфы и по сей день слагают легенды о Чёрном Ужасе, что вылетает из пепельной тучи, и сжигает всё на своём пути.

В его голове была лишь последняя, ненавистная фраза: "-Ты обещал..."

В этот момент Астериан выбрал свою судьбу — Отец пошёл за Богом, а сын за Богиней.

Далее случилось много важных событий, однако дракон не особо обращал на них внимание. Лишь раз посетил загадочную Пандарию в облике ворона, а затем бесследно исчез, продолжая свои познания уже как уважаемый член Королевского Солнечного Института Расовой Антропологии.

— Чем займётся тот, кто стал пламенем и видел грядущее — разрушением, сохранением или разрушением ради сохранения?

Злобный и сломленный, Астериан затрясся, а вместе с ним и земля. Сердце Астериана не могло пережить подобного упущения, а его психика стала потихоньку рушиться, всё больше погружаясь в пучины хаоса. Он не раз спрашивал себя, зачем ему Древние Боги? Зачем их шепот, если он сам сможет стать Богом? Вездесущим и настоящим Разрушением… Подобное, помешательство не могло оставаться без внимания. Его супруга очень беспокоилась за состояние Астериана, однако, когда дело уже почти дошло до более жёстких мер, они оба почувствовали стук — сердце пламени вновь загорелось в этом мире. Открытие Тёмного Портала принесло счастливую весть — возвращение Владыки Смертокрылы из Подземья. Великую новость, которая должна была подготовить всех оставшихся чёрных драконов к последней войне, которая должна была ввергнуть мир в хаос — Час Сумерек.

Отец и сын воссоединились вновь, но при крайне странных обстоятельствах — Клан Чёрной Горы. А их облик — убогие создания, в телах которых витало зловоние демонов. Так отец и сын жили рука об руку. Один строил планы — другой исполнял их и всё больше погружался в историю, и образ жизни орков. Их жестокость и злоба была особенно приятна Астериану. Последующий успех его отца и заточение самой Алекстразы — это чудо. Самое настоящее чудо и в тоже время победа, которую чёрные драконы одержали над силами драконьих стай спустя столько тысяч лет — истинное великолепие.

И пока Ониксия с Нефарианом делали свои имена значимыми, Астериан верно исполнял волю своего отца. Он был одним из многих сыновей, чьё имя было сокрыто от страниц истории — он верно бился за своего отца, но лишь в последний миг он дрогнул. Когда Алекстразу освободили и тот не в силах был что-то сделать, Астериан лишь наблюдал, как королева заживо сжигает Некроса и всех остальных орков. Дракон не боялся, о нет, он был в лютом гневе и его дрожь была вызвана скорее нервозностью, нежели страхом. И если бы не супруга, то чёрный левиафан точно бы бросился в бой. Та привела его разум в норму, вовремя дав понять, что стоит покинуть это проклятое место, пока алое пламя жизни не добралось и до них — так пара и сбежала от мести королевы.

Пока мир пожирало безумие — тёмные эксперименты Синтарии и Нефариана, а также безумие Малигоса, Астериан, наблюдал и выжидал нужного момента. От агентов до него доходили слухи о делах отца, но пока что Чёрный Ужас не хотел связываться с ним, ибо полагал — время ещё не пришло.

В мире прогремел гром — настало время Катаклизма — Час Сумерек уже здесь.

Пока Смертокрыл во главе с Сумеречным Молотом ввергал мир во Тьму, Астериан решил пойти по пути своего отца, впрочем, он ведь уже получил одобрения от него же. Его план заключался в повторении хитросплетённой дворцовой игры — прикинуться человеком, дабы посеять в рядах Альянса смуту. Мужчине быстро удалось стать значимой фигурой в Штормграде, однако каких-либо серьёзных последствий его действия не принесли — сказывалась нехватка опыта в таких вещах, но всё же, это был прекрасный опыт, пусть он и отобрал у дракона бесчисленное количество времени, которое тот мог потратить на войну. Но это не означает, что Астериан не принял участия в грандиозном разрушении — он присоединился к армии своего отца, когда тот решил обрушить свой гнев на Храм Драконьего Покоя. Астериан, как и несколько других выдающихся драконов, смог занять место главнокомандующего в дальнейшем наступлении.

Пламя и кровь — вот они горят, дракон ведь так долго ждал этого момента, но первое было исполнено, когда как второе кануло в небытие.

Одно только солнце памятует о том, как больно было в тот момент Астериану. В своей долгой жизни, он лишь раз испытывал чувство схожее с этим — когда потерял Ксал'атат. Сейчас же, ощущая, как его плоть прокалывают когти красных драконов, а его супруга сгорает в кристально-голубом пламени синего левиафана, он взревел. Так, как никогда ранее. Его плоть стала в прямом смысле испускать жидкую лаву, а он сам, потянувшись словно змея, в последствии, одним мощным клацаньем, откусил голову красному дракону. От супруги уже почти ничего не осталось, и синий монстр переключился на раненого Астериана. Войско Смертокрыла проигрывало эту битву — все его слуги падали под натиском героев и Драконьего Союза. Астериан, полагая, что сейчас длится последний миг его жизни, бросился на синего дракона в своём финальном порыве и пока ледяное пламя сжигало его туловище, уже открывая кости на животе, он успел долететь и сблизиться с ним. Как раскалённый уголь проходит через бумагу, так и Астериан вонзился в синего монстра — он сбил того столку и вцепился когтями, словно обнимая его. Они кружились в огненном танце высоко над облаками, всё дальше и дальше уходи от храма к водной глади. И пусть Астериан пропускал гораздо больше ударов, нежели наносил, его струящаяся раскалённая кровь стекала прямо в лицо синего дракона — тот медленно обгорал и уже вопил от боли, ибо вспыхнувший живот Чёрного Ужаса, стал испускать жидкую лаву. И вскоре не осталось ничего. Полностью обугленный скелет некогда грозного дракона пал вместе с Астерианом на дно Великого Моря.

Полумёртвый дракон по пустыне бродил,
Под солнцем палящим был он один.
Сложив ладони в ожидании чуда,
В буре песчаной нашёл он верблюда.

Сев на него, далеко не уехал,
На альпаке скиталец к нему сзади подъехал.
Слово за слово, и они разговорились,
Под вечер у костра вместе ютились.

«У скитальца есть вопрос, что его так волнует,
Кто по небу, словно птица дрейфует?
Изредка падает, ночью свет нам дарует,
Вместе с друзьями картины рисует».

Вопрос застал дракона врасплох,
В мыслях его начался переполох.
Сосредоточенно он думал и гадал,
Пока скиталец его верблюда угонял.

Опомнившись, он был слегка смурной,
Но найдя ответ во тьме над головой,
Дракон, с нелёгкой судьбой,
Отыскал свой путь — домой.

Дракона выбросило аж в Танарис. И пройдя там ощутимо сложные испытания на выдержу, он вернулся в туда, где культисты бы менее всего ожидали встречи с ним. Пока Грим Батол был осаждён героями и драконами, Астериан посетил Подземье — настоящую цитадель и кузню, где некогда выковали жизненно важный доспех самому Смертокрылу. Сейчас дракон тоже нуждался в его подобии и из остатков, которые находились там после Нелтариона, Астериан тоже смог заиметь на своём туловище похожее обмундирование — сын пошёл в отца.

Дракон не стал задерживаться в Подземье слишком долго и как только необходимый для жизни каркас был готов, тот вырвался в открытый мир, а вскоре и культисты на земле Теразан стали лишь кровью на клинках пришедших туда героев.

Время вести войну грубо подошло к концу. Потеря Ксал'атат, братьев, сестёр, супруги и конечно же отца, стали для Астериана не только извечным мучением, но и истинной. Древние Боги больше не были ему хозяевами, да, впрочем, их шепот уже и не настигал Астериана с былой силой. Он освободился от их хватки, а они выкинули его, посчитав, что тот является лишь использованным инструментом. Но цель Астериана не была выполнена — мир должен сгореть, по крайней мере за то, что он сделал с чёрной стаей. Месть будет неминуемой, а потому, используя предыдущий опыт, Чёрный Ужас отправился в совсем ещё неизведанную землю — Кул-Тирас. Там он смог не только отлично прижиться, словно самый настоящий паразит, но и нашёл объект для наблюдений — знатную семью фон Эшфордов, которая претерпевала не самое лучшее время. Молодой наследник — Манфред фон Эшфорд, стал особенно интересен Астериану, ну и конечно же глава дома, доживающий свои последние дни — Филипп фон Эшфорд. Дракон наблюдал, тихо и беспощадно, и даже проблемы Легиона не сломили его волю — теперь была лишь цель и мечта.

Когда время подошло к нужному пику, а вождь сожгла Древо, Астериан приступил к исполнению плана. За проведённые вблизи этой семьи годы, он узнал достаточно, вплоть до мелочей — любимого цвета и взаимоотношений. Одним непримечательным вечером, когда Манфред как обычно прогуливался по любимому саду и срезал шипы с роз, попутно разглаживая холсты для будущих картин, Астериан вонзил в его спину нож. Тело молодого господина так и не нашли, впрочем, вестей ведь всё равно не было, ибо на следующее утро, он, словно и не пропадал на всю ночь — вернулся обратно в поместье. Но это был уже не тот истинно-добродушный юноша, теперь это был Чёрный Змей, со лживой улыбкой и сладкими речами… А время шло вперёд.

Состояние главы дома становилось всё хуже и хуже, а Астериан в свою очередь лично рушил дом — убирал других наследников, уничтожал влияние своего отца, однако всё это делалось с исключительным грифом «секретно». Филипп был мёртв — одни говорят, что от болезни, другие же полагают, что варианты куда хуже. И теперь Астериану ничего не мешало начать свою компанию — его руки были развязаны, а рядом с ним оставались лишь глупые барышни и такие же недальновидные мужи, которые никогда бы не посмели пойти против воли Манфреда. Юноша начал восстанавливать влияние дома и хоть теперь он скитался по гостиницам и барам, потеряв поместье из-за кредиторов, он полагал, что в кратчайшие сроки сможет это изменить. Всё же с людской системой управления он был знаком не понаслышке, а случае непредвиденных обстоятельств, всегда может использовать не только сладкие речи, но и всепожирающее драконье пламя.


Эленвен

Наступало третье тысячелетие в жизни Астериана — судьба привела его в Зин-Азшари. Великая столица не менее Великой Империи встретила его довольно разнообразным образом: одни обходили его стороной, другие падали в ноги и были готовы услужить своему господину. Причиной был не столь облик высокорожденного и изощренная игра на публике, сколь его полыхающие, золотым пламенем глаза. По легендам Детей Звезд они пророчили о величайшем предназначении. Ведомый жаждой знаний о могущественной силе и наблюдением за многообещающим народом, он старался старательно обходил особо любопытных жителей прекрасного города. Так продолжалось недолго…


Настал день великого праздника — сама королева выходит к поданым.
Благоухающий парад с цветами.



На пышном празднике, он воочию смог лицезреть родную душу. Бессмертную душу? Дракон был удивлён, когда сквозь эти толпы взбудораженных одним только видом своей королевы, одна из них, облаченная в элегантное платье, кардинально отличающееся от большинства присутствующих, с необычайным спокойствием наблюдала за торжеством, чуть склонив голову. Он не видел в этом слепого повиновения или смирения — он видел в этом уважение и благородство. Такое родное, и… такое близкое. На приёме у императрицы Астериану не составило труда получить расположения величественной дамы. И речь, к слову, далеко не об Азшаре. Дракону удалось очаровать незнакомку, пленить её проницательным взором жгучих глаз. Первое, что он узнал — имя. Эленвен. Звучит громко и достойно. Хотя как только срок беседы пробил в двадцать минут, уже сложно было понять, кто кого пленил и искушал вопросами. С того дня Астериан стал интересоваться жизнью загадочной чародейки ещё больше. Всё дошло до того, что через месяц, утекший сквозь пальцы подобно песку, он смог достигнуть изначальной цели, с которой и прибыл в город. Он нашёл ту, которая стала обучать и наставлять его.


Астериан — ученик. Элен — учитель.
Красивое сочетание.


Целый год они ведут в объятиях роскоши и богатства: ни настоящее золото, ни истинное серебро не укрылось от них. Их объединяло единое, но проявляемое у каждого по-своему чувство — любовь. На ранних порах знакомства дракон успел почувствовать сокрытую боль в сердце Эленвен — он хотел помочь ей излечиться от старых ран, но в ответ та лишь улыбалась, предлагая все удовольствия жизни. Получив желаемое, но терзаемый муками совести, царапающими массивными когтями по душе, он не мог бросить её. И Астериан согласился, позволяя высокорожденной умело использовать драгоценную находку. Алчной эльфийке нравилось то, что она получила. Остальные мужчины теперь не имели какого-либо особого значения. Зачем они, когда есть он?

Он был драконом, но она всё равно приняла его. В любви и доверии проходили их следующие столетия жизни. Иногда их совместная, казалось бы, долгая и счастливая жизнь, переживала бурления. Особенно тогда, когда Астериану приходилось покидать возлюбленную на примерно пол года — того требовала сложная ситуация в чёрной стае. Он должен был показываться перед отцом. Дракон не мог допустить того, чтобы его отношения с эльфийкой были раскрыты. Ему приходилось врать и играть на публику, а впрочем, он уже привык к такой жизни. В остальном ситуация между ними более чем комфортной — они и вправду единым целым.

Азшара изменила всё — абсолютно всё.

Демоническая мания набирала всё большую популярность у чародеев Великой Империи, и Эленвен не стала тому исключением. Наоборот, она была одной из самых активных практиканток этого опасного искусства. А Астериан, со скорбью наблюдал за грехопадением, сам впадая при этом в пучины страхов и сомнений. Этим и воспользовался Бог Глубин, который уже успел одурманить отца Чёрной Стаи. Он пустил свои корни очень глубоко. И раз сам Нелтарион пал под натиском его шепота, то Астериану оставалось доживать свои последние мгновения.

Так и произошло. Вскоре Тьма захлестнула разум дракона, но он по прежнему играл роль. Хотя ему это нравилось — он всё ещё любил. По своему, извращённо, но любил.

Вторжение демонов поставило крест на всём, что они создали собственными руками. Эленвен заметила пропажу горячо излюбленного дракона, что оставил ей письмо, в котором глласилась срочная нужда его стаи. Ранее он всегда прощался со своей Элен лично, и совершенный Астерианом поступок не столько болезненно уколол, сколько подгорел всепожирающее пламя властности, перерастающее в самую настоящую ненависть. Яркую, безумную ненависть. И пламя разгорелось ещё сильнее, когда драконы с низкорожденными начали давать отпор демонам. Тогда Астериан явился к Эленвен в виде проекции и предупредил о надвигающейся Тьме, что разрушит этот мир и воздвигнет новый. Он приказал ей бежать из города, бежать сломя голову, если та хочет жить в новом мире. Но ведомая теми же целями, эльфийка наотрез отказалась покидать столицу. И дракон, убеждённый, что смерть его возлюбленной неизбежна, попрощался с ней, что будет помнить и хранить в сердце память о ней — целую вечность.

Зин-Азшари выстоял. Нелтарион применил свой артефакт, став Смертокрылом. Астериан же испытывал внутреннюю агонию, чувствуя всю пролитую кровь, всё пламя, все крики — он слышал их. Перед тем как улететь в Нордскол и объявить другим стаям войну, он, не веруя в то, что его любимая выжила — похоронил её в канун древних времён.


Этот отрывок текста впечатлил интеллигенцию до глубины души.
Запись слов произвёл Джорган «Тонкая Рука» Браувильс.

Автор: Манфред фон Эшфорд


Меня часто спрашивают, зачем я возделываю свой сад? Зачем подкармливаю бездомных трудяг, когда подобные мне личности пируют? «Сир Манфред, — кричат они мне во весь голос, — почему вы прячетесь от всего мира в своей усаженной розами обители? А что же до вашего долга Дому и Боралусу?» Все эти напыщенные вельможи не понимают, каково это — быть лордом истинной знати Морской Державы. Наш долг — оттачивать свой разум и дух, тщательно отделять положительное от отрицательного, чтобы наставить последующие поколения на наш праведный путь. Именно выращивая все эти колючие розы в своём саду, я и обретаю ту самую искру мудрости.

Вы только понаблюдайте восточной стеной, на которой я взрастил свои колючие лозы. Шипы этих молодых растений причиняют боль при касании, за ними очень трудно ухаживать, почти так же, как и за драконами. Однако при должном умении и концентрации, можно заставить их расцвести, и тогда былое уродство уступит место красоте, облик прекрасного принца заменит прозрачные видения, в которых прежний дух выходит из тела, вдыхая пар сладкой мякоти — своей же собственной крови. Это и есть прогресс величия: от сопротивления природной злобе и всепоглощающего хаоса и в конце к изменённому состоянию сознания.

Напротив, уже на западной стене, можно заметить благоухающие клумбы из разных цветов. Как оказалось, многие из них весьма долговечны. Иногда мне кажется, что во всём виновата моя бабушка, которая была похоронена на этой земле — словно эти цветы часть её новоявленного облика. Эти цветы расцветают на солнце, в дождь и в бурю, тем самым олицетворяя собой доблесть, единство и милосердие.

У северной стены, растёт нечто сложное — специально выведенный куст из очень жгучих листов. По большей части это некий эксперимент, совершённый путешествующим алхимиком-цветочником. Для этого пылающего сорванца, я использую немного пепла из потухшего очага, и пепел этот содержит в себе веру — первую степень изменения в природе. Одного этого символа достаточно для того, чтобы даже самая убогая и иссушенная земля приняла в себя слабые ростки и пустила корни. И когда все сорняки будут уничтожены — ничто не помешает им вырасти и развеиваться по ветру. Так и законы наши, правильно истолкованные и грамотно используемые, порождают для нашей нации граждан лишь высочайшей пробы.

А южная стена, словно одинокая птица, одновременно краше и страннее других. Там растут лишь самые обычные цветы, на такие даже обычному бедняку хватит денег, дабы порадовать довольно странным подарком свою суженную. Ведь все привыкли, что цветы, это роскошь для конкретных слоёв. Эти растения — моя гордость. Настоящие революционеры и гордые сторонники, а ещё, тот цветок в центре, ох, наверное, это слегка необычно — но самый прекрасный произошёл от самых обычных, не в этом ли есть правда? Это даёт нам понять о преемственности и заботливом планировании данных цветков.

В центре — беседка. На ней я часто сижу в раздумьях и вырезаю игрушки из дерева, порой пишу стихи, а иногда, реже чем остальное, веду беседы с вами, дорогие вельможи. Надеюсь теперь вы понимаете? Боралус — равно как и сад, при должном сбережении и ухаживании к каждой клумбочке и росточку, принесёт просветление всем будущим поколениям — нашим с вами потомкам.

На этом отрывок и заканчивается. Финальный аккорд верный своему господину Джорган, записывать не стал.


«Твои речи, Манфред, ты словно стал другим, поумнел и покрепчал. Ну и ну… Успокойся, что нам до этих твоих росточков, — вытянув свой кинжал, нахал срезал самую гордую розу, — Брат прав, сын мой, зла в мире много и если мы бы изменили решение в этой сделке, то на наше место встал бы другой. Прими свою судьбу и подчинись, — и встал отец вслед за братом, не стали они слушать пылкие речи юнца»

Сад застилали тучи, а два наглеца уже намеревались вернуться в поместье, дабы не попасть под дождь. К сожалению, они уже были не в силах заметить, как глаза Манфреда изменились — всю радужку объяло змеиное пламя. Вскоре саду было подарено два бездыханных трупа — никто не видел, не слышал, не знал, куда же они пропали? Даже пепел бы стал находкой — но сад поглотил и его.


Меня спрашивают, для чего я возделываю сад. Я отвечаю, что я лорд Манфред фон Эшфорд и мой сад — это весь мир, а весь мир — это мой сад. Прямое разрушение оказалось ошибкой — уничтожение текущего мира, является лишь его изменением.

Эта мысль и есть основа сущности Астериана.


Расовая Антропология Высших Эльфов. Субъективный взгляд.
Автор: Келин Хорвуд, профессор научного общества Штормграда.


Будучи членом Штормградского культурного обмена, я успела объездить и запечатлеть на бумаге многие уголки этого мира. Я посетила все земли, связанные с моим любимым королевством, включая и его союзников в виде Лордерона и Гилнеаса. Я исследовала даже Тернистую Долину — очень негостеприимный и труднопроходимый регион Восточных Королевств. Но место, которое тронуло моё сердце до глубины души — это золоченные башни, переливающиеся золотом и магической энергией. Королевство Кель'Талас. Там я встретила одного эльфа, который представился мне Астерисом Тёмной Звездой. На протяжении всего этого путешествия меня к слову сопровождала целая свора коллег и пара тройка наёмников для охраны. Они-то и рассказали мне, что этот эльф частенько предлагает, как и признанным героям, так и простым путникам — испытания. При этом мотивы Астериса никогда не ясны, и все его слова очень запутаны, в большей или меньшей степени. В своей работе я бы обозвала его настоящим хозяином интриг. Этого самодовольного остроухого магистра невзлюбил даже Льюис, а ведь он всех любит! Видит Король, я стараюсь вести себя мило, хожу с этой глупой улыбочкой на лице и подавляю в себе это желание проткнуть магистра чем-то острым. Кто же знал, что после всех этих испытаний он назовёт меня обезьянкой и поставит метку в своей книги. Бесит.

Моим основополагающим поручением был конечно же шпионаж. Сбор важной информации, которая в дальнейшем может быть использована с пользой для Штормграда. Тонкости законов, традиций и моральных устоев — всё это было очень важной составляющей моего исследования. А ещё я не совсем поняла, почему же нас недолюбливают. Возможно это связано с внешним отличием, а может из-за некоторых волнений на политической арене. Честно, я не знаю настоящей причины, но по большей части лишь члены Института отзывались о моей делегации не самым лучшим образом. И самое ужасное в этой истории то, что лишь Астерис протянул мне руку помощи, когда остальные маги и учёные отказывались от встречи. Этот один из тех случаев, когда приходится закрывать глаза на личную неприязнь и с улыбкой говорить заветное спасибо. Хотя не стоит слепо доверять ему, этот эльф входил в совет института и имел звание магистра. С ним стоит быть аккуратной.

Королевский Солнечный Институт Расовой Антропологии был сформирован на заре рождения такой расы как высшие эльфы. Их эволюция и стала причиной образования общества, в котором себе находили место, как и признанные мировым сообществом учёные, так и одарённые не по годам чародеи. На сегодняшний день он плотно связан с фракцией Магистров. Является из неотъемлемой частью. Основной фундамент заложил сам Дат'Ремар, о чём даже свидетельствует величественная статуя, окружённая фонтаном в главной резиденции их обители. Там даже была вырезана довольно интересная фраза, которую я была просто обязана перевести: «Рассвет разгорается. Приветствуем новый день». Как мне позже сообщили, она, как и всё что здесь есть — принадлежит Дат'Ремару и королевской семье. Ведь они на протяжении долгих лет всё ещё являются главными спонсорами той деятельности, которую проводит Институт. Управление этой организацией ведёт так называемая Верховная Ложа — восемь учёных-магистров. Одним из них и был Астерис Тёмная Звезда.

Спустя неделю бесчисленных ужинов и бессмысленных заседаний Ложи, в которой я принимала участие лишь как наблюдатель, мне всё-таки удалось договориться с Астерисом на довольно заманчивую экскурсию. Сначала мне хотели всучить хмурого и наглого Элларана, но настояв, я добилась того, чтобы меня вёл сам Тёмная Звезда. Следующая неделя начнётся просто изумительно. Я уверена — исследовательский корпус, в который и поведёт меня магистр, откроет куда больше секретов чем всё то, что лежит на поверхности. Ну а делегация… Она подождёт. Я слишком нетерпелива, чтобы договариваться обо всех, а Астерис слишком жаден, чтобы придти к компромиссу. Но не подумайте, золото или простите за выражение, женское тело, его мало интересует. Он скорее такой же охотник за знаниями, только куда более безжалостный, чем я могла вообразить при первом на него взгляде.

Прошла где-то неделя с тех пор, как я побывала в исследовательском корпусе. Скажу честно — мне понравилось. И видимо Астерису тоже был приятен мой интерес. Наши конфликты стали словно ледник, попавший на песчаный берег Западного Края. Сейчас, в один из непримечательных деньков Кель'Таласа, я вновь выбралась из таверны на прогулку. Прикрытая плотным капюшоном, мне наконец-то удалось удрать от вечно сопровождающих меня высших эльфов. Что за недоверие такое? Они словно в каждом моём действии видели шпионаж и вред. А ещё эти мысли о глазах магистра. Наверное, я схожу с ума, раз мне видятся там змеиные зрачки. Они даже снятся мне! Какой ужас, не могла же я влюбиться в эльфа?! Когда все эти мысли оставили меня, и я преодолела затхлый переулок Душегубов, то вышла на переполненную эльфами площадь. Жизнь просто кипела. Но удивление на моём лице появилось не от количество разношерстых товаров, которые всячески тебе пытались всучить купцы, нет, оно было таким из-за магистра. Сейчас мне представился удивительный шанс последить за тем, как мужчина занимается делами Института и Королевства. Я видела, как он разрешил спор между эльфом кузнецом и эльфом ювелиром. Выслушав обе стороны, Астерис смог огласить удовлетворившее все стороны решение, ну а после дальше зашагал по мраморной дорожке. Пройдя за ним ещё немного, я смогла понаблюдать за тем, как он задержал эльфа вора, который ни то от голода, ни то от природной алчности, пытался стащить кошель у проезжающего на крылобеге рыцаря. И к слову этот рыцарь был самым настоящим магнитом — ловим возгласы любви и детские улыбки. Сначала магистр отчитал сородича, а затем сдал того стражникам, объяснив всю ситуацию от начала и до конца. После этого в мою душу и закралось чувство, что Тёмная Звезда наблюдает абсолютно за каждым шорохом в городе. Даже за мной. Не думаю, что в его обязанности входит такой вот контроль за городом. А посему стоит быть начеку, ведь в любой момент я могу оказаться его целью и неизвестно, как он поступит. Хотя вряд ли он мне навредит, ибо смотря на то как мы в последнее время друг к другу прицепились, проще будет найти его во время ужина и узнать чуточку больше о деятельности магистров великого королевства Кель'Талас.

Интересно, Магистр Астерис любит вино?


Чёрная Стая — семья, дом, братья и сёстры, смысл всей его жизни, который горит вечным пламенем в душе Астериана. Изначально стая была для него просто беззаботной семьёй, в которой ему был дорог каждый её представитель, но со временем это изменилось — только отец и супруга стали важны для обезумевшего от порчи дракона. Сражаясь тысячелетиями за своего отца, змей искренне верил, что делает это всё ради собственной стаи, её выживания в мире. Порой приходилось лишать жизни братьев, сестёр, всех тех, кто не разделял взгляды Нелтариона и противился губительному влиянию Заразителя на их род. Пройдя множество взлётов и падений, Астериану удалось не только пережить большую часть своего вымирающего вида, но и частично осознать ошибочный путь, который для своей стаи избрал Нелтарион. В нынешнее время Астериан глубоко разочарован сложившимися в стае тяжёлыми внутривраждебными процессами, которые постепенно приводят род чёрных драконов к полному вымиранию. Истинно он продолжает считать себя эдаким «патриотом» стаи, который более не собирается слепо следовать указам. Будучи древнейшим из ныне живущих представителей рода, Астериан самолично пытается разыграть истинную последовательность к возвращению былого величия чёрной стаи, пусть даже оно будет требовать некого нейтралитета с миром и другими стаями, на который он со скрипом в зубах — всё-таки готов пойти.

В чёрной стае Астериан на протяжении всей жизни играл одну из главенствующих ролей. Будучи сыном Смертокрыла, пусть и не от знаменитой Синтарии, а от одной из его безымянных жён, чьё имя давно утеряно в анналах истории, он всегда отличался, пожалуй, самой важной чертой в любой семье — верностью. Пусть Астериан и не всегда был согласен с решениями отца, он шёл за ним до самого конца — за что всегда был приближен к нему, имел определённую власть, авторитет и уважение в роду, и даже за его пределами, среди драконов других стай — как грозный и безкомпромисный змей. Ныне его можно назвать одной из ключевых фигур увядающей стаи, и, пожалуй, её самым древним и мудрым представителем из ныне живущих.


Сумеречный Молот — мрачная организация, в которой Астериан некогда занимал довольно высокое положение. Для него Сумеречный Молот — это сплошная странность, которую он не опишет ни в положительном, ни в отрицательном ключе. Во-первых, именно благодаря своей работе в культе дракон смог овладеть многими тайными знаниями, которые склонились перед ним довольно быстро за счёт доступа к обширному источнику самых разносторонних, образованных лиц. К тому же Астериан всегда понимал важность культа во вселенском плане Смертокрыла, поэтому безукоризненно выполнял любые поставленные перед ним, как перед Генералом, задачи. С другой стороны, если рассматривать отрицательное веяние, то культ стал причиной смерти многих чёрных драконов, а так же только усилил и без того мощный эффект ненависти к обсидиановой стае со стороны всего мира. Так как путь Нелтариона был ошибочным, то и деятельность его смертных пешек в конечном итоге погрузилась в глубокий кризис, из которого они не могут выбраться и по сей день.

Астериан имеет некоторые контакты с остатками культа по всему Азероту. Ныне змей выступает скорее в роли консультанта, не желая более связывать свою жизнь с очередным эпизодом бессмысленной жестокости, которая сыграет на руку исключительно Заразителю, а не Ксал'атат и Чёрной Стае. Однако, если ситуация будет вынуждать действовать решительно, Астериан не станет противиться союзу с бывшими подчинёнными.


Магистры Кель'Таласа — высокородное и влиятельное общество внутри эльфийского королевства, реализующая некоторые правительские функции. Каждому обезумевшему чёрному змею присуще вливаться в смертные коллективы, наводить там хаос и смуту, играть на ниточках мирских душ. Выбор Астериана пал на магистров ещё за тысячелетия до Открытия Тёмного Портала. В свете эльфийского мира он известен как Астерис Тёмная Звезда — старый и многоуважаемый магистр, представитель научно-магической палаты и главенствующее лицо в Королевском Солнечном Институте Расовой Антропологии. Основной деятельностью Астериса как магистра является — изучение и анализ процесса эволюции различных народов Азерота. Используя сравнительно-исторический и магический подход в изучении физиологии, культуры и бытовой жизни представителей младших рас, магистр Астерис сформулировал и изложил всё во многочисленных трудах, которые и по сей день хранятся в королевской библиотеке Кель'Таласа. В отличии от большинства магистров, персона чёрного змея остаётся официально нейтральна к текущему противостоянию между фракциями ввиду своей деятельности, впрочем, такой позиции придерживается и управляемый им Институт. Однако формирование определённых теорий, например, концепции верховенства, которая рассказывает о доминирующем превосходстве эльфов крови над всеми другими народами, наглядно показывает его глубокую преданность Кель'Таласу, несмотря на общеизвестную деятельность.

Пожиратель Троллей — это, пожалуй, самое старое прозвище Астериана, приобретённое им в бытность своего падения во мрак. Ещё в далёкие времена, когда Азерот раскололся на материки. Тлея в безумии, первое, что он пожелал — отомстить любому обидчику, на которого до предательства Нелтариона побоялся бы и руки поднять. Добиться справедливости за все необоснованные выпады в сторону родной стаи. Выпады, которые отец всегда просил игнорировать. И гнев этот пал на троллей — стадных дикарей, ценящих свою воинственность и страсть к охоте, в особенности на различных драконов. Только освобожденный от всяких клятв перед Титанами и норм морали, мог осуществить правосудие так, как он сам пожелает, что в иные времена назвали бы противозаконным, неестественным, кощунственным и аморальным.

Астериан обрушил своё пламя на источник ненависти, предав сотни бесчисленных душ забвению, а от их поселения ни оставил и камня на камне. Дракон вселял ужас в троллей, использовал в своих непристойных экспериментах, всячески истязая, и, получая от подобного процесса массу удовольствия. Вскоре о драконьем садизме начали слагать целые легенды, которые, стоит сказать, сыграли ключевую роль в крестовом походе обезумевшего змея. Истории троллей привлекли внимание драконов, которые быстро развенчали загадочно неизвестное местонахождение Астериана. Сын Нелтариона, гонимый справедливостью четырёх стай, оставил троллей в покое, пустившись в бегство. И с тех древних времён Астериан более никогда не возвращался к открытому геноциду ненавистных существ, опасаясь нового преследования со стороны бывших собратьев.


Чёрный Ужас — это главное прозвище Астериана, которое он в своё время получил от дворфийского народа. Тайна столь дурного наименования сокрыта в тяжком историческом периоде, отразившемся на страницах дворфийских книг как Война Трёх Кланов. Подступающий конфликт дворфийских кланов принёс с собой губительную силу, которая ворвалась в тлеющий разум Астериана мириадами томных речей. Дракон осознал праведность и мудрость путающихся изречений, и возжелал большего от хозяйки гласа, заглушившего волю Заразителя. Возможно, кто-то бы счёл это гордыней, но, скорее, тогда драконом двигала свойственная пробудившемуся от долгого сна любознательность. Астериан уверовал в предназначение, уготованное ему свыше его Ксал'атат — по-настоящему родным существом.

Рассуждая о своём новом предназначении, чёрный змей неустанно грезил о масштабном будущем, которого он может достичь вместе с Ксал'атат. Поэтому желание заполучить Тёмный Клинок горело адским пламенем внутри Астериана. И поэтому, когда Модгуд, как полагал сам Астериан, навсегда утеряла кинжал, вся бушующая внутри дракона энергия вырвалась лихорадочной яростью на весь дворфийских народ. Стаи драконов, будучи отвлечёнными присутствием Рагнаросом, не успели вовремя среагировать на гнев чёрного змея, что пронёсся пепельной тучей по дворфийским землям, сжигая всё на своём пути. Длиннобородый народец навсегда запомнил это событие, отразив столь наглое нападение в своих хрониках, когда как Астериан, вернувший чувство присутствия Ксал'атат в смертном мире, до сих пор не утолил свою ненависть в отношении дворфов.


Генерал — военизированный титул Астериана, используемый в рядах Сумеречного Молота и других объединениях, подконтрольных Древним Богам. Проще говоря — военачальник, вестник и предводитель. Дракон обладал огромной властью среди фанатиков. Лично вёл когорты своего отца на кровавый убой, приближая наступление Часа Сумерек с каждой битвой. Кроме этого в должностные обязанности Генерала входили функции старшего надзирателя. Астериан лично следил за сумеречными кладками, проверяя новоиспечённый эксперимент на прочность. К тому же курировал многие проекты, в особенности по выведению новых стай и, заражению уже существующих — занимался красными драконами, упиваясь их страданиями и перерождением во Тьме.

После смерти отца, Астериан разорвал близкие связи с приспешниками Н'Зота, стараясь более не выступать на чьей либо стороне, а терпеливо выжидать момента, которым он воспользуется исключительно для усиления себя любимого и родной стаи, но никак не для помощи обломкам Чёрной Империи и сумеречным фанатикам. Искренне он уже давно был предан Ксал'атат, выступая в роли полководца лишь по инерции, в качестве её шпиона и, конечно же, отдавая долг отцу, как его сын.


Шуул'атат — имя-титул Астериана, сорвавшийся манящим шепот с губ Заразителя в знак благодарности за проделанную работу. Забавно, что когда дракон получил эти регалии, уже был тайно предан новой Владычице, не совсем разделяющей видение Н'Зота на будущее Азерот. Впрочем, данное словосочетание пришлось по вкусу Госпоже. Оно отражало некоторую связь между чёрным змеем и кинжалом, делая их отношения ещё более крепкими. Чаще всего шепот Богини обращается к своему подчинённому именно с помощью этого титула, тем самым полностью перенимая манеру Н'Зота в деловитом стиле ведения беседы с Астерианом.


Магистр — эльфийский титул, которым обладает его змеиная личина эльфа крови. Добившись большого признания в сфере магии и науки, Астерис со временем заслужил любовь двора Кель'Таласа, и тем самым был провозглашён одним из магистров. В последствии дракон даже занял лидирующую роль в КСИРА среди других магистров.

Игровое имя:
Астериан
Статус:
Жив(-а)
Раса:
Другое
Нестандартная раса:
Дракон
Народность:
Чёрная Стая
Пол:
Мужской
Возраст:
14000
Мировоззрение:
Законопослушно-злое
Класс:
Маг
Специализация:
Бездна
Вера:
Нет
Род занятий:
Вестник Тьмы
Семейное положение:
Нет
Активность:
Постоянный отыгрыш
Дополнительные факты:
  • Это любимый персонаж автора
  • Персонаж предназначен для социального отыгрыша
  • Персонаж предназначен для героического отыгрыша
Дополнительно:

редачу ксс

Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток.
Ваше творчество было одобрено по критериям высокой требовательности. Перейдём к рецензии.

Начнём с содержательности.

Она тут на высочайшем уровне. Внешность детальна. Вы учли практически каждую мелочь и за это я вас могу похвалить. Образ самого дракона, как и его смертного обличия - многогранен и проработан.

Характер так же продуман достойно. Психологический портрет кажется сформированным. Герой имеет четкую позицию, имеет предпочтения и, что не маловажно, имеет слабости. Подобные мелочи и формируют итоговую картину, которая, по моему мнению, оказалась завершенной.

Далее идут способности и тут у меня есть некоторые сомнения.
А именно меня крайне смутил "Тёмный шаманизм". В большей степени меня расстроило то, что данный пункт никоим образом не раскрывается в хронологии, а посему данное мне кажется банальной "хотелкой". Лично мне сложно понять, зачем дракону, что уже преуспел в Тайной Магии и Тьме нужно тратить время на ешё один аспект, который можно без проблем заменить предыдущими пунктами, да и самой сущностью огнедышащего существа. Спорно, но идём дальше.

Хронология на меня оказала довольно "размытое" впечатление. Содержательность хороша, основные моменты жизни персонажа расписаны, но воды налито... Да, воды, как по мне, слишком много. Я бы её уменьшил, но, как говорится, хозяин-барин. К логичности и каноничности у меня претензий нет.


Грамматическая составляющая работы.


Тут всё хорошо. Много писать не буду, однако подмечу, что проскальзывает тавтология и "теряются" запятые, но, учитывая объёмы работы, - это мелочи.

Итогом же выделю то, что ваше творчество мне пришлось по душе. Оно, по моему мнению, не идеально, но, опираясь на критерии оценивания я выношу вердикт: +10 уровней персонажу "Астериан".

Одобрен морф.

Привязка к Острову Лазурной Дымки длительностью 2 месяца. (15.04 - 15.06)
В течении этого времени вы должны присылать мне подтверждение отыгрыша вашего персонажа. (скрины/отчёты)<

UPD. Привязка снята.

Если у вас возникли вопросы касательно вердикта, то вы можете обратиться ко мне в Discord:M1das#6691
Удачной игры, с уважением

Проверил(а):
M1das, Коллегия Рецензентов
Уровни выданы:
Да
00:39
18:28
2306
23:58
+7
Пипец, ты че творишь, брат
00:03
+5
Исключительное наслаждение для глаз и мозга. Кайфарик
01:27
+7
Советую всем свершить flex с данным dragon. Он просто very classiс. Я бы даже сказал pleasantly
09:17
+3
Это мой дракоша pepewink
09:32
+5
Черные драконы должны быть истреблены, потому что… Они черные!
*Ну ля, безумие Смертокрыла, шепот ДБ и прочее, никакого расизма!*
10:58
+3
*чует запах расиста*
13:37
+2
Сильно.
12:03
+1
Ну это сразу должно быть одобрено
Lem
13:06
+1
С каких пор «поднятие нежити» это основа для бездноюзера? =_=
13:40
0
Да, благодарю, этот момент всё же скорректирую под личную любовь Астериана к этой способности, нежели под общий пласт. Надеюсь, сомнений на счёт — возможно ли это делать Бездной, у вас нет. Просто не совсем понял, однако, отвечу — да, это возможно делать с помощью Бездны. yvojenie
Lem
14:55
+1
Да я то понимаю, просто в силу своего мироощущения не люблю когда начинается излишняя смесь разных концептов. Например, сами по себе драконы это нечто, что имеет и без Бездны довольно таки обширный пласт мотивов для игры. Особенно в таком возрасте. Помимо этого и сама бездна без призыва мертвых да разломов крайне интересная тема. А тут получается что величественный сильный черный дракон пытается усилить себя еще сверху Бездной и приказывает неким хилым мертвецам встать на его защиту…

Да, каждый видит мир ВоВ по своему и то, что еще пару лет назад было каноном теперь уже не канон. И есть квесты, НПС и кинематики что могут подтвердить то или иное, только зачем? Если общая цель ролевой игры это создание красочных запоминающихся моментов, что в довесок вызывают те или иные эмоции.

Так что скорее это не претензия и даже не критика, а легкая меланхолия на тему «зачем люди стремятся к созданию убер сильных персонажей». Но, снова таки, это личное имхо. А в целом анкета классная, действительно. Вы приложили достаточно усилий к ее написанию.