Игровое имя:
Лагерта
Статус:
Жив(-а)
Раса:
Человек
Пол:
Женский
Возраст:
25
Особенности внешности:


Огромный и тяжелый латный нагрудник, плотная кожаная одежда, сапоги что выдержали не один километр долгих походов – неизменные части одежды воительницы что с топором и щитом что сражается, доказывая самой себе и остальным вокруг свою силу. Доспехи выглядят гармонично: не контрастируют с крепкими, большими мышцами рук, рельефными мышцами живота и ног. Не выбиваются из общей картины, лишь дополняя и без того боевой образ женщины, словно подчеркивая ее нрав и характер. Ее длинные волосы цвета соломы часто скрываются под капюшоном из медвежьей головы что мертвыми, пустыми глазами смотрят туда, куда обращен сам взор Лагерты. Взгляд ее голубых глаз часто цепляется за людей в латных доспехах, воинов и паладинов. Всех тех, кто по мнению самой варварши, самим своим видом пытается унизить её, будто бы намекая что они тут – самые сильные. Из-за чрезмерной крикливости, ее голос приобрел грубое и хрипловатое звучание. Однако её лицо, что она часто пытается скрывать под своей шапкой, оказывается куда менее боевым: мягкие черты лица, пухлые губы, такие же чуть пухлые щеки, аккуратные уши и добрый взгляд она пытается скрыть, считая, что именно оно выдает в ней слабую и беззащитную женщину, которую вполне легко можно назвать слабачкой. Она отдаёт предпочтение демонстрированию своей силы, а не красоты, не знает и никогда не слышала не о какой женственности и грациозности, а шрамы на ее теле лишь в очередной раз доказывают, что она – свирепый воин, а не пай девочка что надела на себя всякое барахло.И всё же ее лицо действительно обладает многими женскими чертами. Так, например, аккуратный прямой нос лишь чудом не разу не ломали, лицо её так и не покрылось даже маленьким шрамом, а используй она макияж то вполне бы могла сойти за девушку из высшего сословия. Если только спрятала бы свое тяжелое, грузное и сильное тело под свободное платье.

Не так давно девица получила шрам и на своем лице — на правом глазу теперь красуется гордая отметина от медведя — которого она решила убить на одной из тренировок. Ничего серьезного шрам из себя не представляет, кроме угрожающего и не очень приятного вида.

Особенности характера:

Общепринятые правила поведения для Лагерты являются чем-то глупым, смешным и абсолютно ненужным. Ей свойственно быдловатое, невоспитанное поведение неотесанного рубаки. Закинуть ноги на стол, почесаться в интимных местах или смачно, громко рыгнуть не порицается самой женщиной. Тем сложнее ей понять почему же общество так косится на нее, не одобряет ее поведение и не принимает как человека, как минимум – разумного и воспитанного. Она ненавидит умные слова и тех, кто их использует, отдавая предпочтения словам знакомым с детства. Так же она презирает красивые и утонченные одеяния, всякий макияж или любые другие общепринятые стандарты красоты, называя таких существ лишь попугаями что пытаются казаться куда больше и лучше, чем они есть на самом деле.


Для женщины нет разницы кто перед ней. Её детская наивность часто играет с ней злую шутку, а поскольку она считает, что все перед смертью равны – не боится абсолютно никого. Роль так же играет её пресловутая вера, та, которую она сама себе выдумала. Её приемный отец, не имея сил и желания переубеждать её, лишь попытался вбить в голову Лагерты догмы о чести – загадочному свойству воина, соблюдая которое воительница непременно станет не только сильной – но и удостоится чести узнать ответы на все вопросы, которые только имела силы задавать самой себе. Так, например, женщина обладает огромной смелостью, честностью перед собой и другими, отвагой (Или безрассудством — как многие могут посчитать), мужеством, уверенностью в себе и мужеством, таким, каким мало кто может похвастаться. Однако её безграмотность и глупость искажает многие понятия: честностью она считает проявление любой, даже самой обидной и оскорбляющей правды. Уверенность в себе на деле является не объективной оценкой своих сил, а субъективной и маниакальной уверенности в том, что она сильнее всех. Даже многочисленные поражения не могут сломить в ней эту черту и не совсем понятно является это плюсом или минусом.


К огромному сожалению воительница пережила тот период, когда абсолютно вся информация и уроки давались легче. Неграмотность её отца и неспособность дать ей знания выше своих так же повлияло на женщину. Но к счастью женщина не обладает скудными способностями для обучения – она просто сильно убеждена что это все эти знания ей никогда не пригодятся. Кто знает, возможно кто-то сможет сделать из девушки что умеет лишь сражаться – настоящего стратега и тактика. Предпосылки у нее явно есть. Было бы терпение у того, кто решится.

Мировоззрение:
Хаотично-нейтральное
Класс:
Варвар
Специализация:
Берсерк
Способности:

Врожденные:

Воительница обладает чрезвычайно гибким телом, настолько, что может вывихнуть суставы по собственной воли. Годы, проведенные среди животных заставили работать все мышцы на её теле. Да и многие травмы ей приходилось вылечивать как нибудь самой.

Так же женщина обладает удивительным обонянием. Она способна слышать десятки запахов одновременно и вполне легко различать их: будь то потный мужчина или напыщенная аристократка. Кстати от всяких духов и ароматизированных свечей женщина начинает очень часто чихать и теряет всякую способность слышать запахи, поэтому ненавидит их. А значит — и тех кто их использует.

Повышенный болевой порог так же позволяет девушке часто сражаться на грани своих возможностей. Правда, это введет к полному безрассудству во время битвы.

Женщина вовсе не глупая. Вернее будет сказать что она необразованная но явно имеет способности к изучению — однако вовсе не имеет терпения. Будет забавно если через несколько месяцев почти звероподобную варваршу заметят разговаривающей на трех разных языках одновременно, как на своих родных, возглавляющей целую армию. Имелось бы только желание и терпение у тех, кто решится взяться за ее обучение.

Приобретенные:

Женщина сражается свирепо, с злостью и страстью. Она пытается брать силой и животной ловкостью, однако вовсе не имеет никакой техники и знания фехтования. Да, она крепко стоит на ногах, правильно держит щит и рубит топором так, как действительно надо рубить — это лишь доказывает её догадливость. Однако попадись против нее более сильный противник чем бандит или латный рядовой — она, возможно, проиграет, сражаясь горячо и яростно.

Готовить её научил её отец — Торфин. Женщина, на удивление, очень хорошо готовит и имеет явный талант к готовке. Что — что, а воительница буквально чувствует что нужно добавить в суп, какие травы добавить к мясу (Из известных ей) и как сделать мясо очень нежным. Возможно, если бы не ее прошлое — женщина стала бы известным поваром.

Врачевание даётся «Медвежьей услуге» достаточно тяжело. Но всё же она знает как остановить кровь, как перевязывать и остальные правила оказания первой помощи. Ничего особенного но она этим гордится!



Вера:
Нет
Пояснение к верованиям:

Лагерта не знает, увы, о верованиях которые вовсе существуют в Азероте. Однако верит она в некую богиню — что родила её, подарила тепло и отняла его, бросив, заставив сражаться за свою жизнь. Женщина верит что если она будет вести себя, защищая свою «Честь» и доказывая что она достойна, то если умрёт — встретит её и сможет задать ей вопросы что мучают. Так же, Лагерта верит что если сможет стать самой сильной, смелой и не опорочить свою честь — то богиня сама спустится к ней с небес, отвечая на все вопросы.

Знание языков:
  • Всеобщий
Пояснение к языкам:

Лагерта знает всеобщий не очень плохо. Честно говоря, разговаривает она на нём так, как разговаривала будучи обычной женщиной, однако, то заслуга не её матери или отца, а опекуна что взялся за её обучение и выхаживание. К сожалению, её боевой нрав постоянно срывал остальные уроки, поэтому читать и писать она не умеет.

Инвентарь:

Старая, потрепанная одежда видавшая виды. Так же воительница имеет латные доспехи, старые потрепанные, явно не ее размера и явно не подогнанные под неё. Крепкий, кожанный пояс и крепкие штаны.

Топор и щит — верные спутницы Лагерты на протяжении всей её жизни. Они достались ему от её отца\опекуна Торфина, который покинул её, погибнув от лап медведя, чью шапку она носит на голове. Лагерта не отличается искусными знаниями о технике, фехтованию и прочему. В ее глазах она просто рубит так, как надо, как чувствует. Впрочем, чувствует она действительно хорошо, сражаясь уж точно не хуже обычных рядовых любой армии.

В сумке она хранит бинты, выпивку и немного деньжат. На поясе — дешевый топор а за спиной хороший, качественный щит — единственное что осталось у нее в памяти о Торфине — её отце.

Род занятий:
Поиск богини.
Хронология:

Тишина прервалась протяжным, жалобным скрипом двери. Старая хибара встретила гостью недовольным, угрожающим гулом и чернеющей темнотой. Девушка не церемонилась, в порыве злобы хлопнув дверью, разгоняя мрачную атмосферу шумом тяжелых сапогов ступающих по старой древесине. Гостья осмотрелась, затаив своё дыхание. Коснулась кончиками пальцев гнилых занавесок. Ногами, кое как, распрямила ковёр, чихнув от поднявшейся пыли. Уселась на кровать что продавилась под весом девы, схватила какую-то книгу и провела пальцами по страницам, даже не опуская на них свой взгляд. Недовольно фыркнула да швырнула её в камин. Туда же отправились и стулья, чьи ножки она ломала ногами, с злостью и выкриками, исходящими из глубины её души. Когда с остатками деревянной мебели было покончено, незнакомка вынула гоблинскую зажигалку. Покрутила её из стороны в стороны, пытаясь вспомнить как ей пользоваться, да опустилась на колени, щелкая ей у бумаги и раздувая тлеющую бумагу что бы огонь, подобно голодному зверю, набросился на деревянные ножки и части ткани.

Она обнаружила себя заплаканной лишь спустя длительное время: когда камин уже вовсю ласкал её израненное тело своим теплом. Она невольно приподняла голову выше, словно ожидая узреть бога над своей головой – но обнаружила лишь серебряную, пыльную кружку, что стояла на камине. Взгляд её голубых глаз зацепился за отражение в кружке: грубый подбородок, скулы словно высеченные из камня, обветренные губы и тонкий, изящный женский нос: единственное, что выдавало в ней женщину из-под медвежьего капюшона на голове. Свои глаза она заметила уже после, как вяло и медленно стянула с себя и чужую голову с макушки. Расчёсанные блондинистые волосы спускались до плеч, выглядели аккуратно и опрятно – что очень выбивалось из общего свирепого вида воительницы. Она даже ненароком вспомнила как пять лет назад ходила мыться к озеру. Даже вспомнила как дойти до него от этой хибары и из-за этого горько улыбнулась, вновь заливаясь слезами. Сегодня она вновь сражалась с собой и в который раз проиграла. Дева медленно опустилась на медвежью шкуру. Тепло. Нужно спать.





Она не ожидала гостей, но прекрасно их услышала сквозь сон. Проснулась, схватившись за топор, потянулась, словно не опасаясь визита и проморгалась, привыкая к темноте. Она внимательно смотрела на хлипкую дверь, за которой слышался тихий хруст ступающих по снегу лап. Дверь вновь скрипнула и внутрь заглянула волчья морда. Жалобно посмотрела на воительницу и проскулила, опуская голову. Девушка улыбнулась.
— Прости, хвостатик. Давно не виделись. Соскучился?
Волк не ответил.
— У меня нет чем тебя кормить. Старик тебя избаловал, конечно… — Она утёрла вновь поступающие к глазам слёзы и улыбнулась: болезненно, грустно. — …Да и меня тоже. Прости.
Волк не ответил. Поднял свою морду, принюхавшись, посмотрел на девушку, медленно моргнул. Скребнув лапкой по двери, зашел внутрь и уселся в противоположном краю дома, демонстративно отвернувшись от девушки – которой пришлось подняться и закрыть дверь. Развернувшись, направилась обратно к камину, но споткнулась о книгу и рассерженно зарычала, хватая её и собираясь швырнуть в огонь, однако знакомая обложка на ней остановила девушку. Вместо того что бы сжечь, воительница села на медвежью шкуру и провела кончиками пальцев по названию. Нахмурилась, сощурив глаза, и через тусклый свет разглядывала буквы.
— И! – Громко и победоносно вскрикнула она, заставив старого волка обратить на девушку внимание. Радость девушки сменилось злостью, как только она увидела следующую букву. Недорисованное «О», имеющее пустое пространство справа. Эта буква её очень злила. Воительница поймала себя на мыслях как сражается с этой буквой, отрубая ей линии, превращая в простую точку. Этот знак она знала и очень гордилась! Ещё бы, точка! Такая важная «буква», как ей думалась, ставилась после каждого слова короля. Она даже запомнила свою любимую фразу: «И точка!».
Однако буква никак не давалась ей. Она не могла вспомнить и от этого злилась ещё сильнее, начиная сомневаться в адекватности тех людей, что вообще придумали письменность. «Не дописать букву «О»! Да какой дурак придумал такие одинаковые буквы! А может это вообще – ошибка?» — подумалось женщине.
— И! – Решила она закрепить пройденное, вновь проведя пальцем по первой букве. За её спиной послышалось кряхтение, напоминающее смех. Воительница швырнула книгу в огонь с такой силой, что тлеющие угли разлетелись по сторонам, вылетая из камина.
— А ты чё ржешь?! — Вскрикнула она, полная ярости на волка за своей спиной. Поднялась, сжав кулаки и грозно топнула ногой. – Сам читать не умеешь! Только скулить! Как псина которой кости бросают!
Волк оскалился, зарычав. Женщина тоже.
— Правда глаза режет? Старик то меня сильнее любил! А ты так, охо… охотни… охотоволк!
Охотоволк отвернулся от воительницы, бросив презрительный взгляд на ту. Женщина обиделась. Словно дразня она в третий, за сегодня, раз, громко закричала
:
— И! И эта гадкая буква «О», которую какой-то дебил не дорисовал!
Надув щеки, дева уселась на шкуру, заметив тлеющий на ней уголек. Тяжело вздохнула и схватила ржавую кочергу, лежавшую у камина, чтобы прибраться. Когда угроза неожиданного воспламенения дома была устранена, девушка улеглась, прикрывая глаза. Нахмурилась, надув губки, и тихо, словно лишь для самой себя, произнесла:
— Прости. Ты хороший.



ОНА

Она пахла яблоней. Её тепло было спасением от всех бед и несчастий. Её голос внушал надежду и улыбку. Она была воплощением счастья для маленькой девочки. Столько доброты Она излучала, сколько Лагерта не знавала в своей жизни никогда более. Она злит Лагерту. Воительница не знает, что за женщина подарила ей столь сладкие воспоминания и долгое время считала, что это была встреча с Богиней. Богиней чего? Лагерта никогда не знавала религий, но та женщина внушала страх и искренне теплые воспоминания, что тлели где-то глубоко в сознании женщины.

Воительница ненавидела эту женщину. Она отчетливо запомнила глаза, так похожие на те что она постоянно видит в отражении, полные слёз и заботы в тот миг, когда её пустили по течению. Это последнее яркое воспоминание из её далекого детства. Если божество так любило своё дитя – то зачем бросило? У Лагерты было много вопросов. Сегодня – но не тогда.

ОН


Он подобрал лежащее, детское, голое тело, укрыв меховым плащом. Укутал потеплее, вытирая остатки крови с её лица. Отнёс в хибару, уложив у камина, на медвежью шкуру и принялся ждать. Он не знал, что с ней делать. Человеческое дитя для него было чем-то новым, стоило ли говорить, что он взял на себя заботу о звере в теле человека?

Он стал её опекуном и отцом. Единственным человеком которого она знавала. Живя на отшибе от всяческой цивилизации и образования, женщина находила поддержку прячась в будке матерого волка — который скалился на всех кроме ребенка. Торфин — а именно так звали того человека — был довольно строг с ней, посему не удивительно что девица нашла утешения среди животных. Её постоянные побеги к волку, которого она тогда считали более родным чем человека, привели к проявлению у девушки звериных повадок. Она никогда его не боялась — даже когда волк прокусил ей ногу до крови из-за того что она крайне часто воровала его кусок мяса.

Торфин, правда, пересмотрел свои подходы. Девочка начала убегать к волку все реже и реже, оставаясь с человеком. Она научилась говорить и ходить, пользоваться ложокй и вилкой, есть мясо с тарелки а не с земли и даже сидеть и лежать на кровати она научилась. Впрочем, удобства для нее все ещё были чужды — она не видела в них никакого смысла, все ещё оставляя себе часть животного мира в котором нет места напыщенности, вранью и сложной человеческой натуре.

ТЫ


— Ты опять меня не слушала, Лагерта! – Именно с такой фразы начался новый день в хижине. Шестнадцатилетняя девушка перевернулась на другой бок, пытаясь укутаться в медвежью шкуру и лишь сильнее зарычала, когда мужчина пинком сбросил её с тела. – Куда ты дела топор?!


— Я его не трогала… — Недовольно, сквозь зубы, прорычала девушка. Она поднялась, не стесняясь своего оголенного тела, чем непременно вогнала в краску Торфина. – Ты обещал меня научить сражаться с ним! И этой тарелкой!


— Это щит!


Дева зарычала, злясь.


— Да из него только суп есть!


Торфин сделал пару шагов назад. Почему-то её свирепый, почти животный взгляд, испугал его: почти отца этой девушки. Он устало вздохнул и покачал головой, отходя к другому углу комнаты, чувствуя на себя этот взгляд. Схватил щит, закрепляя его на руке и уже сам нахмурился, пытаясь смотреть прямо в глаза юной девушки. Та сразу приняла его вызов: рванув на него, она попыталась засадить кулаком ему в глаз, однако со всей силы ударила по железному ободку и взвыла от боли, упав на пятую точку и со слезами на глазах смотрела на своего «отца». Торфин так же расстроился, завидев как слезы стекают по её щекам. Опустился на одно колено, улыбнулся, и крепко, тепло обнял девушку. Лагерта – так он ласково назвал её однажды и с тех пор дева с радостью откликалась на это имя.


Торфин выполнил своё обещание. Мужчина вообще обладал очень стойким характером – он терпел её выходки и строго наставлял, в глубине души все ещё боясь этого ребенка. Хотя он её очень сильно любил – именно поэтому заставлял носить щит и латный нагрудник. Такой, говорил он, однажды спас жизнь мне, спасет и тебе. Лагерта не была против – её физическая подготовка, в целом, не мешала ей носить на себе ещё парочку килограмм железа. А вот перестать махать топором в разные стороны в порыве гнева женщина долго не могла разучится. В конце концов, Торфин сделал всё возможное что бы её техника сражения просто закрепилась на мышечной памяти – что бы во время приступов злости та не открывала уж слишком много уязвимых мест для контратаки. Он понимал, что Лагерта, как бы сильно он ее не любил, в конце концов не сможет вытерпеть жизни в четырех стенах.


В свои восемнадцать, девушка как-то спросила своего отца о том, что же такое эта необычная «честь»: которую нельзя пощупать и увидеть, но нужно сохранять до конца дней. Тогда Торфин вложил очень много сил, чтобы рассказать своей дочери что честь, это прежде всего мужество и честность. Достоинство, справедливость, отвага и благородство. Данное обещание нужно сдержать или не давать вовсе – молвил он, кивая самому себе. – А коли взяла оружие в руки и нареклась воином – сражайся до конца. Тогда боги будут милосердны к тебе.


И Лагерта запомнила. А ещё вспомнила ту богиню с голубыми, как у нее самой, глазами. Девица вдруг решила для себя что должна хранить честь во что бы это не стало, и умереть в бою что бы попасть к богине. Лагерта хотела задать ей столько вопросов. Хотела узнать – почему тогда, семнадцать лет назад, богиня бросила её, оставив совсем одну. Зачем лишила счастья, которое она так отчетливо помнит?

Я


«- Я убила этого медведя пять лет назад.» — Вспомнилось Лагерте уже по утру, когда она разглядывала свой шлем с медвежьим капюшоном. Она прекрасно помнила день, когда этот медведь напал на её отца. Вспорол тому брюху на её глаза и девушка, в порыве ненависти, напала на него в чем мать родила. С одним топором. Тогда Лагерта чуть не лишилась и своей жизни, но хвостатик помог. Домашний волк вгрызся в глотку медведя, позволив Лагерте нанести точный удар, вспоров ему брюхо.


Воительница до сих пор помнит запах, что стоял когда сжигали тело Торфина. Тогда, как ей казалось, даже хвостатик плакал, прижимаясь мордой к ноге девы. Да и девушка сама плакала. Рыдала. Ей было невыносимо больно, а в голове крутился ещё один вопрос к той самой богине что постоянно вырывала Лагерту из счастья.


Она сделала шапку из головы медведя в честь своего отца и в честь первой большой победы. Собрала свои вещи и кивнула Хвостатику – в последний, как она думала, раз. У неё собралось уже через чур много вопросов и что бы найти на них ответы она должна была сохранять свою честь. Погибнуть в битве или прославится. Она считала, что если сможет сделать всё по заветам своего отца и переживет – то богиня сама спустится к ней. Явится и объяснит. Лагерта хотела посмотреть в те яркие голубые глаза. Высказать всё.


Спустя пять лет, сидя на той же медвежьей шкуре она вновь собрала свои вещи. Воительница согласилась сама с собой и набралась сил в некогда родном доме. Стены хибары словно усиливали то желание, тот голос в ее голове, что твердил о поиске той самой голубоглазой богини. Девушка вновь кивнула Хвостатику – и вновь, как считала, в последний раз.


Уже отойдя на достаточное расстояние от дома, женщина услышала пронзительный, громкий вой. Улыбнулась.


— И тебе удачи.

Прозвища, звания, титулы:

«Медвежья услуга» — Назвали её так паладины, когда девушка помогала им. Дева сама себя так называет и очень гордится прозвищем, не совсем понимая его значения.

Семейное положение:
Нет
Активность:
Постоянный отыгрыш
Дополнительно:

Высокая требовательность

>
Вердикт:
Одобрено
Комментарий:

Доброго времени суток, дорогой игрок. Я рассмотрел ваше творчество по ВЫСОКОЙ требовательности и готов вынести свой вердикт.
Анкета не идеальная, но и не плохая. В ней присутствуют как недосказанности, так и орфографические ошибки. Внешность описана не плохо, а следовательно образ персонажа был передан. Характер... Ну он мне понравился куда меньше, но все же он тоже по своему хорош. А больше мне и добавить нечего.
Исходя из всего вышеперечисленного, я выношу вашему творчеству вердикт -ОДОБРЕНО с выдачей на персонажа Лагерта +6 уровней.
Желаю успехов тебе, Лагерта. Да падут враги от твоего клинка.

Проверил(а):
Freya
Уровни выданы:
Да
13:57
19:31
544
19:05
0
Я снимаю шляпу yvojenie
07:57
0
Здесь был Сержик